– Оливия, кто там?

– Эм… – Оливия прижала коробку к груди и, в спешке проскочив холл, повернула в сторону лестницы. – Ошиблись адресом.

Она торопливо поднялась на второй этаж и скрылась в своей комнате, хлопнув дверью. Затем положила коробку на кровать и сняла крышку. Увидев содержимое, Оливия ахнула.

Это чей-то розыгрыш? Чем больше она рассматривала цветы, тем больше не верила в реальность происходящего. В букете были собраны розы, но они были не белые, не розовые и не красные. Они были глубокого синего оттенка. Точно такого же, как глаза мистера Лонсдейла.

Называй меня Крис.

Низкий и обволакивающий голос Кристофера отчётливо прозвучал в голове, словно его обладатель стоял рядом с Оливией. Она задумчиво потянула за край атласной ленты, выглядывающей из-под коробки. В нижней части показался выдвижной ящик, и в нос Оливии подкрался аромат миндаля. Она улыбнулась, разглядывая разноцветные яркие макаруны, между которыми лежал небольшой белый конверт.

Оливия тут же достала его и открыла, предвкушая, кто оставил ей послание.

«Милая Оливия. Такая девушка, как ты, не достойна банальных и простых цветов. Ты такая же редкая, как сорт Сантори. Ещё сегодняшней ночью эти розы росли в Японии, утром были бережно срезаны, а сейчас летят на самолёте к тебе. И я надеюсь, что не зря. Поставь их рядом с кроватью и вспоминай обо мне. К.»

Оливия выполнила просьбу Кристофера и поставила коробку с цветами на прикроватную тумбочку. Она прикрыла глаза, представляя, как Крис сидел за столом в своём кабинете и писал для неё это письмо. Как на его руках были небрежно закатаны рукава рубашки, когда он ровным почерком выводил слова: вспоминай обо мне…

Оливия глубоко вздохнула. Если бы она о нём вспоминала…

Да она не в состоянии прогнать его из головы!

Она думала о Кристофере с тех пор, как вернулась домой, когда он привёз её после клуба. Она думала о нём, когда ложилась спать. Когда проснулась и принимала душ. Когда завтракала и просматривала объявления о работе. Она думала о нём, и его поцелуе.

Сознание словно нарочно прокручивало моменты, где его губы прикасались к ней в изгибах шеи и на плечах. Кристофер поистине знал её самые чувствительные места. Такие знания не даются с рождения, они приобретаются. Оттачиваются годами, вырисовывая на частях тела особые схемы, ведущие в плен удовольствия.

Оливию мгновенно бросило в жар. Что же с ней было бы, если бы Кристофер добрался до более сокровенных мест на её теле?

От разыгравшегося воображения её сердце забилось в груди с такой силой, что кровь зашумела в ушах. Оливия резко распахнула глаза и оглядела комнату, ещё не до конца понимая, что именно вывело её из обезумевшего состояния.

– Оливия! – недовольно пробурчала в коридоре Джианна. – Ответь, наконец, или сбрось вызов.

Заметив на столике телефон с загоревшимся дисплеем, Оливия напряжённо сглотнула. Она набрала побольше воздуха в лёгкие и подрагивающей рукой нажала «ответить».

***

Оливия не была из тех, кто бросал вызов судьбе. Лишь иногда она позволяла себе самую малость. Например, пойти наперекор матери и связаться с тем, с кем бы та никогда не одобрила. Или купить шубу кричащего фасона и цвета. Или… согласиться на свидание с мужчиной, от одного упоминания которого веяло превосходством и силой.

Снег хрустел под ногами, когда Оливия шла вдоль тротуара, повернув на соседнюю улицу.

– Оливия!

Обернувшись на голос, она увидела Кристофера, направлявшегося к ней.

– Отлично выглядишь, – произнёс он, когда встал напротив неё.

– Спасибо, – Оливия смущённо улыбнулась. – Ты тоже.

«Как и всегда», – хотела добавить она, невольно засмотревшись, как ветер играет с его тёмными волосами.

– Как ты думаешь, куда мы поедем? – спросил Кристофер, приблизившись к черному «Астон Мартин» и раскрывая пассажирскую дверь перед Оливией.

– Не знаю, – она опустилась в кожаное сиденье светло-коричневого цвета и подняла взгляд на лицо Кристофера. – Может быть, ты дашь подсказку?

Мягкая, несвойственная улыбка коснулась губ Кристофера, и Оливии показалось, что он с ней флиртует, если… такие мужчины, как он, способны флиртовать. А может, она окончательно заблудилась в своих фантазиях и просто ей хотелось так думать. Может, она принимала элементарную вежливость за намёки?

Кристофер сел за руль и запустил двигатель, после чего глубокий рокот наполнил внутренности Оливии.

– Надеюсь, ты голодна? – спросил он, отъехав от бордюра.

– Значит, мы едем ужинать, – решила Оливия, расстёгивая воротник тёплой бежевой куртки.

Кристофер остановился, пропуская через дорогу парня с огромной рыжей собакой, и взглянул на Оливию.

