11
Дома было, слава богу, пусто. Загнал машину в сарай, закрыл всё и ходу. Перешли штатно, Риту придерживал и когда она потеряла сознание, мягко подхватил и отнёс в сторону. Пока перетащил вещи, она уже застонала.
- Вить, что за фигня. Я думала ты шутишь. И мы что, никуда не перешли?
- Подруга дорогая, сейчас мы перешли в другой мир. Это Земля тысячного года. Место тоже, а мир лучше. Так что поздравляю Вас.
Рита, опасливо осмотрелась.
- Да, заметно, лес какой-то дремучий.
- Рит, только идти надо. Уже скоро стемнеет, а нам ещё добраться надо.
Уже в темноте, усталые, я таки тащил пару сумок с самым ей ценным. Нас никто не встречает. Я же сказал, что Новый Год отмечаю там.
Только святая троица выметнулась нам на встречу. Облизали, обстучали хвостами, Байкал попробовал меня завалить в снег поиграться.
- Так, парни, ша. Дайте в себя прийти. Рит, пошли.
Вот, картина маслом. Заходим в дом, сумки сбросил в сенях. В комнате Валя с Азой что-то пекут, судя по запаху – пирог.
- Ритка, — это Валя увидела подругу и с визгом кинулась обниматься.
- Ритка, как хорошо, что ты приехала.
Всё, я своё дело сделал, надо с мужиками поздороваться.
Мужская часть толкалась во втором доме. Что интересно, явно уже отмечают наступающий праздник. Глаза весело блестят, морды раскраснелись, ну у всех, кроме Абуны. Он непонятно, как краснеет.
Единственная женщина в доме – Яна, тоже кашеварит и неодобрительно поглядывает на мужчин.
Мне тут же налили пол стакана водки, закусить дали пирожок с мясной начинкой. Мм, как хорошо.
- Народ, а что Яна злая, надо ей тоже поднести. Она тогда подобреет.
- Не, - ответил Уго, - не хочет, мы пробовали.
— Это вы не так предлагали, ну ка наливайте. Разлили водку по стаканам.
- Друзья, я хочу выпить этот тост, за нашу хозяйку, за лучшую кухарку, вкуснее чем она готовит я не ел.
- Яна, выпей с нами, не откажи.
Никандр переводил, кто не понял.
Яна разулыбалась, сразу превратилась в симпатичную мадам, осторожно опрокинула рюмку и замахала рукой.
- Ой, крепкая какая.
Ну, вот, совсем другое дело.
- Так, други, я пошёл, узнаю, как там дела. Вы тут одни не пейте. Скоро за стол сядем.
А дома была немая сцена. На чердаке, в моей новой комнате, я её ещё толком не видел, стояли две женщины, друг напротив друга. Анна зло смотрит на Маргариту, та тоже не собирается уступать. На кровати сидит испуганная Лина.
Чёрт, я и забыл про Анну. Теперь надо как-то разруливать эту ситуацию.
- Ух ты, какая комнатка получилась, — это я пытаюсь отвлечь их.
Кстати, комната в самом деле симпатичная, большая. Здоровенная кровать, вернее нары из досок и сверху шкуры. В ногах печная труба, дальше проход, по бокам много места. Стоит комод для вещей. Степаныч сколотил оружейную пирамиду. Большое зеркало сбоку, и меховые шкуры по стенам. Брутально, но уютно.
- Анна, как дела?
Та повернулась ко мне и слегка улыбнулась.
- Рит, пойдём вниз, я всё тебе объясню.
Спустились вниз, женщины хлопочут у плиты. Диля с Азой накрывают стол к празднику. А Валя пробует из кастрюли своё варево, хитро посматривая на нас.
- Валь, а что Анна делает в моей комнате, ей же осталась моя кровать.
- Вить, а она как вобьёт себе что-то в голову, иди переубеди. Ты уехал, так она переехала наверх. Только спит не на кровати, а на полу. Типа, без хозяина не хочет в кроватку, одна.
Офигевшая Рита недоумённо смотрит то на меня, то на подругу.
- Так, Рита, одевай куртку, пойдём наружу. Я введу тебя в курс дела.
На курс дела у меня ушло полчаса, успели замёрзнуть.
Я рассказал, как Анна попала к нам, как я спасал её и как она привязалась ко мне, навроде репья.
- Витенька, и ты хочешь мне сказать, что эта девица просто так около тебя трётся, ради твоих красивых глаз.
- Рит, мне нужна только ты. Но Анна очень странная, никого не слушает. Ходит за мной хвостом, но ни разу не пыталась меня соблазнить. А вот охотник из неё классный. Она освоила мой карабин, настоящий снайпер. Недавно спасла меня, напоролись на матёрого медведя. Я отстрелялся из ружья, а ему как мёртвому припарка. А та с первого выстрела уложила.
-Хм, - сразу успокоилась моя девушка.
- Ну тогда ладно. Но с нами она спать не будет.
- Так это и так понятно. Только я отдал ей свою кровать, сам мучался на лавке. А она устроилась на полу, рядом.
- Рит, пошли домой, холодно. Надо согреться.
В девять вечера сели за стол. За такой не стыдно пригласить человека.
Яна испекла оленину и кабаньи рёбрышки в меду. Был мясной пирог, тушёные овощи, ещё теплый каравай хлеба и различные соленья. Из спиртного вино для дам и нам водка. Ну водку пил только я и Степаныч. Остальные слабаки, мы говорили тосты, много смеялись.
