В монотонном гуле мотора старенького «уазика» что-то изменилось. Машина несколько раз дёрнулась, словно необъезженный жеребец, незакрученный болт дверного крепления жалобно задребезжал, и машина встала. Старший лейтенант милиции отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков Леонид Швецов чертыхнулся. Он уже было задремал, да вот на тебе.

– Чего у тебя? – зевая, спросил он у водителя и, не дождавшись ответа, повернулся на переднем сиденье. Сзади посапывал его напарник, тоже старший лейтенант Витя Гвоздев.

– Эй, аллё, гараж, подъём! – заорал Леонид Швецов и с удовольствием стукнул друга по коленке.

Витя очнулся. Из его рта сладко текла тоненькая струя слюны. Спать он любил и умел. Спал с удовольствием до слюней. В награду за серьёзное отношение к этому делу и сны приходили к Витьке самые что ни на есть замечательные: про баб и про деньги. Другой бы на его месте не очень-то любил просыпаться, а Витёк, он нет, приходил в сознание в одно мгновение. А почему? Да потому, что знал: если хочешь жить, как во сне, – стремись. В зарабатывании денег нет предела совершенству, как нет границ удовольствия в любви. И того, и другого всегда чуть-чуть не хватает.

До конца квартала оставалось два дня. Для получения премии за выполнение плана борьбы с наркоторговцами не хватало пустяка. Всего-то двух палок. Кровь из носа, наркоторговцы должны быть арестованы. Ровно на два уголовных дела.

Барыгу поймать нелегко. Это тебе не стародавние времена бандитской вольницы девяностых годов. Сейчас всё изменилось. Наркоторговцы, все как один, работают под надёжной крышей. Одних крышуют сами обноновцы, других – прокурорские крысы или ребята с убойного отдела, а не то, смотришь, и какой крупный чин из ментов "лавочку" оберегает заботливо, отбивая у обноновцев желание к возбуждению уголовного дела. Витёк, поёрзав на заднем сидении «уазика», вспомнил даже полковника из области, который, ну, очень беспокоился об одном барыге. Исходя из выше перечисленного, заработать премию было архисложно. Связать "ласты" наркобарону – значит, напороться на весьма крупные неприятности со стороны своих же коллег.

Наркоманов не вывести, бесполезно бороться с тем, что приносит удовольствие, а, значит, у каждого свой выбор. У Витьки в голове всё давно сложилось, как в кубике Рубика. Строго по вертикали и строго по горизонтали.

Конфликт интересов не разрастался по одной простой причине. Если он арестовывал подконтрольного наркодельца, то он напрямую покушался на благосостояние родной милиции, практически родного дома, из которого он, бывало, не вылезал неделями. Подрывать благосостояние родственников не в его интересах. Вдруг найдутся ухари почище него и накроют Витькину точку продажи герои-на?! И что? Караул! Прощайте, заначка от жены, субботние оргии в ресторане "Плёс", прощай, любовница Люба восемнадцати лет, прощайте, подарки детям и матери-старушке!

Нет, свои точки трогать нельзя…, но план надо выполнить… премия всё же…

Чтобы записать на себя две "палки", надо покумекать и повертеться как поросячий хвостик.

– Вот работёнка, – чертыхнулся Витёк, и остатки сна слетели с его длинных чёрных ресниц. – Чё те, Лёнька? Проворчал он.

– Чё, чё, дрын через плечо. Приехали. Пусть провалится земля под нами, Витёк, но я нашёл выход из тупика.

– Какого тупика? – проворчал Витя Гвоздев.

– Щас-с.

Водитель «уазика», выругавшись, дважды нажал на ключ стартера, но машина не завелась. Он вылез из кабины и открыл капот.

– Слушай и учись, – Леонид Швецов сделал серьёзное лицо и шёпотом заговорил. – Нам нужны два барыги?

– Да, и что?

– Глупый, никогда не быть тебе, Витёк, милицейским генералом, про генерал-полковника не говорю, сам не дорасту, у них свои дети есть.

Он уставился рыбьими глазами на напарника.

– Давай сделаем их.

– Кого? – не понял Витя Гвоздев и хотел уже, было, махнув рукой, выйти из машины на свежий воздух, но напарник его остановил.

– Погоди, Витя. Всё гениальное просто, – затараторил он. – Едем в посёлок, ищем алкаша. Ну, или мужика, который с похмелья. Дело не в этом. Любого, кто согласится.

– На что? – опять недоумевая, спросил Витя.

– Ох, и трудный же ты парень. Не тупи. Смотри. – Лёня Швецов опять понизил голос. – Едем по дороге, так?

– Так.

– Видим мужика! Так?

– Так.

– Спрашиваем: «Мужик, мак есть»? Он отвечает: «Вроде, баба сажала в огороде». А мы ему тут же предложение, от которого он не сможет отказаться: «Выпить хочешь?» Он: «Хочу». – «Вот и старайся, мужик. Принесёшь маку, получишь на пузырь, подожди… – на два пузыря». Мужик дёргается всем телом от невыносимого похмелья и несётся на всех копытах в огород к своей бабе. Рвёт охапку мака, желательно с пол мешка. И дело в шляпе!

– Ты, Витёк, передаёшь ему запротоколированные меченые купюры, для верности пятихатку, – и всё! Голубчик наш, наручники, ластаем его. Дело готово. 228-я статья, часть вторая. Барыга наш! A-а?! Как я, Витёк? Ну, скажи, что не гений?

– Как-то неловко, – Витя повертел головой, перестраховываясь – вдруг кто слышит. – Как-то не так.

