Анна не опускала пистолет, целясь точно в грудь «Стратега». Она быстро оценила обстановку: Софья неподвижно лежала на кушетке, опутанная проводами и трубками. Мониторы показывали нестабильные параметры — давление, пульс, мозговую активность. Всё говорило о том, что девочка находится в критическом состоянии.

— Что вы с ней сделали? — голос Елены Андреевны сорвался на крик, когда она увидела дочь.

— Мы спасаем её, — спокойно ответил Зорин. — Препарат V-17, введённый в «Питомнике», оказался несовместим с её необычной генетикой. Без нашего вмешательства она бы постепенно угасла.

— Лжец! — Елена Андреевна бросилась к кушетке, но Демидов удержал её. — Вы отравили мою дочь!

— Дорохов, проверь показатели, — скомандовала Анна. — Найдите врача, который сможет объяснить, что происходит.

Зорин наблюдал за ними с вежливым интересом, как учёный за подопытными.

— Ваш напарник не разберётся в этих данных, следователь. Здесь нужны специальные знания.

— Которыми вы, конечно, обладаете, — Анна сделала шаг вперёд. — Что именно вы ввели Софье?

— V-18, — в голосе Зорина прозвучала гордость. — Самая совершенная версия препарата. Мягкое действие, минимум побочных эффектов, стабильные изменения личности. Я использовал уникальные особенности генетики Софьи для создания универсального решения. Этот препарат способен преодолеть даже врождённую устойчивость.

Дорохов тем временем изучал мониторы и флаконы с препаратами.

— Анна, здесь что-то странное, — он указал на один из экранов, где отображалась активность мозга Софьи. — Эти области мозга не должны быть так активны в бессознательном состоянии. Это похоже на… сверхстимуляцию.

— Вы очень наблюдательны, майор, — улыбнулся Зорин. — Именно так. V-18 не просто меняет личность, он создаёт новые нейронные связи. Формирует новый разум внутри существующего. Прямо сейчас сознание Софьи перестраивается, формируя новые центры восприятия и мышления.

— Монстр, — прошептала Елена Андреевна. — Вы хотите превратить мою дочь в одну из ваших безвольных коллекционеров!

— Напротив, — Зорин покачал головой. — Я хочу сделать её первым экземпляром новой коллекции. Коллекции усовершенствованных. С сохранением личности, но с расширенными возможностями разума. Софья уникальна — она сопротивлялась V-17 благодаря редкой генетической мутации. V-18 не подавляет эту особенность, а использует её. Превращает в преимущество.

— Я не верю ни единому вашему слову, — Анна шагнула ближе, по-прежнему направляя пистолет на Зорина. — Прикажите своим людям отменить действие препарата. Немедленно.

— Это невозможно, — «Стратег» развёл руками. — Процесс необратим. Если прервать его сейчас, мозг девочки просто сгорит от перегрузки. Она превратится в овощ — или умрёт.

Анна бросила быстрый взгляд на один из мониторов. Показатели мозговой активности Софьи действительно зашкаливали. Даже неспециалисту было понятно, что происходит что-то ненормальное.

— Должен быть способ это остановить, — настаивала она.

— Есть, — неожиданно согласился Зорин. — Противоядие. Точнее, стабилизирующий агент. Он позволит завершить трансформацию безопасно, не повредив базовую личность.

— И где же это противоядие? — спросила Анна, заранее зная ответ.

— Формула у меня в голове, — Зорин постучал пальцем по виску. — Нигде не записана, нигде не сохранена. Я единственный, кто может его создать. Поэтому предлагаю сделку: вы позволяете мне закончить работу, и девочка выживет. Или арестуете меня прямо сейчас, и тогда… — он красноречиво посмотрел на мониторы, где показатели жизнедеятельности Софьи становились всё более хаотичными.

Анна понимала, что «Стратег» загнал её в угол. Жизнь Софьи против поимки главаря преступной организации. Но выбор был очевиден.

— Дорохов, обыщи лабораторию. Найди что-нибудь похожее на противоядие или документы о нём. Демидов, не спускай глаз с остальных сотрудников, — скомандовала она, не опуская оружие.

Дорохов быстро осмотрел лабораторные столы, шкафы с реактивами, компьютеры.

— Здесь десятки препаратов, Анна. Без точной формулы мы не поймём, что искать.

Елена Андреевна стояла рядом с дочерью, гладя её по волосам и тихо плача. Софья оставалась без сознания, но её веки подрагивали, а из носа пошла тонкая струйка крови.

— Состояние ухудшается, — заметил один из лаборантов. — Нужно действовать быстро.

— Молчать! — рявкнула Анна и снова обратилась к Зорину: — Что именно нужно для создания противоядия?

