Мужчина-Скорпион становится символом глубокой преданности, когда находит ту, с которой они синхронизируются душами. Такой союз выдерживает самые сложные жизненные испытания.

Старый мафиози, сильно хромая на правую ногу, шел по каменистому берегу Ерколе. Эта река видела не одно поколение таких, как он. Вода хранила их истории, ни одна из которых не была похожа на его жизнь. «Сколько раз я спотыкался? Меньше, чем падал. Сколько раз меня унижали? Всем отплатил сполна. И вот я здесь, чтобы принять окончательное решение».

Бросая косой взгляд на ленту реки, он остановился, чтобы перевести дыхание. Собравшись с духом Бесси вошел в ворота маленького кладбища. Огромные пушистые облака придавали этому месту мистичности – в окружении кипарисов и раскидистых кустарников, с надгробными памятниками из белого мрамора в стиле барокко.

Опираясь на простой деревянный крест с фотографией красивой шатенки, Бесси опустился на здоровое колено, затем морщась, подогнул второе, больное, коснулся ладонями влажной земли, усыпанной свежими лилиями и хризантемами.

– Агата, – прошептал он. – Здравствуй, любимая! Хотел еще раз тебя поблагодарить за тот свет, что ты мне дарила. Каждый день, проведенный с тобой, был для меня самым ценным подарком. И не важно, что ты сделала меня самым мягкотелым боссом. Я научился договариваться. Поначалу думал, что полюбил тебя за роскошное тело, желание жить в полную силу и радоваться. Теперь точно знаю, что люблю тебя за твою светлую и чистую душу, которая не покрылась ни единым пятнышком грязи, в которой я измазался полностью. За то, что ты умела превращать мои грехи и пороки в милосердие. Я был зол, что привел тебя тогда в осиное гнездо, полное опасностей. Помнишь, я рассказывал тебе, что спас дочку твоего младшего брата? А я ведь ехал тогда предупредить Антонио. Но Лагана́ опередил меня. Я видел его мотоцикл вдалеке. Но опоздал. И не только тогда.

Шу-у-уш! Ветер снова прилетел с реки, сорвал оставшиеся на тутовнике сухие листья. Заходящее солнце окрашивало облака в розово-золотые оттенки. Бенито грустно улыбнулся, будто увидел лицо своей Агаты.

– Любовь моя, – дрожащим голосом продолжал Бенито. – Где ты сейчас? В спокойном привычном мире или в том, что полон опасности и страстей? Ты поверила в меня в тот день, когда все могло пойти по-иному. Слышишь этот звук вдалеке? Это сирены. Они едут за мной. Скоро все закончится.

Он медленно встал, потер больное колено. Сегодня оно особенно ныло, словно намекало, что его гордыня вот-вот будет сломлена.

– На сердце у меня спокойно. Скоро свершится месть. И тогда я сложу оружие. Сдамся. Точно знаю, что на этот раз вряд ли выйду оттуда живым. Мой конечный пункт – встреча с Лагана́, я сведу с ним счеты. Эпоха старой мафии, людей слова и галантных манер, подходит к концу. Миру нужны другие персонажи. В тот самый день, когда тебя не стало, я пообещал, что все участники этого преступления поплатятся жизнью. Любовь моя, где бы я ни оказался, прошу, позаботься о Рафаэле. Я хотел стать ему отцом. Но судьба распорядилась иначе. Может, это и правильно. Ну какой из меня пример? Знай: я буду продолжать носить память о тебе в своем сердце, пока мы не воссоединимся там, за пределами времени и пространства.

Медленными шагами Бенито поковылял к дороге. Он не чувствовал ни гнева, ни горечи по поводу окончания своей жизни. Лишь благодарность Всевышнему за короткую, полную нежных чувств, историю с Агатой.

В ответ со стороны реки налетел легкий ветер, окутавший его прохладой. Бенито остановился, вглядываясь в стального цвета воду реки, словно пытался увидеть там следующий шаг своего жизненного пути.