– Дурак! Как тебе ещё надо? Свою точку повяжешь?

– Да ты что, с ума сошёл? У меня у дочери скоро день рождения.

– То-то, деятель. Не ссы! Всё сделаем красиво, в лучшем виде. Для чего учились? А ты не дрейфь. Подумаешь, пара алкашей. С ними уже все устали: и родные, и близкие, и власть. Ну, что?

– Давай попробуем.

«Действительно, и чего это я? – подумал Витёк и откинулся на спинку сидения. – Чего сопли распускаю при напарнике? Деньги нужны. Карьера тоже, а я алкаша пожалел. Да если подумать, то мы с Лёнькой благое дело сделаем, если алкашей пересажаем на нары. Толку от них никакого. Пьют, собаки, каждый день, из дома ценные вещи выносят втихаря и пропивают, а тут, заедет мужик в зону лет на пять, протрезвеет, одумается да и станет человеком – полноценным членом общества».

– Идея неплохая, Лёня, давай обсудим.

Они достали из папки документы и занялись своим новым делом. Машина завелась через полчаса. Матерясь, шофёр сел за руль, и они тронулись.

– Куда? – бросил он старшему в машине.

– Давай так. В деревне должен быть магазин? Должен. В нём водку продают? Продают. Вот и газуй к магазину. Найдём точку, а там посмотрим, – бодро скомандовал Лёня Швецов.

Магазин в деревне долго искать не пришлось. Из трёх улиц со скособоченными домами одна была широкой. В центре этой улицы и стоял магазин с огромной вывеской "Супермаркет".

Под палящими лучами солнца у крыльца одноэтажного супермаркета толкались мужики. Сам факт нахождения здоровых бугаёв возле магазина в сельскую страду говорил о том, что перед обноновцами стояли самые настоящие вредители – алкоголики, тунеядцы и лентяи. А с таким контингентом надо бороться.

Мужики что-то живо обсуждали. Не привлекая внимания местных отбросов общества, Лёня Швецов приказал припарковать машину в стороне от магазина.

Удача сама шла в руки. Мужик вынырнул прямо из-под колёс «уазика».

– Эй! – крикнул ему Лёня Швецов. Мужик остановился, уставившись на него мутными красными глазами.

– Чего надо? – пробормотал он и подошёл поближе.

– Дело есть, мужик, – как можно естественнее начал Лёня Швецов. – Мак, конопля есть? – тихо, но многозначительно спросил он.

– А зачем? – удивился алкаш, переминаясь с ноги на ногу.

– Ну, есть или нет? Если есть, то тяни охапку, бутылка водки твоя.

– В-о-од-ки! – протянул алкаш, и его глаза посветлели. – Не «Трояр», не спирт технический, а водка?

– Водка, водка! Вот, смотри, – и Лёня Швецов показал новенькую пятисотрублевую купюру, номера которой они с Витьком уже занесли в протокол.

– На пятьсот рублей купишь гору бутылок. Сам понимаешь, для хорошего человека денег не жалко. Только и ты нас не подведи. A-а, мужик?

Мужик судорожно сглотнул слюну. В мутных глазах вспыхнула искра безотчётной радости. Он хотел было броситься обнимать щедрых незнакомцев, но, увидев серьёзный взгляд, осёкся.

– Ладно, братцы, я сейчас. – Выставив большой палец вверх, в знак того, что всё будет в порядке, он рванул с места, и через секунду оба милиционера недоумённо смотрели друг на друга: а был ли алкаш?

Но это была явь. Не прошло и полчаса, как алкаш принёс на спине большущий серый мешок. Милиционеры приняли груз из рук в руки и решили проверить содержимое мешка. Лица оперативников расцвели. В мешке оказалась не только маковая соломка, но и конопля. Вот это удача!

Лёня бросил удивлённый взгляд на алкаша и тихо спросил:

– У тебя и конопля есть? Ну, ты молодца!

– Дык как есть. А это мы коноплю садим меж картошки, чтобы кроты не рыли огород. А мак у матери надрал на грядке. Булочки с маком я не люблю.

– Вот и молодец. – Витя спрыгнул с подножки «уазика», обошёл мужика сзади и незаметно сунул ему в задний карман пятисотку.

– Мы работники милиции, ОБНОН! – заорал Лёнька Швецов.

Мужик выронил охапки с зеленью и испуганно захлопал глазами…

Лёня Швецов вынул из кармана наручники и защёлкнул их на запястьях ничего не понимающего деревенского алкаша.

– Ищи понятых, – прошипел он, и Витёк побежал к магазину за женщинами. Продавцы и покупатели – это лучшие понятые на свете.

Протокол изъятия меченых купюр провели быстро и организованно. Оба спешили. Для плана нужна была ещё одна "палка", а до следующей деревни – пять километров. На раздолбанном «уазике» добраться до неё – большой вопрос.

Зря торопились Ленька с Витьком. Они всё успели. В соседней деревне арест наркобарона прошёл без сучка без задоринки. Схема работала прекрасно.

План выполнили. День рождения дочери Витя Гвоздев устроил в ресторане. Особенно веселился Лёня Швецов. На его погонах красовалась четвёртая звёздочка. После получения очередного звания он всё ещё работал старшим оперуполномоченным, но в мечтах видел себя в кресле заместителя начальника районного отдела милиции. Работник-то он хороший, почему бы и нет? Благо, звание позволяет…

Кстати, тех двух мужиков осудили. Дали по пять с половиной лет колонии строгого режима. В принципе, немного. Организм успеет очиститься от алкоголя, и голова начнёт соображать "что по чём".