В одиннадцать, убрали со стола. Народ занялся своими делами. Рита поднялась, стелить нам постель. Без пятнадцати двенадцать позвали народ за стол. Стояло несколько бутылок шампанского, сладости, орехи и засахаренные фрукты. По моим часам, открыли бутылки, разлили в стаканы и дружно прокричали – с Новым Годом. Бенгальские огни добавили праздника в доме. Ну, новогоднего огонька не будет, можно идти спать. Разобрав постель, а удобная получилась, я погасил керосинку и прижался к своей женщине. Приставать не стал, она сразу же уснула.
Встали поздно, проснулся от вкусного запаха, поднимающегося с низу.
- Рит, подъём, а то без нас всё съедят.
- Мм, ну скажи, чтобы оставили немножко, так хорошо здесь спится.
Ну пусть отдыхает, внизу завтракают женщины во главе со Степанычем. Рядом с им Валя, потом сидят девчонки. По другую сторону Анна, явно была на улице, лицо горит румянцем. На меня поглядывает с любопытством. Через 15 минут спустилась Рита, не утерпела значит.
Села рядом со мной. Я между двумя женщинами. Рита ещё вчера рассказала причину появления здесь, так что народ в курсе.
После завтрака мы с бойцами смотались с лошадками за оставшимися сумками. Рита захотела с нами. Ну Анна даже не спрашивала, просто пошла одеваться. Я посадил Риту на Пробоя, сам вёл за собой вторую лошадь. Прибыв на место, закинули шмотки на лошадей и быстро вернулись.
- Вить, а давай покатаемся, раз лошади готовы.
Я согласился, только на кобылу не было седла. Пришлось пристраивать потник, потом набросить шкуру. Обвязали ремнями, получилось не очень, но шагом идти можно.
Интересно, Анна стоит рядом и собирается бежать за нами.
- Рит, может вы вдвоём устроитесь. Она не отстанет, не мне же с ней ехать. Так мы и выехали с собаками. Когда лошади устали, мы слезли. Привязали у дерева, оставили Зевса на охране. А сами прошли вперёд.
Анна забрала у меня ружьё и сбила с дерева глухаря, как углядела?
Рита только взвизгнула от неожиданности, а потом уважительно посмотрела на охотницу. Назад ехали в таком же порядке. Значит на ужин будет птица. Готовили в обоих домах отдельно, кроме общих праздников и воскресенья. Поэтому обедали мы в утреннем составе.
- Валь, а наша Артемида здесь спала?
- Нет, она же наверху осталась. А на твоей бывшей кровати я теперь девчонкам стелю.
Я переглянулся с Ритой. Получается она на полу на чердаке спала. Вот чокнутая, что она себе вбила в голову. После ужина я маслеными глазами посматривал на Риту. Соскучился – сил нет.
- Вить, а как мыться. Бани то сегодня нет.
Так сейчас нагрею на плите и натаскаю сюда. По-быстрому со Степанычем выгородил полиэтиленовой плёнкой кабинку, рядом с комнатой. Проставил пару табуреток, и начал таскать воду. Сначала кадушку с холодной, потом уже кипяток. На охрану посадил Аню, поставил ещё греть воду для себя. Вернувшись, через двадцать минут, обнаружил Риту, поливавшую воду на голую Аню. Та, мыла свою роскошную шевелюру.
- Ой, Вить, хорошо что пришёл, принеси ещё воды. Я заставила её тоже мыться, а на такой волос надо много воды. Тащи ещё.
Блин, я так до утра буду греть воду. А планы на вечер у меня были совсем другие.
Наконец забрались в кровать.
- Вить, а пусть Аня в комнате спит, здесь теплее. Я на пол кинула нашу шкуру, что же она как собака в ногах. Она вообще, конечно, странная, но очень порядочная. В глазах нет хитрости, ты понимаешь?
- Ритка, я понимаю только одно. Что хочу тебя и мне пофигу, где будет спать Анна, - и я прижался к пискнувшей подруге.
Вначале мы пытались скромно не шуметь. Но когда я наконец-то раздел Риту и не выдержав, быстро вошёл в неё, все планы вылетели из головы. Мы боролись, катались по кровати. Меня покусали, исполосовали спину, уснули только через пару часов. Уже проснувшись утром, обнаружили, что Анны рядом нет. И мы, переглянувшись, рассмеялись. За завтраком охотница смотрела на нас и улыбалась. Этот момент снял неловкость ситуации.
Через неделю отпраздновали Рождество. Небольшой спор вышел у нас со Степанычем. Он уверял, что по старому стилю Рождество было 25 декабря. А я настаивал, что пусть будет по-новому. Потом разберёмся. Народу нужны праздники.
Валя приготовила рисовую кутью. На столе стояли орехи, мёд, сухофрукты и напитки из ягод. Яна испекла небольшие ржаные куличики. Из мяса – молодая кабанятина и гусь.
Никандр прочитал псалмы, я тоже нашёл что-то подходящее в молитвослове. Все прониклись, вечер прошёл хорошо. Это наше первое Рождество здесь, вместе. Так и покатилась наша с Ритой жизнь. Я стал практически женатым. Днём мы занимались нашим шлюпом. Он стоял на катках, на высоте полутора метров, рядом стремянка – залазить внутрь. Сверху навес от снега. Степаныч с Никандром копались внутри. Они уже заменили верхний пояс бортов, изуродованный пулями, на новый из привезённых плашек. Сейчас мы смещали место крепления мачты. В планах – построить надстройку на палубе, поменять уключины для вёсел на новые. Перебрать киль и приспособить груз для остойчивости. Рулевая тоже меняется. Новое перо и всё рулевое устройство меняется. Два продольных румпеля. Один кривой – для управления под вёслами и прямой под парусами. Это полностью легло на эту пару фанатов. Наша троица почти каждый день выбиралась в лес, поохотится или прогуляться. Раза два в неделю я брал и Абуну с Уго, тогда Риту оставлял дома. Мы устраивали марш-броски по лесу. Окрестности зимнего леса на несколько часов вокруг мы изучили. Поселений не находили. Один только раз заметили следы человека, прошлись по нему, упёрлись в замороженную реку и вернулись назад. Начало весны ждали с нетерпением. Надоел холод и высокие сугробы. Хотелось путешествий, чего-то нового.
