Горик, столица Нумеронга
— Караул, смирно! — велел Горик, когда подошел к картинной галерее.
Пятеро магов, дежуривших у двери, тут же вытянулись перед ним во фрунт. У него была репутация строгого начальника, и он ей гордился.
— Идем за мной, — велел он, направляясь в галерею.
Войдя внутрь, он громко сказал внутренним патрулям:
— Всем немедленно подойти ко мне!
Через минуту все охранники, которые дежурили этой ночью, собрались около главы охраны.
— Слушайте все, — сказал он. — Приказ сенешаля, а ему, в свою очередь, отдал его король. Слава королю!
— Слава королю! — тут же поддержали его охранники.
— Поступила информация, что через полтора часа в подземелье высадится отряд грабителей, пришедших за картинами. Здесь вас заменят другие части. Ваша задача — пройти вот в эту точку.
Он достал план здания, начерченный на листе бумаги, с жирной красной точкой в правом углу подземелья.
— Будете сидеть там в засаде и ждать их. Грабители могут задержаться. И без моего приказа засаду не покидать! Это очень важно. Все поняли?
— Да, глава! — рявкнули стражи.
— Тогда выполняйте! А я дождусь здесь подхода вашей сменной стражи. Двигайтесь к цели быстро, но слишком сильно не шумите. Никому ничего не объясняйте, даже другим гвардейцам, ссылайтесь на секретный приказ короля. Во дворце не должен начаться переполох. Иначе это спугнет грабителей, а королю очень важно задержать их. Не каждый день поступает такая ценная информация, что может позволить это сделать.
Охранники ушли, и Горик тоже поспешил из картинной галереи. Его Хозяин велел ему найти какое-нибудь место, куда можно добраться за пятнадцать минут, в котором его никто не найдет, сколько бы он там ни находился.
Конечно же, он знал такое место. Тем более что далеко идти не придется: дворец был огромен и часто перестраивался. Будучи еще молодым охранником, он приятельствовал с одним старым гвардейцем короля, который провел всю свою жизнь на этой службе. И тот, перед тем как выйти на пенсию, сделал ему подарок — показал ему давно всеми забытую комнату, в которой можно было провести сколько угодно времени. Он периодически спал там, когда его посылали охранять самые пустынные коридоры, в которых никто, кроме охранников, никогда не появлялся.
Дверь внутрь была расположена за огромной картиной. Скорее всего, сотни лет назад это был какой-то тайник, но потом про него забыли. Как это часто и бывает во дворцах.
Так что архимаг тут же туда и отправился. Добравшись до места, он нажал скрытый рычаг, и огромная картина трехметровой высоты поползла в сторону, открывая за собой дверь. Зайдя внутрь, он закрыл дверь за собой и нажал на рычаг, который вернет картину на место.
Комната была невероятно пыльной. Он чихнул несколько раз, пока работало заклинание по удалению пыли. Уже по одной этой пыли он понял, что никто здесь не был за те последние три года, что он сюда не заходил.
Как раз три года назад он, пробившись до разряда архимага, и стал начальником охраны картинной галереи. У него появился свой уютный кабинет и пропала необходимость часами бродить по коридорам ночами. Нужда в этой комнате полностью отпала.
Ну что же, теперь она снова ему послужит.
Он сел в старое рассохшееся кресло, которое когда-то притащил сюда, чтобы в нем дремать, еще тот гвардеец, что когда-то сообщил ему про эту тайную комнату.
Но перед тем как лечь и заснуть, как велел ему Хозяин, он, повинуясь еще одному его приказу, достал листок бумаги и положил его себе на колени, чтобы сразу же увидеть, когда проснется. Он прочитал, что на нем написано. Ему предписывалось сразу по пробуждении бежать из королевства, потому что король узнал, что он переспал с его любовницей. Хорошо, что Хозяин его об этом предупредил. Опытный гвардеец знал пару способов незаметно выбраться из дворца в ночное время… Тем более что он архимаг и мог пользоваться скрытом на самых опасных участках…
Но сейчас ему было велено удобно устроиться и как следует выспаться. Горик, охотно подчинившись, сидел неподвижно в кресле, пока не заснул.
