10

Однако меня не встречают, только собаки выметнулись навстречу.

- Ой, Витя вернулся, — это Аза закричала. От реки подошли мужики.

Поздоровавшись, Степаныч начал торопливо говорить:

- Витька, тут Уго пропал. Ушёл вчера на охоту после обеда и пропал. С ним был Цезарь.

Ёшкин кот, вот где не ожидал проблем.

- Думаешь, ушёл.

Вряд ли, нет. Думаю, что-то случилось. Хотели взять Норда, поискать их. Так он же кроме тебя никого не слушает. Вот, мы сейчас лодку готовим, пройти вниз по реке.

- Ясно, только какой смысл, надо найти их следы в лесу.

- Значить так, Никандр, вооружайтесь, одевайте брони. Идёте втроём в лодке. Я собаками лесом. В какую сторону он пошёл? Туда, ладно разберёмся. Так, Валя еды на несколько дней в лодку. Сами сидите в доме и вооружись карабином. Если что, валите всех.

- Степаныч, бери мой карабин. Запас патронов, захвати мою броньку и рогатину. Я с автоматом налегке по следам.

Так, только спокойно. Я достал из ящика один из автоматов. Торопливо раскидал, протёр тряпкой снимая солидол. Снарядил два магазина, пару сотен патрон в рюкзак. ПММ под мышку, нож – всё готов.

— Значит мужики, я собаками по следам. Вы идите вниз по течению потихоньку, ждите от меня вестей. Всё ходу.

Так бойцы по коням, одевать собакам защиту некогда. Кивнул Никандру, что бы отнёс в лодку. Забежав в соседний дом, увидел зарёванную Яну с Дилей.

- Так, Яна дай одежду Уго не стиранную, ну чтобы его запах остался.

Дав понюхать Норду, я подождал пока он переварит вводную:

- Норд, ищи, ищи.

Покрутившись на пятачке, собака уверенно побежала к лесу. Хорошо сухо, но прошло уже 16 часов. Норд уверенно вёл по следу, мы с Зевсом рядом. Автомат хлопал по спине, пришлось остановиться и отрегулировать ремень. Так бежали больше часа, периодически выходили к реке, и я кричал Никандру и показывал рукой направление.

Наконец Норд заскулил и остановился. Передо мной лежал труп собаки. Две стрелы попали Цезарю в бок и грудь. На морде кровавая мешанина, добивали дубиной. Следы борьбы, еще сломанная стрела, уже моя, которая была у Уго. Крови больше не вижу.

Взяв Норда за ошейник, притянул к себе:

- Ищи, дорогой, ищи. - Следы привели к реке. На берегу следы от тяжёлой лодки и отпечатки обуви нескольких человек в грязи. Через пять минут подошла лодка.

- Так, Никандр, собаку убили. Уго забрали с собой. Куда они могут пойти?

- Только вниз по течению.

- Они нас опережают на 15 часов. До заката у них было часа 4. И сегодня с утра 3. Итого 7 часов. Мы сейчас вышли в Пижму. Здесь по прямой 85 км. Можем перехватить, если повезёт и они не свернут в боковую протоку. После собак я запрыгнул в лодку и оттолкнулся. Расправив парус, мы пошли в низ. Ещё двое помогали на вёслах.

Хорошая у нас лодка, лёгкая. Вряд ли похитители с такой же скоростью спускаются. Пока суть да дело, я одел на собак защиту. Сам тоже одел кольчужку и накинул куртку. Каску на голову, непривычно. Надо чаще в полной снаряге бегать. Снарядить второй магазин к автомату, Степанычу тоже подсказал пополнить запасные магазины, заменив его на вёслах.

Проскочили наш островок, где всегда останавливались, пусто.

-Никандр, правь к берегу.

Мы проходили разрушенную деревеньку, которая уже отстроилась. Ткнувшись в берег, выскочили на песок.

- Вик, жители попрятались и сейчас не выйдут из леса.

- Никандр, оставь всё оружие, кроме ножа. И кричи, их показывая золотую монету. А мы останемся в лодке.

Грек так и сделал. Пройдя до конца линии домов, он начал кричать, поднимая руки вверх. Минут пять ничего не происходило, потом из-за деревьев вышел дед. Через несколько минут Никандр вернулся.

- Проходили часа три назад. Большая ладья, крашенная жёлтым цветом, человек десять в ней. Жители сразу попрятались, те проверили дома и пошли дальше. Да, сказал, идёт тяжело. Гружённая.

Так ходу, через час подошли к городку. Он уже стоит на слиянии Пижмы и Вятки. Подлетели к городку уже хорошо после обеда. Охранника у ворот попросили позвать Симдяна. Для скорости дал монетку. Через пятнадцать минут пришёл староста. Через Никандра, я поздоровался и спросил об ладье жёлтого цвета.

Тот отрицательно покачал головой. Я пристально посмотрел на него.

- Никандр, переведи ему, если он меня обманывает, я вернусь и буду очень злой.

Ответ тот же. Староста напуган, но держится той же версии.

- Нет, Вик, не похоже, что он врёт. И те люди северяне, старик говорил, все бородатые и страшные, в железе.

-Тогда куда они делись, свернули в боковые речушки?

- Никандр, зачем им сворачивать в мелкие речки, где не развернуться. И куда они могут идти?

Идти они могут только вниз, здесь одни болота и почти нет поселений. А зачем свернули, так на ночёвку пораньше стали. Помнишь, мы тоже сворачивали так.

- Хорошо, тогда возвращаемся и проверяем протоки. Идём тихо, без звука, слушаем, нюхаем. Надо найти место ночёвки. Не получится, будем завтра здесь перехватывать.

- Послушай, Вик, не торопись. Мы устали, голодные. Главное, они за нами. Становимся перед посёлком. А утро ждём их и аккуратно берём.

Подумав, я согласился.

В подавленном настроении мы перекусили, не зажигая костра. Собак покормил сухим кормом. Ну, да, а кому сейчас легко. Привыкли, понимаешь к парному мясу. Утром так же пожевали в сухомятку, запили водой из реки. Когда туман начал развеиваться мы спустили лодку на воду. Собак и Абуну оставили на берегу. Река в этом месте петляла. И эфиоп видел метров на 400, кто спускается вниз. Мы же со спущенными парусами ждём в лодке, когда он подаст сигнал. И тогда идём на встречу. На нас работает эффект неожиданности, идёт навстречу небольшая лодка, никакой опасности не представляет.

Так и сделали, собаки мне только мешать будут. Боюсь шальной стрелы, поэтому привязал их за деревьями. Ждать пришлось больше часа, не торопились, суки. Абуна отчаянно замахал руками и лёг на землю, что бы не заметили. Мы со Степанычем сели на вёсла и начали изображать греблю. Я поправил каску и положил рядом автомат, приготовив его к стрельбе. Запасной магазин сунул за пояс. Степаныч тоже подтянул карабин. Никандр приготовил щит. А наши прозрачные, полицейские щиты уже стояли, три с левого и один с правого борта. Мы практически стояли на месте, прижимая к берегу. Наконец тяжело выплыла ладья. Парус вяло полоскало на ветру, и гребцы ритмично работали вёслами. Увидев нас, они перестали грести, после паузы ладья опять пошла вперёд, но уже к нам. Ну этого я и ожидал. Явно не доброго утра они хотят пожелать.

- Степаныч, ладья выше нас сидит в воде. Выбивай гребцов, и всех, кого увидишь. Будь внимателен, не стреляй по низу. Уго, скорей всего лежит связанный. Вряд ли они его посадят на вёсла.

Когда до ладьи осталось метров 70 и в нашу сторону полетела стрела, я скомандовал Никандру разворот. Наша лодка развернулась левым бортом к врагу. Мы приготовились к стрельбе, разместив оружие на борту лодки между щитами. Первым одиночными начал я. Гребцов не видел за высокими бортами с поднятыми щитами. Поэтому брал ниже уровня борта, рядом с веслами. На каждое весло делал несколько выстрелов и переводил на следующее. Захлопал карабин. Степаныч, наверное, зацепил рулевого, потому что ладью закрутило. В мой щит застучали стрелы. Я добил магазин, перезарядился и продолжил обстрел почти в плотную. Последний патрон выпустил за секунду до столкновения. От удара о тяжёлую посудину упал на дно лодку. Неловко развернулся и увидел, как Никандр перемахивает на борт ладьи. Степаныч ещё неуклюже барахтается. Крики подстегнули меня. Достав Макарова, передёрнул затвор и поднялся на ноги. Неловко перевалился за чужой борт. Мой грек схватился с кем-то. Ещё двое подтягивались на огонёк.

