Юнчжон глубоко затянулась электронной сигаретой, наблюдая, как один из углов некогда величественного здания рушится.

Грохот обвала стал для нее вторым сигналом, и почти одновременно на экране появилось уведомление: загрузка необходимых данных из дата-центра завершена. Жаль, конечно, что вместе с зданием исчезнут и многочисленные доказательства коррупции, незаконных сделок и других преступлений, но времени хватило лишь на то, чтобы перебрать и перенести самое важное.

Закрыв окно контейнера, Юнчжон вернулась к монитору. Снаружи царил хаос – крики, паника, топот бегущих людей…

Она вытащила эйрподс из кейса, вставила их в уши, пару раз постучала по округлой головке наушника, и в ушах зазвучала ритмичная мелодия. Покачиваясь в такт, Юнчжон достала несколько флешек, каждая из которых была помечена именем получателя, и одну за другой вставила в хаб и начала печатать сообщение, оставленное Сокхи.

Она слышала, что Чха Кэчжин, руководитель группы мониторинга, помешан на порядке, но не ожидала, что его архивы будут настолько безупречно разложены по папкам.

Это значительно облегчило Юнчжон работу. Все, что ей оставалось, – сверить названия с содержанием файлов и рассортировать по нужным флешкам. Закончив, Юнчжон взяла чистую салфетку и протерла не только сами накопители, но и контакты хаба, убирая любые возможные следы. Потом поместила каждую флешку в небольшой пластиковый пакет – вместе с запиской от Сокхи.

В записке говорилось, что власть в Ённаме сменилась. И если получатели согласятся на условия нового хозяина, компромат, записанный на флешках, будет безвозвратно уничтожен.

Предложение было простым: отказаться от Пак Тэхвана. Позволить ему предстать перед судом, получить обвинительный приговор и понести наказание по всей строгости закона.

Разумеется, Юнчжон прекрасно знала, что Сокхи не собиралась держать слово. По ее же просьбе она заранее подготовила резервную копию файлов, которые позже попадут в руки тех, кто готов добить их врагов.

Если бы Сокхи действительно намеревалась выполнить обещанное, она бы не попросила подготовить эти бэкапы.

Юнчжон открыла дверь контейнера.

Снаружи на мотоцикле с заглушенным двигателем сидел мужчина в черном шлеме. Он смотрел на разрушающееся здание, но, услышав звук открывающейся двери, слегка повернул голову.

Юнчжон лениво помахала у него перед глазами пакетиками с флэшками. Мужчина протянул руку, забрал пакетики и снова взглянул на здание. Через мгновение из-под шлема раздался низкий, обеспокоенный голос:

– Как думаешь, они выберутся?

Юнчжон сделала затяжку и пожала плечами.

– Посетителей и персонал эвакуировали. Из наших там трое, включая Сокхи. Думаю, все будет в порядке.

Мужчина тяжело вздохнул, явно сомневаясь в ее словах, и рассеянно провел рукой по краю сиденья мотоцикла.

– Ущерб-то… колоссальный. Кто его возмещать собирается?

– Боишься, что с тебя спросят? – усмехнулась Юнчжон и провела ладонью по округлой поверхности его шлема, словно гладя по голове. – Если ты передашь это куда нужно, все уладится.

Мужчина наклонил голову, словно пытаясь понять, что она имела в виду.

– Давай, двигай уже, – добавила она, хлопнув его по плечу.

После этого она вернулась в контейнер и закрыла за собой дверь.

Через несколько секунд сквозь тонкие стены донесся его голос:

– Увидимся.

Затем – резкий рев двигателя, постепенно удаляющийся в ночи. Юнчжон выключила всю электронику и вышла из контейнера.

«Увидимся?»

Сегодня все они собрались в этом городе, но… «Если мы хотим выжить, мы должны разойтись навсегда». Юнчжон понимала это как никто другой. Она усмехнулась, горько и безрадостно, и забралась в кабину грузовика.

Пора снова отправляться в путь – как улитке, несущей на себе свой дом.