— Как же тут не знать! — с напускным возмущением ответил Тобин. — Вся академия знает, что какой-то ученик мало того, что продержался на контрольном тесте учителя Амелии пять минут, так еще… нахально облобызал губами ее грудь! По слухам, ей даже пришлось покраснеть, отвернуться и использовать магию, чтобы испарить мокрое пятно на мантии в районе ее необъятных!

Тобин блаженно заерзал и сглотнул.

— Это ж кто такие слухи распускает? — прищурился я. — Не было такого!

Получается, кто-то уже начал пачкать мне репутацию, вызывая зависть и словесные сутолоки. С другой стороны — он же неосознанно ее повышал. Интересно.

— А? — Тобин очнулся и тоже посерьезнел. — Да, недоброжелателей хватает… Тот же Корвин в легкую мог так отомстить. Вот мне и любопытно, Кай… Насколько слухи близки к правде, — он вновь с потаенной подростковой надеждой на меня посмотрел.

— Ну как сказать… — улыбнулся я и сделал драматичную паузу. — Аромат учителя Амелии я теперь ни с чем не с путаю.

Тобин аж вздрогнул, прикрыв глаза от нахлынувших образов.

— Завидую-ю, — провыл он волком, заваливаясь обратно в кровать, и вскоре снова захрапел.

Его непосредственность мне приходилась по душе.

* * *

Утром, по дороге с территории мужского общежития, я заметил знакомую беловолосую фигуру с алыми глазами, медленно идущую по аллее с территории женских корпусов. Не верю в такие совпадения.

— Рано и без охраны, — подмигнул я Изабелле в приветствии.

Она прохладно усмехнулась и отвернулась.

— Поздравляю. Слышала, вчера ты удивил всех на тесте… Особенно учителя Амелию, — слово «особенно» она выделила… особенно.

— Было дело…. На миг я даже потерял сознание, — кашлянул я, но сделать невинное лицо не смог.

Искоса поглядывая, Изабелла фыркнула.

— Смотрю, ты не сильно расстроился.

— Спасибо учителю… Вовремя поймала. Так бы я носом, наверное, прямо об стол саданулся, — сделал я вид, что не понимаю, куда она клонит.

— Как тот паренек, прошедший рядом с тобой на лекции у Гармела? — приподняла она бровь, изучая мое лицо.

— Несчастный случай, — с преувеличенной грустью вздохнул я и внезапно застыл на месте. — Белла, неужели ты веришь всем этим вздорным слухам и тому, что произошло вчера в классе?

— А что тут верить, — с явным недовольством поджала губы вампирша, сверкнув алыми глазами. — Или скажешь, все не так было?

— Слухи преувеличены… Подожди, неужели могущественный вампир приревновал обычного человека к… его же учителю?

— Наглость! — она ускорила шаг, но перед этим я заметил знакомый озорной блеск в ее глазах.

— Так бы и сказала, что нет, — вновь поравнялся я с ней и притворно пожаловался. — Я вот не ревную тебя к тому коробочнику из рода серых псов.

Изабелле едва удалось сдержать улыбку на такую характеристику своего самого преданного ухажера, но она постаралась ответить серьезно:

— Печально, что я тебе безразлична.

— Ох, как мы заговорили… — я мягко коснулся пальцем ее запястья, внутренне сам удивляясь, когда это мы успели так сблизиться. — Во-первых, это неправда, и ты как хороший эмпат должна это чувствовать. Во-вторых, я же вижу, что он тебе не по нраву. Если тебя это волнует — он просто мне не соперник.

— Соперник в чем? — с иронией переспросила она, изогнув тонкую бровь в ожидании ответа.

— А ты сама как думаешь? — с намеком произнес я.

Казалось бы — пара совместных лекций, краткие разговоры в коридорах и всего одна встреча у озера… — и только в этот момент я припомнил, что она еще приходила ко мне ночью, может быть до сих пор веря, что я этого не заметил.

— Я думаю, ты много о себе думаешь, — с озорством во взгляде хмыкнула Изабелла.

Как все успело продвинуться… Стартовая точка Кая явно была выше, чем могло показаться. Но тут оно и понятно, если говорить о каком-то расхождении в силе и статусе, на самом деле — большинство людей для Изабеллы как раз были примерно на уровне… Кая. А студенты ее уровня и выше, такие как тот же Себастиан, вызывали скорее отторжение своей навязчивостью. А расового шовинизма, если я прав, за ней не числится по одной простой причине: в вампира она обращена была совсем недавно… По меркам самих вампиров. Поэтому и по характеру Изабелла ближе к человеку. Но это все мои предположения.

