Рано утром Курц и Анжелина Фарино Феррара сидели на переднем сиденье «Линкольна» Анжелины и наблюдали, как капитан Роберт Миллуорт отъезжает от дома. На часах было семь пятнадцать утра.

– В гараже еще одна машина, – сказала Анжелина. – Универсал «БМВ».

Курц кивнул, они продолжили ждать. В семь сорок пять женщина, мальчик-подросток и ирландский сеттер сели в «БМВ» и выехали из гаража. Женщина пультом дистанционного управления закрыла дверь гаража, и машина уехала.

– Жена, ребенок и собака, – сказала Анжелина. – Кто-то еще остался в доме?

Курц пожал плечами.

– Сейчас выясним, – заявила Анжелина, сворачивая на подъездную дорогу к дому Миллуорта.

Оба вышли из машины. Анжелина несла в руках тяжелую сумку из нейлона. Курц стоял позади нее, пока она несколько раз стучала в дверь. Им никто не ответил.

– Зайдем с черного хода, – сказала она.

Курц последовал за ней через боковой двор и заснеженное патио. Ближайший соседский дом находился в сотне ярдов за высоким забором.

Они остановились перед раздвижными дверями, выходившими в патио, Анжелина присела на корточки и стала рассматривать что-то сквозь стекло.

– Здесь охранная система «Секьюр-Макс», – сказала она. – Дорогая, но не самая лучшая. Дайте мне стеклорез и вакуумный захват. Спасибо.

Предыдущим вечером, пока они пили бренди у камина, а Курц чувствовал себя таким усталым, что не мог толком сосредоточиться, Анжелина рассказала ему свою историю… по крайней мере ту ее часть, которая вызвала у нее приступ смеха, когда он сказал, что ему понадобится профессиональный взломщик.

Анжелина Фарино всегда хотела быть воровкой. Ее отец, дон Байрон Фарино, старался оградить Анжелину от информации о своей жизни и никогда не позволил бы ей участвовать в семейном бизнесе. Но Анжелина и не хотела вникать в суть этого бизнеса, по крайней мере на тот момент. Она просто мечтала стать лучшей воровкой в штате Нью-Йорк.

Ее брат Дэвид познакомил Анжелину с легендарными старыми ворами-взломщиками. И когда Анжелина еще училась в старших классах, она навещала их с бутылкой вина, просто чтобы послушать, как они рассказывают свои истории. Дэвид знакомил ее и с некоторыми подающими надежды молодыми головорезами, работавшими на отца, но Анжелину они мало интересовали, поскольку умели только хвастаться оружием, драками и нападениями. Анжелина любила общаться с умными, ловкими, тихими и терпеливыми мужчинами. Она не стремилась стать очередным мафиози, ей хотелось стать воровкой, Кошкой, она мечтала быть как Кэри Грант из «Поймать вора».

Она сама тогда связалась с Эмилио Гонзагой. Ей было двадцать с небольшим, и Анжелина надеялась, что Гонзага устроит для нее встречу со взломщиком сейфов, с которым она всегда хотела познакомиться. Вместо этого, как она сама выразилась, Эмилио познакомил ее со своим членом.

Сбежав на Сицилию, она родила ребенка и вышла за того придурковатого недодона, который был ее ровесником, только в два раза глупее, просто чтобы «соблюсти правила приличия». И когда правила приличия были соблюдены, ребенок умер, а молодой дон погиб в результате несчастного случая на охоте или из-за неудачно почищенного пистолета – Анжелина представила сразу две версии на выбор, – она улетела в Рим, где познакомилась со знаменитым графом Пьетро Адольфо Феррара. Графу было уже восемьдесят два года, он перенес два инсульта, но по-прежнему оставался самым знаменитым вором в Европе. Своему ремеслу он учился между двумя мировыми войнами у отца, не менее знаменитого вора, и принимал активное участие в итальянском Сопротивлении. Ему приписывали кражу официальных документов из штаба гестапо, благодаря которым удалось арестовать, а в впоследствии и казнить Муссолини и его любовницу. Часто говорили, что красивый и бесстрашный граф Феррара послужил прототипом для персонажа Кэри Гранта в фильме «Поймать вора».

Анжелина вышла замуж за этого прикованного к постели старика через четыре дня после их знакомства. Следующие четыре года, по ее словам, она потратила на обучение, чтобы стать воровкой мирового класса.

