– Добро пожаловать в мои апартаменты, – сообщил Теон, заглушив двигатель и отстегнув ремень безопасности.

***

Крепкий алкоголь в миг обжёг гортань и спустился в пищевод. Ещё один глоток, и неприятная горечь во рту сменилась теплотой. Рой тяжёлых мыслей в голове постепенно рассеивался и, поставив пустой бокал на стол, Алиса расслабленно улеглась на софу и прикрыла веки.

В таком состоянии гораздо легче думать, что делать дальше. Неизбежное дерьмо превращается во вполне решаемое дерьмо.

Итак, что у неё за проблемы?

Во-первых, ей нужно незаметно от мачехи проникнуть домой…

– Докатилась, – прошипела Алиса. – Как крыса пытаешься пробраться в собственный дом за собственными деньгами. Позорище!

– Алиса, ты что-то сказала?

Алиса лениво раскрыла глаза и проследила, как напротив сидевший Теон потянулся за бутылкой виски. Он наполнил пустые бокалы янтарной прозрачной жидкостью, но Алиса упрямо замотала головой. На сегодня ей хватит.

– Дома скучно. Может, проведём пятницу в более весёлой компании? – предложил немного нетрезвый Теон. – Поехали в клуб?

– Я не хочу никуда ехать, – честно призналась Алиса.

Она вновь прикрыла веки, и её губы искривились в злорадной усмешке. Но насмехалась Алиса не над кем-то, а над собой. Как забавно, что раньше она выпивала в клубах, принимала запретные вещества, чтобы насолить отцу своим поведением. А теперь Алиса почти образцовая дочь, стремящаяся вызволить единственного близкого человека из опасных лап Франчески.

– Ты точно не хочешь в клуб? – настаивал Теон.

– Нет, – не раскрывая глаз, произнесла Алиса. – Я устала и хочу спать. Если ты не помнишь, то вчера у меня было сотрясение.

– Что ж, отдыхай. Я не буду мешать. Если передумаешь, то моя визитка с номером телефона на холодильнике, – раздался звук шагов и хлопнувшей входной двери.

– Не передумаю, – тихо сказала сама себе Алиса и с облегчением выдохнула. Наконец-то ей можно подумать обо всём в одиночестве.

На чем она остановилась? Она должна пробраться домой и взять деньги. А потом снять что-то подходящее, куда можно будет привезти отца. После этого нужно позвонить сиделкам, забрать оборудование…

Девушка мгновенно раскрыла глаза и потянулась за выпивкой. Прильнув губами к стеклу, она практически одним глотком осушила бокал.

Перед глазами всё ещё стоял грозный взгляд, а шея ещё помнила стальную хватку пальцев.

Сжав кулаки, Алиса до боли впилась ногтями в ладони. Она была впервые в такой ситуации, когда разум и эмоции спорили между собой. Рядом с Вертом ей было сложно дышать, коленки предательски дрожали. И вовсе не от страха. А от одного его присутствия. Стоило ему только взглянуть на неё, как из лёгких испарялся весь воздух.

– Убирайся из этого дома.

Слова Верта мгновенно отрезвили, ударив по лицу невидимой хлёсткой пощёчиной. Алиса подскочила с дивана и принялась мерить тяжёлыми шагами комнату. Серебристый свет от луны, проникающий через окна, очертил плавные линии мебели и упал на тёмный пол.

– Алиса идиотка и ни на что не способна. В том числе и в постели.

Его зловещий голос всё ещё гудел в голове. Зачем он так сказал? Чтобы в очередной раз её унизить? Не только в её глазах, но и в глазах друга?

Образ благодетеля в очередной раз рассыпался на осколки.

– Он прав! – в сердцах воскликнула девушка. – Ты идиотка, Алиса.

Не успела она сказать это вслух, как глухую тишину в квартире нарушил настойчивый стук. Алиса вздрогнула от резкого звука и застыла на месте, уставившись на входную дверь. Стук повторился, и девушка, выйдя из оцепенения, неторопливо направилась к двери.

