— Нет, я с факультета некромантии.

Маг удивился, после чего скривился.

— А, факультет Гармела… А почему его выбрал? — как бы между делом поинтересовался он, чиркая что-то в листке.

— Так я это… По квоте.

— А-а… — еще более понятливо протянул преподаватель. — Ну, будет возможность, переходи к нам. Не каждый первокурсник способен призвать такое редкое существо… Мельчает народ. Модифицированный гуль? — спросил он, вглядываясь в Лору.

— Почти, умертвие.

— Правда? — с видом «неплохо, неплохо» закивал маг, зачеркнул что-то в листке и написал заново, и как ни в чем не бывало продолжил… вербовку. — У нас всяко лучше, чем у некромантов. Магистр Мельхиор ценит каждого студента. Особенно если ты планируешь пойти по специализации призыва, — он вопросительно посмотрел на меня.

— Еще не знаю. На счет лучше… Точно не буду спорить, — вяло усмехнулся я.

— Угу… — он ткнул в меня самописным пером. — Главное правило призыва знаешь?

— Напомните.

— Ты в ответе за того, кого приручил. Все, что сделает фамильяр — это все равно, что сделал ты. Имей в виду. Личная ответственность.

— Логично.

— Если согласен — ставь отпечаток, — он протянул листок, где я и оставил свой аурный след. — Все, можешь идти.

— Что, так просто? — удивился я. — А как же…

Честно говоря, думал, будет какое-то более интенсивное зондирование. По крайней мере призывного существа.

— Проверка? — понимающе улыбнулся маг и неопределенно помахал рукой, откидываясь в кресле. — Защитные и сканирующие чары уже много раз тебя просветили и просмотрели, включая фамильяра. Будь что неладное — я бы тут же узнал. И декан наш узнал.

Опа… А ведь и правда. Было что-то такое, когда я вышел из здания призыва, да и потом… слабая магическая волна периодически накатывала в мою сторону случайным образом, но я это списывал на флуктуации самого повышенного магического фона и не придавал значение. Понятно… Умело сделано.

Без задержек вместе с Лорой я вернулся в общагу. Время уже было за полночь. Тобин дрых без задних ног. Я начертил круг и поставил Лору у окна, словно куклу, введя в состояние, близкое к некро-анабиозу.

Обычно призыватели после подчинения или заключения контракта отпускают существ восвояси — на собственные Планы, но я решил этого не делать, поскольку существовала вероятность смерти существа в своем родном мире. И чем опаснее мир — тем вероятность выше. Сейчас Лора была ослаблена, пережив частичную трансформацию, и могла проявить едва ли половину своих сил, а если ее убьют — я получу серьезный откат, поскольку заключил с ней не обычный магический контракт фамильяра. Зачем мне риски? Тем более я собирался убрать у нее «прописку призывного», а для этого нужно найти новое пристанище. Ритуалы Кровавого улучшения и Теневого убежища сегодня я уже не смогу сделать… Слишком истощен.

Плодотворный выдался денек. Сближение с Изабеллой. Дуэль. Призыв Лоры… А между дуэлью и призывом еще был второй сеанс «тьмалярия» в лаборатории некромантов, но он прошел совсем обыденно.

Что же будет завтра? — с такими мыслями я отрубился.

* * *

Утро выдалось пасмурным и туманным. Я еще подумал — не к добру это.

На выходе из общежития я нос к носу столкнулся со странной компанией, которая явно кого-то ждала. Во главе этой группы стояла эффектная девушка с лазурными волосами, ледяным выражением лица и голубыми глазами. Но более всего, пожалуй, ее выделяла палочка с леденцом во рту.

Два парня замерли у нее за спиной. Суровые взгляды, сложенные руки на груди. Один — высокий, жилистый, с короткой стрижкой и шрамом, пересекающим левую бровь. Второй — чуть ниже ростом, крепкий, с длинными волосами, заплетенными в тугую косу.

Объединяло троих старшекурсников следующее — белые куртки поверх мантии и характерные фуражки с серебряным знаком полумесяца, скрещенным с пером по центру. Символ академии. Причем остальные студенты старались обходить и держаться от этой группы подальше, опуская взгляд, чтобы лишний раз не привлекать внимание.

Кого они ждали… Стало понятно, как только троица преградила мне дорогу. Разумеется, я уже успел догадаться, что это за персонажи такие.

— Дисциплинарный комитет приветствует Кайрена Ашера! — как по методичке представилась ледяная красотка и встала передо мной.

Я немного запоздало понял, что ее совсем не маленькая грудь оказалась на уровне моего лица, отчего мне пришлось приподнять подбородок и взгляд, чтоб не таращиться… Девушка была высокая-я, хотя и не дылда — пропорции соблюдены.

