Чем ближе они подъезжали к комплексу «Нейрофарм-Инновации», тем сильнее Анна чувствовала нарастающее напряжение. Дорога петляла между мрачными соснами, уходя всё глубже в лес. Дождь прекратился, но небо оставалось свинцово-серым, и казалось, что сама природа настороженно замерла в ожидании предстоящей схватки.

В джипе, кроме Анны, находились Дорохов и Елена Андреевна. Женщина сидела на заднем сиденье, бледная и собранная, её руки были сжаты в кулаки так сильно, что костяшки пальцев побелели. Позади них двигалась колонна из шести полицейских машин с бойцами спецназа. По рации периодически докладывал командир группы, уже занявшей позиции по периметру комплекса.

— До места примерно пять километров, — Дорохов сверился с навигатором. — Командир говорит, у них там серьёзная охрана. Камеры наблюдения, датчики движения, вооружённые патрули.

— Не похоже на обычный исследовательский центр, — Анна покачала головой. — Больше похоже на военный объект.

— Или тюрьму, — тихо добавила Елена Андреевна. — Только не для преступников, а для невинных людей.

Анна бросила взгляд в зеркало заднего вида и встретилась глазами с матерью Софьи:

— Мы вытащим вашу дочь, Елена Андреевна. Я обещаю.

Женщина кивнула, но в её взгляде читалась та глубокая тревога, которую испытывают только родители, потерявшие ребёнка. Потерявшие дважды, напомнила себе Анна.

Через десять минут деревья расступились, и они увидели высокий бетонный забор с колючей проволокой, окружавший обширную территорию. В центре виднелось несколько современных зданий с тонированными стёклами. Главный корпус — трёхэтажное монолитное сооружение с геометрически строгими линиями — выглядел как цитадель из стекла и бетона.

Машина остановилась в укрытии в лесу. К ним подошёл командир спецназа, крепкий мужчина с жёстким, обветренным лицом.

— Майор Зубов, — коротко представился он. — Объект под наблюдением. Основные силы охраны сосредоточены у главного входа. Есть также патрули по периметру, интервал — пятнадцать минут. Вооружение серьёзное, не как у обычных охранников частных объектов.

— Повышенная активность? — спросила Анна. — Они могли узнать о нашем приближении?

— Трудно сказать. Но похоже, что внутри что-то происходит. Мои люди заметили несколько дополнительных машин, прибывших за последний час.

Анна развернула на капоте карту территории, полученную со спутниковых снимков.

— Ордер у нас на весь комплекс. Главная цель — найти заложников, в первую очередь Софью Величко. Кроме того, необходимо задержать директора центра Веру Николаевну Кравцову и всех ключевых сотрудников. Есть основания полагать, что здесь могут удерживать и других людей против их воли.

— Как будем действовать? — спросил Зубов. — Прямой штурм или выманим их?

— Я хочу сначала попытаться войти официально, — Анна указала на контрольно-пропускной пункт. — Предъявим ордер, потребуем пропустить. Если откажутся — тогда штурм.

— В таком случае, — Зубов показал на карте, — я предлагаю разделить силы. Первая группа пойдёт с вами к главному входу. Вторая займёт позиции здесь и здесь, — он указал на боковые стороны периметра, — чтобы пресечь возможные попытки эвакуации заложников или бегства персонала.

Анна кивнула:

— Согласна. Дорохов, ты со мной. Елена Андреевна, — она повернулась к женщине, — вы остаётесь здесь, в машине. Это не обсуждается.

— Я понимаю, — тихо ответила та.

— Выдвигаемся через пять минут, — Анна посмотрела на часы. — Всем проверить оружие и средства связи.

Когда остальные отошли, Елена Андреевна дотронулась до руки Анны:

— Там моя дочь. Пожалуйста, будьте осторожны.

— Буду, — Анна сжала её руку. — Ждите здесь. Я сообщу, как только мы найдём Софью.

