В 1937 году Диана Вриланд, импресарио модных показов и редактор раздела мод Harper’s Bazaar, объявила о своем намерении покончить с дамскими сумочками. «Меня осенила блестящая идея!» – поделилась она с одной из коллег вскоре после прихода в редакцию журнала. На Вриланд в тот день была роскошная блуза от Шанель с внутренними карманами, где она хранила помаду, румяны, пудру, расческу, сигареты и деньги. Едко высказавшись, что «проклятая старая сумочка» – это одно сплошное неудобство, Вриланд озвучила свой план – избавиться от всех ручных сумочек – и предложила посвятить весь следующий номер журнала карманам: «Нужно просто показать все, что можно делать с их помощью. В них же можно не только носить все необходимое, “как какой-нибудь, упаси господи, мужчина!”». Если разместить карманы в нужных местах, можно значительно улучшить силуэт: их можно сделать и покрупнее, но при этом они бы смотрелись «довольно-таки шикарно», – представляла себе она. – Без постылой сумочки в руках и осанка, и походка обретут небывалую легкость и грациозность: «ничто так не стесняет женщину при ходьбе, как сумочка».

Слегка ошарашенная коллега немедленно доложила об этом главному редактору, которая сделала строгий выговор Вриланд, сказав, что такая идея могла прийти в голову только безумице (67). Ни один модный журнал не стал бы подвергать себя риску лишиться доходов от рекламы дамских сумочек. Тем не менее на посвященных моде страницах Harper’s Bazaar с той поры стали последовательно и вполне искренне восхвалять «карманы для всего» (68). В эссе 1940 года об актуальных тенденциях журнал прямо заявлял: «Мы заинтересованы в самых разных карманах – огромных на запахивающихся юбках, глубоких в куртках-жакетах, внутренних вечернего платья, плоских на задней части шортов» (69). Сама не будучи модельером, Вриланд активно поддерживала других женщин, занятых в этой сфере, включая американских дизайнеров спортивной экипировки, ответственных за разработку практичной готовой одежды, – одежды в повседневном стиле (частью которой в итоге стали и брюки), пришедшей на смену платьям в «современном дресс-коде» (70). Дизайнеры понимали, что женщинам хочется иметь карманы, дабы ощутить свободу от условностей патриархального общества, – и продемонстрировали возможность добавить женской одежде функциональных карманов, не нарушая при этом стройный силуэт, считавшийся идеалом красоты.

Одной из этих дизайнеров была Клэр Маккарделл (1905–1958). Откликнувшись на призыв Вриланд разработать привлекательное домашнее платье для американок с учетом их нужд и всех ограничений, накладываемых военным временем (от стесненности в средствах самих домохозяек до скудного ассортимента тканей, доступных в тылу), она придумала «поп-овер» – простое джинсовое платье с запахивающейся верхней частью (71). Сегодня трудно по достоинству оценить новизну решения Маккарделл, но ей удалось сделать невероятное – придать стиля столь неказистому предмету одежды, как домашнее платье. Тогда типичные домашние платья представляли собой фривольное подобие модных платьев, сшитое из дешевых хлопковых тканей, которое можно было легко стирать и которое не годилось ни для работы, ни для выхода в свет. (Именно на это в годы Первой мировой войны жаловалась Шарлотта Перкинс Гилман.) Домашние платья оказывали на женщин деморализующий эффект: одна жаловалась, что они неизбежно заставляют ее ощущать себя «женщиной-кухаркой», а не «женщиной-богиней» (72).

Не желая мириться с таким положением дел, Маккарделл предложила модель платья, в котором можно и приготовить обед, и показаться на людях. Самой же поразительной деталью этого платья был большой, намеренно размещенный не по центру, удобный карман, дополнявший конфигурацию юбки. Внешне он напоминал карман рабочего фартука, а специфический узор (пухлые стеганые ромбы) визуально увеличивал его размер и делал не такими заметными крупные предметы, которые могли в нем оказаться (рис. 78). Бывший куратор Института костюма Ричард Мартин отмечал, что это поколение американских дизайнеров женской спортивной одежды стремилось создавать «заметные, просторные» карманы, которые «намеренно привлекали взгляд». Фактически они «выставляли их напоказ» (73).