Она буднично перекатила леденец с одной щеки на другую и представилась:

— Меня зовут Асдэс Ламбери. Действующая глава дисциплинарного комитета. Кайрен Ашер… Может отойдем, поговорим в более тихом местечке?

Я оглянулся, уже несколько десятков пар глаз таращились в нашу сторону и о чем-то шептались.

— Пожалуй, — согласился я.

Мы направились в ближайшую безлюдную аллею, и встали под старым раскидистым деревом, похожим на дуб. Асдэс сделала едва заметный жест рукой и двое ее спутников, словно тени, послушно скрылись за широким стволом.

Наконец девушка обернулась и оглядела меня с холодным интересом. Я сделал то же самое в ответ. Хотя может и не так прохладно.

Достав леденец, Асдэс мгновенно заморозила его магией и убрала в карман белой куртки. После чего небрежно заговорила:

— Итак, Кайрен, полагаю, ты в курсе причины нашего визита, — ее голос был ровным и колючим, как зимний ветер.

— Откуда ж мне знать… Я что, в чем-то провинился? — невинно спросил я.

Асдэс скривила губы в слабой усмешке. Позади дуба раздалось мрачное ворчание. Похоже, таким образом ее подчиненные выразили недовольство моим ответом.

— На тебя поступило сразу несколько жалоб, — заявила она. — Перечислю по порядку. Первая — избитые тобой трое студентов по дороге на тренировочный полигон. Вторая — некий Тревор утверждает, что ты специально подставил ему под ножку на лекции декана факультета некромантии. Третья — твоя вчерашняя победа на арене. Точнее, как ты ее добился и твое неуважительное отношение к противнику в конце. Поступили претензии на твою чрезмерную жестокость и нарушение этики проведения дуэли.

— Это допрос? — дослушав обвинения, усмехнулся я.

— Нет, — бесстрастно сказала она. — Прежде, чем вынести решение, мы должны выяснить позицию двух сторон.

— Понятно… Тогда я расскажу, как все было на самом деле. Про первый случай я уже публично говорил, — спокойным голосом начал я, перебирая факты один за другим. — Трое каких-то хулиганов, как оказалось, во главе с младшим из семейки Кроули зажали меня и моего друга на выходе из главного корпуса. Силой хотели сопроводить на боевую арену для заведомо нечестного поединка. Избиения. Мой друг, Тобин, легко это подтвердит.

— По какой причине они позвали вас на арену? — прищурилась ледяная комиссарша.

— Хм… А они вам разве не сказали? — деланно удивился я.

— Нет, этот момент мы не уточняли.

— Странно… Я тоже не в курсе. Дальше по дороге у нас случилась перепалка, которая и закончилась дракой. Отмечу, пожалуй, что я не применял никакой боевой магии, прекрасно помня, что этого нельзя делать за пределами тренировочного полигона.

Мне даже не нужно было выдумывать аргументы в свою защиту.

— Другая сторона сказала, что ты напал первым, со спины и не оставил им выбора, кроме как применить заклинания, — холодно заметила Асдэс.

— Мало ли что они говорят… Вы заглядывали им в память? Я утверждаю, что первыми рукоприкладство начали именно они.

Самое интересное, что я нигде не соврал. Пихнуть пару раз локтями они нас с Тобиным точно успели, пока мы шли к полигону.

Вообще, это фарс, конечно… Если бы академия действительно хотела выяснить, что произошло, они бы не посылали для беседы каких-то старшекурсников. Инициатива явно пришла откуда-то снизу. Или еще банальнее: куча жалоб на одного студента, а комитету нужно есть свой хлеб. Наверняка им за деятельность и «каждое расследованное дело» дают очки академии. Безусловно, стоит узнать поподробнее… Но пока это все мне напоминают скорее студенческий кружок по интересам, следящий за дисциплиной. Административной власти как таковой не имеющий. Одно самоуправство, снимающее ответственность с преподавателей и академии.

— Резонно… — подумав, вынуждена была согласиться Асдэс. — Что тогда скажешь про подножку студенту на лекции?

— Скажу так: опросите свидетелей, только не тех, кто заранее настроен против меня. И они подтвердят, что это была чистая случайность. Более того, это он…

— … Хотел тебя толкнуть, но упал сам? — весьма иронично прервала Асдэс и вновь прищурилась.

— Смотрю, вам уже многое известно? — взглянул я на нее честными-пречестными, почти благодарными глазами. — Именно. Ранее этот ученик целенаправленно издевался надо мной. Право слово, я уже собирался идти в ваш комитет подавать жалобу… Но тут сама судьба встала на мою сторону. Если так подумать: кто я такой, чтобы противиться воле свыше? Поэтому к вам я так и не дошел, — развел я руками и возмущенно добавил, забавы ради продолжая строить из себя жертву. — Вы же наверняка слышали, как одного студента едва не отправили на тот свет на эксперименте?