Через пять минут колонна из трёх полицейских машин медленно двинулась к контрольно-пропускному пункту. Остальные группы рассредоточились по периметру, готовые к действию. Сердце Анны билось ровно, но сильно — знакомое чувство перед операцией, смесь адреналина и холодной решимости.

У массивных металлических ворот их встретили четверо охранников с автоматами. Один из них, очевидно старший, поднял руку, приказывая остановиться.

Анна вышла из машины, держа удостоверение и ордер на обыск так, чтобы их было хорошо видно.

— Полиция! — громко объявила она. — У нас ордер на обыск всей территории исследовательского центра «Нейрофарм-Инновации». Требую немедленно открыть ворота и обеспечить беспрепятственный доступ.

Старший охранник — коренастый мужчина с военной выправкой — даже не взглянул на документы.

— У нас особый режим безопасности, — его голос звучал механически, словно он зачитывал инструкцию. — Любое посещение должно быть согласовано заранее. Пожалуйста, обратитесь в главный офис компании.

— Этот ордер — не просьба, а требование, — Анна сделала шаг вперёд. — Если вы препятствуете исполнению судебного предписания, это будет расценено как противодействие правосудию. Открывайте ворота.

Охранник прикоснулся к наушнику, очевидно, получая инструкции. Его взгляд на мгновение стал отсутствующим, затем снова сфокусировался на Анне.

— Вам нужно подождать. Директор центра будет уведомлена о вашем прибытии.

— У вас есть одна минута, — Анна взглянула на часы. — Затем мы войдём, с вашего согласия или без него.

Пока шли переговоры, Дорохов незаметно просканировал территорию в тепловизор.

— Анна, — тихо сказал он, — там внутри много людей. Особенно в подвальных помещениях главного корпуса. И какие-то странные холодные зоны, возможно, лаборатории с системой охлаждения.

Минута истекла. Охранник всё ещё стоял неподвижно, преграждая путь.

— Время вышло, — отчеканила Анна. — Мы входим. Это последнее предупреждение.

В этот момент по территории комплекса пронёсся вой сирены. Охранники вскинули оружие, занимая боевые позиции.

— Всем назад! — крикнула Анна, отступая к машине. — Приготовиться к штурму!

Едва она произнесла эти слова, как в наушнике раздался голос командира второй группы:

— Обнаружено движение с восточной стороны объекта. Похоже на эвакуацию. Несколько человек выносят какие-то контейнеры и грузят их в фургоны.

— Они уничтожают улики, — процедил Дорохов. — Или, что ещё хуже, вывозят заложников.

Решение требовалось принимать немедленно.

— Всем группам, — Анна говорила в рацию чётко и решительно, — начинаем операцию. Первая группа — штурм главного входа, отвлечение основных сил охраны. Вторая и третья — блокируйте восточный и западный выходы. Цель — задержание персонала и освобождение заложников. Повторяю, приоритет — безопасность удерживаемых лиц. Начинаем по моей команде.

Она оглянулась на машину, где должна была оставаться Елена Андреевна, и с ужасом обнаружила, что заднее сиденье пусто.

— Чёрт! — выругалась Анна. — Где Елена Андреевна?

— Была здесь пять минут назад, — растерянно ответил один из полицейских.

Елена Андреевна не собиралась нарушать обещание, данное Анне. Она действительно планировала остаться в машине и ждать. Но когда все отвлеклись на подготовку к штурму, она заметила нечто странное: невысокую фигуру в белом халате, перебегавшую от одного здания к другому через внутренний двор комплекса. Что-то в этой фигуре показалось ей знакомым — то ли походка, то ли силуэт.

Повинуясь внезапному порыву, она выскользнула из машины и, пригнувшись, пробежала вдоль опушки леса, пытаясь получше рассмотреть человека в халате. Когда над территорией взвыла сирена, Елена Андреевна уже обнаружила брешь в заборе — небольшое отверстие, наспех заделанное сеткой там, где бетонная плита немного отошла от основания.

