Прав ли был Кристиан Диор, заявив в 1954 году, что «мужчинам карманы нужны, чтобы что-то носить, а женщинам – чтобы себя украшать»? (1)Если это так, именно основатель модного дома активно способствовал закреплению этого явления. За десять лет карьеры модельера – он скоропостижно скончался в 1957 году – модные издания часто отзывались о моделях одежды, снабженных впечатляюще роскошными карманами, примерно так: «Это Диор, вне всякого сомнения!» Его некоторые карманы имели заостренную форму и «растворялись в пространстве за плечами», словно крылья в полете (2). «Карманы-кенгуру» в его исполнении болтались неожиданно высоко на женском бюсте, а «карманы, похожие на каллы и лилии», сделанные в форме лепестков, достигали линии плеч, выгибаясь крутой дугой (рис. 97) (3). Вне зависимости от того, располагались они параллельно ключицам или под острым углом к бедрам, эти выразительные карманы помогали подчеркнуть те особенности силуэта, которые Диор стремился выделить. Однако очень немногие из них могли вместить что-то большее, чем изящный носовой платок (4).

В ходе первых дискуссий по поводу гендерной политики в отношении карманов, разгоревшихся в XXI веке, остроумная фраза Диора стала крылатой. Ее цитировали в журнальных статьях и сопроводительных текстах на стенах галерей, ведь она очень четко демонстрирует, насколько различные принципы лежат в основе конструирования мужской и женской одежды. В этом ироничном высказывании емко сформулирована мысль, которая, по нашим ощущениям, в целом соответствует действительности: мужские вещи создаются ради удобства, а женские – ради красоты. Работы самого Диора подтверждают, что в 1950-е годы это действительно было характерно для женской моды. Беглого взгляда на историю карманов после XVIII века достаточно для того, чтобы убедить, что мужская одежда, напротив, не особо заботилась о декоративной составляющей. О мужских карманах нельзя было сказать, что они эффектно выпирали, многозначительно свисали, и их не делали похожими на птичьи крылья или лепестки цветов. Они не отсылали к другим объектам и не включали в себя шутки, мимикрию или оптические иллюзии. Они были предельно прямолинейны, и их форма соответствовала их функции.

Однако, как и любой афоризм, утверждение знаменитого модельера стоит подвергать сомнению. Возможно, Диор несколько преувеличивал, утверждая, что карманы, украшающие мужскую одежду, лишены какого-либо изящества и своеобразия. Возможно также, что модельер не учел ту культурную функцию, которую могут выполнять карманы с декоративной отделкой, – ведь орнамент может служить каналом выражения эстетических идей и концепций. (В конце концов, аналогии и шутки побуждают носителей и зрителей, воспринимать вещи под другим углом.) (5) Фактически карманы были важной частью творческих проектов моделирования одежды в XX и XXI веках, и при этом им уделялось все больше внимания и в мужской, и в женской, и в гендерно-нейтральной одежде. По наблюдению искусствоведа Энн Холландер, видимые особенности одежды «сначала вступают в игру, а уже затем находят применение» (6).