— Несколько химических соединений, которые есть в лаборатории, — ответил «Стратег», — и… мой генетический материал. V-18 содержит компонент, созданный на основе моей ДНК. Только точно такой же источник может нейтрализовать его.

— Удобно устроились, — горько усмехнулась Анна. — Гарантия вашей неприкосновенности.

— Я бы назвал это страховкой, — пожал плечами Зорин. — Итак, ваше решение, следователь?

Анна посмотрела на Софью. Девочка начала судорожно вздрагивать, показатели на мониторах мигали красным.

— Спасите её, — тихо сказала Анна. — Но учтите: один неверный шаг, любой намёк на обман — и я забуду, что вы нужны мне живым.

Зорин кивнул:

— Разумеется. Я могу рассчитывать на помощь своих сотрудников? Работать придётся быстро.

— Да. Но Дорохов будет следить за каждым вашим действием.

«Стратег» немедленно приступил к работе, отдавая чёткие указания лаборантам. Он смешивал химические соединения, проверял показатели на мониторах, делал расчёты на компьютере. В какой-то момент он взял стерильную иглу и взял образец собственной крови.

— Основа противоядия — генетически модифицированные Т-клетки из моей крови, — пояснил он Анне. — Они распознают и нейтрализуют чужеродные компоненты V-18, оставляя нетронутыми полезные изменения.

— Вы модифицировали собственные клетки? — удивился Дорохов.

— Разумеется, — Зорин улыбнулся. — Я всегда был первым подопытным. Каждую версию препарата я сначала тестировал на себе. Именно поэтому я всё ещё жив, в отличие от многих других участников ранних экспериментов.

Пока он работал, Анна не сводила глаз ни с него, ни с Софьи. Состояние девочки продолжало ухудшаться. Теперь она дрожала всем телом, а кровь шла не только из носа, но и из ушей.

— Сколько ещё времени? — напряжённо спросила Анна.

— Почти готово, — ответил Зорин, смешивая прозрачную жидкость с кроваво-красной сывороткой. Полученный раствор он перелил в стерильный шприц. — Отойдите.

Он подошёл к Софье и аккуратно ввёл шприц в один из портов капельницы. Прозрачная жидкость медленно потекла по трубке.

— Что теперь? — спросила Елена Андреевна, не отпуская руку дочери.

— Теперь ждём, — Зорин отступил на шаг. — Если мои расчёты верны, через несколько минут мы увидим стабилизацию показателей.

В лаборатории воцарилась напряжённая тишина. Все взгляды были прикованы к мониторам, показывавшим состояние Софьи. Первые минуты ничего не менялось, и сердце Анны сжалось от страшного подозрения: что, если «Стратег» обманул их? Что, если он просто ввёл девочке ещё один смертельный препарат?

Но затем показатели начали меняться. Сначала едва заметно, потом всё очевиднее. Пульс стабилизировался, давление пришло в норму. Наконец, и мозговая активность начала выравниваться, возвращаясь к более естественному ритму.

— Она стабилизируется, — облегчённо выдохнул один из лаборантов.

Елена Андреевна с надеждой посмотрела на дочь. Дрожь прекратилась, кровотечение остановилось. Софья по-прежнему была без сознания, но уже не выглядела умирающей.

— Что будет дальше? — спросила Анна, не опуская пистолет, направленный на Зорина.

— Девочке нужно время, — ответил «Стратег». — Час, может быть, два. Её мозг завершит перестройку нейронных связей, но уже в контролируемом режиме. Когда она проснётся, то будет… другой. Но всё же собой.

— Что значит «другой»? — резко спросила Елена Андреевна.

— V-18 не стирает личность, а усиливает определённые её аспекты. Улучшает память, обостряет восприятие, повышает эмоциональную устойчивость. Но базовые ценности, воспоминания, привычки — всё это сохраняется.

— Как мы можем вам верить? — скептически заметил Дорохов.

— Никак, — пожал плечами Зорин. — Просто дождитесь, когда она проснётся. Полагаю, моя работа здесь закончена? — он взглянул на Анну. — Вы получили, что хотели. Теперь позвольте мне исчезнуть.

— Исчезнуть? — Анна усмехнулась. — Вы серьёзно думаете, что мы просто отпустим вас после всего, что вы натворили?

— А разве у вас есть выбор? — Зорин обвёл рукой лабораторию. — Состояние Софьи стабилизировано, но оно всё ещё нестабильно. Кто знает, какие осложнения могут возникнуть в ближайшие часы. Возможно, потребуется ещё одна доза моего препарата. Или новая формула. Вы действительно готовы рискнуть её жизнью ради моего ареста?