- Суки, - и я с криком прыгнул к ним, стреляя в перекошенный бородатые морды. Разрядив с испугу весь магазин, бросился на помощь к греку. Они катались по лодке стремясь завладеть коротким мечом. Оба рычали и кусались.

- На, — это я со всей дури опустил рукоять пистолета на незащищённую голову бандита. Пришлось добавить ещё раз, чтобы отключился. С трудом сдвинул тушу с тела моего грека. Досталось ему, лицо красное от напряжения. Ссадина на лбу и морщится, потирая бок.

Сцепили лодки, Степаныч перебрался к нам. Между бочками и свёртками лежал наш Уго, голова в крови.

Кивнул Степанычу на него, сам с Никандром связал ремешком этого быка. Ох и здоров мужик, тяжёлый - центнера полтора. Остальные лежали в различных позах. Двое ещё дышали, остальные готовые. Всего насчитал 13 человек, чёртова дюжина. На всякий случай связали руки и этим двум.

Уго был в сознании, когда ему срезали ремни с рук, он, со стоном, попробовал подняться.

Так, нужно к берегу.

- Степаныч, давай в лодку, забирай собак и Абуну. А мы попытаемся сдвинуть этот пепелац.

С большим трудом, убрав вёсла, мы поставили ладью по течению. Я решил причалить в посёлке. Нужно пообщаться с местными, может продадим товар из лодки. Раненого нужно проверить. Через час мы вытягивали лодки на берег. Уго уложили в тени дерева.

- Вик, а тут ещё кто-то есть, — Это Никандр проверяет тела на предмет поживиться.

Между мешками лежит человеческое тело, накрытое тряпкой.

Отбросив вонючую мешковину, обнаружили женщину. Живая, но лоб горячий, температура около 40. Губы обложены белым налётом, дышит с хрипом, без сознания. Я срезал верёвку, стягивающую руки.

Тяжёлая, с помощью грека спустился с женщиной на руках на берег. Уложил рядом с Уго. Её бы к Вале срочно, но быстро не получится.

На женщине грязная хламида, на теле многочисленные кровоподтёки.

На верхней части бедра неглубокая резанная рана, сантиметров 10 длиной.

Кожа вокруг раны воспалённая, рана инфицирована, судя по кусочкам грязи и ткани в ней.

Крикнув мужиков, попросил развести огонь. Мне нужна горячая вода, отмыть немного тело.

А сейчас Уго. Немногочисленные гематомы – это ерунда. А вот разбитая голова – хуже. Прощупал голову. Огромная шишка и содранный лоскут с черепа.

Я перенёс свой походный рюкзак. Вот и пакет с аптечкой, что мне Валя давно подготовила.

Так, перевязочный материал есть. Йод, вата, таблетки всякие и главное скальпель, замотанный в тряпочку, и кривая иголка с нитками из натурального шёлка. Ещё у меня лежит фляга со спиртом.

Сначала итальянец, с ним понятно, что делать. Выстриг ему волосы в районе раны. Потом намочил водой тряпочку и начал осторожно смывать грязь и волосы. Уго шипит, но терпит. Когда всё почистить, залил ранку йодом. Современный – даже не щиплет. Накрыл ваткой и забинтовал голову. Всё, следующий.

С женщиной, боязно даже начинать. Одно хорошо, она без сознания. Помощником кликнул грека, Степаныч побледнел и ушёл на мародёрку. Мы переложили тело на брезент, пришлось срезать одежду и оголить женщину. Тёплой водой я отмывал грязь, а Никандр мне помогает, ворочает её. На голове не тряпка, как я думал. Это длинные волосы, перемешанные с грязью. Ужасное впечатление.

Серьёзная проблема одна, рана на ноге. Прикрыв полотенцем интимное место, непроизвольно отметил неплохую фигуру женщины, только истощена сильно. Промыл тёплой водой рану, края почернели, нужно срезать. Прокалил скальпель над огнём и протёр спиртом. Проспиртованной ваткой протёр место вокруг раны. Выдохнув, пристроил руку поудобней и начал срезать не нравившиеся мне участки. Постарался абстрагироваться при этом, я понимаю, что кроме меня некому женщине помочь. Ещё несколько часов и только ногу отрезать. Стерев бегущую кровь, внимательно рассмотрел рану, ваткой почистил рану, удалил несколько волосков и полил спиртом, ну чтобы смыть возможные волокна. Ох, медики бы мне руки сейчас поотрывали. Вроде чисто, надавил на края раны, гноя не вижу, чистая кровь сочится.

Растолок две таблетки стрептоцида посыпал рану. Так, а теперь зашивать вместе с лекарством или как? Смыл порошок, обработал йодом и приготовился зашивать. В колпачке от фляжки, в спирте, лежала нитка с иголкой. Протёр мокрые от спирта пальцы, воткнул иголку в край раны. Женщина застонала, этого не хватало.

- Никандр, держи её.

И я начал быстрее орудовать иголкой. Шов, конечно, позорный, но края раны стянул. Теперь опять йод и бинт сверху.

Закончив, я увидел глаза женщины. Они у неё оказывается зелёные, только сейчас покрасневшие от температуры. Я попросил кружку воды, женщина, кашляя, выпила всю. Так, что можно её дать. Высыпал на ладонь таблетку аспирина от температуры и две антибиотика. Мягким движением, вложил их в рот больной и дал кружку. С трудом выпила.

Положил её обратно, под голову свою куртку, сверху спальник из рюкзака. Всё, теперь покой. Даст бог, выкарабкается.

Уго тоже скормил таблетку антибиотика, хуже не будет. Всё, оставил собак около больных и пошёл к лодкам. На песке лежали тела бандитов. В сторонке тот здоровяк под охраной Абуны.

- Вик, эти тоже отдали души, надо похоронить.

- Зато смотри, сколько добычи, - и мы перелезли через борт ладьи. На дне лежали полосы железа. Несколько тонн, наверное. Лежала медь в чушках. Связки моржового клыка, по-местному рыбий зуб. Ткань в свёртках, очень хорошо упакованная. Несколько бочонков с мёдом. На берегу сложены личные вещи и оружие. На телах осталось только исподнее. По внешнему виду, погибшие – северяне. Викинги, варяги или новгородцы – леший их поймёт. Не все были светлыми, половина темноволосые. Но все здорово волосатые и кряжистые. Если схлестнуться с такими в плотную, уверен, нам бы пришёл капут. Издалека, на ровном, наверное, мы бы их перебили. А вот в лесу у нас шансов не было бы. Крепкие и опытные мужики.

Подошедший Никандр подтвердил мои мысли. Вояки плыли с севера – торговать, судя по товару. Сюда железо и ткани с рыбьим зубом. Назад меха, воск и пеньку. Как и все, они не брезговали людоловством. Об этом говорит женщина, не понятно только почему в таком состоянии. А вот Уго рассказал, как он оказался в ладье.

Он с собакой не в первый раз удалялись от дома, в поисках пернатой дичи. А тут Цезарь залаял на шевеление кого-то крупного в кустах. На их несчастье, мимо проплывали эти северяне и решили проверить, кто там шумит. Так, потихоньку и скрали нашего лучника. Лук со стрелами нашлись в ладье. Собаку угомонили, Уго приголубили по голове и кинули в лодку. Вот и вся история. Только непонятно, зачем они зашли в неглубокую Пижму. Может специально, решили поискать поселения. Рабы очень дорогие. Молодой парень или девушка стоят несколько гривен.