— … И этим студентом был ты? — Асдэс нахмурилась, теряя терпение, а вокруг стало заметно прохладнее. Разговор складывался явно не так, как она предполагала.

— Любого спросите. Да, именно я. Кстати, если говорить о подножке, в тот момент в лектории находился сам магистр Гармел. Великий маг не сделал мне даже замечание, что как бы подтверждает — правда на моей стороне. Не находите?

…Говоря все это с серьезным лицом — внутри я едва сдерживал смех. Особенно от понимания, по каким правилам играет комитет. Сопение за дубом уже стало постоянным. Правда не важна, важно — наказать, да?..

Асдэс не нашла, что сказать, поэтому поспешила перейти к последнему, еще небитому козырю с ее стороны:

— Что скажешь про дуэль? Ее я видела лично на записи с магического кристалла. Впечатляюще, что ты в итоге смог обернуть битву в свою пользу против второкурсника… Однако твой последний удар был лишним. Противник уже собирался сдаваться. Твое поведение противоречит кодексу проведения дуэлей.

Я вновь изобразил удивление.

— Какой еще кодекс? Мои действия были в рамках регламента проведения. Никаких запрещенных действий я не совершал.

— Формально — да, — терпеливо пояснила Асдэс, слегка наклонив голову. — Но ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Ты намеренно изувечил своего противника, сломал ему челюсть и выбил зубы. Это выходит за рамки допустимым норм и наносит ущерб репутации Академии.

— Норм? Ущерб? — покачал головой я и с усмешкой парировал. — Сначала младший Кроули, затем старший… Они точно не собирались мне стихи читать. Первые полезли в драку. Первые. И вы еще крайним меня хотите сделать? Не бывать этому! Они получили то, что заслужили. Побойтесь своих же правил. Как раз предвзятое расследование этого инцидента наносит намного больший ущерб репутации академии, нежели мои действия!

— Возмутительные слова! — поджала губы Асдэс и вокруг температура снизилась еще на пяток градусов. — В Академии должны царить дисциплина и порядок. А ты, Кайрен Ашер, за последние дни уже не единожды их нарушил!

— Я не согласен с такой формулировкой, — мне уже начали надоедать ее высосанные из пальца аргументы; порядок не значит справедливость, жизнь и смерть Кайрена это только подтверждают; я сознательно пошел на накал обстановки. — Но даже если я якобы нарушаю порядок… Что с того?

В лоб спросил я, отчего у Асдэс брови подскочили вверх. С ней, очевидно, нечасто так разговаривали. Привыкла, что все ей в ножки кланяются да в рот заглядывают, да?

Температура вокруг вновь скакнула вниз. Я выдохнул горячий пар изо рта, хотя на дворе была ранняя осень, а снега… Снега в Ваталии не видели десятилетиями.

— Что с того? — медленно повторила Асдэс, а ее бесстрастный взгляд теперь не предвещал ничего хорошего, будто я только что попрал ее честь. — А ты смельчак, первокурсник Кайрен. Ты верно не знаешь, какие у комитета и лично у меня есть полномочия.

— Какие же? Может еще на исключение из академии за то, что кто-то посмел дать сдачи? — хохотнул я и развернулся, чтобы уйти. — Ладно, до встречи, Асдэс. Мне пора на пару. Не люблю опаздывать.

Нашел я здравую причину закончить наш диалог.

В спину мне раздалось холодное дуновение:

— Не испытывай наше терпение, Кайрен. После таких громких слов… Комитет обязательно будет за тобой присматривать. Я лично буду присматривать. Только дай мне причину… И понесешь наказание. За все нарушения.

Уже боюсь… Это угроза или предупреждение? — я не придал значение ее словам, но узнать, на что способен комитет, пожалуй, и вправду не помешает.

* * *

Имя: Асдэс

Возраст: 17

Ранг: Подмастерье мага

Раса: Человек (большая вероятность ледяной родословной высокого ранга — ледяного гиганта или кого подобного)

Способности: Магия льда

Опасность в прямом столкновении: Высочайшая

Базовые характеристики:

Душа: D+

Телосложение: C+

Восприятие: C

Дух: C

…Вот это я попал… — прикинул я разницу в наших силах, идя по коридору академии и изучая характеристики главы дисциплинарного комитета. Благодаря тому, что при встрече она выпускала свою ауру и всячески понижала температуру окружающей среды, чип смог собрать достаточно информации. Эта Асдэс, возможно, была даже сильнее Изабеллы! В опыте и магии — так точно. У Изабеллы оставались преимущества только в вампирском телосложении, но незначительные на общем фоне. Если бы не чип — я бы до сих пор думал, что Асдэс была слабее. Подмастерье мага — это серьезно… Серьезная угроза.