На сторону я переходил только один раз по просьбе Риты. Она мне составила список необходимого из вещей. Также пришлось покупать лекарства. Рита доказала, что она не бесполезный член нашего общества. Несчастный Абуна, намочил ноги и прихватил жёсткую простуду с бронхитом. Так Рита выходила его за неделю. Но сказала, что нельзя так безответственно относиться к здоровью, нужно пополнить нашу аптеку. Между прочим, из вещей, в списке была одежда и нижнее бельё для Ани. Они, не сказать, что сдружились, а нашли общие моменты и спокойно сосуществовали. Рита поняла, что амазонка не претендует на моё тело, только помогает мне, и успокоилась. Анна спала с нами в комнате на топчанчике в углу и не мешала нашей семейной жизни. Когда я уходил с ребятами в лес и оставлял женщин одних, обе женщины после обеда спали вместе в одной постели. Просто спали…
Анна считала Риту слабой и неспособной за себя постоять и взяла ту под опеку.
А Рита, в свою очередь, помогала амазонке, почувствовать себя женщиной. Раз я застал их в комнате в одних кружевных трусах, крутящихся перед зеркалом. В этот вечер я доказывал свои чувства Маргарите особенно упорно и зрелище преследовало много дней.
Когда начал интенсивно таять снег, мы ускорили работы по лодке. Внутри всё было готово. Вкусно пахнущая деревом каюта на 4 спальных места. На носу вместительный рундук. Рулевое перо и новый киль ещё не вешали. Сначала обработка лодки перед сезоном. Наружный корпус уже подготовлен к покраске. Ошкурен, проверен на герметичность. Сейчас Никандр кистью, а Степаныч валиком наносят грунт. После него будут два слоя краски. Когда высохнет, вешаем киль с грузом и рулевое перо. И только потом спустим на чистую воду.
Лёд сошёл у нас уже в начале апреля. Торжественно с участием всего коллектива, включая Байкала, мы спустили тяжёлую лодку на воду. И когда она наконец закачалась на воде, я почувствовал неудержимое желание отправиться прямо сейчас в путешествие.
Ещё дней 10 мы доводили наше судно, делали пробные проплывы по нашей речке. Паруса непривычны нашему кормчему. Будущий экипаж уточнялся. Моя проблема в том, что я боялся брать с собой Риту. Она не очень приспособлена к туристическим условиям, да и нельзя ей. Похоже у нас через семь месяцев будет лялька. Так что она остаётся. Вопрос, кого оставить на охране. Если бы Анну, я тогда был бы спокоен. Но Аня наша основная ударная сила. За зиму она наловчилась уверенно поражать движущиеся цели на расстоянии до 600–700 метров. Могла и дальше, но тут в условиях леса много факторов сказывается на полёт пули. Результат, половина – на половину.
Пришлось натаскивать женскую часть коллектива. Степаныч с карабином, Валя неплохо стреляла из автомата, Яне – ружьё Степаныча, Диля и Аза в запасе.
С собой я брал автомат и ружьё, пригодится для охоты. Уго с луком, у Абуны только дротики из далеко летающего. Ну и у меня ещё ПММ под мышкой. Его я никому не светил, так сказать оружие последнего шанса.
В рундук сложили продукты, в основном крупу. Охотится и рыбачить будем по ходу. Туда же обменный фонд в виде железных изделий, цыганские иглы с нитками в наборе, немного стекла и пару простых зеркал.
С утра, после плотного завтрака, пообнимались с женщинами, я дал последние ЦУ и с богом. Оттолкнувшись от берега, мы сели на вёсла, Никандр командует.
Ушкуй идёт тяжелее предыдущей лодки, но и качка не чувствуется так. Вывернули в Шуван, наконец-то подхватили ветер. Аня заняла позицию на носу. Ей, я отдал вторую каску и кольчугу из пружинных колец, которую заказал для Риты. Периодически она посматривала вперёд в бинокль. Я, присел к Никандру. Уго с Абуной периодически выполняют команды нашего шкипера. К 3 часам подошли к нашему островку. Решили заночевать здесь, первый день плавания, немного устали. Никандр взял Абуну и пошли порыбачить. Эфиоп оказался фанатом рыбалки, из-за чего и пострадал зимой, когда рухнул по пояс в прорубь. Уго пошёл побродить по острову вместе с Анной. А я занялся костром. Дрова у нас свои из дома. Дождавшись сигнала, что есть рыбка, я порезал в закипевшую воду порезанную кубиками картошку. Туда же лук. Через полчаса овощи сварились. За это время я почистил несколько крупных сазанов, порубив их на куски, кинул в бульон. Еще 15 минут и рыба в принципе готова. Как последний штрих сунул в казан на пару секунд головню с костра для вкуса. Для этого же плеснул и немного водки из фляжки.
Всё, теперь можно снимать с костра и закутать в мешковину, пусть настаивается. А на костёр пошёл котелок с собачьей едой. Вон, оба лежат и внимательно наблюдают за приготовлением еды для них. Всё знают, всё понимают.