К нам приближается делегация местных. Старейшина Симдян собственной персоной, с ним несколько мужиков. Мы поздоровались, местные испуганно косятся на тела. Через перевод Никандра объяснил тому, что эти редиски скрали нашего человека, за что я обиделся и наказал их. Вот 12 трупов и связанный пленников. Мужики уважительно посмотрели на нас. Думаю, эти северяне, если бы подошли под утро, спокойно бы взяли это село. Пограбили и поубивали бы лишних. Местные не вояки, а эти были опытными воинами. Мы договорились, что Симдян организует похороны погибших, вернее их сожгут на большом кострище. За это мы не претендуем на исподнее на их телах и на то, что обнаружат там ещё местные. Подъехала большая телега и увезли скорбный груз.

Симдян поинтересовался, будем ли мы торговать. Ответили, что будем – но завтра с утра. А пока мы купили барана, хлеба и овощей. Размещаться внутри посёлка мы отказались. Так раненых не надо переносить, да и лодки под присмотром. Развели костёр, Степаныч на кошеварстве, Абуна ищет ещё сухостой и помогает. Никандр перебирает железо, а я пошёл проверить больных. Уго в порядке, выпил воды и прикрыл глаза. Я потрепал его по плечу, пусть отдыхает.

Женщина мечется в горячке, сунул ей ещё аспирина и антибиотик. Потрогал лоб, ещё горячий, но меньше. Укрыл потеплее.

Так, что у нас с добычей. Железо и медь надо продавать, оно с примесями, я лучше натаскаю. Кость забираю всю, там выгодно продам. Оружие Никандр отобрал. Меньшая кучка – доспех, холодняк и щиты, качеством повыше оставляем. Большую кучу продаём.

Значить завтра выставим всё лишнее оружие, металл. Кость и мёд себе.

- Никандр, а что с мужиком делать?

- А что с ним? Продадим конечно, только не тут. Надо купцам скинуть, они дадут хорошие деньги и продадут подальше. Смотри, какой здоровый.

Да, под два метра, огромные мышцы, перекормыш какой-то. И смотрит вызывающе. Ну это мы исправим.

Свистнул собак, приказал охранять пленного. Зевс меня понял подошёл к мужику, стал напротив него и посмотрел, как это он умеет – с улыбкой. Мужик в испуге попытался откатиться, тогда, с другой стороны, Норд рыкнул на него. Вот - это другой разговор. Теперь мы сама скромность, даже не пытаемся шевелить кистями, чтобы руки не затекали. Теперь ребята будут за ним приглядывать.

У нас получился наваристый бульон с кусками варёного мяса. Для сытости добавили крупу. Очень вкусно. Разлили по чашкам, приступили к еде. Меня только сейчас начал отпускать мандраж, день, однако, выдался. Поставили котелок для чая с травками. Степаныч кормил Уго, помогая тому. Женщина пришла в себя, что-то начала спрашивать. Да, как хорошо было людям жить до Вавилонской башни. Был только один язык, и все понимали друг друга. Нет, гордыня подвела, решили построить башню до неба, ну, чтобы с богом на равных разговаривать. Ну а тот и обиделся, и башню разрушил, и так перемешал народы, что теперь сотни языков и тысячи наречий.

Вот и сейчас я не понимаю её. Немного похоже на немецкий, жёсткий язык. Знаком показал, что не понимаю. Потрогал лоб, оголил ногу, посмотрел на повязку. Пропиталась йодом, но не кровит. Совсем медиком стал. Знаком показал, как подношу ложку ко рту и вопросительно посмотрел. Прикрыла глаза, это что – устала или знак согласия. Принёс свою чашку с ложкой. Подложил ей под голову полено, устроил и начал осторожно кормить бульоном. Половина мимо, но что-то попало. Так, теперь спать. Уснули рано, собаки охраняют, чужие не подойдут.

Утром похлебали вчерашнее. Уго уже ходит, самостоятельно ест. А вот женщина не важно. Температурит, нога раздулась под повязкой. Оголил рану. Явно опухло, что же делать, чёрт. Может надо было стрептоцид оставить в ране. Потом вспомнил, как мне зашивали губу, через нескольких дней после ранения. Тогда ещё врач говорил про вторичное натяжение шва, и что надо сразу было обращаться. А ночью у меня раздуло губу, я поехал опять в больницу и там мне подрезали шов, чтобы выходила то ли кровь, то ли гной. И сразу стало легче.

А что я теряю. Обработал скальпель и руки спиртом, и аккуратно подрезал нитку с краёв. Надавил на рану, вызвав болезненный стон. Вышла кровь и немного гноя. Блин, вскрывать назад? Она же в сознании. Присыпал стрептоцидом и забинтовал ногу.

Погладил женщину по голове, всё, больше не буду мучать. Принёс чашку и начал кормить. Ела неохотно, но после моих уговоров, выпила весь бульон и кусочек мяса. После еды скормил ей ещё таблетку антибиотика.

Около лодок уже собрался народ. На брезенте мы разложили образцы на продажу. Там шустрят Никандр и Степаныч, те ещё жуки. Степаныч вообще хохол, а греки главные торгаши всех времён и народов.

Всё оружие своей волей забрал староста. Вокруг тканей развернулся торг. Здесь уже бабы оттеснили мужиков. Особо хорошо брали яркую, шерстяную. Простое местное сукно не впечатляло. Импортное выгодно отличалось ровностью ткани и яркими, насыщенными красками.

Брали мы шкурку, я попросил в первую очередь для дома, чтобы и спать и на пол кинуть. Этого добра оказалось в достатке. Несколько медвежьих, остальные крупнорогатого скота.

Позже подошёл кузнец и начал прицениваться с железу. Забрал на пробу. Вернулся очень довольный, наверное, привык работать с болотными криницами. А это явно шведское, в нём природные добавки легирующих элементов. Качество лучшее на этот момент.

К концу дня мы распродали почти всю ткань, осталось по штуке каждой твари. Немного железа и меди. Это - Симдян упросил оставить в долг до следующей весны. Ему позарез нужны металлы, а мне неохота много таскать с собой. Пол ладьи забили связками шкурок, мёдом, шкурами животных. Взял немного сушёной рыбы и вяленного мяса. Можно и самим добывать, но это берёт время. Вечером Степаныч сварил знатную уху, и мы сели ужинать. Придётся возвращаться на ладье. Местным продать за вменяемые деньги не получилось. Да и не помещается добыча в нашу лёгкую лодку. Поэтому, лодку на буксир, а сами на ладье. Никандр сказал, что должна пройти по нашим протокам. Как-то так получилось, что больную женщину обслуживал только я. Температуры нет, опухоль на ноге спала и она даже поела кусочки рыбы с бульоном.

Утром быстро позавтракали остатками вчерашнего, загрузились в ладью и отчалили. Лодку подтянули к корме верёвкой. Вчетвером, шустро поставили парус и пошли потихоньку. Здоровяка посадили на вёсла, пусть пашет. Пришлось развязать руки, а ногу прихватить к скамье. Собаки внимательно стерегут каждое его движение. До островка добирались полтора дня, решили остановиться. Сегодня уже не успеваем, а завтра, дай бог, будем дома.

Возвращались как победители. Женщины высыпали на берег. С оханьем слушали наши рассказы. Яна вцепилась в своего и потащила в дом. Как-то все рассосались, я остался один. Только Байкал весело тявкал и тыкался мордочкой в ногу. А кто будет шмотьё разгружать?

И женщина тоже в ладье осталась и этот бугай. Пришлось опять мочить брюки и залазить в неё. Кое-как мы с ней выгрузились. Тут уже на помощь поспешил Степаныч с Валей. Общими усилиями отнесли её в дом. Свиснув бездельников, мы споро разгрузили ладью. Меха и ткань в дом, бочонки с мёдом и продуктовое в сени. Кость и шкуры пока на чердак. Мужика привязали рядом с собаками. Может пахать на нём, вместо лошади.

Вечером, после бани, сидели все за столом. Так, скоро надо будет наращивать его по длине, не помещаемся уже. Женщине еду девчонки отнесли в дом, слабая ещё.

- Вить, хорошо, что рану почистил и зашил, начиналось уже заражение. Вот только шов у тебя, будто мешок зашивал. Ну да ладно, чего уж теперь.

