Киллан

– Ты уверен, что шины менять не нужно? – Озабоченное лицо Доминика не совсем то, что нужно для вдохновения перед гонкой. – Время есть.

– Уверен. Выберу девчонку полегче, не дрейфь. – Похлопав его по плечу, надеваю перчатки и откатываю Kawasaki к стартовой линии, возле которой в рядок выстроились девицы, мечтающие получить дозу адреналина. Они не въезжают, какая встряска им предстоит. Мотокросс не имеет ничего общего с ездой по ровной дороге.

Ливня нет, что уже радует, но периодами припускает мелкая изморось, создающая помехи перед лицом. Это слегка усугубляет условия.

– Ты как, Килл, готов попробовать грязь на вкус? – гогочет Джастин Мёрфи по прозвищу Курок, намекая на то, что я буду ехать позади него и ловить ошмётки земли, вылетающие из-под его колёс. Он самонадеянно похлопывает по сиденью новенького Suzuki, насмешливо пялясь на моего железного старичка.

– А ты приготовил парашют? – отбиваю я его нападки.

– С хера ли? – настораживается он, не вдупляя, к чему я веду.

– Для страховки. С полным бензобаком до приёмника не долетишь, – с неохотой предупреждаю я, седлая байк.

Сам видел, как его техник заливал бак до отказа. Это, конечно, мелочь, но может сыграть злую шутку, если Курок будет стартовать на втором этапе с худшей позиции. На таких коротких дистанциях важен каждый фунт. А лишняя половина бака – это уже паршиво.

– Иди на хрен! – Он отворачивается к ожидающим девочкам, сделав вид, что самый умный. Зря не стал прислушиваться, но пусть делает как знает. Моя совесть может вздремнуть.

– Привет, парни! Вы готовы выбрать себе красотку? – объявляет нанятая грид-гёрл в блестящем обтягивающем комбинезоне.

Болельщики начинают горланить, подгоняя к быстрому решению, но мне важен вес девчонки. Плевать на внешность «красотки». Чем меньше шпаклёвки на лице и одежды на теле, тем удобнее. Присматриваюсь к отчаянным охотницам за приключениями футах в двадцати от нас, и мой взгляд сразу выцепляет Рейчел, которая заигрывающе машет мне ладошкой. Блядь, похоже, она меня преследует. Она не толстушка, но взять её на гонку – значит, подписать себе приговор. И я сейчас не о проигрыше в сегодняшнем шоу.

В темноте сложно определить навскидку, с какой девушкой будет комфортнее, но, когда моего слуха достигает слово «Линден», вмиг подбираюсь, вглядываясь в ту сторону.

Рейчел подходит к другой тёлке и, содрав с неё бейсболку, толкает в плечо, получая ответный тычок и замах, грозящий завершиться пощёчиной. Узнавание приходит сразу.

Адриана. Её фамилия не послышалась.

Между ними завязывается громкий спор, но из-за ора толпы не разобрать ни слова. С этой детской причёской Адри выглядит, как обычно, невинной овечкой. На ней кожаная куртка, джинсы и высокие ботинки. Подготовилась коза. Неужели припёрлась за деньгами? Я мгновенно свирепею, стоит только подумать о её расчётливой натуре.

– Та с косичками – твоя сестрёнка? – гогочет мой соперник Курок.

Наверное, тоже расслышал обрывки криков Рейчел, которые я соединил в приблизительное «С твоим братом поеду я».

– А она ничего такая. Соска, – Мёрфи специально испытывает моё терпение. Ушлёпок.

– Она мне никто, – выплёвываю я максимально безразлично.

– Килл, ну же! Ты определился? – нараспев произносит в рупор грид-гёрл.

Киваю и порывисто показываю пальцем на Рейчел, лишь бы поскорее заткнуть Джастина и не дать ему повода вывести меня из себя. Не успеваю моргнуть, а она уже несётся ко мне, не веря собственному счастью. Как только девчонка встаёт рядом, пытаясь осветить своей приторной улыбкой, краем глаза вижу, что к Курку не спеша подходит Адриана. Ни капли не удивился выбору мудака.

– А куда мне садиться? Здесь же одно сиденье? – озадачивается Линден.

Нас разделяет пара шагов, поэтому тревога в её голосе слышна отчётливо. Очень вовремя опомнилась, чёрт побери. «Свали отсюда, пока не поздно» – охота проорать ей в лицо, но мне нужно держать марку. Если я что-то решил, то не имею права давать слабину, иначе мои слова ничего не стоят.

