Никитин сидел на нарах, прислонившись спиной к холодной стене, и смотрел на дверь. Левая нога ныла — после побоев Кушнира боль стала сильнее. Лицо распухло, под глазом синяк, губа разбита. Но глаза были ясными, сосредоточенными.

Он поднялся, подошел к двери и постучал. Через несколько минут заглянул дежурный — молодой сержант с усталым лицом.

— Что надо?

— Передай Варваре Ивановне мои вещи, — сказал Никитин тихо. — Пиджак, часы, кольцо. Пусть хоть это ей останется. Мне они больше не понадобятся.

Сержант посмотрел на него с сочувствием и закрыл дверь. Никитин вернулся на нары и лег, закрыв глаза. Теперь оставалось только ждать.

* * *

Кушнир стоял в дежурке, когда сержант принес вещи Никитина — серый пиджак, наручные часы, обручальное кольцо.

— Он просил передать жене, — сказал сержант.

Кушнир усмехнулся, взял вещи, положил на стол и внимательно осмотрел. Пиджак первым делом. Прощупал подкладку, карманы, швы. Пальцы наткнулись на что-то в потайном кармашке внутри левой полы. Он распорол шов и вытащил сложенный клочок бумаги.

Развернул. Прочел. Едко усмехнулся.

«Варя. Все провалилось. Береги себя и Машу. Прощай. А.».

Кушнир усмехнулся. Вот оно. Прощальное письмо. Никитин пытался передать последнее послание жене. Значит, сломлен окончательно. Значит, осознал, что конец близок.

Он положил записку в папку, взял трубку телефона и попросил соединить с Пинчуком.

— Товарищ полковник? Кушнир. Хочу доложить. Никитин пытался передать жене записку. Спрятал в подкладке пиджака. Прощальное письмо. Я изъял. Подшить в дело?

— Подшить, — ответил Пинчук. — Значит, ломается. Хорошо. Продолжай.

Кушнир положил трубку, еще раз осмотрел пиджак. Больше ничего. Покрутил в пальцах часы, лезвием ножа открыл крышку, заглянул внутрь механизма. Чисто. Кольцо рассмотрел под лампой, повертел. Обычное обручальное кольцо, без украшений, слегка потертое.

— Отдать вдове, — бросил он сержанту. — Чистые.

* * *

Варя сидела на кухне, когда в дверь постучали. Открыла — на пороге стоял тот же молодой сержант, держа в руках сверток.

— Варвара Ивановна? Вам от мужа. Личные вещи.

Он протянул сверток и ушел, не дожидаясь ответа. Варя закрыла дверь, прошла в комнату и развернула тряпичный узелок. Пиджак, часы, кольцо.

Она долго смотрела на эти вещи, потом взяла кольцо в руки. Повертела его, поднесла к свету, прищурила глаза.

Обручальное кольцо Аркадий не носил. Оно лежало дома, в сахарнице в серванте, там, где они всегда его хранили. Она сама видела его утром, когда насыпала сахар в чай.

Значит, это другое кольцо. И Аркадий передал его ей неслучайно.

Варя встала, подошла к окну, где света было больше, и снова осмотрела кольцо. Надела на палец. Почувствовала, что внутри оно шершавое — не гладкое, как должно быть.

Сняла, поднесла ближе к глазам. На внутренней стороне обода, там, где кольцо прилегает к пальцу, виднелись едва заметные царапины — тонкие, неровные, будто выцарапанные иглой или острым краем ложки.

Буквы.

«8 СМ 8В».

Варя смотрела на эти знаки, не понимая. Потом вспомнила слова Кочкина: «Если Аркадий что-то передаст, смотри на числа. Он всегда мыслит датами и координатами».

Она схватила платок, накинула его на плечи и выбежала из квартиры.

* * *

Кочкин открыл дверь на первый же звонок. Увидев Варю, молча пропустил ее внутрь, закрыл дверь и, как в прошлый раз, приложил палец к губам. Варя кивнула. Он взял у нее кольцо, поднес к лампе, прищурился.

Прочел. Достал карандаш и бумагу, написал:

«8 — число месяца. Послезавтра.

СМ — Серп и Молот.

8В — 8 вечера».

Варя прочла и посмотрела на него. В глазах ее был вопрос.

Кочкин написал дальше: «План в действии. Встреча состоится. Аркадий подтверждает. Я знаю это место».

Варя закрыла глаза, прижала руку ко рту. Кочкин положил руку ей на плечо, сжал — крепко, по-братски.

Потом написал: «Все будет хорошо».

Варя кивнула. Слезы текли по ее щекам, но она не вытирала их. Просто стояла, держа в руке кольцо с едва заметными царапинами, и думала о том, что послезавтра решится все.

Кочкин взял лист бумаги, на котором писал, и сжег его над пепельницей. Растер пепел пальцами. Открыл окно.

Потом повернулся к Варе и сказал одними губами, беззвучно: «Верьте».

Варя надела кольцо на палец — теперь уже осознанно, как талисман, — и пошла к двери.

Кочкин проводил ее до порога, посмотрел, как она спускается по лестнице, и закрыл дверь.

Потом вернулся в комнату, достал из шкафа китель с орденами, недолго постоял у зеркала, после чего достал из тумбочки пистолет и медленно взвел затвор.