Я, воспользовавшись моментом, отозвал Валю в сторону и повинился, что сошёлся с Ритой. А сейчас мучаюсь, не знаю, что делать.

- Да что ты придумываешь? Ритка - мировая баба. Если срослось у вас, так забирай её сюда. Она там одна, из близких только тётя в Питере. Хочешь, я с ней поговорю?

- Не, сам, - и я упрямо покачал головой.

- Только мне завтра же надо возвращаться, я же её одну оставил. Подумает, бог знает что.

- Ну так давай. А мы тут сами. Все живы здоровы. С женщиной что делать будем?

- Так пусть на ноги встанет, там посмотрим. А этого, - и я показал на бандита, - продадим купцам. А пока пусть на тяжёлых работах побудет. Вон, торфа маловато. Пусть копает.

Утром, собрав шкуры, перешёл на ту сторону. Скинув мешки на пол, прошёл в дом. Ещё на подходе понял, что Рита уехала. Машина не стоит во дворе. В доме тишина. На столе записка:

«Витя, что случилось? Не дождалась тебя, срочно вызвали на работу. Пришлось взять твою машину. Позвони мне, как вернёшься».

Ну понятно. Шкурки поднял на чердак. Сам, достал денежную заначку и вышел из дому. Н выходе из городка встал на остановке. Тормознул фуру с курами. Договорился, за две тысячи меня подвезёт в город.

Зайдя в квартиру, посмотрел на время. Риты дома нет, значить на работе. Три часа дня. Ополоснулся под душем, побрился, одел свежее бельё и вышел на улицу. Моя Тойота стояла около дома, только ключи у Риты, а вторые я не догадался взять. Пришлось ловить такси, по дороге попросил остановиться у маленького рынка, купил у старушки пышный букет хризантем. У больницы железнодорожников расплатился с водилой и зашёл внутрь.

- Милок, а где маска?

Это мне пожилая санитарка. Блин, забыл. Купил одноразовую маску и зашёл в больницу. В регистратуре меня направили в терапевтическое отделение. Я даже фамилию врача не мог сказать. Как-то не обменялись мы с Ритой такой информацией. Мимо меня проходили медики в белых одноразовых, закрытых комбинезонах с голубой полосой на спине. На каталке везли бегом пациентов, как на войне прямо. Поднялся на этаж выше, написано «Терапия», внутрь не пускают. Сел на стул, решил ждать. Через полчаса в начале коридора показалось прекрасное создание. Стройная женщина в белом халате, не уверен, но похоже Рита. Идёт, уткнувшись в папку с документами.

- Маргарита Владимировна, - с боку выскочил мужчина- врач. За панибратски придержал за локоток и начал что-то говорить.

Рита меня не видит, я ещё закрылся букетом. Разглядываю её. Удивительно как женщинам идёт белый халат. Строго отмерянная длина выгодно подчёркивает стройные ножки на небольшом каблуке. На шее что-то типа платка. Разговаривая, они приблизились ко мне.

- Рита, - окликнул я её. Сначала она мелком мазанула по мне озабоченным взглядом, потом внимательнее посмотрела:

- Виктор, ну, где же ты пропадаешь. Подойдя, улыбнулась и забрала у меня букет.

— Это мне или встречаешь кого?

- Тебя, конечно. Ритуль а ты скоро? Я, как приехал, сразу к тебе. Пришлось взять тачку, ключи то у тебя.

- Ясно, Вить, ты меня не жди здесь, у нас аврал. Я сейчас переодеваюсь и в гермозону. Буду дома поздно, как вернусь - постучу, не переживай.

- Ключи сейчас принесу, они в сумочке.

Пришлось не солоно хлебавши, возвращаться домой. Ну ладно, надо тогда забрать машину и по делам.

Заехал к столяру, заказать детали на обычную крестьянскую телегу. Степаныч очень просил. Столяр заржал:

- Да делать мне нечего, там возни с колёсами – мама не горюй.

- Так не бесплатно же, о деньгах не беспокойся, - начал я его уговаривать.

- Не, не возьмусь. Хотя, если хочешь, поговорю с соседкой. Я в частном секторе живу и у соседки от мужика осталась телега. Так-то развалюха, но колёса в нормальном состоянии. Можно реставрировать.

Так и договорились, что мастер восстанавливает ходовую и каркас. А я, в разобранном виде её заберу. Выдал 5000 авансом на то покупку развалюхи.

Теперь, где у меня номер Ивана Алексеевича. Переговорив с ним, договорились встретиться в яхт-клубе через полчаса.

Дело у меня к нему серьёзное. Мы с Никандром, хотим восстановить ладью, переделав парусное вооружение. Для этого я сделал несколько эскизов лодки с размерами.

Зайдя в бар на территории яхт-клуба, взяли по рюмке виски.

Мужчина меня выслушал:

- Интересные вы ребята. Нет, чтобы взять нормальную, современную посудину. Да, чтобы сделать что-то приличное, с этой лайбы отдадите вдвое, если не больше. Хотя сейчас модно это «Реконструкторство».

- Но я тут тебе не помощник. Здесь специалист нужен. Вот тебе телефончик. Есть у нас интересный товарищ, Олег Аркадьевич. Уже под 60, заядлый яхтсмен и главное, он работал на верфи и у него хобби. С друзьями восстанавливает старые яхты, ну там переделывает всё. Вот с ним поговори.

Поблагодарив Ивана Алексеевича, поехал домой. Уже время, мне ещё в магазин надо. На ужин взял всяких вкусностей. Тонко нарезанный хамон в вакуумной упаковке, баночку красной икры, масла сливочного, солёности и свежие багеты. Добавил бутылку красного вина и пирожных. Выгрузил всё дома, принял душ, переоделся и приготовился ждать Маргариту. Позвонила она только в 9 вечера. Устала, бедная, тени под глазами.

- Вить, дай мне полчаса, прийти в себя и подымайся.

Открыла мне в халатике с мокрыми волосами, закутанными в полотенце. Я прижал её к себе, жадно вдыхая запах чистого тела.

— Вот, Рит, я с продуктами.

- Какой-ты молодец, а я думала яичницу жарить.

Девушка быстро сервировала стол. У меня от эффектного стола заурчало в животе. Рита засмеялась:

- Ну, за стол, а то сейчас я тоже урчать начну.

Мы пригубили вина и накинулись на еду. Я порезал багеты на ломтики и мазал маслом, сверху добряче накладывал красную икру. Вишенкой на тортике я выкладывал миниатюрный огурчик и веточку укропа.

Рита положительно восприняла композицию. Во время еды она рассказывала о работе. Её сдёрнули с карантина, некому работать. Врачи тоже болеют. Две пожилые сегодня – умерли в реанимации. Аппаратов ИВЛ мало, лекарства не помогают толком. Короче катастрофа.

Потом уже пили чай, и Рита успокоилась. Я всё не знал, как начать разговор о её переезде. Но она сама помогла:

- Вить, а что у тебя случилась и как там Пробой наш поживает?

- С ним всё хорошо. У нас там тоже ЧП случилось и мне пришлось задержаться.

- Рит, мне без тебя плохо, - я взял тёплую руку девушки и приблизил лицо к ней.

- Я хочу, чтобы ты переехала к нам.

- К вам, это куда?

- Ну место я не могу точно назвать. Это очень красивое и уединённое место в лесу, далеко от сюда. Экология первозданная, нас там десяток. И Валя со своим мужчиной тоже там. Живём на природе, занимаемся тем, что нам интересно.

И я в течение 15 минут отвечал на вопросы, уходя от прямых ответов по месту переезда.

- Вить, я не смогу заниматься целый день коровами, сельским хозяйством и прочим. Умываться из ручья и ходить за кустики – это не моё.

Тогда я встал и поднял девушку, обнял за талию и притянул к себе.

- Рит, да нормально там с удобствами, туалет в доме, вода тоже скоро будет. Неужели ты думаешь, что я тебя повезу в такие условия.

- И не надо там коров доить, есть кому. Мы будем путешествовать, охотиться, кататься на лошадях. А главное будем вместе. Рит, поехали.

