Курц решил сесть в «Пинто», доехать до «Девятого облака» и вернуться в деловой квартал Неолы, прежде чем Риджби Кинг закончит трепаться с местными полицейскими. Но когда вернулся к машине, она уже сидела внутри.

«Вот дерьмо», – подумал он. И сказал:

– Хэй, Бу.

Старая шутка, он почти забыл, откуда она. Помнил только, что увидел в фильме – одном из тех, которые показывали вечером по пятницам в приюте отца Бейкера.

– Хэй, Бу, – грустно отозвалась Риджби. – Ты нашел своих любимых болтливых пьяниц?

– Ага, – ответил Курц. – Я-то думал, что девяносто минут уйдет только на то, чтобы разбить лед недоверия у этих местных копов.

– Здесь можно проторчать хоть девяносто дней, и они все равно ничего не скажут, – мрачно сказала Риджби. – Они даже не соизволили подтвердить, что этот твой проклятый парк вообще существовал. Если верить шерифу и его помощникам, они никогда не слышали ни о майоре О’Туле, ни о его фирме, которая всем здесь заправляет.

– Значит, они все у майора на содержании, – сказал Курц.

Риджби пожала плечами.

– Трудно поверить в это, но похоже, так. Или они просто идиоты из маленького городка с навозом вместо мозгов, тупые и всех подозревающие, даже полицейского из другого города. Поэтому и не хотят сказать правды.

– С чего бы им подозревать сыщика из полиции Буффало?

– Ну, ни один блюститель порядка не будет любить умника со стороны, задающего вопросы. Но ведь я не дрянь фэбээровская, решившая устроить проверку работы местной полиции. Я сказала им чистую правду. О том, что мы расследуем покушение на племянницу майора О’Тула, живущую в Буффало, и я просто приехала сюда в свой выходной, чтобы попытаться раздобыть дополнительную информацию.

– Но у них таковой не оказалось, – заметил Курц.

– Они зажались, как собачья задница на приеме у ветеринара-проктолога.

Курц невольно представил себе эту картину.

– Итак, ты узнал что-нибудь по поводу «Девятого облака»? – спросила Риджби.

– Ага, – кивнул Курц. Он задумался, как бы убедить Риджби не ездить с ним туда. Непонятно. И он просто включил передачу и поехал.

Едва они пересекли мост через Аллегэни, у Курца зазвонил мобильный.

– Да? – сказал он.

В трубке раздался голос Арлин:

– Джо, только что кто-то вошел в систему на личную страничку О’Тул. С ее компьютера.

– Секунду, – Курц крутанул руль и съехал с дороги. – Теперь продолжай.

– Кто-то вошел в систему с ее компьютера, стоящего в здании администрации.

– Ты сейчас в офисе?

– Нет, дома. Но я включила все нужные программы, чтобы скопировать информацию с обеих машин.

– Ты уже получила пароль О’Тул?

– Конечно. Но тот, кто вошел в систему, кем бы он ни был, сделал это лишь для того, чтобы стереть с сервера всю ее электронную почту.

– Он успел это сделать?

– Только после того, как я скопировала всю почту на свой винчестер. Я думаю, сначала он хотел проверить, что там есть.

– Хорошо, – отозвался Курц. – А зачем этому человеку, кем бы он ни был, залезать в ее электронную почту с ее машины, если у него и так есть пароль? Почему бы не сделать это с собственного компьютера?

– Я не думаю, что этот человек, кем бы он ни был, имел пароль доступа. Он – мне кажется, что это мужчина, а тебе? – использовал программу для взлома кода ее машины и тут же вошел в систему.

– Сегодня воскресенье, и администрация закрыта, – сказал Курц. – Логично. И что там с почтой?

– В параметрах сохранения писем была проставлена одна неделя, – ответила Арлин. – Все письма касаются ее работы по надзору. И одно она послала своему приятелю.

– Брайану Кеннеди?

– Да. Оно было отправлено на адрес его компании охранных систем в Нью-Йорке. Если верить отметке на сервере, то за десять минут до встречи с тобой.

– И о чем они там переписывались?

– Она сохранила письмо в виде файла. Тебе отправить копию по факсу?

– Я сейчас слишком занят, – сказал Курц. Он выбрался из «Пинто» и отошел на несколько шагов. Риджби хмуро смотрела на него из машины. – Перескажи мне его.

– Там было написано всего лишь, цитирую: «Брайан, я понимаю, почему ты просишь меня подождать, но я собираюсь заняться этим сегодня же днем. Если ты, как обычно, приедешь в пятницу, я все тебе расскажу. С любовью, Пег».

– Именно так?

– Именно так.

– И она послала письмо перед встречей со мной?

– За десять минут, судя по дате отправки на сервере.

– Значит, в этот день у нее был повод уйти с работы пораньше. В почте больше нет ничего, что могло бы нам пригодиться?

– Ничего.

В трубке воцарилось молчание, наполненное только шипением и треском разрядов, улавливаемых мобильными телефонами.

– Тебе еще что-нибудь нужно от меня сегодня, Джо? – наконец спросила Арлин.

– Да. Выясни домашний адрес и телефон бывшего директора дурдома в Рочестере. Я хочу позвонить ему или поговорить при личной встрече.

– Хорошо. Ты еще в том городке? Слабая связь.