Она была невысокой и достаточно худой, чтобы протиснуться в этот проём. Материнский инстинкт, усиленный адреналином, придал ей сил и ловкости, о которых она и не подозревала. Через минуту Елена Андреевна уже была на территории комплекса, прячась за служебными постройками.

Теперь главное — найти Софью. Но где её искать в этом лабиринте зданий и переходов? Елена Андреевна прикрыла глаза, вспоминая слова дочери о «Питомнике», о подвальных помещениях, где держат «объекты». Значит, нужно искать вход в подвальные уровни главного корпуса.

Штурм проходил по всем правилам военной операции. Бойцы спецназа, прикрываясь дымовыми шашками и светошумовыми гранатами, быстро преодолели открытое пространство перед КПП и атаковали ворота. Охрана отвечала организованным огнём, но численное превосходство и внезапность были на стороне полиции.

Анна и Дорохов, пригнувшись, бежали в середине группы захвата, прикрытые бронежилетами и щитами спецназовцев. Через три минуты ожесточённой перестрелки ворота были взяты, и группа устремилась к главному зданию.

— Странно, — Дорохов перекрикивал шум перестрелки, — сопротивление серьёзное, но не такое ожесточённое, как можно было ожидать. Как будто они просто тянут время.

— Для чего? — Анна перезарядила пистолет. — Чтобы уничтожить документы?

— Или для эвакуации, — мрачно предположил Дорохов. — Восточная группа докладывает об интенсивном движении. Несколько фургонов уже покинули территорию до того, как периметр был заблокирован.

— Чёрт! — выругалась Анна. — Нужно быстрее попасть внутрь главного корпуса. Там должны быть Софья и другие пленники.

Они пересекли внутренний двор, прикрываясь от огня охранников, засевших на крыше. У самого входа в главное здание их встретил ещё один отряд охраны, но спецназ действовал слаженно и профессионально. Через несколько минут ожесточённого боя вход был очищен.

Внутри комплекс поражал контрастом с его милитаризированной внешностью. Просторный холл с мраморным полом и элегантной мебелью больше напоминал пятизвёздочный отель, чем секретную лабораторию. Но декорации быстро сменились: миновав приёмную, группа углубилась в узкие коридоры с многочисленными дверями, за которыми скрывались лаборатории и кабинеты.

— Нам нужен подвал, — Анна сверялась с планом здания на планшете. — Судя по тепловизору, там самая высокая концентрация людей.

Они нашли лестницу, ведущую вниз, но дверь оказалась заблокирована электронным замком.

— Нельзя взрывать, — предупредила Анна. — Могут пострадать заложники.

Один из техников быстро подключил к замку небольшое устройство:

— Это декодер. Должен взломать систему за несколько минут.

В ожидании Анна и Дорохов осматривали ближайшие помещения. В одной из лабораторий они обнаружили странную аппаратуру: кушетки с фиксаторами для рук и ног, капельницы, шлемы с электродами, компьютеры с графиками мозговой активности.

— Похоже на место, где проводили первичные «трансформации», — предположил Дорохов, фотографируя оборудование. — Но здесь давно никого не было. Всё покрыто пылью.

В соседнем кабинете обнаружился сейф, уже вскрытый и пустой. Рядом валялись обгоревшие остатки бумаг — очевидно, кто-то в спешке пытался уничтожить документы. Анна подобрала несколько уцелевших фрагментов.

— Смотри, — она показала Дорохову обгоревший листок с изображением слона, — здесь была та же символика. Цветовая классификация объектов.

— Взломали! — крикнул техник от двери в подвал. — Путь свободен!

Они спустились по бетонной лестнице на нижний уровень. Длинный коридор с десятками дверей уходил вглубь комплекса, тускло освещённый аварийными лампами. В воздухе витал запах антисептика и чего-то неопределённого, напоминающего запах больницы.

— Осторожно, — Анна жестом приказала группе рассредоточиться. — Проверяем каждую комнату.