Анна понимала, что он снова загоняет её в ловушку. Жизнь Софьи против его свободы. И снова выбор был очевиден.

— Уходите, — сказала она наконец. — Но учтите: мы найдём вас. Рано или поздно. И тогда никакие сделки не помогут.

— Не сомневаюсь, что вы попытаетесь, — Зорин улыбнулся и повернулся к выходу.

Но в этот момент из-за операционного стола раздался слабый голос:

— Не отпускайте его.

Все обернулись. Софья открыла глаза и с трудом приподнялась на кушетке.

— Софья! — Елена Андреевна бросилась к дочери, обнимая её.

— Я всё слышала, — прошептала девочка. — Он лжёт. Ему не нужно уходить. Противоядие уже действует.

— Невозможно, — Зорин впервые выглядел по-настоящему удивлённым. — Ты не должна была очнуться так быстро. И уж точно не должна была слышать наш разговор в бессознательном состоянии.

— Я многого не должна была, — Софья слабо улыбнулась. — Но ваш препарат даёт некоторые… неожиданные возможности.

— Например? — заинтересовался Зорин, на мгновение забыв о своём положении.

— Например, я вижу то, что скрыто, — девочка посмотрела прямо на «Стратега». — Вижу ваши истинные мысли. Вы не планируете бежать далеко. У вас есть резервная лаборатория. И новые планы.

Зорин нахмурился:

— Сочиняешь. Читать мысли невозможно.

— Не мысли. Эмоции, намерения, ожидания. Они как… цветные облака вокруг вас. И ваше облако тревожное, тёмное. Вы боитесь, что что-то пойдёт не так.

Анна решила воспользоваться моментом. Она кивнула Демидову, который тут же подошёл к Зорину и надел на него наручники.

— Михаил Зорин, вы арестованы по подозрению в похищении, незаконных медицинских экспериментах, организации преступного сообщества и убийствах, — официально произнесла Анна. — Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде.

— Да-да, я знаю свои права, — перебил её Зорин. — Не утруждайтесь. Но подумайте вот о чём, следователь: кто будет помогать Софье, если со мной что-то случится? Кто знает формулу V-18 и противоядия к нему?

— Формула в ваших вещах, — неожиданно сказала Софья. — Я вижу… знаю это. В вашем планшете, который лежит в сумке на столе. Пароль — дата основания вашей первой лаборатории. 23 апреля 2005 года.

Зорин побледнел.

— Это невозможно. Откуда ты…

— Я же сказала, — Софья слабо улыбнулась. — Ваш препарат даёт некоторые неожиданные возможности. Я вижу… связи. Между людьми, событиями, вещами. Как сияющие нити.

Дорохов быстро нашёл планшет и включил его. Введя указанный пароль, он получил доступ к устройству.

— Она права, Анна! — воскликнул он. — Здесь всё: формулы, протоколы, заметки о побочных эффектах. Целая библиотека.

Зорин смотрел на Софью с выражением, в котором смешались изумление, страх и… гордость? Как создатель, потрясённый неожиданными возможностями своего творения.

— Удивительно, — пробормотал он. — V-18 превзошёл все мои ожидания. Я и не подозревал…

— Уведите его, — приказала Анна Демидову. — И будьте предельно осторожны. Он опаснее, чем кажется.

Пока Демидов уводил Зорина, Анна подошла к Софье.

— Ты уверена, что с тобой всё в порядке? — спросила она с тревогой.

— Не знаю, — девочка покачала головой. — Я чувствую себя… странно. Как будто проснулась с новым чувством. Как если бы слепой внезапно начал видеть, но не мог объяснить, что такое цвет.

— Это пройдёт? — с тревогой спросила Елена Андреевна.

— Не думаю, — Софья взяла мать за руку. — И не уверена, что хочу, чтобы это прошло. Это не больно и не страшно. Просто… по-другому.

В этот момент раздался глухой, но мощный взрыв. Здание слегка задрожало, с потолка посыпалась штукатурка.

— Что это? — испуганно спросила Елена Андреевна.

Дорохов подбежал к окну.

— У главного входа! Кажется, дверь взорвали. Несколько вооружённых людей входят в здание.

— Его люди, — Анна кивнула в сторону двери, за которую увели Зорина. — Пришли освободить босса. Нужно уходить. Немедленно.

Дорохов помог Софье встать с кушетки. Девочка была слаба, но могла передвигаться с поддержкой. Елена Андреевна помогала ей с другой стороны.

— Куда? — спросил Дорохов. — Их может быть много, и они наверняка контролируют все выходы.

— Не все, — Анна указала на узкую дверь в стене лаборатории. — Аварийный выход. Должен вести к пожарной лестнице.