Эйсон, столица Нумеронга
Группа человек, — судя по звуку шагов, человек десять — двенадцать, — скорым шагом прошла по коридору мимо двери, за которой мы притаились, и мы с Илором переглянулись — похоже, что сработало! А спустя полминуты выбрались из кабинета начальника охраны картинной галереи и направились к галерее. Двери были нараспашку. Вокруг не было ни души.
— Ну что же, пока что наш план сработал просто идеально, — констатировал я, устанавливая сигнализацию перед дверью в галерею, на случай если кто-то появится, пока мы внутри.
В этой картинной галерее были картины только одного художника — того самого Хермога, которого так обожал король.
Не теряя времени, мы приступили с Илором к работе. Картины висели через каждые два с половиной метра. Сплошные портреты мужиков среднего возраста, ни одного женского портрета или портрета ребенка, или старика. Я снимал одну картину со стены, и Илор тоже. Каждую картину при этом мы несколькими отточенными движениями заматывали в толстую грубую ткань, несколько свертков которой вытряхнули из одного из пространственных хранилищ, после чего на края рамы надевали специальные резиновые нашлепки. Убеждались, что ткань хорошо натянута и будет защищать холст от ударов. А затем картина летела внутрь пространственного хранилища.
В такой упаковке картины не пострадают, когда мы будем доставать их из пространственного хранилища, даже упав с высоты в пару метров. Может, разве что краска на раме немного облупится, главное, что сам холст точно будет в полной безопасности.
При этом мы старательно следили, чтобы Илор ни в коем случае не отходил от меня больше чем на пять метров. И правильно делали, потому что, сняв шестую картину, я увидел под ней сигнализацию, которая должна была сработать, когда ее сняли с места. Но из-за того, что на мне был подавитель сигнализаций, она так и не пришла в действие.
Я тут же обезвредил сигнализацию кусочком пластинки из слоновой кости, так что она теперь вообще не сработает. После чего мы продолжили дальше работать с картинами.
Кстати говоря, король понятия не имеет, какую большую услугу я окажу культурному наследию человечества, забрав у него эти картины.
Все равно во время войны с высшими демонами все королевские дворцы станут местом ожесточенных битв, которые часто будут происходить совершенно неожиданно. Так что никто картины спасать в этот момент точно не будет. Да и в принципе не до картин будет. Все будут больше озабочены спасением собственной жизни.
А я сохраню эти картины в совершенно безопасном месте — в моем тайнике. Даже если мы проиграем высшим демонам очередную войну и человечество исчезнет однажды, какая-нибудь разумная раса снова заселит Землю. И я уверен, что однажды они достигнут уровня, который позволит им обнаруживать такого рода тайники, как тот, в котором будут храниться эти картины.
И для них, конечно, наследие вымершего человечества окажется совершенно бесценным. Эти картины будут продаваться за огромные деньги. Может быть, даже и представителям других рас, чем та, что найдет их.
Но в любом случае главное, что они не погибнут.
Я, конечно, понятия раньше не имел об этом художнике. В художниках у нас прекрасно Джоан разбирается, а вовсе не я, но раз король так его любит, значит, что-то есть такое в его работах.
Правда, теперь я неплохо так ознакомился с его творчеством во время упаковки картин. Невозможно хотя бы мельком не взглянуть, что изображено на очередной картине, пока с ней возишься.
Ну что сказать, в принципе, действительно портреты очень качественные. Хотя, конечно, вот чтоб прям хотелось застыть в восхищении и долго смотреть на любую из этих картин… Вот этого я, пожалуй, не скажу.
Но ладно, может быть, мне Джоан что-нибудь объяснит. Конечно же, мы будем показывать ей эти картины. Заодно рассмотрю и те, которые паковал Илор. На них посмотреть у меня возможности не было, я всецело сосредоточился на своей работе. А, ну и Эрли, конечно, тоже покажем. Или, может быть, пожалеть ее и не заставлять ее смотреть на эти две с лишним сотни картин? Хороший вопрос! Не так и важно, что они принадлежали обидевшему ее королю. Если я просто равнодушен ко всем этим картинам, то Эрли терпеть их ненавидит.
Ну ладно, с Джоан по этому поводу посоветуемся. Пусть она подскажет, как будет более гуманно поступить в этом случае. Вполне может быть, что Эрли будет достаточно сказать, как король любил эти картины, которые теперь больше ему никогда в руки не попадут. «Даже интересно, что Джоан в этом случае посоветует», — улыбнулся я.
