Ронан инстинктивно заслонил Сайрен, когда шаги приблизились к повороту в коридор. Шаг был резким и торопливым. Ронан понял, что что-то не так, ещё до того, как Рис появился из-за угла с чёрной спортивной сумкой в руках. Дорожной сумкой.

И, конечно же, Рис сказал:

— Вам двоим надо уходить. Сейчас же. Пока Амарада не нашла вас.

Глава 16

Сайрен не нуждалась в кратком, прямолинейном объяснении Риса, что Амарада прибыла с восемью своими телохранителями, чтобы сопроводить Сайрен и Ронана обратно в Резиденцию «для разговора».

Она догадалась об этом в тот же момент, когда Рис произнёс имя её матери. Она должна была догадаться об этом раньше. Она должна была знать, что Амарада начнёт действовать в тот же миг, когда Сайрен бросит ей вызов. Она должна была спланировать своё неповиновение, инсценировать всё так, как сделала бы Амарада. Она должна была подумать заранее.

«Тебе не понравится мой следующий ход, котёнок».

О чём она только думала, когда вызвала мать на прямую конфронтацию и выдала свои карты? Карты без единого козыря, к тому же.

Конечно, Амарада нацелилась на Ронана. Может быть, чтобы задержать его — «он очень опасен, моя дорогая» — может быть, чтобы наказать Сайрен. В любом случае, это не к добру, и Сайрен следовало этого ожидать. Она не должна была тратить ни минуты на свои чувства, на своё желание. На то, что Ронан всё равно пресёк.

Он сделался совершенно холодным, резко отстранился, и без всякой видимой причины. Он всё ещё был возбуждён, но Сайрен поняла это только по длинному, толстому бугру, который заметно натягивал его брюки. Больше ничто в его поведении не выдавало этого.

Почему? Что она сделала? Что она сказала?

Теперь его возбуждение исчезло, как и у Сайрен. Никто так не умел испортить настроение, как Амарада. Хотя…

«Он сказал тебе, что мы с ним трахались?»

Сайрен пыталась убедить себя, что это было много лет назад, больше десяти лет назад. Но Амарада за это время не изменилась. Тогда она была такой же жестокой и коварной. И хотя за эти годы в постель Амарады пробиралось множество амбициозных мужчин, Ронан никогда не казался Сайрен таким. Был ли он таким тогда? Или Амарада искренне привлекала его?

Сайрен отогнала эти мысли прочь. Ничто из этого не имело значения, не сейчас.

— Это моя вина, — сказала она, пока Ронан быстро надевал ботинки, которые бросил в дверях своей палаты. Больничной палаты. Всё ли с ним в порядке?

Под глазами у него виднелись тёмные круги. На сгибе локтя у него был лейкопластырь. Ранее этой ночью он дрался и переносился призраком, пока не потерял сознание.

Да, у него встал, но это не первый раз, когда он становился твёрдым, несмотря на признаки того, что чувствовал себя неважно. Сайрен не забыла, как Ронан вздрогнул от света той ночью на кухне аббатства, или как он странно относился к еде.

Она не понимала, что с ним сделали в «Генезисе», ни морально, ни физически, но было ясно, что что-то всерьёз не так.

— Я уверен, что это не твоя вина, — сказал Рис Сайрен, когда Ронан бросился в палату, где схватил со спинки стула свою чёрную мотоциклетную куртку.

По крайней мере, он двигался нормально. Но, с другой стороны, он всё время двигался нормально. Сегодня ночью он сражался упорно и эффективно. Он был быстр, точен, силён. Он был великолепен.

— Это моя вина, — настаивала Сайрен, когда Ронан вернулся, надевая куртку. — Это потому, что…

— Вы двое уходите через туннель, — сообщил им Рис, переходя на быстрый шаг. — Затем вам придётся затаиться в хижине на несколько ночей, пока мы не узнаем, что, чёрт возьми, происходит.

— Я знаю, что происходит, я пытаюсь вам сказать! — практически прокричала Сайрен. — Она знает о Ронане! Или что-то о нём. Может, и не о хождении разумом, я не знаю, я ничего не говорила об этом. Но «Генезис»! Она знает всё о том, что они сделали. Она с самого начала знала…

Сайрен замолчала, когда поняла, что Ронана больше нет рядом с ней. Она остановилась и обернулась. Он стоял в нескольких шагах позади.

Он не выглядел сердитым. Он выглядел отрешённым. Пустым.

Боже, это катастрофа. Она хотела сказать ему об этом по-другому, в другое время. Амарада, конечно же, сделала это невозможным.

— Ронан, прости, я не хотела…

Рис схватил её за локоть, останавливая. Бросив спортивную сумку, Рис прошёл мимо неё прямо к Ронану.

Ронан мгновенно перешёл от безразличия к рычанию. Сайрен подпрыгнула. Она ничего не могла с собой поделать. Мужчины из Тиши так отличались от тех, кто вращался в социальных кругах, которыми окружала себя Амарада. Те мужчины сражались словами и деньгами. Они были манипулятивными, непрямыми.