Так мы простояли 5 минут.

- Заманчиво, чёрт побери. Вить, но сейчас я не смогу уехать. Как я брошу наших, давай подождём, когда закончится эта пандемия. А тогда я, наверное, соглашусь.

Я инстинктивно чувствовал, что мои планы обломаются. Хотя очень рассчитывал забрать Риту обратно с собой.

- Хорошо, Ритуль. Я буду ждать, и я поцеловал девушку в шейку. А тут и вкусные тёплые губки. Я так соскучился по женскому теплу. И я начал жадно целовать её лицо.

- Эй, - остановила меня девушка.

- А кое-кто сегодня пролетел, - и улыбаясь, смотря в мои недоумённые глаза, продолжила:

- Ну нельзя мне сейчас, дурачок. Или ты без секса дня не можешь?

- Будет трудно, но я потерплю. Ну хоть в доме оставишь?

- Конечно, только не приставай, мне завтра в 6 утра вставать.

Там мы и уснули, тесно прижавшись друг к другу.

Утром проснулся поздно. Риты уже не было. Вскипятил чайник и налил себе чай. Пока остывает, позвонил по оставленному телефону.

Ответил мужчина, выслушав меня, предложил подъехать к 10 к нему домой.

Большая трёхкомнатная квартира старого типа, открыл немолодой мужчина. Я представился, хозяина зовут Иван Аркадьевич. Он проводил меня в кабинет. На предложение чаю я согласился. Пока хозяин суетился на кухне, я рассматривал макеты парусников, фотографии, где был изображён он сам на море в различных ситуациях. Стену занимал стеллаж с книгами.

Получив чашку с чаем и варенье на блюдце, я рассмотрел хозяина. Короткая бородка, лицо морщинистое с красной кожей. Такая у людей, много время находящихся на улице. Но глаза молодого человека, пытливо смотрят на меня.

- Ну-с, чем я могу Вам помочь, Виктор - прервал паузу хозяин.

Пришлось отставлять недопитый чай и переходить к делу. Рассказал, что в наши руки попала старинная ладья в хорошем состоянии. И мы хотим её восстановить, но в максимально современном состоянии.

И я выложил свои эскизы с пояснениями. Минут 15 заняли уточняющие вопросы.

- Ну, Виктор, вам попалась не ладья, это скорее новгородский ушкуй, вернее кто-то построил такое судно относительно недавно. Ладья имеет длину по - крайней мере 25 метров при ширине 8. А у вас 15 при 3 метрах ширины. И вот ещё, характерно, нос и корма приподняты, а в центре высота лодки около метра. 6 пар вёсел, рассчитана такая лодка для перевоза груза до 15 тонн или берёт до 30 человек. Сделать из неё что-то современно не получится, уж очень тяжёлая, борта в нахлёст положены. Но сделать более удобной в управлении можно.

Я выразил горячее желание на это.

- Ну смотри, Витя. Это не быстро. Мне надо посидеть с ребятами, просчитать всё. Значить, главное — это замена парусного вооружения. Потом рулевое переделать, ну и так по мелочи.

В результате договорились встретится через неделю или позже.

Решив с этим, я поехал в промзону за заказами для Степаныча. Взял немного сантехники, ещё пару простых унитазов и большую бухту пластиковой трубы на 1 инч. Мы решили завязывать с походами с коромыслом к речке. На носу зима и не хочется с пешнёй рубить каждый раз лёд. Поэтому я и купил 50 метров трубы, несколько упаковок с термоизоляцией и специальную ленту.

Загрузив всё в кузов поехал домой. Полазил по интернету, а к 5 часам заехал за Ритой. Она опять была вся вымотанная. Повёз её в ресторанчик. В тот на берегу реки. Внутрь не пускали, мы разместились на веранде. Нам дали одеяла на колени, а по центру стола стоял обогреватель.

- Рит, мне надо завтра будет уезжать, вернусь скоро. Постараюсь через неделю. Веди себя хорошо, ни к кому не приставай, договорились?

Домой я вернулся после обеда, перетащил в сторонку сантехнику и материалы, пошёл к дому.

Первыми меня встретили собаки, включая мелкого. Байкал подрос и уже не напоминал пушистого медвежонка. Вытянулся, набрал вес.

Меня окружили домочадцы, вроде улыбаются, значить плохих новостей нет. Постепенно так сложилось, что в моё отсутствие замом оставался Никандр. Степаныч откровенно пасовал в экстремальных ситуациях. А грек уже неплохо владел русским и мог общаться со всеми обитателями нашей деревни.

- Никандр, а как тут новички, что-то я их не вижу.

- А никак, Вить. Тут эта твоя устроила нам побоище, — это Валя влезла в разговор.

- Какое побоище, объясните толком.

- Так на второй день, как ты уехал, она его и прирезала.

- Подожди, Валь, не пугай человека, — это уже Степаныч.

- Понимаешь, Вить, я решил на второй день пристроить этого бугая к работе, ну а чего хлеб зря есть. Повели его на болото, резать торф. -Неплохо кстати работал, нарубили в три раза больше, чем обычно.

Вернулись домой, пошли умываться на речку, возвращаемся, а он лежит, а эта твоя стоит над ним с ножом.

- Вить, - опять влезла Валя, - она прихватила твой нож, который ты оставил на кровати. Подошла к нему и полоснула по горлу. Этот громила упал, похрипел минуту и умер, истёк кровью. Я даже не успела отреагировать.

Интересные пироги с котятами творятся.

-Ну и, где они сейчас?

- Да где ещё, его закопали в лесу, а мадам сидит на чердаке под домашним арестом. Вот тебя ждали. Что с ней делать будем?

- А что с ней делать, я откуда знаю. Отвести в полицию?

- Я так думаю, судя по её состоянию, в котором мы её нашли, с ней очень плохо обращались. Если бы не мы, её бы просто в воду скинули бы и всё.

— Значит зарезала она его за дело, а нам же пока ничего плохого не сделала. Кстати, Валь, как её здоровье.

- Ну нога, заживает. Гематомы ещё держатся, через неделю всё пройдёт. Только худа больно, она же ничего не ест. Девочки относят ей на чердак, а она отказывается. Гордая, обиделась, что заперли.

- Ясно, что ничего не ясно.

- Ладно, может поедим, не обедал сегодня.

Валя крикнула Яне:

- Янка, вечерять когда будем?

Значить через два часа. Я попросил приготовить мне пару бутербродов, хорошо быть начальником. Завернув их в тряпочку, поднялся на чердак. Решать то надо проблему.

А там в углу на мешках сидела убийца бандитов, при моём появлении встала. В балахонистой юбке, размера на два больше. Босиком, сверху Свитер Степаныча и платок на голове. Смотрит настороженно. Мой нож в пятнах засохшей крови валяется на полу. Подошёл и прибрал его.

- Ну, ты как? – Я решил действовать как с животным. Те тоже язык не понимают, реагируют на тон и интонации.

Решил для начала познакомиться:

- Я Вик, а ты?

И я ткнул в её сторону. Женщина назвала себя, - Анте или скорее Антье.

Я опять назвал себя, - Вик.

Она покачала головой, - Витья.

- Ну хорошо, пусть будет Витья, тогда ты Анна, хорошо?

Женщина неуверенно кивнула. А диалог-то налаживается, она абсолютно вменяемая, только намучалась, наверное.

- Не надоело тут сидеть, пошли вниз, - и я протянул руку. Женщина неожиданно вложила свою грязную руку в мою. Это доверие и надо его оправдывать, я повёл ей вниз. Народ на улице удивлённо смотрел на наш выход.

- Люди, а чего она такая грязная. Трудно помыть её?

Ответил Степаныч:

- Вить, так омывали её в первый же день, но ей мыться нельзя полностью было из-за раны. А сейчас все боятся её.

- Ясно, пошёл я баньку кочегарить. Заодно и сами помоемся.

За ужином Анна села рядом со мной, пришлось её накладывать лично. Валя посмеивалась на это:

- Ну всё, Витька, теперь как у Сент-Экзюпери в «Маленьком принце», ты в ответе за ту, которую приучил. Она, что так и будет из твоих рук есть. Спать тоже вместе будете.

