Разговор с Малышом Доком Скржипчиком продлился дольше, чем ожидал Курц. Телохранители снова принялись обыскивать офис. Они делали это дольше и тщательнее, чем телохранители Фарино и Гонзаги. Пришлось обсудить слишком много деталей. Гонзага и Фарино Феррара не хотели пускать деньги на ветер, особенно если речь шла о семистах пятидесяти тысячах долларов.

Когда телохранители Малыша Дока ушли, не произошло ничего особенного. Никто не пожимал друг другу рук и не сказал ни слова. Курцу не требовалось представлять гостей друг другу. Едва ли они когда-либо встречались лично, но они достаточно знали друг о друге. Крепко сбитый владыка Лакаванны снял дорогое пальто из верблюжьей шерсти и повесил его на вешалку, потом сел на пружинную софу и посмотрел на Тома Гонзагу и Анжелину Фарино Феррара.

– Так вы решили, стоит ли дело ваших денег? – спросил он. – В любом случае не стоит терять время.

Анжелина посмотрела на Малыша Дока, потом на Гонзагу и на секунду прикусила губу.

– Я в деле, – сообщила она.

– Ага, – сказал Тома Гонзага.

– Что значит «ага»? – спросил Малыш Док, словно учитель у школьника.

– Это значит, что я плачу половину. Если вы доставите все это сегодня ночью. И если вы не выдвинете дополнительных требований.

– Я сделаю это, – сказал Малыш Док. – Я хочу, чтобы мне дали возможность захватить империю майора и управлять ею, если я с этим справлюсь.

Ну что ж, подумал Курц, началась старая добрая игра.

Анжелина стрельнула глазами в Гонзагу, сидящего на дальнем от Дока конце софы.

– Точнее? – спросил Гонзага. Он, очевидно, прекрасно понимал, о чем речь, но тянул время, чтобы дать самому себе подумать.

– Точнее не скажешь. Я хочу заявить свои права на бизнес майора. Мне не нужно ваше разрешение или помощь. Я хочу, чтобы вы пообещали, что не попытаетесь отнять у меня этот бизнес.

Анжелина и Гонзага снова переглянулись.

– Вы хотите заняться продажей… продукта? – уточнила Анжелина.

– Да, если смогу взять бизнес майора и полковника в свои руки, – кивнул Малыш Док. – Я не собираюсь конкурировать с вами. И вы, и я знаем, что это всего лишь маленькая картошечка… огородик в деревне.

– Несколько миллионов долларов в год. Хороша картошечка, – Гонзага в задумчивости потер скулу.

– Ага, – отозвался Малыш Док. И снова замолчал.

Анжелина в последний раз стрельнула глазами в Гонзагу. Они кивнули, будто договорившись по итальянской телепатической связи.

– Хорошо, – сказала она. – Мы даем вам слово. Вы попытаетесь завладеть этой сетью и будете управлять ею, если сможете. Но не распространяйте ее севернее Моста Поцелуев.

Насколько знал Курц, Мост Поцелуев, лыжный курорт, находится ровно между Буффало и Неолой.

– Договорились, – сказал Малыш Док. – Теперь давайте обсудим, как это осуществить.

Курц заранее набросал план дома майора и прилегающей к нему территории. Сейчас он подошел к копировальной машине, включил ее, дал прогреться и сделал три копии своего рисунка. Сидевшие в офисе принялись разглядывать их.

– Почему ты считаешь, что охранники сидят под этим куполом, неподалеку от миниатюрной железной дороги? – поинтересовался Гонзага.

– Когда меня вели в дом от вертолетной площадки, я заметил, что рядом с куполом стоит мини-туалет и мощный обогреватель, работающий на газе. Логично, что часовые находятся именно там.

– А где еще? – спросила Анжелина. – Может, вот в этой небольшой сторожке наверху – там, где подъездная дорога заворачивается кольцом позади дома?

– Ага, – сказал Курц. – Но там только один человек. И ни ворот, ни шлагбаума. Основные посты охраны ниже.

– А на террасе? – задал вопрос Малыш Док.

Курц пожал плечами:

– Вряд ли. Никому не придет в голову забираться по этой лестнице. Поэтому большинство охранников сидят у основания холма.

Они говорили еще час. Потом Малыш Док встал.

– Если кто-то хочет что-то сказать, говорите прямо сейчас. Сами понимаете, у меня всего пять часов, чтобы выполнить этот заказ, – сказал он.

– Врач, – произнес Курц.

– Что? – переспросила Анжелина.

– Мне нужно, чтобы с нами был человек, умеющий оказывать квалифицированную медицинскую помощь, – пояснил он. – Если Риджби Кинг еще жива и мы не дадим ей погибнуть во время перестрелки в этом военном лагере, я хочу вытащить ее оттуда и сдать в больницу в Эри, а не дожидаться, пока она умрет от потери крови на обратной дороге.

– Почему? – спросила Анжелина.

– Что «почему»? – Курц с недоумением посмотрел на нее.

– Почему ты считаешь, что она еще жива? Зачем майору О’Тулу и полковнику Тринху оставлять ее в живых?

Курц вздохнул и потер голову. Он устал как собака, и все тело болело. Похоже, когда он спускался по той лестнице, плюхаясь на задницу, он ухитрился свернуть себе спину.

– Они хотят, чтобы Риджби убил я, – наконец ответил он.

– Что ты имеешь в виду? – осведомился Малыш Док.

