Адвокатская контора «Виик, Олборг и Симонсен» располагалась на набережной Акер-Брюгге, прямо возле музея Аструп Фернли. Паром до Несоддена больше не ходил, все замерло. Ни автобусов, ни трамваев. Фредрик Риис добрался на служебной машине, ощущая себя героем фильма. Светофоры мигали желтым. Людей на улицах почти не было. По радио без конца повторяли предупреждение: «Избегайте скоплений людей». После того как «ВГ» выложила новость о возможном втором взрыве, кто-то наверху решил: мы не будем рисковать. Город закрыт. Все. И вот в машине его снова накрыла похмельная тревога. Казалось, в легких не хватало воздуха, а сердце билось, как молот, под рубашкой, в которой он уже успел взмокнуть. Сама атмосфера в городе не помогала. Осло выглядел как мертвый двойник самого себя: улицы пусты, будто над ними повис невидимый таймер.

Пять часов.

С момента взрыва.

Девятнадцать.

До следующего.

Нет, нет.

Он больше никогда не будет пить.

С завтрашнего дня завязывает.

Серьезно.

«Виик, Олборг и Симонсен».

Первое, что он подумал, увидев офис: тут работают люди с огромным количеством денег, помогающие другим, еще более богатым, выкручиваться из дел, в которых те почти наверняка виновны, но все равно выйдут сухими из воды. Мебель в холле сразу напомнила ему детство. Мать обожала бренды с труднопроизносимыми названиями: Fendi Casa, Roche Bobois, Minotti. Да-да, это Boca do Lobo. Подруги шепчутся над бокалами шампанского после тенниса, собираясь на очередной благотворительный вечер. А по пятницам гости из местной элиты: мужчины с сигарами и коньяком у камина, дамы за карточным столом, как будто вся их жизнь – подражание старым фильмам пятидесятых. Разве не восхитительно? Это – Christopher Guy.

Фредрик поднялся с низкого кресла и снова подошел к стойке, пытаясь звучать хоть немного строго, хотя это не его сильная сторона.

– Извините, но сколько еще мне ждать? Я здесь уже почти двадцать минут. Я же сказал, что из полиции.

– Прошу прощения. Они на совещании, вот-вот закончат.

Мраморный пол.

Дорогая мебель.

Он не знал, кто именно числится в списке клиентов этой конторы, но был почти уверен, что там будет немало знакомых имен.

Миллионеры.

Миллиардеры.

Квартира на Фрогнере, домик на Хафьелле, яхта в Сен-Тропе.

Он нащупал в кармане пиджака таблетку от головной боли, проглотил ее, запив водой с огурцом из стеклянного графина.

Ужас.

Ну и денек.

– Послушайте, – сказал он как можно строже, делая шаг к стойке, но в этот момент стеклянная дверь отъехала в сторону, и в проеме появилась молодая женщина.

– Риис? Полицейский?

– Да, – пробормотал он.

– Вероника Ланге, – сказала она, пожимая руку. – Извините за ожидание. День, сами понимаете… мягко говоря, не самый обычный.

Короткие темные волосы, одежда, напомнившая ему фотографию Марии Симонсен: бежевая юбка до колен, кремовая блузка с бантом у горла. Длинные пальцы с ухоженными ногтями. Голос спокойный, сдержанный, ровный.

– Вас уже ждут в переговорной. Пожалуйста, пройдите за мной.

Она вежливо улыбнулась и пошла вперед, почти бесшумно, по ковровому покрытию коридора.

Сдержанная.

Вежливая.

Серьезная.

Он был уверен, где-то в ящике большого стола здесь лежала инструкция «Так мы говорим в „Виик, Олборг и Симонсен“. Так мы выглядим. Так себя ведем».

Мужчины явно придерживались строгого дресс-кода: дорогие костюмы в серых или темно-синих тонах с чуть эксцентричными галстуками. Именно так были одеты двое, что сейчас поднялись из-за стола, чтобы обменяться с ним крепкими рукопожатиями.

– Мортен Виик.

Около шестидесяти.

Белые волосы.

Загорелый.

Серый костюм.

Бледно-желтый галстук.

– Харольд Олборг.

Моложе, может, сорок пять.

Редеющие волосы.

Очки в металлической оправе.

Темно-синий костюм.

Галстук в зеленую полоску.

– Фредрик Риис, – представился он и показал удостоверение.

– Кофе? – предложила Вероника, не сходя с места.

Секретарь, скорее всего. Все в ее манере поведения говорило об этом, она будто готова сорваться с места по первому кивку.

– Или, может, чаю? У нас есть зеленый, дарджилинг…

– Нет, спасибо. Если можно, воду.

Вероника кивнула и вышла почти бесшумно.

– Мария Симонсен, – начал Фредрик, доставая блокнот из кармана пиджака.