– Что вы делаете? – спросил Курц, переминаясь с ноги на ногу у патио Хэнсена. Было чертовски холодно, а его волосы промокли от снега.

Анжелина вырезала круглое отверстие в нижней части стеклянной двери, осторожно вытащила стекло и засунула внутрь какой-то длинный инструмент. Вопрос Курца она проигнорировала.

– Разве охранная система не реагирует на любые движения и манипуляции по стеклу? – поинтересовался Курц. – Или вы уже ее отключили?

– Заткнитесь, пожалуйста! – Она протянула руку, чтобы подключить красный и черный провода к модулю, который соединялся с электронным органайзером «Визор». Секунду Анжелина изучала отразившиеся там данные, затем выключила «Визор» и вытащила провода. – Хорошо, – сказала она, вставая и перекидывая тяжелую сумку через плечо.

– Что хорошо?

– Хорошо, что теперь мы можем открыть дверь обычным способом, и у нас еще останется восемь секунд, чтобы набрать шестизначный код на цифровом замке.

– А вы уже выяснили код?

– Посмотрим. – Она с минуту рассматривала дверь черного хода, затем вытащила из сумки короткий лом, разбила стекло, просунула руку, вытащила цепочку и открыла основной замок. Курцу показалось, что на это она потратила все восемь секунд.

Анжелина вошла в прихожую, у двери черного хода нашла замок с клавиатурой на стене и набрала шестизначный буквенно-цифровой код. Индикатор на замке изменил цвет с красного на зеленый, а затем стал янтарным.

– Все готово, – сказала она.

Курц облегченно вздохнул. Он вытащил из-под полы пистолет.

– Думаете, в доме кто-то есть? – спросила Анжелина.

Курц пожал плечами.

– Может, объясните, чей это дом и как он связан с Гонзагой?

– Еще не время, – ответил Курц.

Вместе они обошли все комнаты. Сначала обследовали просторные помещения на первом этаже, затем – спальни и комнаты для гостей на втором.

– Боже, – сказала Анжелина, когда они спускались вниз. – Здесь так педантично воссоздан стиль ретро. Мы как будто вломились в дом Майка и Кэрол Брейди.

– Кто такие, черт возьми, Майк и Кэрол Брейди?

Анжелина остановилась у лестницы, ведущей в подвал.

– Вы что, не знаете про «Семейку Брейди»[45]?

Курц посмотрел на нее ничего не выражающим взглядом.

– Господи, Курц, такое чувство, что вы провели за решеткой больше двенадцати лет.

В подвале находилась комната для стирки, комната для отдыха с пыльным столиком для пинг-понга и еще одна комната за стальной дверью со сложным электронным замком.

– Ни фига себе! – Анжелина даже присвистнула.

– Код такой же, как и наверху?

– Если бы! Тут уже серьезная электроника. – Она начала доставать из сумки инструменты и провода.

Курц взглянул на часы.

– Мы не можем торчать здесь целый день.

– Почему бы нет? – спросила Анжелина. – У вас сегодня важные дела и встречи?

– Ага.

– Только не надо психовать. Через две минуты мы либо войдем внутрь, либо нас загребут ребята из частного охранного агентства.

– Частное охранное агентство, – повторил Курц. – Разве сигнализация этого парня не настроена на вызов копов?

– Сейчас не до шуток.

Анжелина сосредоточилась на извлечении клавиатуры замка из стены, после чего соединила свои провода с проводами сигнализации, умудрившись не запустить беззвучный сигнал.

Курц поднялся по лестнице и выглянул в окно на улицу. «Таункар» они припарковали на видном месте, но из-за усилившегося снегопада его почти невозможно было разглядеть. Курц даже обрадовался, что Хэнсен жил в таком уединенном месте с длинной подъездной дорогой.

– Вот же дерьмо! – послышался откуда-то издалека голос Анжелины.

Курц быстро сбежал по ступенькам и прошел через открытую дверь. Комната напоминала личный кабинет: панели из красного дерева на стенах, высокая, почти до потолка освещенная витрина с оружием, тяжелый и дорогой на вид деревянный стол. На стене над столом висели фотографии Джеймса Б. Хэнсена с видными жителями Буффало и разные сертификаты в рамках: диплом об окончании полицейской академии во Флориде, награды за соревнования по стрельбе и похвальные грамоты, выданные капитану Роберту Г. Миллуорту из отдела по расследованию убийств.