— Кстати об этом оборотне. Это, конечно, не мое дело… — почесал я подбородок, вспоминая, какую ненависть Себастиан испытывал после встречи с Изабеллой. В лицо — улыбка, за спиной — нож.

— Прямо-таки не твое? — усмехнулась она. — Говори уже, что хотел сказать, Кай.

— Будь с ним осторожна. Его симпатия к тебе какая-то нездоровая.

— Что ты имеешь в виду?

— У него либо мания, либо своими ухаживаниями он преследует совсем не любовные цели, — как мог пояснил я. — В общем, не ведись на его сказки, пока не проверишь его намерения.

Видя, что я стал серьезным и прекратил наши шутливые заигрывания, вампирша тоже переменилась в лице.

— Да, я замечала в его повадках… Странности. Но если верить твоим словам — все даже хуже, чем я думала. На чем основывается твоя уверенность? — серьезное лицо она в итоге не удержала и с озорством спросила. — Ты же не хочешь просто отвадить его от меня, чтобы получить подавляющее конкурентное преимущество?

Я слегка улыбнулся ее замечанию.

— Помнишь, когда ты отказала ему вчера в обеде, я проходил мимо?

— Да-да, проходил мимо, — она было снова попыталась завернуть бровку, но под моим взглядом сдалась. — Ладно-ладно. Продолжай.

— Затем этот оборотень шел мимо меня… И как ты думаешь. Какое выражение лица у него было в этот момент и что он бормотал себе под нос?

— Да откуда ж мне зна…

— Ублюдок Кайрен! — резкий юношеский голос оборвал наш разговор на полпути к учебному корпусу.

Из-за деревьев вышла группа парней в более темных, чем у первокурсников, мантиях, а вокруг — оказалось неожиданно многолюдно. Будто учеников заранее предупредили о показе здесь веселого представления. Со мной в главной роли.

— … Я публично вызываю тебя на дуэль за защиту чести моего младшего брата! — громко произнес высокий светловолосый парень с яркими зелеными глазами. Я не сразу вспомнил, кого он мне напоминает и о каком «брате» идет речь.

— А ты кто вообще? — скривился я, всматриваясь в него, словно в бумажку с маленьким почерком.

— Я Ластер Кроули, второкурсник факультета боевой магии! — он надменно представился. — Безродыш Кайрен, посмеешь ли ты принять мой вызов⁈

Он мазнул взглядом по моей спутнице… Его лицо на миг застыло — то ли от красоты, то ли от происхождения Изабеллы. Он еще больше расправил плечи, видимо, чтобы казаться благороднее и не производить впечатление обычной шпаны, лобковой, подзаборной.

Если я соглашусь на дуэль — меня вполне может ожидать тяжелый бой. В этот раз у меня не будет никакого преимущества в телосложении, которое еще не восстановилось. Я как знал, что оно мне вскоре понадобится, но, как на зло, времени прийти в форму не хватило… Более того, против меня будет не салага-первокурсник с двумя заклинаниями, которого я загасил со спины, а лицом к лицу студент второго курса боевого направления. Ну и зачем мне это?

— С чего это вдруг я должен принимать твой вызов? Я тебя не знаю… Иди своей дорогой, — прищурился я, а сам быстро спросил у Изабеллы, почти не шевеля губами. — А ты случайно не знаешь, разве это в порядке вещей со стороны старшего курса вызывать на поединок новичка первого семестра?

Изабелла не подвела и тут же ответила:

— Формально он имеет право, Кай. Это не считается прямо дурным тоном, но и не слишком благородно. Ты правильно ответил и вправе отка…

— Струсил, да? — этот Ластер явно приготовился к моему отказу. — На днях ты исподтишка избил моего младшего брата! Он до сих пор находится в лазарете с сотрясением мозга и сломанной челюстью. Что ты на это скажешь⁈

Люди кругом зашептались. Мои похождения за последние пару дней обрастают все новыми подробностями, ранее неизвестными большинству.

