Я в первый раз после болезни отвела ребятишек в садик. Радуюсь – наконец-то появилось свободное время. Что делать? На занятия решила сегодня не ходить. Иду по тротуару и думаю: «Чем же мне теперь заняться?»

– Сосновских! – я оглянулась на голос и вижу, меня догоняет Сёмкина, наша староста.

– Ты почему не ходишь на занятия? – строго спросила Лида.

– Болею! – не сообразив сразу, что сказать, быстро ответила я.

– А чего ходишь по улице? – Лида посмотрела на меня подозрительно, плотно сжав маленькие кулачки.

– То есть болела, а теперь уже лучше, – тут же поправилась я.

– С сегодняшнего дня начинаются контрольные, а у тебя и так сплошные двойки, ты всю нашу группу тянешь назад! – жёсткий взгляд старосты буквально прожигал меня насквозь. – А где у тебя зачёт по хирургии? Мы уже прошли практику, а ты? Имей в виду, вызовем на педсовет! Иди сейчас же на занятия, справку потом принесёшь.

Настроение моё было испорчено, и я обречённо пошла в техникум. Перед входом висел список учащихся, которые должны внести плату за обучение. В этом списке была и моя фамилия.

Всех должников вызвали в канцелярию.

– Почему не платите за занятия? – спросила меня какая-то дама в строгом костюме.

– У меня нет денег, – просто ответила я.

– Нечего было устраиваться, – вступил в разговор директор, – вместо вас бы учились другие. Если до конца месяца не будет внесена нужная сумма, вас переведут на курсы медсестёр.

После занятий студентов послали собирать металлолом на территории автоприцепного завода. Я случайно зашла в механический цех и впервые увидела токарные станки и работающих на них женщин и девчат. И мне показалось, что разом решилась моя судьба: тут моё место, тут моё призвание.

Я больше не сомневалась в своём решении и быстрым шагом направилась в отдел кадров:

– Здравствуйте, я хочу поступить на работу! – с ходу заявила я.

– Тебе нужно написать заявление, принести завтра к девяти часам паспорт и три фотографии, – охладили мой пыл в отделе кадров.

С трудом дождавшись утра, я взяла паспорт и после того, как отправила детей в садик, побежала устраиваться на работу. Народу, желающего трудиться на заводе, было много, и я заняла очередь. Жду. Вот, наконец, я у заветного окошечка – подаю свои документы.

Женщина взяла паспорт и заявление. Стала смотреть прописку и вдруг выбросила мои документы обратно:

– Уволься сначала из техникума, потом приходи! – раздражённо воскликнула она.

– Чё? – недоумённо спросила я.

– Ну, что стоишь? Не задерживай! Или не понятно? Штамп об увольнении поставь там – в медицинском!

Я грустно пошла домой, мечта моя передвинулась за край горизонта. Настроение моё было вконец испорчено.

По дороге мне встретилась Нюрка Пономарёва, я её едва узнала: лицо худое, тёмное, одни глаза да зубы, а пальтишко словно на вешалке болтается.

– Худо живу. Работа тяжёлая, в общежитии меня обокрали, карточки на декаду и деньги.

– Да ты что? Как же так? И нашли? Кто? – я засыпала её вопросами.

– Чего там найдёшь? У нас как проходной двор, порядка никакого, из соседней комнаты двое девчат сбежали с завода, ну и из общежития тоже… Уехали куда-то. Вот и у многих тогда кое-что потерялось. Может, они, а может, под их руку подведено… Поместили тут к нам одну, а к ней парни шпанистые всё время откуда-то приезжают. Нам житья никакого нет, а пожаловаться мы боимся. Вот так и живу.

– А почему ты от бабки ушла, что жила на Коммуне-то?

– Да она пустила двух парней, а они на гавани работают, дров обещали, ну а мне к тому времени дали место в общежитии. Я ведь не знала, что там такие беспорядки. Правда, в некоторых комнатах хорошие девчата подобрались, там порядок. А в остальных… Солдаты ходят – ночуют. Комендант – женщина, чего она сделает? Придёт вечером проверять, а девки по шкафам парней прячут.

Я внимательно её выслушала, но к себе на этот раз не пригласила, да и чем я могла помочь? «Она теперь работает, чего же ещё? А то, что её второй раз обворовывают, сама виновата, – подумала я, – надо быть осторожнее».

Но сказала я, конечно, другое:

– Аня, послушай, как ты так скоро ушла из медицинского? Как тебя отпустили?

– А меня никто и не отпускал. Я и не спрашивала. На кой они мне нужны, когда есть нечего!

– А штамп в паспорте?

– А мне его и не ставили. К чему он мне, этот штамп?! Прописка есть, чего же ещё?

– Вот молодец, Анька, ты меня умнее, – и рассказала ей о своей проблеме.

– Ерунда! Не ходи на занятия, всё равно в конце концов выгонят!

– Да ты чё? Когда это будет?! А мне сейчас устраиваться надо!

– Ну, тогда добивайся, всё равно уволят.