Они поспешили к указанной двери. Анна попыталась открыть её, но замок не поддавался.

— Заперто!

— Отойдите, — Дорохов отстранил её и выстрелил в замок. Дверь распахнулась, открывая узкий проход к лестнице.

Они начали спускаться, слыша за спиной крики и топот ног. Анна шла последней, прикрывая отход. Когда они достигли площадки первого этажа, дверь наверху с грохотом распахнулась.

— Они там! — крикнул кто-то. — Уходят через запасной выход!

— Быстрее! — Анна подтолкнула остальных к выходу на улицу.

Они выбежали под проливной дождь. Ночь, ветер, шторм на озере — всё это теперь играло им на руку, скрывая от преследователей.

— К лодкам! — крикнула Анна, указывая на маленький причал, где виднелись силуэты нескольких судов.

Они побежали к причалу, скользя по мокрой траве. Позади раздались выстрелы, но в темноте и под дождём прицелиться было практически невозможно.

Добравшись до причала, они увидели небольшую моторную лодку. Дорохов быстро помог Софье и Елене Андреевне забраться внутрь, затем запрыгнул сам и протянул руку Анне.

— Заводи мотор! — крикнула она, запрыгивая в лодку последней.

Дорохов потянул за шнур стартера. Мотор закашлял, но не завелся. Он попробовал снова — безрезультатно.

— Чёрт!

— Там! — крикнул один из преследователей, заметив их. — У причала!

Несколько тёмных фигур бежали к ним, размахивая фонариками.

— Ещё раз! — Анна вытащила пистолет, готовясь прикрыть отход.

Дорохов дёрнул шнур в третий раз, вкладывая в это все силы. Мотор взревел, лодка дернулась и начала отходить от причала.

— Держитесь! — крикнул Дорохов, направляя лодку в открытое озеро.

Анна оглянулась. Преследователи добежали до конца причала и открыли огонь, но лодка была уже достаточно далеко. Пули лишь поднимали фонтанчики воды рядом с бортом.

— Они могут преследовать нас на другой лодке, — заметил Дорохов, перекрикивая шум мотора и рёв ветра.

— В такой шторм? — Анна покачала головой. — Сомневаюсь. Это слишком рискованно даже для них.

Лодка прыгала на волнах, обдавая всех брызгами. Елена Андреевна обнимала Софью, пытаясь согреть её своим телом. Девочка выглядела измученной, но в её глазах светилась решимость.

— Что с Зориным? — крикнула Анна Дорохову. — Он остался там?

— Демидов должен был эвакуировать его через юго-западный выход, — ответил Дорохов. — Если он успел до прибытия подкрепления.

— Надеюсь, успел, — мрачно кивнула Анна. — Он слишком опасен, чтобы снова оказаться на свободе.

— Он на свободе, — неожиданно сказала Софья, глядя куда-то сквозь пелену дождя. — Я… чувствую это. Его люди освободили его. Он зол. И напуган. Тем, что я могу делать, тем, что я знаю.

Анна и Дорохов переглянулись. Новые способности Софьи всё ещё казались им чем-то из области фантастики. Но после всего, что они видели, уже нельзя было просто отмахнуться от её слов.

— Куда мы направляемся? — спросила Елена Андреевна, пытаясь перекричать шум шторма.

— На материк, — ответил Дорохов. — Там у нас есть машина. Доберёмся до города, найдём безопасное место.

— А потом? — Софья посмотрела на Анну своими странными, словно светящимися в темноте глазами.

— А потом, — твёрдо сказала Анна, — мы положим этому конец. Раз и навсегда.

Лодка продолжала двигаться вперёд, рассекая волны. Позади остался остров, где только что произошла очередная схватка в долгой войне с «коллекционерами». Впереди ждало неизвестное будущее, полное опасностей, но и надежд.

Софья закрыла глаза, прислушиваясь к чему-то, что могла слышать только она. Её тело, изменённое препаратом V-18, всё ещё приспосабливалось к новым возможностям. Но её разум уже начал постигать их масштаб.

И где-то далеко, в глубине сознания, ей снова послышался знакомый голос Кати — девочки из прошлого, чьё сознание каким-то странным образом переплелось с формулой препарата.

«Ты справишься, Софья. Ты сильнее, чем они думают. Сильнее, чем ты сама думаешь».

Она крепче прижалась к матери, чувствуя, как внутри неё растёт странная уверенность. Что бы ни случилось дальше, она больше не будет просто жертвой. Она станет оружием против тех, кто пытался её использовать.

Лодка исчезла в ночи, унося беглецов прочь от острова, ставшего очередным полем битвы в войне, о которой большинство людей даже не подозревало.