Элеонора Хендерсон жила в районе Ислингтон, в небольшом викторианском доме с узкими окнами и плющом на фасаде. Сестре погибшего Питера было немного за тридцать. Она держалась спокойно, почти отстранённо — как человек, чья боль не выплеснулась наружу, а глубоко вросла в повседневность.

— Мистер Гросс, — сказала она, приглашая его в гостиную, — инспектор Мортенсен предупредил о вашем визите. Честно говоря, я не уверена, что смогу рассказать что-то полезное. Питер… он сильно изменился после Дании.

Гостиная была обставлена в классическом английском стиле — мягкие кресла, камин, книжные полки от пола до потолка. На каминной полке стояли фотографии семьи, включая несколько снимков молодого человека, которого Михаил узнал по материалам дела.

— Расскажите о Питере до экспедиции, — попросил он. — Каким он был человеком?

— Обычным молодым ученым, — ответила Элеонора, наливая чай. — Увлеченным, полным энтузиазма. Археология была его страстью с детства. Он мог часами рассказывать о древних цивилизациях, о рунах, о викингах.

— Это была его первая серьезная экспедиция?

— Да, и он очень гордился тем, что профессор Уилсон выбрал именно его. Готовился месяцами, изучал материалы, учил датский язык.

— А как он относился к религии? К язычеству?

Элеонора задумалась.

— Питер был атеистом, как большинство ученых. Но его интересовала религиозная составляющая древних культур с академической точки зрения. Он изучал скандинавскую мифологию, но как исторический феномен, не как живую веру.

— А что изменилось после возвращения из Дании?

Лицо женщины помрачнело.

— Все. Он стал другим человеком. Замкнутым, подозрительным, мрачным. Постоянно оглядывался, как будто кто-то его преследовал.

— Он рассказывал о том, что помнил из той ночи?

— Почти ничего. Только кошмары. Он видел во сне какого-то человека в темной одежде, который произносил заклинания над телами его коллег. Голос, говорящий на древнем языке. И веревку… он часто просыпался с криками, хватаясь за горло.

Михаил кивнул. Те же симптомы, что у других выживших.

— А в последние месяцы перед смертью? Он говорил что-нибудь особенное?

— Он был одержим идеей, что убийца вернется. Говорил, что чувствует его присутствие, что тот следит за ним.

— А что еще говорил ваш брат в последние дни?

— Странные вещи. Он изучал древнескандинавские тексты, пытался понять значение символов, которые видел в кошмарах. Говорил, что убийца действует по какой-то системе, что у него есть план.

— Какой план?

— Питер думал, что убийца воссоздает древние ритуалы. Что он считает себя последним языческим жрецом и пытается "пробудить старых богов".

Михаил почувствовал мурашки по коже. Питер Хендерсон пришел к тем же выводам, что и современные следователи.

— Он оставил какие-нибудь записи? Дневники?

— Да. После его смерти я нашла блокнот с заметками о тех исследованиях.

Элеонора принесла из другой комнаты толстый блокнот в кожаном переплете. Страницы были исписаны аккуратным почерком, с многочисленными схемами и рисунками.

— Можно посмотреть?

— Пожалуйста. Может быть, вы поймете что-то, что ускользнуло от меня.

Михаил открыл блокнот. Первые страницы содержали обычные археологические заметки — описания рунических камней, переводы древних текстов, исторические справки. Но чем дальше, тем больше записи становились мрачными и тревожными.

"15 марта 2021. Снова тот же сон. Человек в маске читает заклинания. Но теперь я понимаю слова. Это древнеисландский язык. "Боги требуют крови. Осквернители должны быть наказаны." Кто этот человек? Почему он убил моих друзей?"

"20 марта. Изучал скандинавские мифы о человеческих жертвоприношениях. В древности жрецы убивали людей в священных местах, чтобы умилостивить богов. Неужели наш убийца считает себя таким жрецом?"

"25 марта. Нашел описание ритуала, очень похожего на то, что произошло в Дании. Жертв располагали вокруг священных камней, их кровью рисовали символы. Это называлось "исповедальной петлей" — круг смерти и возрождения".

Михаил остановился на последней записи. "Исповедальная петля" — именно так убийца назвал свой ритуал в разговоре с Михаилом в церкви.