– Возможно, – задумчиво протянул он.

Нарастающее волнение сковало Оливию, и она отвернулась в окно, избегая взгляда Кристофера. Почему он не сказал ей, куда они направляются?

– Это сюрприз, – будто прочитав её мысли, произнёс Кристофер, трогаясь с места. – Тебе не о чем беспокоиться.

Оставшуюся дорогу они провели в молчании. Кристофер припарковался на стоянке рядом с улицей, на которой располагались рестораны с различными кухнями: начиная от индийской и заканчивая корейской. Покинув салон автомобиля, он открыл для Оливии дверцу и протянул руку, помогая ей выбраться из машины.

Рядом с ними притормозил черный БМВ, и из него вышли двое мужчин крепкого телосложения. Они остановились неподалёку от Кристофера.

– Твои телохранители? – спросила Оливия.

– Сейчас непростое время, и я вынужден брать охрану даже на свидание.

– Они будут сопровождать тебя весь вечер?

– Они держатся на расстоянии и не будут мешать. Я уже привык. Ты тоже скоро привыкнешь.

Не выпуская ладонь Оливии, Кристофер повёл её по оживлённой улице. Оливия чувствовала затылком посторонний взгляд и обернулась. Примерно в пяти метрах позади неё следовал мужчина.

– Это Билл, он прикрывает меня со спины, – пояснил Кристофер. – А вон тот бритоголовый, что делает вид, будто разглядывает вывеску азиатского ресторана – Фрэнк. Он готов закрыть меня собой в случае необходимости.

– Разве к этому можно привыкнуть? – потрясенно спросила Оливия.

– Разумеется, – спокойно ответил Кристофер. – Учитывая, что мне принадлежит бóльшая половина города, у меня достаточно много врагов.

Он остановился возле ресторана с европейской кухней, и Оливия взглянула на его фасад. Обычно в вечернее время здесь горел свет, и все столики были заняты посетителями, но сейчас за окнами царила мгла. Небольшая компания молодых людей застыла у входа и, увидев табличку «закрыто», отправилась дальше.

– Я слышала, что здесь подают необычные десерты. Жаль, что сегодня тут закрыто, – Оливия повернулась к Кристоферу, засмотревшись, как уличные фонари бликуют в его ярко-синих глазах.

– Закрыто, – согласился он. – Но не для нас.

Кристофер подошёл к входной двери и открыл её своим ключом. Затем застыл у порога, придерживая дверь, чтобы Оливия ступила первой.

– У тебя не возникнет проблем с полицией? – настороженно спросила она.

– Ну что ты. Я паинька, – тут же отозвался Кристофер. – Только пару штрафов за парковку в неположенном месте.

– А проникновение на чужую собственность? – Оливия всё-таки зашла внутрь.

– Никогда не занимался подобными вещами, – Кристофер шагнул следом за ней.

Они оказались в огромном тёмном помещении. Кристофер закрыл дверь, и непривычная тишина застыла в вестибюле ресторана.

Свет с улицы падал на коричневый пол, гладкие диваны молочного оттенка, чёрные столы и массивную люстру в стиле авангард. Кристофер уверенно прошёл по проходу и остановился у стойки ресепшн. Раздался щелчок выключателя, и зал наполнился мягким тёплым светом.

– Мне больше нравится полумрак, – Кристофер направился к Оливии. – Но гораздо удобнее готовить при хорошем освещении.

– Готовить? – удивлённо переспросила Оливия.

– Сегодня я отпустил весь персонал, чтобы мы остались наедине. Я хочу приготовить что-нибудь для тебя.

Кристофер приблизился к Оливии со спины и помог ей снять куртку, после чего повесил её на плечики. Оливия обернулась, заметив, как его взгляд задержался на её ногах в чёрных обтягивающих джинсах и на заднице.

– Этот ресторан принадлежит тебе? – она отвернулась, чтобы Кристофер не заметил, как её щеки покраснели.

– Да. Как и все на этой улице, – он снял с себя пальто, оставшись в тёмно-серых брюках и чёрной рубашке.

Оливия украдкой взглянула на его пояс, где была пристёгнута кобура с пистолетом.

– Ты всегда носишь с собой оружие?

– Бывают исключения, – коротко ответил он.

Молча кивнув, Оливия внимательно рассмотрела помещение, медленно кружась и пропитываясь его атмосферой. Затем замерла рядом с картиной, которая по её мнению не вписывалась в интерьер.

– Что скажешь? – Кристофер встал рядом с ней.

– Если честно… – Оливия повернулась, встретившись с ним взглядом. Она колебалась, раздумывая над ответом. – Картина и интерьер разного стиля.

– Я не разбираюсь в таких тонкостях, но тоже считаю, что она лишняя. Моя внутренняя интуиция всегда подсказывает, от чего нужно избавиться, – Кристофер положил руку на талию Оливии и притянул её к себе. – А на что следует обратить пристальное внимание.

Его вторая рука коснулась её подбородка, и Оливия вздрогнула.

– Ты до сих пор боишься меня? – Кристофер смотрел ей прямо в глаза.