Запарить комбикорм и добавить копчёного мяса, на всё около часа. Остынет и можно давать, на два дня им хватит приготовленного.
Мы уже поели и сейчас ждём, когда чай дойдёт. Вечером прохладно у реки. Мы закутались в плащи, купленные в прошлый раз. Пора спать, дежурить не нужно, собаки надёжней человека. Анне отдал спальник, остальные примостились к костру на лапнике.
На третий день прошли деревушку, народ опять попрятался. Название Трусовка удивительно подходит для него. Лодка не знакомая, а может, наоборот, узнали и прячутся. Хотя, она покрашена в синий цвет, паруса чисто белые, без лишних обозначений.
К вечеру подошли на ночёвку к городку, где правит наш знакомец Симдян. Название ему я дал – Сытное, за то, что здесь у нас ни разу не было проблем. Высадились в сторонке, вытащили нос лодки на песок. Пока народ суетится, я пошёл в село. Охранник на воротах только махнул мне рукой. Симдян обрадовался нам, приглашал к столу. Есть я отказался, а вот стакан сбитня с удовольствием махнул. Договорились, что завтра с утра он подойдёт к нам. А сейчас я попросил продать нам свежего хлеба. За пару кун взял два каравая и связку сушёной рыбы. Овощей у них самих ещё нет.
Уго подстрелил пару худых весенних зайцев и получился знатный кулеш.
С утра я переговорил с Симдяном, договорились, что на обратном пути зайдём к ним и устроим торговлю. Попробовал прозондировать почву на предмет нанять здесь пару парней до Сувара и обратно, помогут грести и вообще. Староста заинтересовался. После того, как я подарил ему старый браслет Степаныча – тяжёлый из нержавейки, китайская штамповка с изображением драконов и прочих чудищ – Симдян предложил своих сыновей. Договорились, что я заплачу ему за них по 10 кун, за каждого. Судя по довольной физиономии, он меня где-то поимел. Скорей всего рассчитывает закупиться в Суваре.
А морду тебе вареньем не помазать? Хитрого мужика ограничил размером груза для них на обратной дороге.
В точку, сразу потускнел, предложил про деньги больше между друзьями не вспоминать.
Через полчаса подошли два паренька. Крепкие ребята – погодки лет по 18. С собой по заплечной котомке ножи на поясе. У одного лук с собой другой держит копьё в руке.
Познакомимся в дороге, время, надо выдерживать темп, чтобы не растянулось путешествие на месяцы.
Старший из парней, тот, который стрелок, отзывается на имя Петой. А младший – Габук. Ребята немногословные, уважительные и не ленивые. Правда мы с трудом понимали друг друга, но это не мешало им взять на себя обязанность собирать сушняк для костра, мыть казанок и прочую неблагодарную работу. Петой с Уго отлучались на охоту, благо, пернатых по берегам реки было полно.
Особым уважением у них пользовался Зевс, благодаря своим статям. И наша амазонка. Когда она из карабина свалила молодого лося с расстояния 500 метров с одного выстрела, они в изумлении смотрели на неё и её чудо-оружие. Уверен, думают, что сама богиня охоты спустилась на землю.
По Вятке мы идём четвертый день, скоро слияние с Камой. Попадались поселения по пути, но решили не останавливаться. Может на обратном пути.
На десятый день подошли к Джукетау, так называют местные город, где мы были в прошлый раз. Я не нашёл упоминаний о нём в интернете, подозреваю, что это город Жукотин. Задержались здесь только на один день, наша цель – Сувар. На знакомый нам рынок пошли вчетвером – наши новые помощники и мы с греком. Купили копчёного и вяленого мясо, сухофруктов и хлеба. Для нашей амазонки купил шикарный плащ изумрудного цвета, с капюшоном и красивой бронзовой застёжкой. Братья долго толкались по рядам. Договорились, что встретимся у лодки. Не удержались и купили несколько мясных пирогов в дорогу.
Братья вернулись через три часа, когда мы уже перекусили. Оба красные, младший что-то зло выговаривает брату.
Выяснилось, что все деньги, что отец дал на закупки, были у старшего. Ну их и подрезал ушлый воришка. Теперь у них ни денег, ни товара. Пришлось пообещать, ссудить им денег. После обеда Никандр сводил в город Уго с Абуной. А я взял Анну и собак, пошёл прогуляться по окрестностям, не удаляясь далеко от лодки. Когда я вручил Анне подарок, она в чувствах, прижалась ко мне.
Ну ладно, мне не жалко для своих. И приятно, чёрт побери. Она какая-то чистая и, к сожалению, наивная. Все эмоции наружу, нельзя от себя отпускать пока. В плане нашего общения наладился прогресс, Анна начала говорить короткими фразами и когда рядом никого не было, она спрашивала меня о всякой ерунде. Ну как, к примеру, ребёнок допытывается у отца - кто победит, лев или акула.
Так и сейчас девушку интересовало, а почему мы не едем на лошадях. Зачем петлять по реке. Кстати, она права. По прямой, между нашим домом и конечной целью – 314 км. А по реке, сейчас прикину, где-то 540.
Вернулись к лодке, когда увидел приближающуюся группку людей. Местный сборщик налогов пожаловал в сопровождении двух охранников. Я показал на пальцах, что ничего не продаю и завтра отплываем. Всё равно гад, содрал с меня 10 кун.
Наверное - налог на бездетность.