"30 марта. Он следит за мной. Видел его у университета, потом у дома. Когда пытаюсь приблизиться, исчезает. Но я знаю — это он. Убийца моих друзей".

"5 апреля. Понял! Он не просто убивает археологов. Он воссоздает древний ритуал странствующего жреца. В скандинавской мифологии есть упоминания о "блудном сыне Одина" — жреце, который ходил по священным местам и приносил жертвы. Убийца считает себя таким жрецом!"

"10 апреля. Больше не могу. Он не оставляет меня в покое. Чувствую его присутствие постоянно. Даже когда сплю. Может быть, лучше присоединиться к друзьям, чем жить с этим кошмаром".

Последняя запись была датирована 12 апреля — за три дня до самоубийства Питера.

— Он действительно понимал, с кем имеет дело, — сказал Михаил, закрывая блокнот.

— Понимал и сошел от этого с ума, — горько ответила Элеонора. — Знания не спасли его, а только усилили страх.

— Элеонора, а ваш брат упоминал что-нибудь о других подобных случаях? О том, что убийца действует не только в Дании?

— Да, в последние недели он изучал сообщения о странных смертях археологов в других странах. Говорил, что нашел закономерность.

— Какую закономерность?

— Что убийца движется по определенному маршруту. От Исландии до Финляндии.

— А зачем? У него не было версий?

— Питер думал, что это часть ритуала. Что убийца должен совершить определенное количество жертвоприношений в определенных местах, чтобы "пробудить старых богов".

Михаил задумался. Еще одно подтверждение, что это не случайные акты насилия, а звенья одной цепи, ведущей к какой-то цели.

— А он говорил, сколько жертвоприношений нужно совершить?

— Семь. Питер считал, что убийца планирует семь нападений на археологические группы.

Михаил быстро подсчитал. Швеция, Дания, Финляндия, Норвегия — четыре случая, о которых он знал точно.

— А где он планировал найти информацию о других случаях?

— Питер переписывался с коллегами по всей Европе, изучал полицейские сводки, мониторил новости. У него была целая система поиска.

— И что он планировал делать дальше?

— Ехать в Норвегию. Он узнал о вашем деле из новостей и хотел с вами встретиться. Говорил, что вы — единственный выживший, который активно ищет правду.

Михаил почувствовал острую боль. Питер Хендерсон мог стать союзником, помочь в расследовании. Но убийца не дал ему такой возможности.

— А перед смертью он говорил что-нибудь о планах убийцы? О том, где тот может нанести следующий удар?

— Да. Питер изучал карту священных мест Скандинавии и пытался предсказать следующую цель.

Элеонора показала большую карту Северной Европы, на которой красными точками были отмечены места преступлений, а желтыми — возможные будущие цели.

— По мнению Питера, убийца движется по часовой стрелке вокруг Балтийского моря. Следующими целями могут быть Эстония или Латвия — там есть древние святилища, связанные со скандинавской культурой.

— А потом?

— Питер думал, что финальное жертвоприношение должно произойти в особом месте. Которое имеет исключительное значение для скандинавской мифологии.

— Например?

— Упсала в Швеции. Там находился главный языческий храм древних скандинавов. Или Гамла Упсала — место, где, по легендам, проводились самые важные ритуалы.

Михаил изучил карту. Если теория Питера была верной, то у них есть возможность предсказать действия убийцы и подготовиться к встрече.

— Элеонора, можно я скопирую все эти материалы?

— Конечно. Если это поможет остановить этого монстра, Питер был бы рад.

— Спасибо. Ваш брат проделал огромную работу. Он был настоящим ученым до конца.

— Он был хорошим человеком, который не заслуживал такой судьбы.

Когда Михаил собирался уходить, Элеонора остановила его у двери.

— Мистер Гросс, будьте осторожны. Если убийца действительно следил за Питером, он может следить и за вами.

— Я об этом помню.

— И еще… поймайте его. Для Питера, для всех остальных жертв. Он должен ответить за то, что сделал.

Вечерний самолет в Тромсё вылетал в восемь. По дороге в аэропорт Михаил звонил Ингрид, рассказывая ей о результатах встречи.