На кроссовых мотоциклах места для пассажира нет, но сегодня организаторы решили превзойти самих себя, добавив участникам утяжелители, чтобы сделать первый раунд более непредсказуемым и привнести драмы.

– Ну ты и дура! – заливается Рейчел, уже усаживаясь верхом на меня, будто только и мечтала это сделать. Если быть точным, опыт у нас такой есть, но я предпочёл бы его забыть. В постели мы друг другу не подходим, хоть она и считает по-своему.

Обвязав нас двоих широким страховочным ремнём, не упускаю возможности посмотреть на действия Адрианы. Метнув в меня убивающий взгляд, она вздёргивает нос ещё выше и с видом знатока залезает на Мёрфи. Он похотливо обхватывает её задницу и со смешком притягивает ближе. Линден ни перечит ему. Наоборот, пропускает ладони под мышками Джастина и плавно уводит их за спину в обнимающем жесте. Я продолжаю гневно наблюдать за её показательным выступлением, но не из любопытства и даже не из братской заботы, а чтобы подкормить внутреннего зверя, который уже начал пробуждаться. Он мне и поможет сегодня выиграть.

– Удачи, Киллан, – повернув мою голову к себе, Рейчел шепчет прямо в губы, обдавая их мятным дыханием. Я настолько увлекаюсь посторонними мыслями, что до затуманенного мозга не сразу доходит, что мы уже вовсю сосёмся. Язык Шилдс по-хозяйски гуляет у меня во рту, а я и не думаю отодвигаться, тоже подключаясь к игре. Её напористость как нельзя кстати: я не должен думать ни о ком и ни о чём, кроме победы. Всё остальное – дерьмовая ирония судьбы, которой не позволю одержать надо мной верх.

Громкий свисток вынуждает нас отлепиться друг от друга как раз, когда несколько помощниц подходят со шлемами для «наездниц». Экстрим экстримом, а безопасность должна быть на уровне. Надев свой, Рейчел обвивает мою поясницу ногами, и я пока не имею ни малейшего представления, как проходить трек с таким грузом. Два дня я тренировался, повесив спереди большой рюкзак, заполненный кирпичами, но рюкзак не тёрся об меня бёдрами и не слюнявил рот.

Услышав предварительный стартовый гудок, надеваю свой шлем, сняв его с ручки, завожу движок и прислушиваюсь к характерному рычанию. Принимаю удобное положение и даю Рейчел всего два указания: сидеть неподвижно, крепко держась за мою спину, и не мотать головой.

Всё, что мне оставалось делать – ждать отмашки, но я совершаю фатальную ошибку, когда смотрю вправо, врезаясь в смешливые глаза Адрианы. Они излучают откровенный вызов и что-то ещё, делающее её какой-то новой, совершенно другой. Чужой и знакомой одновременно. Поддавшись непонятной тяге, скольжу взглядом ниже, и увиденное на секунды вышибает из лёгких весь воздух.

Она улыбается.

По-настоящему.

Искренне.

Убийственно красиво.

Однажды я уже видел эту неподдельную улыбку, только она не знает об этом. Не помнит.

На какой-то миг всё вокруг меркнет и застывает, словно кто-то извне поставил нас на паузу. Адриана первой разрывает наш бессловесный контакт, но не прекращает улыбаться уроду напротив.

Перевожу взгляд вперёд в попытке собраться для предстоящего соревнования, но вижу только её широкую улыбку, обнажающую ровные белые зубы. И пока понять не могу, что больше ввело меня во временный транс: то, что я не знаю причин, по которым она стала снова улыбаться, или то, что эта причина – не я.

***

Адриана

Мне до чёртиков понравилось улыбаться. Вплоть до того, что мерзкая Рейчел не смогла испортить это грандиозное событие ни нелепыми наездами, ни тем, что едва не сожрала Киллана, как большеротая акула. Хотя к чему скрывать, мысль, что с этой мочалкой ему не было противно лизаться, за доли секунды трансформировалась в мучительный сгусток, причиняющий адский дискомфорт в животе. Я ему противна, а Рейчел – нет. Чем она лучше меня? Чем я хуже её?

Но стоило увидеть, какой эффект произвела на Кроу моя улыбка, душевное равновесие вернулось. Неприкрытое потрясение на его лице окупило каждое мгновение, которое я потратила на сокрытие истинного состояния, имя которому «ревность». Отравляющая и, самое ужасное, всколыхнувшая во мне ту отвратительную часть, о которой стыдно не то, что говорить вслух, а признаваться самой себе. На короткий миг захотелось устранить Рейчел, стереть с лица земли или хотя бы плюнуть в лицо.