Наконец мы закончили работу в картинной галерее. И поскольку мы не варвары, то, уходя из нее, аккуратно закрыли за собой дверь, чтоб все выглядело мирно и цивилизованно.
Следующий пункт, куда мы двинемся, — это комната, в которой дежурит глава всей дворцовой охраны. Ну или дрыхнет. Кто его знает, насколько он тщательно блюдет свои обязанности. Это мы с Илором вскоре выясним. Благо, где находится комната, слуга нам тоже рассказал.
Добравшись на место, мы отправили Илора в обличии призрака, чтобы он с высоты потолка посмотрел, чем там занят глава дворцовой охраны.
Вернувшись, он воплотился и сказал:
— Как ни странно, он вовсе не спит. Похоже, у короля тут действительно очень строго. Причем не только для рядовых охранников. Как-то, видимо, проверяют и высокое начальство в этой сфере. Потому что иначе в это время, конечно же, он дрых бы.
Глава дворцовой охраны был магом двенадцатого разряда по имени Гретикус. Так что мы с ним поступили точно так же, как с главой охраны картинной галереи.
Да, несомненно, что у конюшни была своя охрана, у которой тоже был свой начальник. Но тут имелся нюанс, который не позволял нам сработать с ним так же, как мы это сделали с главой охраны картинной галереи.
Картинная галерея все же была расположена внутри дворца. Мы убрали всю охрану, загнав ее в подвал, и никто этого не заметил. Но с лошадьми короля так не выйдет. Их надо вывести за пределы дворца. А о любой попытке под любым предлогом вывести любимый табун короля за пределы дворца, разумеется, тут же будет доложено начальнику дворцовой охраны. И он немедленно эту затею пресечет, какие бы причины ни приводил начальник охраны королевской конюшни под «Болтуном». Поэтому нам и нужен теперь главный человек во всей дворцовой охране.
«Болтун» и наша схема сработали безукоризненно и здесь. Получивший от меня инструкции глава дворцовой охраны Авердана Хмурого отправился к конюшне выполнять наше распоряжение.
Перед этим я пару минут поговорил с Гретикусом о его грешках. В общем, совсем он нехороший человек оказался. Очень уж любил избивать женщин, пользуясь своим высоким положением. А когда дело касалось шлюх, вообще не стеснялся, прекрасно понимая, что если в отношении какой-нибудь красивой горожанки какие-то претензии в его адрес еще могут осмелиться выдвинуть, то на то, что происходит со шлюхами, всем глубоко плевать.
Выяснилось, что троих он уже точно убил, потворствуя своей болезненной страсти.
До того, как я это услышал, я планировал дать ему тоже способ спастись, как сделал это в отношении начальника охраны картинной галереи. Но тут, конечно, был совершенно особый случай. С моей точки зрения, этот человек полностью заслуживал того, чтобы попасть в камеру пыток и испытать на себе то, что раньше позволял себе в отношении несчастных женщин.
Кроме того, что он был садистом, он был еще и наркоманом. У него в кабинете в тайниках было полно всяких запрещенных веществ. Не портальный наркотик, конечно, но тоже достаточно серьезная дрянь. Поэтому я велел ему, когда он выполнит поставленную мной задачу, забиться в какой-нибудь укромный уголок во дворце, в котором, впрочем, его легко смогут найти. А также принять пару обычных порций какой-нибудь своей забористой дряни, причем оставить немного рассыпанного порошка около себя. Чтобы, когда попытки пробудить Гретикуса окажутся безуспешными, по следам этого порошка поняли, что он находится в глубоком наркотическом опьянении, из которого так просто его не вывести. Прекрасный способ скрыть использование «Болтуна». Ничего, палачи подождут, пока он очнется. А дальше он будет расплачиваться за свои злодеяния.
Вот почему среди людей, облеченных какими-нибудь властными полномочиями, так много вот такой страшной мрази? Почему они рассматривают свои должности как основание для того, чтобы заниматься совершенно грязными делами? Про которые ни одному нормальному человеку рассказать невозможно?
Похоже, что некоторых к власти вообще нельзя подпускать. Она их развращает до какого-то практически скотского состояния. Хотя ни разу не слышал, чтобы животные вершили что-нибудь вроде того, чем занимался этот человек. Вернее, тварь в обличии человека.