- Валь, ну хватит ехидничать, лучше помойте её хорошо и подбери одежду поприличнее.

- Ага, а она меня в парилке и того- этого?

- С чего того, или вы с ножом париться идёте? К тому же с тобой помощницы будут. И вообще хватит демонизировать её. Девка настрадалась, наверняка издевались, вот она и не выдержала.

- Ну, да. Здесь ты прав.

Уже вечером мы сидели мужицким коллективом за стол, баловались чаем. А я ждал, когда бабы выйдут. Что-то они долго там парятся.

Ну, наконец вышли, все распаренные. Волосы укутаны в полотенца. Анна в Валином спортивном костюме, с чалмой на голове.

Женский табор потеснил нас за столом. Мы, пересмеиваясь, пили чай с сушками и мёдом. Я хохотал над диким акцентом Абуны, он понимает немного и произносит элементарные фразы. Но понять его нелегко, всё время стремится перейти на свой – птичий язык. Анна села естественно рядом со мной, потеснив Уго.

- Вить, а посмотри, какую красавицу урвал, - и Валя подошла к женщине и осторожно сняла полотенце с головы.

Батюшки, вот это богатство. Мужики сразу примолкли. Да она блондинка. Тяжёлая, вьющаяся грива волос мягко закрыло её спину. Ниже попы будет. Редкий цвет, тёмный для блондинки, почти бронзовый. При свете керосинки разглядываю нашу новенькую. Глаза серо-зелёные, скуластенькая, портит впечатление большой синяк слева. Кожа белая, как бывает у рыжих. Когда поправится, будет «смерть мужикам».

Спать расходились поздно, Валя постелили Анне на моей кровати, а я устроился на лавке. Блин, как неудобно. Не помогает даже медвежья шкура. Ночью спал не очень, боялся упасть с лавки.

И какого? Утром чуть не наступил на спящую рядом с лавкой женщину.

Да, что же за фигня. Мне что, теперь в сортир тоже с ней ходить. Знал бы, спокойно спал в своей кровати. А она пусть дрыхнет на полу, раз ей нравится. Слава богу, утренние процедуры мне дали сделать самому. Анне помогала Аза с Линой. Показывали её что и как. Нормально общаются, ну и хорошо.

После завтрака мы занялись водопроводом. Для этого нужно прокопать глубокую канаву. Степаныч сказал, что глубиной не меньше двух метров. Чтобы зимой не перемёрзла. Ну да, земля мягкая, я махал кайлом, Уго с Абуной расширяли канаву лопатами. Тридцать метров прокопали до обеда. Потом закинули подготовленную трубу. Степаныч уже вымерял и обрезал необходимую длину. Натянул толстую, пористую термоизоляцию и сверху обмотал плотной лентой. Уложив на дно, мы начали засыпать канаву. К 3 часам закончили. Помылись в речке, перекусили хлебом с салом. До ужина не дотерпим. Степаныч продолжил заводку трубы в дома и установку ручных насосов. А я взял ружьё и кликнул собак. Схожу, надо к ужину принести мяса.

За мной увязалась Анна. Нет в таком виде не пойдёт. В спортивке и тапочках идти в лес?

Подобрал из одежды Степаныча подходящее. Моё велико будет.

Камуфляжные штаны она подогнула, футболка Валина, её же ботинки. Курка моя, только рукава закатали. На голову кепку и вперёд. Что бы не чувствовала себя невооружённой, торжественно вручил ей свой офицерский пояс с злополучным ножом в чехле. Длина лезвия 30 см, вполне приличное оружие.

Вышли в сторону камышей. Я боялся, что Анне трудно будет долго идти, пока не жалуется. Норд как всегда в поиске, а Зевс держит тылы.

4 утки и гусь за час, неплохой результат. Анна после первого выстрела испугалась, потом уже не реагировала. Забрала у меня связку с птицей и идёт рядом. Хорошо, что молчит, не хватало мне ещё болтливой девицы, преследующей меня.

Так у нас и повелось, ночью я спал на кровати, а женщина на роскошном ложе из шкур рядом.

На охоту ходила со мной, за столом сидела рядом. Слава богу на этом всё. Интимные потребности решала сама. Женщинам на кухне не помогала, наверное, ниже её достоинства.

Мы это обсуждали и решили, что и пусть. Никандр сказал, что, если её положение дома было высоким, она не будет заниматься готовкой. Может она дочь вождя или важного купца. Я думаю, что ей родина где-то западнее Германии. Может голландка или датчанка.

Когда я убедился, что Анна вполне мирно вписалась в наш коллектив, я стал готовиться на выход. В последний раз на охоту шли втроём, взяли Уго. Он с луком, я с ружьём и женщине дали дротики. Уго подстрелил косулю, и мы притащили её домой.

В Киров ехал со смешанным настроением. С одной стороны, радость от встречи с Ритой. С другой, понимал, что со мной она сейчас не уедет. И, наверное, не я у неё на первом месте. Если бы она была также как и я была бы влюблена, думаю бросила бы всё и как жена декабриста поехала за мной в Сибирь. Это меня огорчает.

Ещё только 11 утра, Рита на работе. Так что я забрал у плотника наши доски.

Парень молодец, обновил колымагу.

- Смотри, - объяснял он мне.

- Подшипники поменял на закрытые, защищены ступицей, можно шприцевать солидолом. Колёса в отличном состоянии, запасные спицы тут. Окованные железом, как полагается. А остальное я решил сделать новое.

Ну, собственно, он сделал новый каркас из мощного бруса и обвязку. Доски у нас есть, набьём.

- Ну и вот оглобля и всё на одноконную упряжь.

Расплатившись с мастером, наудачу позвонил Ивану Аркадьевичу. Он пригласил приехать.

- Смотри, Вить, мы тут покумекали и прикинули проект переделки. Вот смотри. Парусное всё предлагаю от бермудского шлюпа на 3/4". Дальше поехала морская терминология. Я вкратце понял, что мачта предлагается составная, алюминиевая с металлическим вставками. Гик, ванты, грот, спинакер, штаг, стаксель, шкот – всё это очень важно и непонятно. Нет, кое-что осело в моей голове. Гик — это растяжки, грот – парус, стаксель – передний парус, спинакер – спортивный парус, который нам на фиг не нужен, но идёт в комплекте.

Кроме замены комплекта парусов, предлагается изменить киль на современный. Для этого устанавливается под днищем - плавник 2 метра длиной, с грузом в виде торпеды их свинца. Рулевую тоже менять, на современный плавник. По чертежам по центру судна предлагалась низкая каюта на 4 человека и закрытый рундук на носу судна для вооружения. Мачта остаётся на месте, по центру судна, но меняется её крепление. Вёсла тоже новые, деревянные, значительно легче.

Площадь парусов 70 квадратных метров, достаточна для маневрирования в условиях реки.

В принципе мне проект понравился, о чём я и сказал Ивану Аркадьевичу.

- Смотри, Вить. Нам за работу платить не надо. Мы фанатики этого дела и любим хороший вискарь. А вот материалы дороги, комплект парусов встанет в копеечку.

Действительно дорого. Но нам нужно судно, которое не будет отличаться от местных. Ну кроме парусов, конечно. Поэтому я дал согласие и выделил деньги. Попросил также дубовых плашек для ремонта продырявленных мною бортов. Сам корпус пока трогать не будем.

К Ритиной больнице подъехал к 17.00, в регистратуре сказали, что она заканчивает через полчаса. Оказывается, что она – Важинская по фамилии. Причём это девичья, она говорила.

Ближе к 18.00 она вышла из больницы в сопровождения того же коллеги. Что-то он начал меня напрягать. На эмоциях выскочил из машины и окликнул подругу:

- Ой, Вить, давно ждёшь?

- Да нет, недавно, давай в машину, - при этом я игнорировал мужчину.

Рита запрыгнула на переднее сиденье.

- Слушай, как чувствовала, сегодня пораньше освободилась. Ты надолго?

- Рит, если скажешь остаться, останусь на всегда.

- Ну так и оставайся.