С утра отправились дальше, сейчас мы повернули на запад. Ещё дня три и должны выйти в Волгу. Один день мы выделили на отдых. Нашли приток Камы, прошли по нему несколько километров и остановились в удобном месте. Стрелки пошли на охоту, Никандр с Абуной занимались лодкой. Братьев я отправил по дрова. А сам взял Анну и пошёл вдоль берега, искать место для постирушек. Да и самим нужно помыться, уже пованивать начали. Нашли песчаную отмель. Сначала сам помылся с мылом. Девушка охраняла с карабином в руках. Простирнул нижнее и штаны с футболкой, натянул свежие трусы. Развесил на ветках шмотки и крикнул ей. Забрал карабин и устроился поодаль, посматривая на противоположный берег. Хотя смысла нет, собаки рядом, почуют вражину. Ну не стоять же рядом с голой девицей.
Через полчаса она подошла ко мне с кучей мокрого белья. Специально меня дразнит или не понимает. В одних трусиках, белоснежные груди - сосками, вызывающе смотрят вперёд. Мокрые волосы рассыпаны по спине. Улыбнувшись мне, развесила свои шмотки и села рядом, притянув к себе голову Зевса. Тот и рад урчать, предатель.
- Аня, так не надо, без одежды нам сидеть рядом.
Та непонимающе смотрит на меня.
- Тебе надо что-то одеть на себя, - и я показал жестом.
В ответ та прижалась к собаке, тем самым отгородившись от меня.
Ну типа послала. Какие тонкие у нас отношения.
Охотники притащили пять гусиных тушек и Уго завалил косулю. Отлично, заготовим сегодня мясо на несколько дней. Дружно почистили добычу. Гусей посолили и обмазали глиной. Костёр большой, прогорит, закопаем в угли. А косулю порубили на части, Никандр нарезал куски понежнее на жарёху. Остальное варить, будем доедать в пути. У собак праздник пуза сегодня. Кинул им немного свежего ливера. Сырое мясо почти не даю им, предпочитаю готовить им отдельно. Сегодня у них будет вдосталь варёного мяса с вкусными косточками. После толи обеда, толи ужина, оставалось много времени до захода, и мы говорили об окружающем нас мире. Вернее, говорил Никандр, а мы больше слушали. Потом я лежал, положив голову на Зевса и смотрел на небо, рядом пристроилась Аня. Какое оно огромное здесь, яркие звёзды усыпали бархат и ни одного мигающего огонька спутника или самолёта. К тишине я уже привык, только естественный шум природы.
На третий день вышли в Волгу. На Каме нам постоянно попадались встречные суда, но на величайшей реке континента движение как садовом кольце в час пик. К берегам жмутся рыбаки, встречные и попутные суда постоянно в пределах видимости. Попался раз крупный двухмачтовый парусник, явно восточный гость. Были и чисто гребные суда. На одном судне перевозили лошадей, судя по шуму.
Ещё день по Волге, и мы на месте. Для местных, наверное, это мегаполис. Издалека видно высокие белые стены, сначала пошли жилые посады и мануфактуры. Нещадно дымили мастерские, здесь не было рыбацких лодок, наверное, экология уже того.
Город нам открылся со стороны порта, нам издалека служка показал знаком куда причалить, содрал несколько монет и исчез.
Всё, приплыли. Все вышли на пирс размять ноги. У меня есть планы найти своего знакомого купца. Для этого, решили втроём, я с Анной и Никандр, взять сопровождающего и найти его дом. Здесь же в порту наняли тележку с осликом для поездки. Нам активно предлагались носильщики с носилками или по-местному - паланкин на несколько человек. Тащат это четыре дюжих мужика. Но как-то не удобно, когда тебя несут люди. Пусть уж лучше ослик потрудится. Возчик знал дом купца Балезина и запросил серебряную монетку, в итоге согласился на три фельса (местная мелкая медная монета), коммерсант хренов. Хорошо, у меня осталась местная мелочь.
Сразу за портом он свернул вправо, объяснил, что так быстрее. Ехали вдоль городской стены, потом начали петлять по городу. Нам было всё интересно, встречающиеся люди, конные экипажи и носильщики портшезов. Такое кресло с ручками, носимое парой носильщиков, где гордо восседал пассажир. Мы проехали мимо большой мечети, узкие улочки с лавками и выехали к внутренней стене города. Видимо это центральная часть, где находится резиденция правителя и живут буржуи. На воротах стояли два мечника, наряженные в доспехи красного цвета. Но наша повозка проехала мимо ворот и свернула на очередную улочку. В городе чувствовалось мусульманское влияние. Женщины закрыты паранджой, многие мужчины одеты в соответствующей манере. Халаты, на голове чалма. Улочки города узкие с глинобитными стенами. Вот и нас привезли к такому дому. Перед нами трёхметровая стена и калитка. Открыл нам старик, узнав, что к хозяину, попросил подождать.
Через пять минут нарисовался Балезин, собственной персоной. Меня принял как персону королевской кровь. Сначала облобызал, потом завёл в дом. Вернее, в сад. Моих спутников увели в дом, за них можно не беспокоиться. Меня усадили под разросшейся яблонькой, уже начавшей цвести. Хозяин усадил гостей на маты, роль стола играло возвышение, сантиметров 15. Две красавицы сноровисто заставили стол кувшинами с напитками, и вазочками со сладостями.
- Вик, как я рад, что ты добрался до нас. Надеюсь, что у тебя всё хорошо и путь был лёгок?
Через 10 минут взаимных реверансов мы перешли к делу. Оказывается, тот самый важный дядька, с которым я уже сталкивался, Альмас, если я не ошибаюсь, уже дважды, настойчиво справлялся обо мне. Так, что я прибыл очень даже вовремя.