Первая же дверь открыла ужасающую картину: в небольшом помещении с белыми стенами находились шесть человек, мужчины и женщины разного возраста, все в одинаковых больничных пижамах. Они сидели или лежали на узких кроватях, подключённые к капельницам и аппаратуре для мониторинга. Глаза открыты, но взгляд пустой, отсутствующий. Никто не отреагировал на появление вооружённых людей.

— Господи, — прошептал Дорохов, — что они с ними сделали?

Медик из группы спецназа быстро осмотрел ближайшего «пациента» — молодого мужчину с неестественно застывшим выражением лица.

— Похоже на медикаментозный транс, — сказал он. — Сильные седативные препараты плюс что-то ещё. Нужно вызвать медицинскую бригаду, самостоятельно перемещать их опасно.

В соседних комнатах было то же самое: люди в трансе, подключённые к аппаратуре. В некоторых помещениях они сидели группами, как в зале ожидания, в других — лежали на кушетках, как в больничных палатах.

— Их здесь десятки, — Анна чувствовала, как внутри нарастает холодная ярость. — Это не исследовательский центр, это настоящий концлагерь. Фабрика по переделке людей.

— Анна! — крикнул один из спецназовцев из дальнего конца коридора. — Здесь что-то другое!

Они поспешили на зов. За массивной металлической дверью, в отличие от остальных, обитой звукоизолирующим материалом, скрывалось помещение, напоминающее операционную. Современное оборудование, мониторы, инструменты. И в центре — операционный стол с лежащей на нём девушкой, опутанной проводами и трубками.

— Софья! — Анна бросилась вперёд, узнав бледное лицо девочки.

Врач уже склонился над ней, проверяя пульс и реакцию зрачков.

— Жива, — сказал он. — Но под действием сильнодействующих препаратов. Дыхание и сердцебиение замедлены, но стабильны.

Анна взяла холодную руку девочки:

— Софья? Ты меня слышишь? Это Анна Свиридова. Мы пришли тебя спасти.

Веки девочки дрогнули, но глаза не открылись. Губы беззвучно шевелились, словно она пыталась что-то сказать.

— Нужно немедленно доставить её в больницу, — сказал врач. — Мы не знаем, что ей вводили и каковы могут быть последствия.

— Организуйте транспортировку, — распорядилась Анна. — И вызовите дополнительные медицинские бригады для остальных пострадавших.

Пока медик и двое бойцов готовили Софью к транспортировке, Анна и Дорохов продолжили обследовать комплекс. За одной из дверей они обнаружили нечто, напоминающее центр управления: десятки мониторов, на которых отображались показатели жизнедеятельности и мозговой активности «пациентов». Система была исправна, но брошена в спешке — чашка с кофе ещё сохраняла тепло.

— Смотри, — Дорохов указал на центральный монитор, на котором отображался трёхмерный скан человеческого мозга с цветными зонами активности. — Это какая-то новейшая технология нейровизуализации. Они не просто накачивали людей препаратами, они наблюдали за изменениями в режиме реального времени.

Анна подошла к одному из компьютеров и быстро просмотрела открытые файлы.

— Здесь протоколы экспериментов. «Стадии трансформации», «Реакция на препарат V-17», «Сопротивление модификации памяти»… Они фиксировали всё с научной скрупулёзностью.

— Нужно забрать все данные, — Дорохов достал специальный накопитель. — Это может стать ключевым доказательством в деле.

В этот момент из их раций одновременно раздался тревожный голос командира группы:

— Внимание всем! В здании сработала система пожарной безопасности! Повторяю, сработала система пожарной безопасности! Всем немедленно эвакуироваться!

Через мгновение по всему комплексу завыли сирены, коридор залило красным аварийным светом, а с потолка хлынули потоки воды.

— Это не пожарная тревога, — мгновенно отреагировала Анна. — Это протокол уничтожения улик! Они заливают подвал!