Гретикус, королевский дворец в Нумеронге
Подойдя к первому посту около конюшни, начальник дворцовой охраны велел немедленно собрать всех несущих стражу гвардейцев. И постовые тут же побежали исполнять его указания.
Прибежал, конечно, и начальник охраны королевских конюшен. И тут же вытянулся перед ним во фрунт, поедая глазами от усердия. Но начальник дворцовой охраны пока что его игнорировал. Подождал, пока соберутся все охранники конюшни.
— Оглашу сейчас приказ сенешаля, который необходимо начать выполнять незамедлительно после оглашения! — торжественно заявил он собравшимся. — Этой ночью сектанты планируют напасть на королевскую конюшню и при помощи проклятий выхолостить все стадо. Проклятие слабое, но действует безукоризненно. И жеребцы, и лошади потеряют дар плодиться и размножаться.
Потрясенные услышанным гвардейцы безмолвно качали головами. Безмолвно, потому что знали, что ни один начальник не потерпит того, чтобы его прерывали.
— Поэтому слушайте приказ: немедленно собрать весь табун для того, чтобы перевести в другое место. Я проведу вас до королевских ворот. Потом отправитесь к северо-восточным воротам столицы, ближайшим от замка. Когда выберетесь оттуда, отведете табун на десять километров к маленькой деревушке Вуллерген. Знаете, где она расположена?
Нестройный хор голосов подтвердил:
— Да, знаем отлично.
— Там передадите лошадей вот этому человеку. Он будет со спутником. — Он протянул начальнику охраны конюшен портрет, который получил от Хозяина. — После этого немедленно возвращайтесь во дворец, и здесь ждите новых указаний. Всё, двигайтесь давайте энергичнее! Выполняйте приказ!
Эйсон, столица Нумеронга
Мы с Илором, спрятавшись поблизости от конюшни, слушали, как деловито начальник дворцовой охраны делает за нас всю работу. Опасный тоже был момент, но к счастью, никакой мысли о неподчинении у охраны королевской конюшни и не возникло вообще. Гвардейцы очень бодро бегали, исполняя приказ и подгоняя конюхов.
У нас с Илором, если все так пойдет и дальше, в королевском замке осталось одно последнее дело. Я не забыл, что сенешаль Дорган активно проталкивал у короля план по захвату и последующему убийству Эрли. Мы уже подставили его дважды, связав его имя с якобы отданным им приказом бросить охранять галерею и вывести табун из дворца за город. Но это было не все, что я для него уготовил. Мало ли король не так, как я думаю, отреагирует на эту подставу и сенешаль уцелеет? Нет, мне нужно было сделать все необходимое для того, чтобы подставить его по полной программе…
Мы с Илором подождали минут двадцать пять, чтобы табун благополучно вывели из города. Когда посчитали, что он уже на полпути к той деревне, что мы назначили в качестве цели, тогда уже и начали действовать.
Как мы выяснили от старого слуги, сенешаль Дорган предпочитал ночевать в королевском замке, уезжая отсюда только на выходных, когда король его отпускал. Ну или не предпочитал. Может быть, таким был личный приказ короля в его отношении, который он был вынужден выполнять. Этого слуга, при всей его высокой информированности, все же не знал.
Я аккуратно открыл отмычками дверь в спальню сенешаля. Конечно, патрули на этом этаже бодро ходили по коридору, охраняя дверь в покои высокого чиновника. Но Илор пролетел мимо них в обличии призрака, а я прошел под артефактом маскировки.
Убедившись, что Дорган крепко спит, — храп был таким громким, что никакой ошибки быть не могло, — я тихонько открыл окно. Затем, приблизившись к кровати, аккуратно собрал артефакты, которые он снял с шеи на ночь и оставил на прикроватном столике. Никакой ловушки там не обнаружилось. В принципе, невелика птица — не король и не принц, и не кланлидер могущественного клана, чтобы рассчитывать там ее найти.
Затем оставил на груди безмятежно спящего сенешаля лист бумаги с небольшим текстом, написанным по моему указанию Гретикусом. После чего скастовал над кроватью вспышку, задействовав соответствующий артефакт, выкинул эспандер в окно и тут же заскочил в него.