Это желание было настолько стихийным и неукротимым, что я вцепилась в куртку придурочного байкера, только бы вновь овладеть собой и утихомирить внутренний бунт. Ни к чему всем знать о безобразной стороне личности Адрианы Линден.

После предыдущего посещения этого места я примерно понимала, чего ожидать. Первый этап включает два круга: один малый, а второй – большой с усложнённым рельефом и лихими виражами. Такой спорт точно не для неженок и людей со слабой психикой, и мне очевидно, почему он так вдохновляет Кроу. Неизвестность концовки бурлит в крови, оборачиваясь неуёмным грохотом сердца. Все внутренние органы словно входят в режим ускоренной перемотки, активируя нейронные связи, о существовании которых никогда не подозревал. А причина этому – адреналин. Порой мне хочется найти иные способы ощущать в себе жизнь, чтобы распороть внутренние нити, связывающие меня с этим парнем, но пока всё тщетно, и не исключено, что случай неизлечимый.

По моим подсчётам, сегодня пятнадцать участников, но мне нужно сделать так, чтобы первым пришёл Киллан, поэтому сразу после старта приступаю к приведению своего плана в действие, старательно отвлекая водителя от дороги поглаживаниями по спине и ёрзаньем у него на бёдрах. Из-за рёва мотоциклов не слышно, возмущается он или нет, но мы вроде бы подотстали.

Поначалу меня ничуть не страшит ни незнакомец, которому я доверила жизнь, ни езда задом наперёд. То, что я не вижу происходящего за спиной, наоборот, будоражит и веселит. Мы периодически подскакиваем на кочках, нас иногда заносит на обгонах и поворотах, в лицо летят грязные брызги, покрывая прозрачный щиток крапинами, но драйв, заставляющий сердце работать на износ – источник неподражаемого восторга.

Который моментально улетучивается, как только мы равняемся с мотоциклом Киллана. Его белая куртка с отражателями особенно выбивается из общей массы лихачей. Рейчел чуть ли не лежит на руле из-за того, что Кроу склонился вместе с ней, и тут я осознаю, что нахожусь в точно таком же неудобном положении. Азарт опьяняет, лишает осторожности и рассеивает внимание, которое совсем не уделяется скованным мышцам.

К моему ужасу, мы вырываемся вперёд, с каждым футом отдаляя преследователя всё больше. Он вот так просто сдастся? И почему меня это так сильно волнует, чёрт возьми? Разве не за большими деньгами я сюда пришла?

На подходе к предпоследнему крутому повороту кажется, что Киллан ускоряется, и я прошу Бога, в которого никогда не верила, помочь ему прийти лидером. Мне не видно глаз Кроу из-за шлема, но по положению головы кажется, что он смотрит в нашу сторону, отвлекаясь от дороги, и начинает мигать фарами. Что это значит? Эти вспышки вижу я, но их точно не видит мой водитель.

Не прекращая подавать странные световые знаки, Киллан приближается к нам, но пугает другое: догнав нас, он почему-то едет не прямо, а приближает свой мотоцикл к нашему, сокращая дистанцию до критического минимума. В какой-то момент у меня проскакивает безумная мысль, что он хочет нас бортануть, чтобы скинуть с трассы.

Неужели ради победы он способен на это?

Подъехав вплотную к нам, Киллан интенсивно мотает головой, будто просит остановиться. Я в прямом смысле связана по рукам и ногам, но начинаю рьяно хлопать своего райдера по спине, чтобы привлечь его внимание. Вдруг на их невербальном сленге это означает что-то плохое? Мне враз становится дурно, особенно, когда Кроу убирает ближнюю руку с руля и рывком протягивает её за мою спину.

Что именно там происходило, я пойму несколько позже, но эту гонку я официально впишу в свою память, как самый страшный эпизод моей скудной биографии.

В фильмах такие моменты показывают, как правило, в замедленной съёмке, позволяя зрителю свыкнуться с тем, что будет потом. И, вполне возможно, я успела бы запаниковать и впасть в персональную кому, но для всего этого требуется время. А у нас его не было.

Мы резко тормозим, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов, но меня не пугает ни сильный крен, ни риск свалиться на размокший глинистый трек, превратившись в лепёшку под колёсами других байкеров, которые один за одним обгоняют нас. Это всё неважно и так ничтожно.

Уши закладывает от внезапно наступившей тишины, а крик застывает в горле, когда я вижу перевёрнутый мотоцикл Киллана и его самого вместе с бедной Рейчел чуть поодаль от него.

Дёргаюсь из стороны в сторону и от бессилия луплю по плечам своего водителя, желая поскорее освободиться от ремня, которым я к нему прицеплена. Мой взгляд прикован к белой куртке со знакомыми отражателями, и я, стиснув зубы, всматриваюсь в ночь, чтобы разглядеть малейшее шевеление и убедиться, что он жив.

