Когда они снова оказались неподалеку от Моста Поцелуев, Риджби пришла в себя.

Сам по себе взлет тоже оказался интересным. Когда они вылетали из Буффало, внутри «Дальнобойщика» был относительный порядок, даже несмотря на обилие оружия. Все было закреплено, все сидели в креслах, пристегнутые. Сейчас взлет происходил в совершенной суматохе. Большинство людей просто сидели на полу, миниатюрный доктор-йеменец носился туда-сюда, работая то с Риджби, то с полковником Тринхом. Внутри вертолета пахло дымом, потом, кровью и дерьмом. Вероятно, подумал Курц, когда Кэмпбелл умирал, его кишечник расслабился и освободился от содержимого.

– Мы слишком тяжелые, чтоб его, – прокричал Малыш Док со своего места пилота. – Надо кого-нибудь выкинуть.

– Кэмпбелл вернется назад вместе с нами! – заорала Анжелина. Она рукавом вытерла кровь с лица, но рукав был уже настолько пропитан кровью, что только размазал ее.

– Тогда не ругайте меня, если наш полет закончится на склоне одного из этих проклятых холмов, – крикнул в ответ Малыш Док Скржипчик. Турбины взвыли, несущий винт загрохотал сильнее, перегруженный вертолет разок качнулся на посадочных лыжах и поднялся в воздух.

Никто не стал закрывать бортовую дверь. Курц молча смотрел, как они поднялись и полетели вбок, влево от горящего дома, а потом вдоль лощины в сторону Неолы.

Дорога внизу была забита машинами и светилась огнями, но на подъездной дороге не оказалось ничего, кроме двух горящих машин у вершины холма. Никто не пытался штурмовать пост охраны, с которого Малыш Док в первый раз выстрелил из РПГ, а потом расстреливал убегавших из своей автоматической винтовки. В тот момент, когда «Белл» миновал гребень холма, взорвался топливный бак «Хьюза». В воздух поднялся огненный шар. Огонь охватил всю вершину холма.

Никто из находившихся в долине не стрелял по ним. По крайней мере, Курц не видел вспышек. Возможно, они думают, что это летит «Хьюз», принадлежащий майору.

Когда спустя несколько минут Риджби пришла в сознание, они летели на высоте метров триста над темными холмами. В бортовую дверь задувал ветер. Доктор Тафир накрыл Риджби одеялом, а Курц подоткнул его поплотнее. Она дрожала.

– Джо?

– Ага, – сказал он, положив ей руку на плечо.

– Я знала, что ты придешь за мной.

Ему было нечего ответить на это.

– Риджби! – прокричал он. – Тебе вколоть морфий?

Ее зубы стучали, но не от холода, понял Курц. Она на грани шока от боли и потери крови.

– Ага, неплохо бы, – ответила она. – Они не дали мне ничего обезболивающего. Только вкололи эту чертову капельницу. И не смогли как следует остановить кровотечение.

– Они ничего с тобой не сделали?

Риджби покачала головой:

– Только задавали глупые вопросы. Про тебя. Про то, на кого мы оба работаем. Если бы я знала ответ, я им сказала бы, Джо. Но я ничего не знаю, поэтому ничего не смогла сказать.

Вместо ответа Курц сжал ее плечо. Доктор Тафир наклонился к ней, однако Курц оттолкнул его.

– Риджби, сейчас доктор сделает тебе укол, но сначала выслушай меня. Можешь?

– Ага, – произнесла она, еще сильнее стуча зубами.

– Ты должна остаться в стороне, – сказал Курц. – Возможно, ты очнешься в больнице. Важно, чтобы ты никому не говорила, кто стрелял в тебя. Никому. Даже Кемперу. Понимаешь?

Риджби качнула головой:

– Ага.

– Это важно, Риджби. Никому не рассказывай про Неолу, майора… ни о чем. Ты просто не помнишь, что произошло. Не помнишь, кто и где в тебя стрелял и почему. Скажи им это. Сможешь?

– Я не… помню, – сквозь боль выдохнула Риджби, сжав зубы.

– Хорошо, – сказал Курц. – Еще увидимся.