Ронан и остальные участники Тиши были опасны совсем на другом уровне. Они были такими физическими, такими агрессивными, такими мощными.

И хотя это совершенно неуместно, учитывая обстоятельства — Ронан уже охладел к ней, и теперь его гнев, вероятно, частично был направлен на неё, не говоря уже о том факте, что они оказались в центре нового кризиса — от рычания Ронана и обнажённых клыков, от всей суровой силы его тела по Сайрен разлилось тепло. Её лоно пульсировало и сжималось, вспоминая твёрдый бугор его члена, прижимавшегося к ней, так близко к тому месту, где ей было нужно.

Рис спросил:

— Ты хочешь сразиться с Амарадой? Или ты хочешь увезти Сайрен подальше от неё в безопасное место? Выбери что-то одно, ибо ты не получишь и то, и другое.

При этих словах Ронан сделал глубокий вдох, как будто вынырнул из-под воды.

— Я так и думал, — сказал Рис. Он вернулся к чёрной спортивной сумке, схватил её и бросил Ронану.

Ронан закинул сумку на плечо и последовал за Рисом. Даже тогда, когда Сайрен пошла в ногу с двумя мужчинами, делая два шага против их одного, Ронан не взглянул на неё.

Он выбрал её, но не смотрел на неё.

Не было времени беспокоиться об этом или гадать, что бы это могло значить. Они втроём вышли через стальную дверь на лестничную клетку и поспешили вниз, на следующий уровень. Там Рис жестом попросил их подождать, а сам выглянул в коридор. Затем он толкнул дверь В2.

Они втроём поспешили по коридору, который вёл мимо того, что выглядело как запертые комнаты, возможно, камеры, к другой стальной двери в конце.

Рис остановился там.

— Джонус отвезёт вас на склад, где вы сможете забрать запасной джип. В хижине всё готово. Докладывайтесь в семь и в семь по спутниковому телефону.

— Понял, — ответил Ронан и плечом распахнул тяжёлую дверь.

Сайрен последовала за ним в помещение, похожее на огромный тёмный туннель. Приглушённый свет, горевший через равные промежутки, освещал бетонные стены и несколько автомобилей, припаркованных вдоль одной из сторон. Джонус Ан ждал их у работающей машины скорой помощи. Задние двери были открыты.

— Какого чёрта мы едем на этой дурацкой штуковине? — Ронан хотел знать.

Кудрявый врач ВОА пожал плечами.

— Либо это, либо багажник моей Камри. Она не заподозрит скорую, даже если будет наблюдать.

Сайрен не была так уверена, учитывая, о ком они говорили, но она этого не сказала. Её слова и так вызвали достаточно проблем.

Ронан подождал, пока она первой сядет в машину, а затем последовал за ней в салон скорой помощи. Джонус закрыл двери.

Сайрен опустилась на мягкую скамью напротив пустой каталки. Ронан бросил спортивную сумку и сел рядом с ней. Когда машина скорой помощи тронулась с места, на крюках закачалось медицинское оборудование.

Ронан расстегнул молнию на чёрной спортивной сумке и издал удивлённый звук. Он вытащил то, что Сайрен приняла за оружие, которое Кир забрал у него. Он встал, насколько это было возможно в ограниченном пространстве, согнувшись пополам под низким потолком, и пристегнул оружие.

Сайрен не осознавала, насколько по-другому он выглядел безоружным, пока оружие Ронана не вернулось на место. Тогда, в коридоре возле палаты, он всё ещё был в тактических штанах и компрессионной рубашке, но он был босиком и без «аксессуаров». Это каким-то образом сделало его более уязвимым. Более доступным.

Но нет. Дело совсем не в этом. Это не имело никакого отношения к его ботинкам, куртке или оружию.

Дело в выражении его лица. Закрытое. Отдалённое. Холодное. Как невидимая броня, которая теперь просто демонстрировалась этими внешними элементами.

— Твой пистолет полностью заряжен? — спросил он, садясь обратно.

— Да.

Вот и всё. Вся суть их разговора за следующие десять минут, пока Джонус вёз их по сонному городу.

В течение этих десяти минут мучительного молчания Сайрен краем глаза наблюдала за коленом Ронана. Однажды, в самом начале, оно коснулось её колена. Он убрал его и до конца поездки держал это колено совершенно неподвижно, не позволяя ему двигаться в такт движению автомобиля, не позволяя ему снова коснуться её.

Казалось невероятным, что несколько минут назад она сидела верхом на его бёдрах, потираясь о его член, который был твёрдым и готовым для неё, крепко прижимаясь к нему, словно он был единственным существом в её мире.

Она думала, что это чувство взаимно, а теперь чувствовала себя идиоткой.

Хотя Сайрен очень хотелось, чтобы поездка поскорее закончилась, когда машина скорой помощи остановилась, у неё ёкнуло сердце. Что теперь? Что это за хижина, о которой упоминал Рис? Как долго они собирались пробыть там… вместе? Ей следовало спросить.

