– Красавица, ты заметила, как мы с тобой подходим друг другу? – Сглатываю рвотный позыв и стараюсь дышать через раз, чтобы не отравиться зловонными парами, выдыхаемыми ртом Юры, с которым нам предстоит быть свидетелями на свадьбе Софи. Поворачиваю голову к моему соседу, замечая в его пальцах прядь моих волос. – Ю и Ю, сечёшь?

Бросив в него предупреждающий взгляд, выдергиваю волосы и собираюсь отодвинуться дальше, но заброшенная мне на плечи рука не дает этого сделать.

Смахнув с себя это недоразумение, грозно смотрю на Софи, сидящую на коленях у Богдана напротив, зрительно спрашивая, кого мне благодарить за такую подложенную свинью.

У подруги вид, уверена, не лучше моего, отсюда допускаю, что Юрий – полностью инициатива Богдана.

Я вижу этого парня второй раз в жизни. Недели три назад мы вчетвером – я, Соня, Богдан и он – встречались в кафе, чтобы познакомиться. Тогда он показался мне безобидным и никаким. Обычным немногословным парнем.

Сегодня же Юра довольно красноречив, и виною тому рюмки, которых за пять минут нашего здесь пребывания было две.

Кошмар!

Если он будет так надираться на свадьбе, то я готова быть единственной свидетельницей. Я знаю, что такое практикуют. Лучше уж один адекватный свидетель, чем бесполезный второй.

От него отвратительно пахнет алкоголем. Это либо я уже заведомо его невзлюбила, либо он сидит ко мне слишком близко.

Как только я собираюсь сделать предупреждение, чтобы этот Юра не прижимался ко мне, игривый возглас Дианы заставляет вспомнить то, почему я категорически не хотела садиться конкретно за этот стол:

– О! Братец!

«Братец» … Вот да, из-за него.

Из-за него же я не хотела сюда вообще ехать, когда еще там, на причале, узнала от Софи, что Богдан и его компания гуляют в «Галактике».

Я поддалась на уговоры Ди точно так же, как Сара, запрыгнув на яхту. Я не знаю, как у нее это получается, но мы здесь, и я взбешена – от того, что теперь это – не девичник, из-за того, что я не смогу расслабиться, зная, что поблизости есть человек, который «не рад меня видеть», а теперь еще и из-за парня, подпирающего мое оголенное бедро.

Игнорировать нависшую тучу не получается, и я медленно поднимаю голову вверх и… Не знаю… Он смотрит мне в глаза, а я готова простить ему, кажется, всё, но только пусть что-нибудь делает.

Я что, его прошу?

Да, я взглядом умоляю его мне помочь.

– Двигайся! – звучит грубо.

Но я согласна, потому что тут же юркаю на другой конец дивана, давая возможность Игнатову усесться между мной и Юрой, и я ему благодарна за это.

Я смотрю вперед, держа спину ровно, будто вместо позвоночника у меня арматура. Я заблуждалась, раз считала, что, избавившись от Юры, почувствую себя комфортнее. Игнатовское бедро прижимается к моему, и от этого ничего не значащего касания моя кожа на ногах покрывается мурашками.

Свожу колени, глядя перед собой.

Напротив меня сидят Соня, её жених и Диана, а по бокам в отдельных креслах – Даша и неизвестный мне парень.

Неловкость за столом разбавляется голосом Богдана:

– Как повеселились?

Но никто из нас не успевает ответить, потому что следом гремит Игнатов:

– А где Сара?

Меня подбрасывает, как от удара под дых, словно обвинили в преступлении, на которое я не успела придумать себе алиби. Смотрю на Диану и требую ответа, потому что ответственность за девушку брата она брала на себя.

– Она не захотела с нами ехать, – непринужденно отвечает Ди. – Сара почувствовала себя плохо после катания на яхте и решила поехать домой.

Ужас!

Сказала она, а стыдно мне!

Вот уж кто точно успешно пройдет испытания любого детектора лжи! Сидеть с таким невозмутимым фейсом и при этом так врать не каждый способен. Но если вскроется правда, я надеюсь, их родственные связи помогут Диане остаться в живых. Хотя… эта девчонка выберется из любого заднего места.

– Ясно… – неопределённо звучит голос Стёпы, и я периферийным зрением вижу его вытянутую руку.

Кошусь на нее, прослеживая, как ровные пальцы Игнатова подхватывают со стола квадратный стакан… с водой? Или что там белое и прозрачное?

И что ему ясно?

Ясно то, что он сейчас соберётся и поедет домой к своей девушке?

Это же логично!

Когда она чувствует себя плохо, логично о ней заботиться?

– А кто такая Сара? – подает голос Юра.

– Девушка Стёпыча, – отвечает ему Богдан, когда Игнатов с глухим ударом втрамбовывает пустой стакан в стол.

– А-а-а, понял.

О, это радует!

– Что-то у вас тускло, – кривится Диана, покачивая кудряшками в такт музыки. На ее лице хмельная улыбка и приятный румянец. Она красива и раскрепощена, а я вся натянута тетивой.

Просто несмотря на многообразие парящих в клубе запахов, я выделяю один. Он исходит от сидящего рядом Игнатова и волнует меня.

Его парфюм мне нравится. Он звучит лаконично, ненавязчиво и элегантно. Я работаю с цветами, и у меня достаточно опыта, чтобы выделить цитрусовый аккорд и расслабляющий аромат лаванды.

Вижу, как пальца Игнатова отбивают короткий неопределенный ритм по кромке стола, словно он в этот момент о чем-то раздумывает. А затем Стёпа резко поднимается:

– Извиняюсь, Богдан, но вынужден вас оставить. – Он вытягивает руку над столом, а я начинаю дышать чаще. Он что, уходит?! – Спасибо за компанию! – Жених Сони встаёт и пожимает Стёпе руку в таком же раздрае на лице, как у меня внутри.

– Да брось! – возражает Богдан. – Ты че так рано? Хорошо же сидели! – уговаривает он. – Эй, убери это, чувак, мой мальчишник – я угощаю! – делано огорчается, глядя на то, как Игнатов достаёт из бумажника несколько пятитысячных купюр.

– Пора, – звучит примирительно. – Отдыхайте.

Пора. Ну конечно пора. У него же там девушка. Мое бедро внезапно становится ледяным в том месте, где его грела джинсовая штанина Игнатова.

Стёпа пробирается через расхристанного Юру, и только тогда я позволяю себе посмотреть ему вслед.

– Юляшка, иди сюда, красивая! – Ладонь Юры хлопает по освободившемуся месту на диване. – Топчи, топчи ко мне!

Я не успеваю даже осознать услышанное, как Игнатов замирает, не успев отойти от стола даже на метр.

Я тоже замираю и сглатываю, наблюдая за Стёпой, который в два счета оборачивается, в один шаг оказывается у стола, за долю секунды подхватывает меня за локоть и срывает с дивана.

– Что?! Куда?! – ошарашенно возмущаюсь, когда Игнатов, дернув на себя, тащит меня за собой всё той же зверской хваткой.

– Танцевать, – еле слышно скрипит.