Он кивнул доктору. Тот подполз к ней, стоя на коленях, и сделал укол морфия.

Вертолет трясло и подбрасывало.

– Мы слишком тяжелые! – крикнул Малыш Док. – «Дальнобойщик» может перевозить семь человек, а у нас девять. Курц, хотя бы перейди вперед, на свое место, чтобы я смог его выровнять.

– Минуту! – крикнул Курц. Он переполз назад, где Анжелина и Гонзага допрашивали полковника Тринха рядом с открытой дверью.

Руки пожилого вьетнамца были связаны за спиной. На одной из них проступал перелом. Гонзага на всякий случай связал ему и ноги и аккуратно подтащил к проему открытой двери. Позади завывал ветер. Они летели со скоростью двести километров в час.

– Скажи то, что нам нужно, или выходи! – крикнул Тома Гонзага.

Тринх посмотрел в темноту и улыбнулся.

– Да, – мягко произнес он, так, что его едва было слышно. – Как это знакомо.

– Могу догадаться, – сказала Анжелина. Ее лицо и волосы превратились в маску из засохшей крови. – Зачем вы убивали наших клиентов и дилеров?

Тринх пожал плечами и вздрогнул от боли в ранах и сломанной руке.

– Это война.

– Не было никакой войны, чтоб тебя! – крикнул Гонзага. – Мы до сегодняшнего дня не подозревали даже о вашем существовании. Мы вас пальцем не тронули. Зачем же убивать наших людей?

Пожилой полковник посмотрел Гонзаге прямо в глаза и покачал головой.

– С кем вы связаны? – громко спросил Курц. Он стоял на коленях над ногами Кэмпбелла. Лужи крови болтались туда-сюда по пластику, устилающему пол. – Кто прикрывал ваши операции все эти годы, Тринх? ЦРУ? ФБР? Зачем?

– Нас было трое во Вьетнаме, – сказал Тринх. – Мы очень хорошо работали вместе тогда, и это продолжалось до сих пор.

– Трое? – переспросил Гонзага, посмотрев на Курца.

– Майор – в армии. Тринх – вьетнамская сторона. И кто-то из американской разведки, – пояснил Джо. – Наверное, из ЦРУ. Правильно, полковник?

Тринх снова пожал плечами.

– Но зачем вас прикрывать? – крикнула Анжелина. – Зачем федеральной службе держать в секрете ваше героиновое кольцо?

– Мы обеспечивали нечто куда более важное, чем героин, – ответил Тринх, непринужденно откинувшись на край дверного проема, будто он сидел в собственной комнате. – Наши люди в Сирии, долине Бекаа, Афганистане, Турции… приносили огромную пользу.

– Кому? – крикнул Гонзага.

– А что вы собираетесь со мной сделать? – поинтересовался полковник спокойным тоном. Ему пришлось повторить вопрос, поскольку из-за шума его не услышали.

– Мы выкинем вас вниз через эту чертову дверь, если вы не станете получше отвечать на наши вопросы, – крикнул Гонзага.

– Мы отвезем вас в больницу, вместе с Риджби, – сказал Курц. – Только ответьте, кто прикрывал вас на федеральном уровне и почему они…

– Вы понимаете, в чем ирония судьбы? – перебил его Тринх, неожиданно улыбнувшись. – Ведь майор О’Тул и я отошли от дел… приехали в Нью-Йорк на встречу акционеров «Торговой компании Юго-Восточной Азии», а еще потому, что Майкл хотел повидаться со своей племянницей.

Полковник покачал головой, продолжая улыбаться, и внезапно резко дернулся влево.

Гонзага и Анжелина попытались схватить его за ноги и за ботинки, но не удержали захват, и полковник вывалился наружу и исчез в темноте дверного проема, увлекаемый вниз и назад потоком воздуха и силой тяжести.

– Ну, мать твою, – проговорила Анжелина Фарино Феррара.

– А вот так намного лучше! – заорал Малыш Док, сидя в кресле пилота. – А теперь, кто-нибудь, все-таки переберитесь в кресло второго пилота и помогите мне выровнять эту свинью.