Сам купец приглашает меня с моими спутниками быть гостями в его доме. Мы договорились, что мою лодку перегонят на личный пирс купца, который находится немного в стороне от городского. Для этого Никандр отправится с человеком Балезина и перегонят ушкуй. Пришлось мне поехать сними, собаки не пойдут не со мной. Путь назад был короче, через пол часа мы грузили все ценные вещи в повозку. Моих людей разместили в гостевом домике, а меня с Анной вместе в отдельном крыле. Как-то купец сразу определил наши особые отношения. Вечером, после сытного ужина, мы неторопливо беседовали с купцом. Меня интересовало местное устройство, его соответственно наше. Приходилось изворачиваться.
Меня уже известили, что через два дня меня очень жаждет видеть важный вельможа. Балезин рассказал про устройство их государства. Кое-что я узнал из Википедии, но многое от него. После победы над хазарами булгары прищучили местные балто–славянские и другие тюрко и финско– угроязычные племена, образовали Волжско-Камскую Великую Булгарию. Её правители своевременно переобулись в ислам и попали в орбиту арабской экспансии. Что удачно сказалось на их политико–экономическом положении. Восточные купцы не хотели напрямую торговать с северными варварами и Булгария оказалась на перекрёстке торговых путей. Суда приходили купцы из Скандинавии и северной Европы, а также с Руси и Грузии. А с юго-востока приплывали арабы, персы и купцы из Средней Азии, Индии.
Северяне везли железо, оружие, пушнину, мёд, воск, ткани. С юга везли фрукты, специи, шёлк, украшения, бумагу. И конечно расцветала работорговля. Но главный товар, который крутился здесь – это арабское серебро. В Европе с этим было скудно. Оборот серебра достигал 3 800 кг серебра в год. А сама Булгария поставляла пшеницу, рожь, овёс. А также рыбу, меха и изделия из железа.
В городах активно развивалось земледелие и скотоводство. Разнообразный ремёсла, кожевенное, гончарное и ювелирное. Но ведущую роль играла чёрная металлургия и обработка железа.
Так как разместили нас в одной спальне и кровать под балдахином тоже одна, мы с Анной разместились по краям. Я не испытывал к ней желания изменить наши отношения. Безусловно красивая и фигуристая женщина, но у меня перед глазами сразу возникало лицо моей Риты, её прекрасные глаза. Да и вела себя Анна немного странно. С одной стороны, она подразнивала меня, позволяя увидеть немного лишнего. С другой, ну не было от неё сексуального позыва. Поэтому мы дружно уснули после долгого дня.
Утром Балезин, узнав, что мы собираемся в город, выделили нам большую повозку с возницей. А также дал здорового раба в качестве грузчика и своего помощника с охранником. Помощника звали Мансур, молодой мужчина лет 30. С ним был восточного вида охранник в кольчуге и в коническом шлеме туранского типа. На поясе сабля, вид внушает, сразу видно, что мы важные люди. Решили ехать все, ну кроме собак конечно. Их я оставил в доме, наградив мослами с кухни.
Вначале я попросил Мансура съездить, посмотреть на нашу лодку. Стоит, красавица. Притёрлась к двум судам побольше. Рядом сидит охранник. Никандр проверил лодку, всё на ней в порядке.
Потом естественно поехали на рынок в продуктовые ряды. Оставили возчика с повозкой и пошли по рядам. Выбор богатый, хорошо, что плотно позавтракали. Наглядевшись, взяли много сухофруктов, вяленое мясо и сушёную рыбу в дорогу. Прикупили немного крупы, больше брать смысла нет.
Из вещей каждый выбирал сам. Я роздал по десятку серебряных дирхемов. У менялы разменяли меди. Мансур подвёл к знакомому, переговорил с ним и предложил поменять здесь.
Я с Мансуром, Анной и охранником пошли в кожевенные ряды. Никандр взял остальных и повёл по лавкам. Мне понравились кожаные крепкие сандалии. Качественные на вид, Мансур покрутил в руках и кивнул. Взял всем, даже женщинам. Летом очень удобно. Мешок передал рабу, который плёлся за нами. Понравилась сумка из плотной кожи, будет удобно носить в неё ценные вещи. Как экзотику, взял несколько летних плащей разного цвета. По моей просьбе Мансур завёл нас в ювелирную лавку. Я понимаю, что он водит нас по знакомым и поимеет навар, ну и пусть. По крайней мере нам не подсунут гнильё, да и скидку по цене делают. В лавке затейливая продукция из меди и бронзы, дальше на прилавке серебро и золота с камушками. Некоторые изделия не понятны мне по назначению.
После поиска взял для Риты очень красивые, витые серёжки с камушком. Сделаны из серебра. Вроде ничего особого, но притягивают взгляд и думаю подойдут к её глазам. Посматриваю на Аню, оглядывает предметы, но без фанатизма.
Ничего я не понимаю в женщинах, любую другую было бы не оторвать от украшений. А эта, так – любопытствует и не более.
Попался мне на глаза симпатичный наручный браслет. Тонкие кожаные ремешки перекручены с золотыми цепочками, смотрится стильно. Расплатился и мы вышли на улицу.
Заканчивали шопинг в оружейных рядах. Встретились там с нашими, шли нагруженные. Особенно два брата-акробата. Набрали железа, судя по тяжёлым мешкам. Я же присмотрел себе саблю. Лёгкая, без лишних украшений. Судя по рисунку на лезвии, имеет отношение к булату. Серое со струйчатым узором, прямые линии чередуются с волнистыми. В лавке кроме режущего оружия ничего больше не продаётся. Мечи и сабли. Пожилой хозяин спокойно смотрит на нас, чувствует себя монополистом.