- Куда править, моя королева?

- Вить, давай домой. Очень устала. Можно налепить вареников с картошкой, ты как? Не против?

- Обожаю вареники с картошкой.

Вечер прошёл у нас в семейной идиллии. Рита выключила сотовый, надоели звонки. Мы вдвоём, дружно налепили вареники. Потом Рита пошла в душ, а я жарил лук и помешивал вареники.

После сытного ужина я маслеными глазами поедал подругу и мечтал поскорее оказаться в постели.

Так пролетели три дня. Днём я мотался по делам, а ближе к вечеру встречал Риту. Что примечательно, тот хмырь перестал сопровождать её.

Как-то я не выдержал:

- Рита, а что, твой коллега каждый вечер провожает тебя?

- Вить, да ты ревнуешь? У него нет никаких шансов против тебя.

И девушка доказала это немедленно, так, что я долго вспоминал этот вечер.

Честно говоря, я бы остался с Ритой. Но очень беспокоился за своих. О чём и сказал ей.

- Рит, ну когда это кончится? Ты что единственный врач тут. Поехали со мной. Я разрываюсь между тобой и ребятами, которые ждут меня там.

- Витя, я тоже этого хочу, но не сейчас. Ну пожалуйста.

После её поцелуев я смирился с ситуацией.

В последний день заехали вечером в торговый центр, там я набрал для Анны всякого шмотья. Ну сколько можно её ходить в чужом.

С утра выехал обратно, после перехода через малый портал оказался дома.

Всё вроде тихо, никто не бежит навстречу с тревожными вестями. Забросил большую сумку в дом, пошёл искать народ. Женщины занимались хозяйством, Степаныч с эфиопом что-то сколачивал. Анна с Уго на охоте. А я вроде как лишний.

Ну и хорошо. Ополоснулся на речке, из леса вышли охотники. Тащат оленя, рога метут по земле. Ну, не барское это дело. Поздоровавшись, прошёл в дом и лёг. Что-то устал я. Через час зашла Анна. Судя по мокрым кончикам волос, мылась в речке. Я с интересом наблюдаю за ней. Она зашла за шторку, переоделась, в домашнее.

- Ань, как дела?

На моё удивление, сразу ответила:

- Корошо, как ты?

На этом познания в русском закончились. Я встал и перебросил ей увесистую сумку.

Смотреть как женщина перебирает обновки, это целое представление. Причём Анна, как и другие женщина начала их примерять и показывать мне, требуя оценку. Только не понятно, обновки или её в обновке.

Трусики и прочее нижнее бельё, правда, не показывала. Сразу прибрала, а вот камуфляжный костюм, спортивное, свитера и куртку заставила оценить. После ужина я поделился новостями. Рассказал Никандру, как будем переделывать нашу лодку.

С утра начали операцию – «Реставрация». Для этого, Степаныч соорудил такой мини стапель из брёвен. Мы с лошадиной помощью и чьей-то матери затащили пустой ушкуй. Сверху мужики начали сколачивать навес от осадков. Теперь начнём перебирать борта лодки, снимем гнилые и повреждённые.

Утром, Анна молча присоединилась ко мне, прямо как пятница у Робинзона Крузо. На сей раз повесил ей на плечо своё ружьё, а сам взял карабин. Ну раз таскается рядом, пусть хоть польза будет.

Сегодня нам было не до охоты. Я решил показать ей как стрелять из ружья. Медленно показал, как заряжать, как изготовить к стрельбе. Потом показал, как держать ружьё и вдвоём мы выстрелили. Первый блин комом. Она не прижала плотно ружьё к плечу и заработала синяк. Зато потом, она высадила по деревьям весь боезапас. Стреляла пулями. Силой заставил идти домой, она намеревалась пострелять также из карабина. Вся дичь на километры разбежалась от шума.

На следующий день, прихватил картонку, разрисованную под мишень. Ради интереса дал ей карабин. Вы не поверите. Ни одного молока, садила семёрки и лучше. Талант, ей богу. Дома показал, как разбирать и чистить карабин. Почистила, собрала и не выпуская из рук, просмотрела на меня. Ну что, делать. Пришлось подарить, заодно отдал разгрузку, запасные магазины и причиндалы для обслуживания. Такое ощущение, что брильянты подарил. На мгновение прижалась ко мне и утащила карабин в норку.

С этого дня она не спускала карабин с рук. Даже в туалет носит. Интересно, кто она такая. Поговорить нам удастся нескоро. Анна молчунья и предпочитает людям общество животных. Возится с лошадьми. И Байкал от неё не отходит. К моим не пристаёт, и на этом спасибо.

В последний раз мы вышли прогуляться, за одно поохотиться. Я с ружьём, Анна как обычно. Первым почувствовал неладное Норд, заволновался. Насторожился Зевс. Я дал знак приготовить оружие, стали продвигаться вперёд. Сначала послышал рёв, потом треск в кустах и на нас выкатились медведи. Один огромный, чёрный. Второй или вернее вторая, моя знакомица, которую я подкармливал. Она прикрывала собой медвежонка от матёрого самца. Тот грозно рычал и вставал в позу. Мать не отставала несмотря на разницу в весе, отчаянно сопротивлялась. Они на мгновение сцеплялись, потом мать опять пятилась, заталкивая потомка за спину.

Ну, надо помочь подруге. Заодно решим вопрос с мясом на некоторое время. Показал Анне цель, перезарядил ружьё на пулю.

- Дах, дах, это я отстрелялся. Самец обратил внимание на нас и попёр вперёд.

- Аня, давай, - вырвалось у меня. До него 50 метров и расстояние стремительно сокращается. - Ну что же ты?

Выстрел хлестнул, когда я уже думал куда падать. Собаки встали в круг, рвя глотки.

Куда это она ему. Медведь рухнул, как подкошенный.

Выдохнув, я перезарядился. Собаки уже рвали поверженного врага. Медведица испарилась с потомком, будто её и не было.

Готов, я на радостях обнял девушку и чмокнул в щёку. Сердце ещё молотило от стресса. Анна улыбалась, вот же выдержка. Один единственный выстрел и в яблочко.

Пришлось нам возвращаться домой и звать подмогу. Из туши вырезали самое деликатесное мясо и освежевали. А шкура знатная должна выйти. Забегу вперёд и скажу, что она пропала, не получился результат. Нет у нас опыта выделывания шкур.

А Анну с этого дня я стал выводить в лес. Вешать мишень и вспоминать, чему меня учили. Спалили за неделю цинк патронов, но за то я теперь уверен, что она не промажет. Ей очень нравился оптический прицел, могла через него часами наблюдать за лесом. А когда я показал ей, как вылезти на наблюдательную вышку и вручил бинокль – мы потеряли её. Приходилось звать на ужин. Она оборудовала там себе сидушку, и с утра залазила на пост. Если не позвать, будет сидеть там безвылазно. Только волшебное слово охота меняло всё. Охоту она любила ещё больше. В камуфляжном костюме и куртке. Нож на поясе, бинокль на груди и карабин за плечом. Вылитая амазонка. Интересно, у неё обе сиськи или одну отрезала для удобства стрельбы, как истинная амазонка.

Риту дома не застал, оставила записку, что отправили в командировку в район. Сложная обстановка, больше некому. Интересно Павку тоже воскресили?

Я с детства не понимал этот старый фильм про Павку Корчагина или «Судьбу барабанщика» с этой странной концепцией – Если не я то, кто же, кто же если не я.

Патриотично, наивно и глупо. Какие-то чиновники забыли прислать смену и теперь Павка призывает молодёжь сдохнуть, но дать дрова городу. Интересно, кто-то оценил этот поступок? Если я правильно помню, автор книги «Как закалялась сталь» и прототип героя – Николай Островский умер молодым в 32 года, нахватав болячек на своих подвигах. Слепой, прикованный к постели, он написал книгу, где призывал молодёжь последовать своему примеру. Бррр, это не ко мне.

Понимаю Риту, людские страдания и всё такое и готов потерпеть. Но всё равно, когда слышу от руководства – надо, кроме тебя некому, хочется сказать такому начальнику – готов, но вместе с тобой.