– Да, – искренне ответила Оливия.

Она не смогла поверить, что озвучила это вслух. Близкое присутствие Кристофера одновременно обезоруживало и пугало, к тому же Оливия была уверена, что у него было достаточно опыта, чтобы понять, лжёт она или говорит правду.

– Тогда зачем ты согласилась встретиться, раз ты боишься меня?

– Когда я делаю то, чего боюсь, – пролепетала Оливия, – тогда я ощущаю себя по-настоящему живой.

Некоторое время Кристофер обдумывал её ответ. Его черты лица ужесточились, и Оливия пожалела о своих словах, хотя это было правдой.

– Страх самая сильная эмоция. Он помогает выжить человеку, как виду. Нам даны органы чувств, чтобы мы могли услышать опасность, увидеть врага, учуять его запах и так далее. Но, помимо этого, мы наслаждаемся музыкой, любуемся красотой природы, шепчем слова любви… Это всё делает нас по-настоящему живыми и отличает от зверей. На свете есть масса других вещей, чтобы почувствовать себя живой, Оливия. И я надеюсь, у тебя будет шанс испытать это.

– Я тоже надеюсь, – по-детски наивно произнесла Оливия.

– Тебе не нужно меня бояться. Я не причиню тебе вреда. Поверь, я часто внушаю людям страх, но редко даю подобные обещания.

Он пристально смотрел на неё, и Оливия поняла истинную природу своего страха. Она боялась Кристофера. Боялась, что настанет день, когда она станет зависимой от него. Потому что одного его взгляда было достаточно, чтобы она потеряла голову.

– Поможешь мне с ужином? – поинтересовался Кристофер, меняя тему. – Я пожарю стейк, а ты приготовишь салат.

– Если это проверка моих кулинарных способностей, – слабо улыбнулась Оливия, – то ты можешь доверить мне что-нибудь посложнее салата.

– Тогда выбери вино на свой вкус.

Опустив руку на поясницу Оливии, Кристофер провёл её в конец зала, и они оказались в помещении, полки которого занимали многочисленные бутылки всевозможных форм и цветов. Оливия растерянно смотрела на них, этикетки которых ей ни о чем не говорили.

– Тебе нужна помощь? – спросил Кристофер.

– Очень большой выбор, – пробормотала она.

– Мне нравится вкус тосканского вина. А тебе?

– Не пробовала.

– Думаю, ты оценишь его вкус, – Кристофер взял из ряда одну из бутылок.

– Мне не с чем сравнивать. В моей семье алкоголь под запретом, и я не ходила на вечеринки, где могла попробовать спиртное. Хватит пальцев на одной руке, чтобы сосчитать, сколько раз в своей жизни я пила вино.

– Мои запасы всегда для тебя открыты. Я не склоняю напиваться, но бокал этого вина ты должна попробовать, – Кристофер обворожительно улыбнулся, и Оливия инстинктивно придвинулась ближе. Его глубокие синие радужки, в которых не жалко утонуть, потемнели. Привлекательные очертания порочных губ задержались в нескольких дюймах от лица Оливии.

– Спасибо, – зачем-то сказала она.

– Оливия, тебе не за что меня благодарить. Я пригласил тебя провести вместе вечер, и это вполне логично, что хочу, чтобы у тебя остались только приятные впечатления. К тому же, ты ещё не пробовала это вино, – возразил Кристофер. – Может, оно тебе и не понравится.

– Не терпится попробовать, – произнесла Оливия голосом девочки, которой пообещали мешок конфет.

Подхватив бутылку, Кристофер кивнул в сторону двойных дверей. Распахнув их, они зашли в просторную кухню с длинными отполированными до зеркального блеска столами, над которыми горели лампы с яркими нитями накаливания внутри.

Кристофер подошёл к массивному холодильнику и открыл его, достав оттуда всё необходимое. Затем разложил продукты на столешнице.

– Ты не подашь фартуки? Они в нижнем ящике, – обернулся он, засмотревшись на ровные длинные ноги Оливии, когда она наклонилась.

Завязав вокруг себя фартук, Оливия приблизилась к Кристоферу и потянулась за ножами. В этот момент его рука накрыла её ладонь.

– В прошлый раз ты порезала палец. В этот раз будь аккуратна.

Оливия чувствовала на своей коже близость его крепкой и тёплой ладони, и это прикосновение не вызвало в ней испуга. Скорее наоборот, она наслаждалась мгновением.

– Хорошо, – она кивнула и взяла разделочную доску.

Кристофер закатал рукава рубашки, чтобы ополоснуть руки. Он занялся сочным куском говядины, обильно сдабривая его солью и специями. Его взгляд то и дело возвращался к Оливии, которая ловко резала овощи.

– Ты отлично справляешься с ножом, – заметил Кристофер, отправляя на сковороду мясо, предварительно добавив масло.

– Ничего сложного, – Оливия кромсала томат на тонкие дольки. – Меня больше удивило, что ты предпочёл сам приготовить ужин. До этого дня я видела таких мужчин только в кино.