Анжелина развернулась и злобно прищурилась.

– Вы заставили меня вломиться в дом гребаного копа?

– Нет. – Курц подошел к большому стенному сейфу. – Сможете открыть его?

Она перевела взгляд с Курца на сейф.

– Возможно.

Он снова посмотрел на часы.

– Если бы здесь был маленький круглый сейф, пришлось бы выковыривать этого засранца из стены и уносить с собой, – сказала Анжелина. – С круглыми сейфами вариант со взрывчаткой не пройдет. Но наш мальчик предпочел установить себе модель потяжелее и подороже.

– И что?

– У него есть углы, а значит, я смогу его вскрыть. – Она поставила сумку рядом с дверью сейфа и начала извлекать из нее таймеры, запалы, термитные шашки и бруски пластида.

– Вы собираетесь взрывать его? – Курц пожалел, что не проведал Арлин, Фрирза и Пруно перед тем, как отправиться на это дело.

– Я собираюсь поджечь металл и добраться до механизма замка, – ответила Анжелина. – Почему бы вам не заняться чем-нибудь полезным? Например, приготовить нам кофе? – Несколько секунд она занималась работой, а потом подняла глаза на неподвижно стоящего Курца. – Я серьезно. Сегодня утром я так и не выпила три мои обычные чашки кофе.

Курц пошел на кухню, нашел кофемашину и приготовил кофе. В холодильнике он обнаружил несколько канноли. Когда Курц спускался по лестнице с двумя кружками кофе и тарелкой канноли, до него донеслось громкое шипение, после чего раздался приглушенный хлопок, и в воздухе появился едкий запах. Сейф на первый взгляд не пострадал, но затем Курц увидел трещину вокруг кодового замка. Анжелина Фарино Феррара подсоединила тонкий кабель из оптического волокна к электронному органайзеру и смотрела на монохромный дисплей, набирая числовую комбинацию.

Тяжелая дверь сейфа распахнулась. Анжелина взяла кружку с кофе и сделала большой глоток.

– «Блю Маунтин» средней обжарки. Хорошая штука. Канноли пригодятся.

Курц начал извлекать из сейфа все содержимое. Тяжелую нейлоновую сумку с дюжиной аккуратно завернутых в бумагу кубиков, напоминающих по виду серую глину, с воткнутыми в них детонаторами. Кроме того, там оказались таймеры, достаточно хрупкие на вид, и мотки огнепроводного шнура.

– Армейская С-4, – сказала Анжелина. – И зачем вашему капитану убойного отдела понадобилась дома взрывчатка?

– Ему нравится сжигать и взрывать свои дома, – ответил Курц.

На полках сейфа хранилось больше двухсот тысяч долларов наличными и в облигациях на предъявителя, стопка сертификатов и полисов, а также чемоданчик из титана. На деньги Курц не обратил никакого внимания, а чемоданчик вытащил на стол.

– Прошу прощения, – сказала Анжелина. – Вы ничего не забыли?

– Я не вор.

– Зато я – вор, – сказала она и начала перекладывать себе в сумку деньги и облигации.

– Черт! – выругался Курц.

Замки на чемоданчике тоже были из титана и не поддались, когда он поддел их ломом.

– Не удивлюсь, если этот маленький чемоданчик взломать будет сложнее, чем сейф, – сказала Анжелина.

– Не-а, – возразил Курц. Он достал свой «Смит-и-Вессон» и отстрелил замки. Просунув в образовавшуюся щель лом, он наконец открыл чемоданчик.

Анжелина закончила перегружать содержимое сейфа, подняла свою тяжелую сумку и подошла к столу, на котором Курц разложил несколько фотографий.

– Что именно вы… Святая Матерь Божья!

Курц кивнул.

– Что это за мудацкий извращенец? – прошептала Анжелина.

Курц пожал плечами.

– Мы никогда не узнаем его настоящего имени. Но я не сомневался, что он хранит у себя трофеи. Так и оказалось.

Анжелина отвернулась и посмотрела на часы.

– Мы тут долго просидели.

Курц снова кивнул и взвалил сумку со взрывчаткой себе на плечо.

Потягивая кофе, Анжелина направилась к двери и махнула на ходу рукой:

– Возьмите сумку с деньгами и моим воровским снаряжением. Канноли оставьте.