Одни пишут в Фонд, чтобы получить психологическую или юридическую помощь, а другие – деньги. И многие думают, что Фонд был создан для того, чтобы раздать то, чего много. Но Фонд был создан для того, чтобы начать делать дело. Деньги – это последняя инстанция помощи, если ты не можешь снять проблему психологами, юристами или врачами, если деньги действительно помогут, а не навредят. Если человек сам двигается в сторону помощи и гребет с тобой в одной лодке, то 50 % Фонд готов взять на себя. Мы почти никогда не закрываем заявки полностью, мы помогаем человеку совместно выйти из кризиса. И я не выношу иждивенчество. Оно уничтожает волю.

Зарплаты в Фонде низкие, совсем не по меркам Москвы. Чтобы начать работать в Фонде сотрудником, нужно поработать волонтером. Долго. Именно поработать, а не вот это вот «поволонтерить». Если ты ежедневно трудишься в Фонде бесплатно и разделяешь нашу миссию, ты можешь стать сотрудником. Или другом. Миссия простая: абортов меньше, рождений больше. Никто никого не спасает, кроме, разумеется, себя. Мы не отговариваем от абортов, как это принято считать, а предлагаем помощь. Дальше женщина делает выбор сама.

Никаких запугиваний у нас нет, и мы долго над этим работали. Создали свою Школу волонтеров, где обучают, как, что и когда говорить беременной в репродуктивном выборе. А что не говорить. Несколько лет ушло на формирование здоровой обстановки среди волонтеров. Чтобы не было агрессии и страшилок про геенну огненную, а был результат разговора. На страхе нельзя делать ничего в жизни. Гораздо большего результата можно добиться уважением, конкретной помощью и разбором каждой конкретной ситуации.

Что произошло?

Почему произошло?

Что ты сама считаешь нужно сделать?

Это три кита разговора с беременной. Потом, иногда спустя время, важно спросить: «Чем мы можем тебе помочь?» (Что должен сделать Фонд?) Человеку предлагается самому сформулировать, какая помощь ему необходима. Нельзя помочь тому, кто не просит помощи. Я не звоню по незнакомым номерам, которые вы мне присылаете в личные сообщения, как бы вы меня об этом ни просили. Я знаю, что это ваша подруга. Но если ваша подруга в своем уме, она пошлет меня очень далеко с моими советами. И будет права.

И в то же время я общаюсь вживую с теми, кто думает об аборте, даже если я их не знаю. Потому что при живом общении можно найти тысячу разных коммуникаций с человеком. И это будет здоровый разговор, где все может проясниться с самого начала. Тебя не заблокируют, не сбросят и не обзовут. Если ты видишь собеседника – вы на равных.

Все заявки идут только через официальный сайт или Горячую линию. Никаких личек в Инстаграме, сообщений в ватсапе или по электронке. Да, подопечной могут посоветовать в личных сообщениях или комментариях заполнить заявку, но дальше дело за самим человеком: подгрузить ли свои документы, проходить ли видеособеседование или вообще решить, так ли нужна помощь. Много писем мы получаем просто от тех, кто решил сохранить ребенка после прочтения моей или фондовой страницы.

И да, я пишу Фонд всегда с большой буквы. Потому что люблю свое дело и хочу, чтобы другие относились к нему с уважением.