Посмотрев в глазок, Алиса почувствовала, как адреналин в крови подскочил, а сердце забилось в испуге.

На лестничной площадке, оперевшись на перила, стоял злобный монстр, кретин и садист. Как всегда, он держался надменно и мрачно. Верт смотрел в упор на глазок, будто знал, что в эту минуту за ним подглядывает взволнованная Алиса.

Изо всех сил она старалась, чтобы её голос казался ровным. Алиса больше не допустит, чтобы мистер Садист наслаждался её всплеском эмоций.

– Теона нет дома, – выдавила она.

– Я не к нему, – заявил Верт. – Открой, Алиса.

Глава 22 «Побег»

Серые проницательные глаза, отдающие холодом, с пустотой и равнодушием рассматривали ночной Бостон. Едва заметная складка пролегла между тёмных бровей, губы сжались в единую линию. Безразличное и надменное выражение лица умело скрывало то, что творилось внутри. Внутри начинала зарождаться настоящая разрушающая стихия.

– Ты пришёл сюда, чтобы в окно посмотреть?

Верт повернулся на привычно недовольный голос, столкнувшись с почерневшим взглядом.

Алиса стояла на другом конце гостиной, прижавшись к стене и скрестив на груди руки. Она не удосужилась включить напольную лампу, потому единственным источником света являлась луна. Серебристые блики падали на девушку, выделяя её силуэт и бросая от него тень на стену и пол.

Верт смотрел на неё в упор и искренне не понимал: почему она? Почему именно на неё он так реагирует?

Была бы другая, свернул бы шею и глазом не моргнул. Но с Алисой всё было иначе. Полная неразбериха.

Эта чокнутая ворвалась в его жизнь безумно: ударив битой и выстрелив в плечо. Она творила чёрт пойми что. То плевалась ядом, пробуя задеть и оскорбить. То делилась с ним собственной болью, после чего ещё больше закрывалась.

Верт знал, что таким образом она защищалась. Защищалась, потому что, кроме неё самой, за неё никто не заступится. Не подаст руки, не подставит плечо, не станет опорой. Потому она надевала броню в виде непокорного нрава и язвительных фраз и пряталась за ней.

Но внутри Алиса была слаба. Верт хорошо помнил ночь, когда привёз её на пляж, чтобы убить. Слёзы текли по побледневшим щекам, губы дрожали и руки тряслись. Нет, она не боялась, что Верт убьёт её. Ей остортечела пожизненная несправедливость. Алиса выдохлась и сдалась.

Тяжело вздохнув, Верт опустил голову. Он не смог её убить. Алиса захватила его, и Верт до сих пор не разгадал причину. Может, всё дело в жалости? Или в необъяснимом влечении к ней? А может, ему просто хочется помочь в том, в чем кроется его вина?

Верт не знал ответа на этот вопрос. Но твёрдо знал – Алиса поселилась в его голове.

– Я пришёл поговорить с тобой, – он отошёл от окна и неторопливо направился к девушке.

Верт приближался к Алисе и попутно её рассматривал. От его взгляда не ускользнули заострённые в напряжении плечи, миниатюрные кулаки, сжатые до предела.

Нет сомнений, Алиса волновалась, хоть и старательно скрывала это.

– Ты уже сказал всё, что надо, – сквозь зубы процедила она. – И то, что не надо.

– Ты о чём? – спросил Верт, остановившись рядом с нею на расстоянии вытянутой руки.

На его вопрос Алиса злобно ухмыльнулась. У него хватает наглости делать вид, что он не понимает? Истинный пример лицемерия и лжи.

Ладони чесались, хотелось со всей дури залепить злобному монстру пощёчину. Но тело перестало слушаться, когда Алиса испытывала на себе пронизывающий взгляд.