— А почему ты не упомянул, что избил я не только твоего кислотного братца, но и двух его прихвостней? — я тоже умею играть на публику. — И это после того, как он пинками едва не затащил меня и моего друга на боевую арену, заранее предполагая, что мы не будем ему противниками. Считаешь такое поведение достойным?

— Ага, значит ты признаешь, что вероломно напал на студентов за пределами арены? — рассмеялся Ластер, проигнорировав мой последний вопрос.

— Так это они первыми напали, — крайним меня сделать у него не получится, молоко еще на губах не обсохло. — Это была самозащита. Меня толкнули, моего друга толкнули, я толкнул в ответ — и началось. Разве не знаешь, как это часто бывает?

— Мне все равно! Пострадал мой брат! — едва ли не прорычал светловолосый. — Выходи со мной на арену или… — в его глазах мелькнул уничижительный блеск. — Приноси извинения на коленях, чтоб все видели и знали!

— То есть, я еще и виноват, что твоего придурка братца на место поставил? — удивился я.

— За придурка ты тоже ответишь! — заскрежетал зубами Ластер. — Так ты принимаешь вызов или нет, трус? — он вновь мазнул взглядом по Изабелле, стоящей рядом со мной. — Или, может, спрячешься под юбку? О да, Кайрен Ашер! Всем известно, что тебе есть, какую выбирать!

Он язвительно расхохотался. На лицах многих окружающих студентов тоже возникли усмешки. Раздались шепотки, просвещающие тех, кто не понял, что имел в виду Ластер. Вчерашний случай с учителем Амелией, пожалуй, до сих пор вызывал у многих неконтролируемую боль и зависть.

Я почувствовал, как аура Изабеллы изменилась. Теперь она явно принимала попытку меня унизить и на свой счет. Она холодно блеснула глазами и уже хотела сказать что-то грозное, как мои пальцы успокаивающе провели по ее тыльной стороне ладони.

— Я разберусь, — тихо пообещал я. — Теперь это личное. Прошу, не вмешивайся.

С легким нежеланием вампирша расслабилась, но хмуро бросила:

— Если у тебя не получится, я лично поставлю его на место и укажу дорогу его собачьему рту! Не выйдет из лазарета до конца се…

— В гневе ты особенно хороша, — улыбнулся я, прерывая ее ругательства на выдохе и заставив удивленно застыть.

Сделав шаг вперед, я театрально развел руки в стороны, осматривая «зрителей» этого спланированного спектакля, и обратился лично к «постановщику»:

— Много чуши уже было сказано. Лучше бы такие как ты завидовали молча и не привлекали сюда своих недалеких братишек… Я принимаю твой вызов, Кроули! Место? Время!

* * *

С последней частью своей речи я, конечно, погорячился. Место для магических дуэлей было всего одно — боевые арены на тренировочном полигоне. Время тоже значительно сужалось — от «после занятий» до полуночи. Ночью дуэли не проводились.

Как правило, на поединке должен присутствовать кто-то из преподавательского состава в качестве арбитра во избежание смертельных инцидентов, но часто это правило игнорировалось — и преподаватели на замену посылали наиболее доверенных студентов старших курсов.

…

Учебный день прошел спокойно, но я постоянно ловил на себе злорадные взгляды однокурсников, а также незнакомых студентов в коридоре. Кажется, за последние дни я успел стать маленькой знаменитостью.

Но больше всего к концу дня меня поразило, что кто-то успел распустить слухи, что мы с Изабеллой не просто шли вместе, оживленно беседуя, но и «очевидцы видели», как я… спускаюсь по сточной трубе из женского общежития «якобы» как раз из «особняка вампирши».

Особняк, кстати, это не оговорка. Изабелла жила в отдельной роскошной резиденции на крыше общежития. Натуральный пентхаус для одного ученика. Вот это я понимаю — привилегированное положение. Чтобы понимать насколько: студенты первого курса проживали в пяти общежитиях. А на крышах — помещалось не более двух элитных особняков.

Может возникнуть резонный вопрос: откуда я черпал все эти слухи, будучи сам одним из главных объектов этих слухов?

Теперь у меня был свой личный осведомитель и сборщик сплетен. Очевидный Тобин. К концу дня он совсем выдохся, осторожно метаясь между классами и выуживая последние новости. А потом мы пару раз тайком встречались в нашем укромном уголке за статуями отцов-основателей академии.

Близилось время дуэли.