– Какая трагедия, – тяжело выдохнул Виик, проводя рукой по седым волосам. – Мы, как вы понимаете, до сих пор в шоке.

– Бедная Мария. Это ужасно. Просто слов нет, – добавил Олборг с выражением искренней скорби.

– В последний раз ее видели на работе в четверг вечером, так?

– Да, к такому выводу мы пришли, – кивнул Олборг. – Мы сами тогда отсутствовали, но Анна…

– Ханна, – поправил его Виик.

– Да, Ханна, это наша администраторша, она видела ее последней. Вроде бы около восьми?

– Да, около восьми.

Теперь уже в унисон. Слегка неловко.

– Она не пришла на работу в пятницу?

– Нет, – снова одновременно.

– Мы даже сообщили о ее пропаже. У нее была назначена важная встреча, – добавил Виик, бросив быстрый взгляд на Олборга.

– Мы, конечно, не имеем права разглашать информацию о клиентах, конфиденциальность, но это была серьезная встреча. Подписание контракта.

– И Мария должна была там присутствовать?

– Да, – подтвердил Виик. – Вы, возможно, не знали ее лично, но она никогда не пропускала работу. Буквально жила в этом офисе.

– Очень компетентная, – добавил Олборг.

– И ответственная, – вставил Виик.

– Вы не замечали за ней ничего странного в последнее время? – начал Фредрик, как вдруг Вероника вернулась, держа в руках стеклянный графин с водой. Такой же, как в холле.

– Ничего, – перебил Виик, бросив беглый взгляд на Олборга.

– Я еще не закончил, – сказал Фредрик и налил себе воды.

– Но вы ведь об этом хотели спросить, верно? Были ли у нее изменения в поведении, могли ли они как-то объяснить случившееся? Нет. Абсолютно ничего.

Олборг кивнул в подтверждение.

Фредрика не покидало смутное ощущение, что они что-то скрывают. Вот только было ли это связано с текущей ситуацией или же такова их обычная манера поведения, он не мог понять.

Почтенный суд, наш клиент невиновен. Три миллиона – это был подарок. Никаких взяток. Никаких доказательств…

– А что насчет клиентов? – спросил Фредрик. – У нее могли быть с ними конфликты? Чем она занималась?

– Как я уже говорил… – начал Виик, но в этот момент зазвонил телефон Олборга. Тот встал, приложил трубку к груди и извинился:

– Простите. Я должен ответить.

Он вышел из комнаты, и Виик продолжил:

– Как я и сказал, мы не можем разглашать данные клиентов. Но сейчас мы начали внутреннюю проверку. И если она даст какие-либо результаты, мы…

Фредрику это надоело.

– Слушайте, – он наклонился над столом, – вы же понимаете, что сегодня утром Марии Симонсен надели на тело пояс смертника и взорвали ее в центре города? Что Осло парализован, люди в панике, и мы получили угрозу нового взрыва завтра утром? Вы же понимаете, что я могу сделать один звонок, и здесь будет вся полиция Осло? Вам это нужно?

Новая попытка надавить снова не дала должного эффекта.

– Если вы считаете, что у вас есть достаточные основания подозревать кого-либо из сотрудников в преступлении, действуйте, – пожал плечами Виик.

– Хорошо, – вздохнул Фредрик. – Я запущу процедуру. Посмотрим, к чему это приведет.

– Пожалуйста, – сказал Виик, поднимаясь и ясно давая понять, что встреча окончена.

Вероника уже ждала его за дверью и повела обратно по коридору.

Они вернулись в холл. Фредрик уже собирался спуститься по лестнице, но она вдруг остановила его и тихо, почти шепотом, сказала, отводя в сторону:

– У них был роман.

И бросила короткий взгляд в сторону стойки на администраторшу, болтающую в гарнитуру.

– Что?

– Олборг женат, но у них был роман, – вновь прошептала она.

– Вы имеете ввиду?.. – начал было Фредрик.

– Не говорите. Просто кивайте.

– Хорошо.

– В четверг. Здесь должно было быть важное совещание. Но что-то пошло не так. Они поссорились.

– Мария Симонсен и… Олборг?

– Тсс, – строго прошептала Вероника. – Просто кивните.

Фредрик кивнул как раз в тот момент, когда в другом конце зала распахнулась дверь и Виик показался из-за нее.

– Вероника? Ты нам нужна.

– Уже иду, – бодро ответила она и вновь пожала Фредрику руку.

– Надеюсь, вы нашли то, что искали. И если понадобится помощь, не стесняйтесь.

Она чуть наклонилась вперед и шепнула:

– Я вам позвоню.

– Спасибо, – сказал Фредрик.

Вероника мягко улыбнулась, поправила юбку и с уверенной грацией пересекла мраморный пол холла, направляясь к большой стеклянной двери.