— Материалы Питера Хендерсона могут изменить весь ход расследования, — сказала она. — Если он прав насчет семи жертвоприношений, у нас есть шанс предсказать следующий удар.

— А что с официальным расследованием?

— Эриксен создал международную группу. К нам присоединились коллеги из Швеции, Дании, Финляндии. Завтра большое совещание.

— Отлично. У меня есть информация, которая может помочь составить точный профиль убийцы.

— Какая информация?

— Питер Хендерсон изучал древнескандинавскую мифологию и пришел к выводу, что убийца воссоздает ритуал "блудного сына Одина" — странствующего жреца, который приносил жертвы богам.

— То есть у него есть конкретная цель?

— Да. Пробудить старых богов с помощью серии жертвоприношений в священных местах.

— А мы знаем, сколько жертвоприношений ему нужно?

— Семь. Четыре уже совершено, остается три.

— Значит, у нас есть время подготовиться.

— Не так много. Если он продолжит действовать с той же частотой, следующий удар может произойти в течение месяца.

В самолете Михаил еще раз перечитал материалы Питера Хендерсона. Молодой археолог составил детальный психологический портрет убийцы:

"Мужчина 40–45 лет, высшее образование, глубокие знания скандинавской истории и мифологии. Возможно, бывший военный или сотрудник спецслужб — слишком профессиональные навыки убийства и конспирации.

Психическое расстройство с религиозным бредом. Считает себя избранным, последним истинным жрецом древних богов. Убежден, что археологи оскверняют священные места и должны быть наказаны.

Методичен, терпелив, способен к долгосрочному планированию. Каждое убийство тщательно готовится, выбираются определенные места и жертвы.

Одинок, не имеет близких отношений. Полностью поглощен своей "миссией". Возможно, живет отшельником, избегает постоянных контактов с людьми.

Финансово обеспечен — путешествует по всей Европе, арендует автомобили, снимает жилье. Возможно, наследство или доходы от прошлой деятельности.

Физически силен, хорошо подготовлен. Умеет обращаться с оружием, веревками, знает болевые точки человеческого тела.

Главная слабость — одержимость ритуалами. Не может отступить от выбранной схемы, что делает его предсказуемым".

Портрет был исчерпывающим и пугающим одновременно. Они охотились не на обычного маньяка, а на фанатика с четкой системой убеждений и конкретной целью.

Самолет начал снижение над Тромсё. Внизу расстилались заснеженные горы и фьорды Норвегии — та же земля, которую тысячу лет назад населяли викинги. Где-то среди этих гор и лесов скрывался человек, который считал себя их наследником и продолжателем.

Но теперь охотники знали о нем больше. Знали его методы, мотивы, планы. И самое главное — знали, что его можно остановить.

Оставалось только найти его раньше, чем он совершит очередное "жертвоприношение".

В аэропорту Михаила встретила Ингрид. Детектив выглядела воодушевленной.

— У нас есть новости, — сказала она. — Анализ ДНК с волоса, найденного на месте убийства Эрика, дал результат.

— И что показал?

— Совпадение с базой данных Интерпола. Наш убийца в прошлом служил в американских вооруженных силах.

— Имя известно?

— Пока нет. Но это вопрос времени. Завтра получим полные данные.

Наконец-то они были близки к разгадке. Личность убийцы вот-вот будет раскрыта.

— А что с международной группой?

— Завтра в десять утра большое совещание. Представители пяти стран, эксперты, профайлеры. Мы объединим все данные и составим план поимки.

— Отлично. У меня есть материалы, которые могут кардинально изменить стратегию расследования.

По дороге в отель Михаил подробнее рассказал Ингрид о теории Питера Хендерсона. Детектив слушала внимательно, время от времени задавая уточняющие вопросы.

— Мы можем подготовить ловушки. Рано или поздно он попадется.

— Или поймет, что мы его вычислили, и изменит тактику.

— Возможно. Но Питер считал, что убийца не может отступить от ритуала. Это важнее для него, чем собственная безопасность.

— Тогда у нас есть шанс.

За окном автомобиля проплывали ночные улицы Тромсё. Тихий норвежский город, где большинство жителей уже спали и не подозревали, что где-то рядом идет охота на одного из самых опасных серийных убийц в истории Скандинавии.