***

– Какого хуя ты ключ выдернул, сука? – Мой райдер с рыком бросается к Киллану, когда тот, пошатываясь, встаёт с земли.

Шокированная Рейчел подвывает в стороне, осматривая своё тело на причинённый ущерб, а я стою, как примороженная, испытывая неимоверное облегчение. Кроу цел несмотря на падение. По-видимому, он потерял управление, когда отпустил руль, дёрнувшись в нашу сторону. Теперь понятно, для чего: он заглушил наш мотоцикл, на ходу вынув ключ из замка зажигания.

– Проверяй технику перед стартом, козёл! – Киллан сдирает шлем со своей головы и отшвыривает в сторону, стремительно подступая к разгневанному парню.

Переломов точно нет, слава Богу. Да и в целом выглядит неплохо даже с учётом ярости, от которой его лицо приобретает кровожадную гримасу, кричащую о том, что к нему лучше не подходить, если жить не надоело.

– У тебя хлестала тормозная жидкость, Мёрфи! – Мой сводный гневно толкает его в грудь, потрясая всех своим заявлением. – Я пытался дать знак, но ты предпочёл мчаться на тот свет, как конченый дебил! – Несдержанный удар в скулу, и Мёрфи падает навзничь, не ожидая подобных обвинений и наездов.

Мой взгляд мечется по сторонам, и по мелькающим вдалеке фонарикам догадываюсь, что к нам спешит подмога. Авария произошла перед самым поворотом к финишу, и теперь становится ясно, что к чему: без тормозов мы бы в него не вошли. Я стою в полной прострации, только сейчас осознавая, что оба парня теперь в полной жопе. А как же второй этап?

Господи, мои деньги…

Ну ты и бестолочь, Адриана! Как можно думать об этом в такой ситуации?

– Сука, ты мне нос сломал! – гундосит парень, привстав на одном локте.

– Скажи спасибо, что отделался сломанным носом, – Киллан сплёвывает на землю и так сильно выдыхает вверх, что я вижу пар из его рта, быстро рассеивающийся в прохладном воздухе. – Из-за тебя я проебал гонку, урод!

– Так гнал бы дальше, в чём дело? – ухмыляется Мёрфи, втягивая носом сочащуюся из него кровь. – Или дело в ней? – Парень кивает на меня, сверкая недобрым взглядом. – Кажется, ты говорил, что она тебе никто. Чего так впрягаешься? Или шпилить сестрёнку – особый вид удовольствия? Слышал, вы с дружком на двоих её делите. Может, и меня в долю возьмёте? – щерится он, произнеся эти омерзительные слова.

От ступора я не успеваю осмыслить всё сказанное, потому что Киллан вновь бросается на него, со всего маху пиная ногой в грудь, отчего тот снова валится на грязную землю. Рейчел визжит, а я боюсь, что в состоянии аффекта из-за падения Кроу забьёт своего соперника до смерти. Но остановить его я не успеваю, хоть и делаю робкий шаг вперёд. За меня это делают подбежавшие охранники, которые должны блюсти порядок на мероприятии.

– Пусти! – рявкает Кроу, дёргая плечом, чтобы высвободиться из крепкого захвата здоровяка в чёрном.

В отличие от него Мёрфи не держат, как преступника. Он вроде как пострадавший.

– Килл, ещё слово, и я вызываю полицию. – Лысый мужик с пивным животом, подъехавший только что на джипе, с наигранным спокойствием закуривает, изучая последствия инцидента. – Что ты здесь устроил?

– Предотвратил кончину этого урода, – усмехается Киллан, подуспокоившись. – Полицию, говоришь? Так вызывай. Вместе показания будем давать.

Лысый молчаливо осматривается и кивает охранникам отступить.

– На вас с Мёрфи было больше всего ставок. Ты догоняешь, какой это удар по репутации Мото-раш? Люди потеряли деньги.

Да, я тоже в их числе.

– Твоему Мото-раш сегодня пришёл бы конец, если бы не я. Так что не стоит на меня наезжать, Дюк, – Киллан продолжает нарываться, нисколько не тушуясь перед мужиком старше его отца. – Этой гонке я нужен больше, чем она мне, – он разводит руками, отступая назад. – Объяви, что скоро будет реванш, и начинай подсчитывать бабло.

После этого он поворачивается ко мне и, гаркнув: «Сделай так, чтобы я тебя больше не видел!», разворачивается на пятках и уходит к своему мотоциклу.