* * *

Вокруг боевой арены собралось множество людей, образовав плотное кольцо в передних рядах. Основную массу составляли первокурсники. «Поддержать» меня пришел почти весь класс некромантии — группу Грумма представляла Падна, которая, как злобная собачонка, уже успела выкрикнуть несколько ругательств в мою сторону.

Помимо Тобина, приятно было видеть разве что Изабеллу, которая, невзирая на слухи, заняла место на центральной трибуне. Облик вампирши портил разве что пристроившийся рядом лохматый серый воздыхатель. Он всячески пытался привлечь ее внимание, совсем не интересуясь происходящим вокруг. Себастиан выглядел навязчиво. Слишком навязчиво. Я это понимал. Изабелла понимала. А он — ни в какую. То ли глупый, то ли у него была секретная тактика — и он упрямо ее придерживался, не желая ничего менять.

Боевая арена представляла собой огромную массивную каменную платформу, которая слегка возвышалась над уровнем земли. Древние руны, вырезанные на поверхности камня, пульсировали слабым магическим светом, гарантируя защиту зрителей от случайных магических всполохов. Как только начнется бой — прозрачные магические барьеры куполом накроют всю арену.

Судьей был назначен старшекурсник, посланный деканом факультета призыва, магистром Мельхиором. Сегодня именно факультет призыва отвечал за поединки на боевых аренах и порядок на тренировочном полигоне.

В академии имелось несколько таких мест, где обычно требовалось присутствие либо преподавателя, либо студентов-кураторов. Помимо лазарета, это, например, была библиотека — излюбленное место практики студентов факультета алхимии и артефакторики.

Я стоял на боевой арене совершенно спокойно, периодически лениво бросая взгляды на вечерние облака, медленно проплывающие мимо. На другом конце арены замер Ластер Кроули. Его взгляд пылал вызовом и немой угрозой.

Расстояние межу нами играло ему на руку. Сколько тут? Метров тридцать? Даже владей я дальнобойной магией — маги крови на низких уровнях редко славились атаками на расстоянии. Мне в любом случае придется идти на сближение, если я не хотел превратиться в решето с кислотными пятнами. Если этот Ластер не дурак — он прекрасно это понимает и будет держать боевую дистанцию.

Я уже все про него выяснил. Середнячок второго курса факультета боевой магии. За год с небольшим провел несколько дуэлей. Большинство закончились его победой. Иными словами — опыт есть. Как и его младший брат, он имел талант к магии яда, точнее ее разновидности — магии кислоты. Возможно их предка «удачно» покусала какая-то токсичная зверюга вроде ядовитого пещерного паука. Водились такие в Ваталии и ближайших странах. Но утверждать точно не берусь, ибо их дар был не настолько силен, чтобы он проявлялся внешне.

Сама семейка Кроули были аристократами среднего пошиба. Перебрались в Тарнак поколение назад. Их отец держал алхимическую лавку в городе и прослыл хитрым дельцом со связями, хотя едва ли достиг ранга старшего мага. У Ластера имелся еще один, старший брат… Так что не нужно быть провидцем, чтобы утверждать: средним Ластером наша история на закончится. Младшего, кстати, звали Фенеасом. Тот пришел поддержать брата, сидя среди зрителей на его ярусе поддержки и демонстрируя окружающим свое побитое лицо с перебинтованной головой. Фенеас был настолько преисполнен ненавистью в мою сторону, что дай ему волю — и он бы сам выскочил на арену.

А вот не надо было меня задевать и провоцировать…

— … И последнее — смертельные приемы запрещены. Понятно? Готовы? — отчеканил правила судья-старшекурсник, пока его глаза испытывающе метались между нами.

Правила я слушал вполуха. Все и так ясно: лимит времени, запрет на убийство, а выход за пределы арены означает мгновенное поражение.

— Разумеется, — после долгой паузы произнес я с усмешкой, обратив внимание, как молодой судья побагровел, не добившись от нас даже кивков.

Ластер вскинул подбородок.

— Этот ублюдок будет молить о пощаде, уползет отсюда обожженным, покалеченным — но живым!

Его напыщенный голос гулко прокатился по всей арене. Раздались голоса поддержки.

Весьма громкое заявление. Моя ухмылка стала шире. Это мы еще посмотрим… Кто здесь будет молить о пощаде и собирать зубы с кровью по всей арене.

— Ладно. Тогда… — судья резко взмахнул рукой и отскочил в сторону. — К бою!