Пока рано, подъехал в оружейный магазин к Олегу. Попросил достать ещё два карабина с оптикой. Потом к воякам, договорился на два ящика семёрки и ещё одну каску нового образца.

Иван Аркадьевич ответил на звонок, сказал, что через месяц, не раньше придёт мой заказ. Проехал к кузнецу, заказал кольчужку для Анны, того же типа как у меня.

Ну, так как одному мне скучно здесь, забрал своё оружие и патроны и рванул назад.

Как дома хорошо. Попросил Степаныча, оборудовать утеплённую комнату на чердаке. Ну когда-то же я приведу свою женщину в дом. И шторка меня не спасёт, рядом несколько человек, включая юных девчонок. Поэтому мы начали затаскивать доски наверх. Степаныч вскрыл пол в районе печки. Комната будет над печкой, вокруг дымовой трубы и делить чердак на две части. Малая – это комната с выходом на крышу и наблюдательное гнездо.

Сначала Степаныч начал переделывать теплообменник, что бы наверх попадало больше тепла, когда печь топится. Потом мы сколотили большое ложе, где свободно поместятся несколько человек. Сбить стены заняло ещё день. Дальше установка дополнительного окна и утепление стен и крышы. Дверь тоже поставили крепкую, под стать остальному.

На этом остановились. Наступил октябрь, зарядили дожди. Крыша не подтекала и это замечательно. Наши лодки мы убрали, ушкуй стоит под навесом, ждёт своей очереди. Охотится стали реже, больше рыбачим. В хорошую погоду я седлаю Пробоя и выезжаю проветрится. Анна всегда со мной, собаки тоже. Они её уже считают членом стаи. Даже позволяют гладить и вычёсывать. В конце недели мы обязательно устраиваем баньку.

В тот мир я выхожу раз в месяц. Вот сейчас завёз оборудование в наш со Степанычем дом. В сложенном виде ящик на полтора куба. Отдельно – связка вёсел. Купил здесь старинную Зингеровскую швейную машинку с ножным приводом. Женщины изъявили желание шить, благо у нас осталась тёплая ткань. У Риты остаюсь на несколько дней в приезд, отношения стали ровнее, но я её ревную ко всем. Зимой забрал сюда в Арбаж, несколько дней пожили одни, отключили телефоны. Отсыпались, гуляли, мечтали о будущем.

Много говорили на интересующую меня тему. Жить на природе. Сейчас обстановка в мире очень тревожная. Народ в городе злой, агрессивный. Я боюсь за подругу.

В очередной раз приехал на Новый Год. Решил сделать сюрприз, приехал без звонка 30 декабря. По дороге купил всё к Новогоднему столу. Накрыл у себя дома стол. Приготовил свечи для романтической встречи. У Риты дома никого, значит на работе.

Поехал туда. В регистратуре сказали, что она ещё в гермоблоке. Сел в коридоре её ждать. Ждал долго, наконец показалась её фигурка, торопящаяся по коридору. На ходу одевает пальто. Интересно к кому это она торопится. Когда она пробегала мимо, захватил её и прижал к себе. Неожиданно она начала сопротивляется.

- Ритуль, тихо, это я. Извини, что напугал тебя. - Сразу успокоилась.

- Витька, ну что же ты меня так пугаешь. Пошли скорее - и она потянула меня на выход. Сев в машину, выдохнула.

- Рит, да что происходит. От кого мы убегаем? Что происходит?

- Вить, давай дома, ладно.

Ну дома, так дома.

Объяснил ей, что завтра отмечаем Новый Год у меня. А сегодня просто романтический ужин. Так что пол часа на попудрить носик и ко мне.

После бокала вина нам захорошело, Рита больше молчала. Ну а я любовался ею. Мягкий овал лица, таинственно мерцающий свет свечи, отражающийся в её глазах. Тонкая шейка, переходящая в притягивающую взгляд высокую грудь. Дальше мне из-за стола не видно, но воображение дорисовывает. Как же я её хочу.

Неожиданно в подъезде раздаётся шум. Топот ног нескольких человек, потом шум выше и удары.

Рита при этом изменилась в лице, потом закрыла лицо руками.

-Рита, да что происходит? Почему ты мне, своему мужчине ничего не рассказываешь? Этот шум имеет к тебе какое-то отношение?

Девушка закивала, не отнимая рук от лица.

Интересно девки пляшут. Через 10 минут раздался шум спускающихся людей. Выглянул на улицу. Там стоит полицейский луноход, из подъезда вышли три полицая, причём двое с укороченными калашами.

- Рит, ты банк грабанула или мэра города обидела?

Девушке не до смеха, сквозь слёзы она проронила:

- Ты почти угадал.

- Про мэра? Рассказывай, только упокойся пожалуйста. Давай ка выпьем этот божественный напиток, - и я разлил в бокалы виски на два пальца.

Вот, другое дело. На лице появился румянец.

- Вить, да рассказывать то особо нечего. Положили к нам одного прокурорского. Важная шишка там. Всё ничего, но запал придурок на меня. Сначала культурно дарил цветы с конфетами, потом деньги начал предлагать за секс. А ведь не молод уже, жена, дети взрослые.

А сегодня затолкал меня в каптёрку и облапал всю. Хорошо девочки увидели. Короче я на эмоциях отхлестала его по морде, нос даже разбила.

- Ну и правильно, надо бы добавить.

- Да ты не знаешь его, очень опасный тип. Обещал мне всякие гадости, если бы не девчонки, избил бы меня прямо в больнице.

- А сейчас видел - ментов прислал.

Я прокрутил ситуацию в голове.

- Рит, но ничего серьёзного он тебе инкриминировать не может. Хотя если ублюдок, способен подкинуть наркоту в сумочку. Хорошо, что сегодня ты у меня.

Да, моя мадам совсем расклеилась.

- Рит, слушай, так может сейчас и свалить из города. Давай со мной, там тебе боятся нечего.

- Вить, а работа, квартира?

- Рит, квартира пусть стоит, что ей сделается. А работать тебе уже не дадут. Надо пересидеть какое-то время.

- Ну не знаю.

- Зато я знаю. Пойдём, посмотрим, что с твоей квартирой.

Поднялся наверх первым, дверь прикрыта и наклеена бумажка. Замок сломан, били кувалдой – не аккуратно. Потом зашли с хозяйкой квартиры. Небольшой беспорядок в спальне и в зале выкинуты документы из серванта.

-Так, Рита, хватит сырость разводить. Объявляю операцию «переселение». Тащи все сумки, мешки и прочее. Будем упаковываться.

Сам, я спустился в машину. У меня в салоне всегда упаковка с китайскими большими сумками.

Сначала уторкали вещи, вышло три сумки, включая обувь и верхнюю одежду. Отнёс в свою квартиру. Потом пошла посуда и постельной бельё. Ещё две сумки. К 3 часам ночи квартира осталась практически пуста, только тяжёлая мебель. Я перетащил и кресла со стульями. Электротовары тоже перенёс, пусть у меня стоит. Через полчаса мы уже спали, крепко прижавшись друг к другу. Встали в 10 часов. Я дозвонился до знакомого мастера и уговорил его за двойную цену поменять у Риты дверь. Он приехал через час, выставил старую раму. Подогнал новую, железную и с моей помощью навесил дверь. Эта покрепче будет, ригели заходят с трёх сторон в пазы. Парой ударов кувалды вынести уже не получится.

Выезжать решили сразу. Вдруг этот придурок вычислит меня и прискачет с кавалерией сюда.

Мы брали всю одежду, постельное и кое-что из посуды. Заодно забрал ящик шампанского и сумку всяких вкусняшек, зря что ли покупал? Перенёс сумки в машину, сели на дорожку – ну, по коням.

В Арбаж въехали в 16.00. Пока ехали, я подготавливал подругу к переходу. Рассказал частично о том, что нам предстоит. Но, несмотря на это, с трудом уговорил трусиху подождать меня у портала.

- Рит, кто знает, вдруг встречу чужих около дома. А так, оставляю тебя здесь с вещами, охраняй. Я через сорок минут вернусь. Обещаю.