Взяв выбранную мной саблю, мастер щёлкнул ногтем по клинку. Раздался чистый и долгий звук. Потом я прямо обалдел. Хозяин положил клинок на голову и взявшись аккуратно за концы, согнул его так, что коснулся ушей. Затем опустил и показал, что клинок вернулся в исходное положение, такой же прямой. Дальше цирк, бросил тонкий шёлковый платок на лезвие и соскользнув по нему на пол упало две половинки. Разрубание гвоздей завершило выступление. Мне опять продемонстрировали идеальную заточку лезвия. Хозяин говорил, а Мансур мне переводил, оказывается это знаменитый индийский булат. Рукоять и ножны были эффектны, но не производили впечатление роскоши. Судя по лицу нашего сопровождающего, сабля очень крутая. Я ещё покрутил её в руке. Не такая она и лёгкая, но лежит в руке отлично и мне понравилась. А вот цена совсем не понравилась. Торговля началась с непристойной суммы в 150 дирхамов. После ожесточённого сражения удалось сбить цены до 90 серебряных монет.
Я даже проверил, хватит ли мне налички. Хватила, но впритык. Вышел я гордым обладателем статусного оружия. Вот только пользоваться не умею. Надо Никандра попросить, он предпочитает меч сабле, но хоть начальные позиции пусть покажет. А то носить опасно, могут и отобрать. Без денег гулять неинтересно, поэтому погрузились в повозку и поехали домой.
Вечером мы снова вдвоём сидим с купцом.
- Слушай, Балезин, я хотел бы продать кое-что, предложить вашим достойнейшим купцам. Как считаешь?
Есть контакт, сразу встал в позу охотничьей собаки.
- Если ты, уважаемый, говоришь про то зеркало, что привёз в прошлый раз, то предлагаю тебе пока не торопиться. Завтра мы идём к уважаемому Альмас-ходже и думаю, что он даст тебе достойную цену.
- Отлично, тогда разреши преподнести тебе подарок, и я достал из сумки небольшое, карманное женское зеркальце. Его я экспроприировал у Риты на благое дело. В серебристом пластиковом корпусе, с защёлкивающейся крышкой.
- Точно такое изготовили для любимой дочери моего правителя. Очень удобно носить с собой, - и я продемонстрировал, как его открывать и даже рассмотрел прыщик у себя на носу.
Купец с благодарностью забрал подарок.
- У меня тоже есть для подарки. Мы завтра идём к важному человеку, и я хочу подарить тебе одежду, достойную такого события.
По его знаку два слуги внесли одежду.
- Разреши, слуги помогут тебе переодеться.
Прикольно, халат и шаровары.
В другой комнате я разделся до исподнего и меня начали наряжать. Две шёлковые рубашки, разного цвета, синие шаровары. На плечи накинули парчовый халат с золотым шитьём и повязали роскошным малиновым кушаком. Не хватает только белой чалмы.
Зачем подумал, на голову намотали чалму голубого цвета. Эх, большое зеркало бы сюда.
- Ну вот, теперь, Вик, ты выглядишь достойно своего положения. А это твоей женщине, - и служанка принесло женское одеяние. Что-то оно очень уж воздушное.
Там я и пошёл в спальню, в новом одеянии. Слуга нёс мою старую одежду, а служанка женскую одежду.
Анна сидела в подоконнике и скучала. Меня сначала не узнала, рука рванула к ножу.
- Аня, вот меня переодели, теперь твоя очередь.
И я сделал знак служанке помочь. Сам вышел из комнаты. Ждать пришлось долго, наконец служанка вылетела из комнаты. Чего это она?
В комнате стояла незнакомая женщина, вернее смутно знакомая. Лицо Анны, только злое. На ней очень даже симпатичное одеяние восточной одалиски из гарема. Описать такое мне очень трудно, я таких слов не знаю. Полупрозрачное золотистое нечто сверху, ну пусть будет – блузка. Изумрудного цвета другое нечто стекало со спины и подхватывало грудь, выделяя симпатичные полушария. Снизу юбка, ну хоть одна знакомая вещь из ярко красной воздушной ткани и пояс, золотого цвета, охватывающий талию и стекающий спереди между ног. Завершало это чудо мягкие туфельки.
Я с удовольствие рассматривал девушку, попросил покрутиться.
Ну что я могу сказать, цветовая гамма на мой взгляд не совсем подходит Анне. Но в это время любят яркие краски. А задумка хороша. Наряд вроде целомудрен, но заставляет быстрее биться сердце. Симпатичные полушария и контраст развитых женских бёдер и тонкой талии. Красивая женщина. По моему лицу Анна что-то поняла и заулыбалась.
Потом настал её черёд, она с любопытством принялась крутить меня и восхищённо цокать. Один – один, ничья.
- Ань, завтра я иду к важному человеку, хочешь пойти со мной?
Женщина покатала мои слова в уме, убедилась, что правильно поняла и кивнула.
- Тогда нам придётся вот так одеться.
Анна сморщила носик, и обрадовала меня, что согласна помучаться.
С облегчением разделись и улеглись спать.
С утра слонялись по дому, ожидали транспорта. И только после обеда за нами пришли. Мы, не торопясь оделись, а чего они. Мы ждали, и они подождут. Нарядившись в новое, я взял только подарок в маленькой сумочке и на всякий случай под мышку сунул Макарова. На пояс естественно новую саблю, с другой стороны, нож.
Нас разместили в большом паланкине. Я с Анной и напротив наш хозяин. Несли четыре раба, а спереди и сзади по два вооружённых воина.
- Вик, если хочешь, я попрошу и нам покажут внутренний город, советую посмотреть.