Рис. 78. Клэр Маккарделл. Набросок платья новой модели «поп-овер» (1942)

Еще одним дизайнером, «взломавшим» женский гардероб и приспособившим его под другие цели, была американская модельер Бонни Кэшин (1907–2000). Она критиковала тенденции парижской моды, которые вообще не соответствовали потребностям женщин. «Я по-настоящему презираю одежду, которая не сочетает практичность с привлекательностью», – заявляла она (74). Называя себя «бродягой по природе», Кэшин, по ее словам, моделировала одежду «для женщины, которая всегда в движении, всегда что-то делает» (75). Как-то раз в жаркий летний день в начале 1940-х годов Кэшин, в поисках нужной точки для пленэра на холмах большого Лос-Анджелеса, настолько устала носить в руках все свои рисовальные принадлежности, что по возвращении домой попросила свою мать-портниху пришить ей какую-нибудь большую сумку прямо на плащ[40]. Подобие большого двустворчатого кошелька на защелке, встроенного прямо в одежду, вскоре стало ее фирменным знаком. В 1950 году Кэшин запатентовала карман-кошелек, благодаря которому руки могли оставаться свободными (76), и использовала этот элемент в дизайне пальто, плащей и юбок на протяжении всей своей карьеры (рис. 79 и 80). Размещался встроенный карман-кошелек на бедре, подчеркивая его изгиб и делая талию визуально более тонкой. Кэшин, Маккарделл и другие модельеры продемонстрировали, что карманы вполне могут служить и утилитарным, и эстетическим целям. Речь уже точно не шла о том, что «женщина лишена карманов, поскольку они ей не к лицу» (77). Чтобы у женской одежды появились карманы, потребовалось лишь немного настойчивости и верности своим убеждениям.

Эта верность идеалам должна была распространиться и на рабочую одежду женщин всевозможных профессий – этими соображениями и руководствовались в Harper’s Bazaar, когда поручили Кэшин создать элегантное и привлекательное платье, которое обеспечило бы необходимую функциональность «для работы в дневную смену». Говоря конкретнее, Кэшин попросили придумать подходящий костюм для набиравшей обороты вычислительной сферы – во времена, когда электронно-вычислительная машина от IBM занимала несколько комнат. Тем самым журнал подчеркивал важность новых профессий, в которых могли быть заняты женщины: программистка должна загружать данные в компьютер и давать ему четкие инструкции, фактически становясь для него полноправной властительницей. Ее работа позволяла запустить «невероятную цепочку вычислений», которую мог выполнить компьютер, и потому заслуживала того, чтобы выходить на работу во всеоружии.

Рис. 79. Юбка с карманом-кошельком (и сама эта деталь крупным планом) работы Бонни Кэшин (1954)

Рис. 80. Реклама первой модели пальто с карманом в форме кошелька работы Бонни Кэшин (Adlers, 1952). «Украсть кошелек можно только вместе с девушкой», – так позиционировала Кэшин свое ноу-хау

У Кэшин в итоге получилось нечто вроде рабочего халата, по уровню солидности и продуманности ничуть не уступавшего самим компьютерам, как писали в Harper’s Bazaar. Из иллюстрации Энди Уорхола, еще до того, как он решил сделать карьеру в изящных искусствах, хорошо видно, насколько тщательно продуманы отстроченные карманы, на которые указывают стрелки: отдельный – для перфокарт; отдельный – для распечаток и иных бумаг; отдельный – для очков и ручек (рис. 81). Это творение Кэшин и Уорхола было преподнесено вместе с письмом в будущее, написанном в начале 1958 года, когда только-только закончился полет первого искусственного спутника Земли и все мысли были обращены к новым космическим возможностям. В нем были упомянуты некоторые цели, не связанные напрямую с одеждой, и при этом крайне фантастические: дороги, на которых не будет пробок; авиаперевозки, которые станут доступными и комфортными; почтовая служба, которая будет доставлять все посылки вовремя; семейное законодательство, которое позволит разводиться и при этом никого не обманывать (78). Замена неудобной и вычурной одежды на удобную и практичную выглядела в этом контексте вполне посильной задачей.

Рис. 81. Эскиз рабочей одежды программистки IBM по замыслу Бонни Кэшин работы Энди Уорхола (Harper’s Bazaar, февраль 1958 года)