– Они могут плюнуть на Пять Семей, убив завтра в Неоле Фарино и Гонзага, но я не думаю, что их «соус» прикроет их от убойного отдела полиции Буффало. Кроме того, они не ждут меня завтра в офисе шерифа, а значит, собираются убить в другом месте. Приличнее всего будет выглядеть, если я убью Риджби Кинг у себя дома. Возможно, она успеет выстрелить в меня, прежде чем умрет. У них наше оружие, и они уже прострелили ей бедро из моего револьвера.

– Эс-Эм-Э, – по буквам произнес Гонзага, имея в виду судебную медицинскую экспертизу, которая сможет установить время смерти с точностью до пары часов. Значит, майор не хочет, чтобы Кинг умерла за сутки до своей гипотетической ссоры с Курцем. Они должны умереть одновременно.

– Ага, – согласился Курц.

– Как романтично, – заметила Анжелина. – Прямо современные Ромео и Джульетта.

Курц проигнорировал ее шутку.

– Вы сможете найти врача и минимальный запас медицинского оборудования? – спросил он у Малыша Дока. – Жгут, бинт, пластырь, тампоны, капельница и морфий. И врач.

Здоровяк кашлянул, прикрыв рот кулаком.

– Это значит «да»? – уточнил Курц.

– Значит «да», – подтвердил Малыш Док Скржипчик. – С оттенком иронии судьбы. Единственный врач, имеющийся в моем распоряжении, который рискнет с нами отправиться и будет держать язык за зубами, – йеменец, как и наш приятель Ясеин Гоба. Вы согласны, мистер Курц?

– Да, согласен, – ответил Курц. И подумал: «Что за дрянь».

– Тогда до встречи в полночь, у мистера Гонзаги, – сказал Малыш Док, едва заметно кивнув Гонзаге и Анжелине. Потом он вышел из офиса и начал спускаться по лестнице.

– А кто такой Ясеин Гоба? – поинтересовалась Анжелина.

Курц покачал головой и тут же вздрогнул от боли. Никак не привыкну, подумал он.

– Это не имеет значения, – проговорил он не без труда.

– Значит, в полночь, – после паузы сказал Тома Гонзага и пошел вниз по лестнице, к своим телохранителям. Анжелина задержалась в офисе, ожидая, пока Курц погасит свет.

– Ты хочешь что-нибудь выпить? – спросил он.

– Поехали ко мне, – мягко предложила она. – На тебе живого места нет.

– Что значит «поехали ко мне»? Ты снова затащишь меня куда-нибудь под дулом пистолета?

– Брось, Джо. Ты действительно ужасно выглядишь. Когда ты в последний раз ел?

– В ланч, – ответил Курц. Он не мог вспомнить, что ел тогда вместе с Риджби. Зато хорошо помнил, как его тошнило рядом с «Пинто». А шериф и его помощник смотрели и смеялись.

– У тебя дома есть что пожрать? – спросила Анжелина.

– Разумеется, у меня дома есть еда, – ответил Курц и подумал, что стоило остановиться в «Тэд Хот-догс» или где-то еще по дороге в «Арбор Инн» и что-нибудь перехватить.

– Врун. Поехали ко мне, в «Марина Тауэрс». Я сделаю стейки. У меня есть хороший домашний гриль, так что можно запечь их на решетке.

У Курца подвело живот. Вернее, у него уже давно подвело живот, но он просто не обращал на это внимание. Хватало и других болезненных ощущений.

– Мне нужно съездить домой переодеться.

– У меня в пентхаусе есть одежда твоего размера. Ты можешь залезть в душ, побриться и почистить зубы, пока я буду готовить стейки.

Курц молча посмотрел на дочь дона. Которая сама теперь дон. Он не стал спрашивать, откуда в ее шкафу мужская одежда его размера. Не его дело.

– Спасибо, нет, – отказался он. – У меня есть еще другие дела…

– Тебе надо поесть и поспать пару часов, прежде чем мы отправимся, – сказала Анжелина. – В нынешнем состоянии ты будешь обузой, а не помощником. Поешь, поспи, а потом я дам тебе таблетки, которые на пару часов поднимут твой тонус так, как тебе и не снилось.

– Не сомневаюсь, – отозвался Курц.

Он пошел следом за ней и закрыл за собой дверь. Ветер на улице стих, и дождь ослаб, превратившись в мелкую морось. Курц посмотрел вверх, чтобы прикинуть, насколько плотен слой облаков. Малыш Док сказал, что это очень важно. Но горевшие на Чипьюа неоновые вывески не давали рассмотреть небо.

– Пошли, Джо. Я подвезу тебя.

Курц покачал головой. Медленно и аккуратно.

– Я поеду сам. Следом за тобой, – сказал он, сворачивая в сторону своей машины. Однако голос Анжелины Фарино Феррара заставил его остановиться.

– Курц, – позвала она. – Все это ночное представление разыгрывается не для того, чтобы спасти женщину-полицейского? Девушка в опасности и подобная чушь, нет?

– Ты, должно быть, шутишь, – сказал Курц.

– Судя по ее внешнему виду, ее стоит спасать, – продолжала Анжелина. – Идеальная улыбка, большие глаза, полная грудь. Но если у тебя есть планы на нее, значит, тебе плевать на нас. А нас сейчас подобный расклад не устраивает.

– Ты хоть раз видела Риджби Кинг? – в свою очередь задал вопрос Курц.

– Я видела многое, о чем ты даже не догадываешься, – ответила Анжелина.

– Не сомневаюсь, – сказал Курц и побрел по темной аллее к своей машине.