Когда двигатель заглох, Сайрен вскочила со скамейки, отчаянно пытаясь выбраться из этого напряжённого пространства, но Ронан потянул её назад, за себя.

— Я иду первым.

Он вытащил пистолет и нажал на кнопку на двери. Она открылась, и за ней показался тихий складской комплекс. За исключением оранжевого огонька, горевшего в конце ряда прямоугольных ячеек, вокруг было темно.

Сбоку от машины скорой помощи послышались шаги.

— Всё чисто, — послышался голос Джонуса.

Ронан выпрыгнул из машины, убирая пистолет. Он потянулся за сумкой и слегка вздрогнул от удивления, когда Сайрен протянула её ему.

— Спасибо, — сказал он, всё ещё не глядя на неё.

Когда она спрыгнула на землю, Ронан достал из сумки запасной пистолет, проверил магазин и протянул его Джонусу.

— За нами никто не следил, — сказал Джонус, но взял пистолет.

— Просто будь начеку, пока я пригоню джип.

Говоря это, он смотрел только на Джонуса, как будто Сайрен это не касалось. Как будто она была всего лишь ещё одним предметом багажа, вроде этой сумки.

Ронан подошёл к одному из складских помещений, чтобы открыть его ключом. Когда замок щёлкнул, он толкнул металлическую дверь, которая с шумом отъехала в потолок, обнажив чёрную решётку радиатора на джипе Вранглер. Он исчез в тёмном помещении. Сайрен услышала, как открылась и закрылась дверца автомобиля. Послышались какие-то звуки, затем снова открылась и закрылась дверь. Джип с грохотом ожил, его фары прорезали ночь.

Угловатый чёрный автомобиль проехал вперёд и остановился. Пока Ронан выходил и шёл закрывать складскую ячейку, Сайрен подбежала к пассажирской двери и забралась внутрь, прежде чем ей успели дать какие-нибудь неловко косвенные указания.

Джонус тем временем обошёл джип сзади, чтобы встретиться с Ронаном. Они поговорили с минуту, хотя Сайрен ничего не слышала из-за шума двигателя. Бросив взгляд в зеркало заднего вида, она увидела, как Джонус передаёт Ронану какой-то маленький кейс, который Ронан сунул во внутренний карман своей куртки. Затем Ронан вернулся к водительской двери.

Он открыл её и сел внутрь. Тронув джип с места, Ронан повёз их вдоль рядов складских помещений. Оранжевый свет скользнул по ним, затем они выехали на дорогу.

— Так где эта хижина? — спросила наконец Сайрен, пока Ронан ехал по тихим улочкам, которые, как узнала Сайрен, были северной частью Портиджа.

— В паре часов езды на север.

У неё упало сердце при мысли о двухчасовой поездке в тишине.

— Времени впритык, — сказала она, отметив время на радиочасах. 4:26.

— Да, но мы успеем. Там есть вода, — он указал на бутылку в центральном подстаканнике.

— Хорошо, круто.

Она выглянула из пассажирского окна, наблюдая, как улицы Портиджа сменяются пригородом. На многие мили вокруг будут простираться участки площадью 2–5 акров. Но два часа езды на север уведут их подальше. В горы. В лес. Где-нибудь в отдаление, возможно, в изоляцию.

— Это большая хижина, — сказал Ронан. — Ты не будешь заперта в одной комнате со мной.

«Или ты со мной», — подумала она, что показалось ей более уместным. Боже, как всё так быстро сделалось таким неловким?

Из-за того, что она рассказала об Амараде и «Генезисе»? Почему он не спросил её об этом? Наверняка он хотел узнать больше подробностей? Сайрен бы спросила. А кто бы не спросил?

Но нет. Ронан отстранился ещё до этого. Она всё пыталась забыть об этом факте, списывая напряжение между ними на то, что произошло на самом деле, вместо того, чтобы принять правду: он передумал.

Это напомнило ей, что в прошлом она ему никогда не нравилась. В последнее время у них было несколько хороших моментов, но не истолковала ли она их неправильно? Может, все эти хорошие чувства были с её стороны?

Да, у него вставал, и не раз, но…

«Ты думаешь, это особое достижение — делать члены твёрдыми?»

Сайрен скрестила руки на животе. Как будто заметив это, Ронан прибавил отопление в салоне. Но это не помогло ей избавиться от холода в сердце.

Глава 17

Тишина, окружавшая Сайрен, пока она лежала в роскошной двуспальной кровати, была почти такой же мучительной, как и тишина в джипе. Она схватила телефон с прикроватного столика. Здесь не было сигнала, из-за скалистых холмов, окружающих хижину, но телефон услужливо сообщил ей, что до наступления темноты осталось добрых пять часов.

Должно быть, она ненадолго заснула. Она не ожидала этого, учитывая все те мысли, которые крутились у неё в голове, но долгая, напряжённая ночь, должно быть, сказалась на ней.