Не выдержав, она отстранилась от стены и принялась измерять шагами гостиную. Алисе хотелось провалиться сквозь землю, пока внутри разум и эмоции боролись друг с другом, заглушая все мысли. Она повернулась к Верту спиной и рассеянно погрузила руки в лицо, чувствуя под пальцами горящие щёки.

– Не прикидывайся болваном, – огрызнулась Алиса. – Ты в очередной раз унизил меня и оклеветал перед Теоном.

Верт напряжённо сглотнул. Его равнодушная маска спала, на мгновение открывая беспокойное лицо. Он бы и сам рад избавиться от обмана, но как сказать об этом Алисе? Как сказать о том, что он соврал другу из-за долбанного чувства собственничества? Как сказать, что одно короткое воображение, где Алису касался кто-то другой, делало его по-настоящему бешеным?

С большим трудом Верт признался в этом себе. Что говорить о том, чтобы признаться в этом Алисе.

– Ты слышала лишь конец разговора, – выдавил он.

Алиса резко развернулась, посмотрев на Верта убийственным взглядом. В тёмной комнате её карие глаза сверкали от возмущения.

Она медленно приблизилась к Верту, чувствуя, как огонь с лица переходит на тело. Алиса вся пылала от злости.

– Какая разница, начало или конец разговора? – рявкнула она. – Ты не имеешь никакого права так говорить обо мне, ясно?

Беспокойство сошло с лица Верта, сменившись внезапно нахлынувшим раздражением. Его взбесило, что он снова ощущал себя так, словно оправдывался перед несносной девчонкой.

– Думаешь, Теон позвал тебя к себе из-за благородства или желания помочь? Он хочет тебя трахнуть, идиотка!

Услышав его, Алиса вздёрнула подбородок. Её губы искривились в злорадной насмешке.

– А тебе то какое дело? Или ты злишься, что я могу оказаться в его постели, а не в твоей?

Сжав кулаки, Верт изо всех сил старался себя контролировать. Слова Алисы задели его с новой угрожающей силой. В конце концов, он тоже человек, и его терпение не безгранично.

– Если бы я хотел, ты бы уже была моей. Но меня не привлекают тупые.

Алиса прищурилась и окинула его с головы до ног свирепым взглядом.

– Ты просто боишься задеть своё самолюбие, зная, что я тебе откажу. С этого дня я больше не нуждаюсь в твоих услугах. Разговор окончен, тебе лучше уйти.

Она развернулась к Верту спиной и зашагала в центр гостиной, всем своим видом показывая, что больше не намерена его слушать. Сколько можно над ней издеваться? Сколько можно терпеть его оскорбления и непредсказуемый нрав? С неё хватит! Пусть валит к чертям собачьим, она справится со всем в одиночку.

Не успела, она об этом подумать, как Верт схватил её за локоть, резко поворачивая к себе лицом. Он стоял смертельно близко, впиваясь в неё серым прожигающим взглядом. Его пальцы слишком грубо и болезненно вцепились в Алису, но Верт в этот момент дошёл до предела и совершенно наплевал на самоконтроль.

– Не представляешь, сколько раз я жалел, что спас тебя, – процедил он, глядя Алисе прямо в глаза. – Я хотел тебя убить, клянусь, но вместо этого зачем-то помогаю тебе. Со мной творится какая-то необъяснимая чертовщина, и я ни хрена этому не рад. Я ни хрена не рад, что мне не плевать на тебя, хотя ты заслушиваешь этого меньше всего.

Злость свинцом застыла в груди Алисы, и она едва не подавилась от возмущения.

– Я не верю ни одному твоему слову, – прошипела она. – Тебе плевать на всех, кроме себя. Ты тащишься от того, что причиняешь боль другим. Отпусти меня и проваливай!

Алиса дёрнулась в сторону, но Верт не думал её отпускать.