Внезапно около коридорной развилки я почувствовал знакомый аромат, а затем передо мной легкой, быстрой походкой прошла учитель Амелия. Магия позволяла ей двигаться внешне спокойно и неспешно, но очень быстро в сравнении с шагом обычного ученика. Краем взгляда она тоже меня заметила и обернулась.

— Учитель! — с нескрываемой радостью поприветствовал ее я и попытался догнать, засеменив следом. У меня возникла небольшая идея.

— Ох, Кай, — ее взгляд посуровел, но походку она все же замедлила, а то бы мне пришлось за ней бежать. — Слышала, ты вчера опять вляпался в историю!

— Не только вчера, — приторно вздохнул я.

— Я конечно рада твоей победе над второкурсником, это безусловно достижение для начинающего ученика, — мило сомкнула губы она. — Но этим ты еще больше привлек к себе внимание, если помнишь наш последний разговор… Теперь тебе не дадут покоя!

— Уже не дают, учитель! — пожаловался я, внутренне посмеиваясь и потирая руки; это мы удачно столкнулись, не надо будет тратить время в библиотеке или напрягать Тобина.

— Говори! — Амелия замерла на мгновение, а в ее глазах вспыхнул огонек неумолимого воздаяния. — Пусть только попробуют пойти против правил академии…

Как дочка ректора, она свято чтила традиции. Это всем известно. Но в отличие от той же Асдэс — ее приверженность порядку носила более благородный характер. Я никогда не слышал, чтобы Амелия кого-то угнетала или ругала без причины.

— Нет, нет, учитель! — торопливо заверил ее я. — Сейчас у меня другой случай. Мне бы хотелось прояснить кое-какие детали. У вас найдется минутка?

— О чем же речь? — она устремила на меня пронзительный взгляд с нотками любопытства.

— Дисциплинарный комитет… Какими полномочиями по наказанию учеников они обладают?

— А-а… Теперь я кажется понимаю твою проблему. Давай разберем по пунктам, — она стала загибать пальцы, придав лицу выражение строгого лектора. — Комитет учащихся в праве проводить следующее…

Далее она кратко перечислила полномочия комитета: расследование проступков и нарушений, взыскание штрафов, принуждение к исправительным работам… Кроме того, комитет мог лишать провинившихся доступа к ресурсам и площадкам Академии, приостанавливать дуэли и даже рекомендовать ученика к исключению из Академии.

— … Но в твоем случае, Кай, как первокурсника, наибольшую угрозу представляет одно особое полномочие. У них есть привилегия вызвать провинившегося студента на поединок во имя чести Академии!

…Черт. Выходит, напрасно я дразнил эту ледышку?..

— А отказать разве нельзя? — подумав, уточнил я.

Амелия качнул головой.

— Как ни крути, но отказ комитету в особом праве, сулит куда большие проблемы. Поверь мне на слово, лучше полежать несколько дней в лазарете, чем вкусить последствия отказа.

— Это еще почему?

Амелия глубоко вздохнула и потерла переносицу:

— Лично я не одобряю такие методы… Но им уже сотни лет — и они успели доказать свою эффективность. Видишь ли, если студент откажется от поединка, он таким образом по умолчанию признает свою вину и причину вызова на поединок. А это — прямая дорога к большим последствиям при более доскональном разбирательстве, особенно если ученик серьезно нарушил правила Академии.

— И чем же это грозит, учитель?

Амелия внимательно на меня посмотрела:

— Прежде чем я тебе отвечу… Скажи, Кай, ты действительно виноват в том, в чем тебя обвиняют?

Я ответил без тени сомнения:

— Разве что самую малость, учитель… Меня могут выставить крайним. Если я в чем и виноват, то в необходимой самообороне!

— Знаю я вашу самооборону… — фыркнула Амелия, но полуулыбка выдавала ее удовлетворение моим ответом… возможно, я сейчас прошел какую-то ее маленькую проверку. — Так вот, Кай. При отказе от поединка комитет вправе передать дело ученика на рассмотрение в вышестоящий орган Академии — Совет учащихся и преподавателей. И там, при вынесении вердикта, обязательно будут учитывать, что студент косвенно признал свою вину отказом от поединка за защиту чести Академии.

— Но позвольте, учитель, — я даже слегка нахмурился от такого бюрократического произвола. — А разве комитет не может передать дело ученика в совет академии, даже если студент проведет поединок по всем правилам?