– Нет. Я буду в дороге еще пару часов. Когда вернусь в офис, перезвоню. Удачной работы.

Курц сложил мобильный и сел обратно за руль.

– Твой брокер на бирже? – спросила Риджби.

– Ага. Он считает, что завтра, когда биржи откроются, надо скидывать акции. Устроить демпинг.

– Совет на все времена, – резюмировала она.

Отъехав от моста где-то на милю, они свернули налево, на проселочную дорогу. Еще через три четверти мили – направо, на дорогу, засыпанную гравием, без разметки, а потом снова налево. На склоне холма была грязная колея, полого уходившая вверх.

– Ты точно знаешь, куда едешь, Джо? – спросила Риджби.

Курц не ответил, сосредоточившись на дороге. «Пинто» ехал между деревьями. Местами деревья расступались, и они видели в прогалинах долину, реку и город вдали. Колея оборвалась, упершись в старый деревянный шлагбаум.

– Приехали, – сказала Риджби.

– Именно так старик Адам и описал это место.

– Старик Адам?

– Не обращай внимания.

Курц вышел из машины и посмотрел вверх, вдоль склона холма. Заросшая высокой травой колея вела дальше. Он медленно пошел туда. Вокруг шлагбаума валялись выцветшие знаки, сообщавшие о частной собственности и запрещающие проход. Курц вернулся к «Пинто», обошел машину, достал из багажника мешковатый старый рюкзак из нейлона, надел на плечи и двинулся в обход загородки.

– Ты издеваешься? – сказала Риджби, стоя позади машины. – Джо Курц пошел в поход?

– Если хочешь, сиди в машине. Я просто хочу немного пройти вперед и посмотреть, если там есть на что смотреть.

– Остаться здесь и пропустить зрелище в виде Джо Курца, отправившегося в пеший поход? – сказала Риджби, бегом догоняя его. – Ни за что.

Вот дерьмо, в который раз за день подумал Курц.

Они прошли по колее метров двести, огибая деревья, с которых уже упали все листья, и уткнулись в изгородь. Забор. Не старое гнилое дерево, как внизу. Решетчатый забор из стальных полос, высотой под три метра, наверху – витая проволока, даже не колючая, а режущая. И совсем не ржавая. Желтые знаки «Проход запрещен», пластиковые, новенькие. А еще на них было написано, что владельцам разрешается стрелять на поражение.

– Разрешается кем? – задыхаясь от возмущения, произнесла Риджби.

Курц молча достал из рюкзака кусачки с короткими ручками.

– Вау! – вскрикнула Риджби. – Ты же не станешь делать это.

Вместо ответа Курц приложил к забору индикатор, чтобы убедиться, что он не под током, и начал методично резать полоски решетки кусачками, формируя горизонтальную щель.

– Будь ты проклят, Джо. Нас обоих арестуют. Черт, я же сама обязана арестовать тебя. Ты небось упакован по полной программе.

Так точно. Револьвер был у Курца под курткой, заткнут за пояс сзади.

– Вернись в машину, Риджби. Я на пару минут. Просто хочу увидеть это место. Ты же сама говорила, что я не вор.

– Нет, ты чертов идиот, – отозвалась Риджби. – Ты не видел здешнего шерифа и его ребят. Это не слишком гостеприимный город. И нам не стоит попадать за решетку здесь.

– Они же не арестуют копа, – сказал Курц, закончив прорезать горизонтальную щель. И начал отгибать металлические полосы внутрь. Металл плохо поддавался, но потом все-таки получился небольшой проход, через который можно было пролезть, если снять рюкзак и встать на коленки.

– Не арестуют меня? – переспросила Риджби, сев рядом и глядя, как Курц лезет внутрь. – Я боюсь, как бы они меня не пристрелили.

Она достала из кобуры «Глок», передернула затвор, проверила, есть ли патрон в патроннике, поставила оружие на предохранитель и убрала обратно. Потом она снова села на корточки, боком пролезла через проход, пока Курц держал полосы металла отогнутыми, и поднялась.

– Обещай мне, что мы здесь надолго не задержимся.

– Обещаю, – сказал Курц.

Пройдя по опушке леса метров пятьдесят на север, они увидели старую подъездную дорогу, заросшую высокой травой и заваленную упавшими деревьями. И начали подниматься по ней дальше.

Каждый шаг отдавался в голове Курца болью. Даже когда он останавливался передохнуть, стучавший в висках пульс причинял боль. Она буквально давила на глаза изнутри. Курц видел все как в тумане.

– Джо, ты в порядке?

– Что? – переспросил он, глядя на Риджби и вслушиваясь сквозь пульсацию боли.

– Ты в порядке? У тебя лицо бледное.

– Все нормально, – ответил Курц, оглядевшись. Этот чертов холм оказался самой настоящей горой. Он порос высоченными соснами, стоявшими вплотную друг к другу. Метров на пятнадцать от земли они были без веток, гладкие, как телеграфные столбы. Плотные кроны закрывали небо. Темные облака клубились совсем низко, чуть ли не задевая верхушки сосен. Солнце едва перевалило за полдень, но было темно, как вечером.

– Там! – крикнула Риджби.

Курц проследил за ее взглядом и увидел.

На вершине холма сквозь переплетенные ветром ветки старых сосен виднелась верхняя часть колеса обозрения. Кабинок на ней практически не было.