– Какая же ты идиотка! – рявкнул он. – С чего ты взяла, что я ловлю кайф от твоей боли? Ты не ценишь ни одного моего поступка, которые я сделал для тебя. Точне из-за тебя. Из-за тебя я пристрелил человека. Ты знаешь, сколько раз я убивал людей? Я убивал дважды. Дважды! Ты ожидала большей цифры, не так ли? – увидев на лице Алисы замешательство, Верт ещё больше разозлился. – Но ты всё равно считала и будешь считать меня психопатом, монстром, садистом. Мне это надоело. На этот раз я точно убью тебя.

Без промедлений Верт выставил руку и сжал горло Алисе. Он возвышался над ней, холодно глядя на неё сверху вниз.

– Я столько раз пробовал убить тебя и не смог. Поверь, больше я не повторю ошибки.

Алиса яростно вцепилась в его руку, пытаясь от неё избавиться, но стальные пальцы намертво держали шею. Она начала барахтаться, брыкаться, словно не осознавала, насколько её хрупкое, тонкое тело было слабым в сравнении с Вертом.

– Садист! – выплюнула она, не спуская с Верта свирепый взгляд. – Лучше бы ты не спасал меня! Лучше сдохнуть, чем встретить тебя!

– Я это уже слышал, – Верт сильнее сжал пальцы на бледной коже. – Это всё?

– Нет! – выкрикнула Алиса, хотя сил сопротивляться становилось всё меньше. С каждой пройденной секундой она чувствовала, как кислород покидает лёгкие, а хватка на шее усиливается. – Ты обиженный жизнью кретин, скрывающий свою никчемность поступками. Ты не можешь что-то совершить безвозмездно, потому что ты жалкий и ничтожный.

– Ты закончила? – Верт впивался в неё уничтожающим взглядом.

– Внешне ты держишься надменно и холодно, но внутри тебя сидит обиженный ребёнок. В детстве тебя унижали и предавали, – с трудом проговорила Алиса. – Ты был никому не нужен. Ты и сейчас никому не нужный, как тромбон в подарок глухонемому. Абсолютно бестолковая и неоцененная вещь.

– На этот раз всё? – процедил Верт.

– Я ненавижу тебя, – из последних сил выдавила Алиса.

Воздуха почти не осталось, лёгкие напряжённо и болезненно сжались, как будто грудь придавили огромной каменной глыбой. Но Алиса всё равно неотрывно смотрела на Верта. Она ни за что не отведёт глаз. Пусть знает, что она не боится его даже тогда, когда он её спокойно убивает.

В очередной раз Алиса инстинктивно попыталась поймать ртом воздух, как почувствовала, что стальные пальцы больше не давили на шею. Она тут же сделала жадный глоток кислорода и не могла надышаться. С каждым вздохом Алиса ощущала, как воздух пропитывается её победой.

Мистер Садист снова пустил слова на ветер и не убил её.

Лузер.

Но её триумф длился недолго. Верт снова лишил Алису кислорода. На этот раз стальные пальцы схватили её подбородок, а рот накрыли настойчивые и горячие губы.

Алиса сжала воротник рубашки и попыталась оттолкнуть его от себя, но он только углубил поцелуй и сильнее привлёк к себе. Верт целовал её грубо и требовательно, не давая шанса отстраниться. До боли держал её, лишая возможности освободиться из-под его цепких пальцев.

Голова Алисы ещё слабо работала и не соображала, как Верт надавил на её щеки, заставляя принять его полностью. Его властный и умелый язык провёл по губам и проник внутрь. Это было дико, на грани возбуждения и ненависти, когда Верт не знал чего хотел больше – целовать или убить.

Внезапно он отстранился и резко толкнул Алису на софу. Она не успела вскрикнуть, как приземлилась на диван, и Верт тут же склонился над ней. Не теряя надежды выкарабкаться, Алиса замахнулась, проехавшись ногтями по лицу Блэквуда. Он не обратил внимание на её сопротивление и боль от царапин. С быстрой реакцией Верт обхватил запястья Алисы и занёс их над её головой.