Ну мы, конечно, не отказались. Скоро прошли охрану и попали в элитную часть города. Мощные каменные стены отделяли её от остального города.
Наружные стены Сувара оказывается были не каменными. Они состояли из дубовых срубов, заполненных землёй. И снаружи покрыты глиною и покрашены в белый цвет. А внутренние действительно сложены из камня. Центром здесь была большая мечеть, самая большая в регионе, с громадной площадью, покрытой брусчаткой. От площади веером начинались улицы. Торговые перемежались с жилыми. Дворец правителя являл собой большой двухэтажный дом с греческими портиками. Мы издалека поглазели на него и поехали дальше. Нас ждал в своём доме Альмас-ходжа.
Поскромнее, конечно, но я бы не отказался от такого. Сразу видно, знатный вельможа. Весь в зелени, сначала шёл небольшой садик, потом нас мягко опустили на землю у входа. Встретил нас представительный мужик в пёстром прикиде. Что интересно, что купца сразу увели в сторону и больше мы его в доме не видели.
Нас провели в большую комнату, два больших окна давали много цвета. Естественно, никаких диванов и стульев. Пришлось устраиваться на мягком возвышении. Перед нами накрытый стол, различные напитки, сладости и печенье. За нами стояли слуги и по нашему знаку наливали нам напитки. Через десять минут наконец вошёл Альмас-ходжа.
- Извините, меня внезапно вызвал эмир. Как Ваше здоровье, как Ваши дела, уважаемый Вик?
Следующие 5 минут мы обменивались любезностями. Потом наслаждались угощениями. Альмас с интересом расспрашивал нас о путешествии, я изворачивался и уводил разговор в сторону. В свою очередь я интересовался обстановкой в стране. Разговаривали мы через переводчика. Чернявый парнишка, вероятно грек, очень хорошо говорил на славянском.
- Вик, я очень благодарю тебя за тот подарок, что ты привёз моему правителю. Очень вовремя я вручил его эмиру. И сейчас я, по его поручению, хочу договориться об обмене миссиями. Мы с удовольствием примем купцов твоего господина, а также наши купцы откроют дорогу к вам.
Вот это попадос. Доигрался дорогой в свою дипломатию, ну и как выкручиваться теперь. Блин, не поймут же отговорок. Если только надавить на религию, типа вера не позволяет, как-то так.
- Уважаемый Альмас-ходжа. Боюсь, что это трудно будет сделать. Дело в том, что мой дож и датский конунг властвуют в морях. Считается, что вы используете труд христиан- рабов и вера запрещает нам торговать напрямую с мусульманами.
Фух, вроде выкрутился.
Вельможа задумчиво перебирает можжевеловые чётки.
- Да, да, я слышал об этом. Жаль.
- Уважаемый Альмас-ходжа. А какой товар вас интересует, может быть, я могу помочь?
- Не знаю, впрочем. У нас есть всё, со всего мира к нам приходят караваны. Арабы с юга привозят серебро и специи. С Востока – фрукты и ткани. С севера железо, рыбий зуб и меха. У нас есть всё. Но мой эмир хочет получить канал снабжения вашими зеркалами. Это чудо он готов покупать за любые деньги.
- Понимаешь, Вик. У нас на Востоке очень важно владеть статусной вещью. Ну которая есть только у тебя. Мой эмир подарил нашему правителю чудесное зеркало. Многие важные люди поразились ему и хотят иметь такое у себя. И они очень настойчиво ищут, где их купить.
- Ясно, я понял Вас, уважаемый. Тогда мне нужно знать какие размеры и какой оклад для них сделать. Ну рамка – бронза, серебро или золото.
- Вик, нам главное само стекло, обрамление сделаем любое. У меня несколько ювелирных мастерских.
- Тогда может нам возить только стекло, а потом у Вас делать оклад конкретно для человека. И здесь я, наверное, могу помочь. У моего отца стеклодувная мастерская и он может понемногу снабжать нас.
Мой собеседник прямо расцвёл, вот что делает возможность хорошо погреть руки на госзаказе.
В течение полу часа мы обсудили количество, размер и оплату поставляемой продукции. Я обещал вернуться в начале осени.
Под конец я преподнёс ему подарок – зиповскую зажигалку. В городе попался мне сувенирный магазин, где продавали фирменные зажигалки в эксклюзивном исполнении. Так и эта, была с позолотой и растительным орнаментом. Я показал, её работу. Собеседник только засверкал глазами и с восхищением крутил её в руках. Вручил также бутылочку с бензином, показал, как и когда доливать.
Отдарился тот роскошным ожерельем для моей спутницы. Круто, драгоценные камни на золоте. Примерил девушке, поблагодарил и мы расстались. Тот же паланкин ждал нас на выходе. Только охрана сменилась, другие нас сопровождают.
Фух, устал от этих экзерсисов. Я погладил Анну по руке, она мучалась в непривычном одеянии. Зато на груди роскошное ожерелье.
Когда пересекли уже в темноте границу внутреннего города, внезапно, мы полетели на землю. Я запутался в тряпках и в своей сабле. Дело то швах, снаружи слышен звон оружия, хриплые крики и чей-то стон. Прямо перед моим носом свистнула сабля и прорезала ткань нашего транспортного средства. Затем в разрез сунулась усатая страшная морда и разглядев меня, с радостным воплем, вражина нацелил саблю мне в лицо. Я даже испугаться толком не успел, когда меня отбросили в сторону и по его руке полоснул кинжал. Рука тут же исчезла, зато ткань прошила сабля и ударила рядом со мной. Застонала Аня, суки, да что же это. Еёстон сбросил с меня оцепенение, я нырнул правой рукой под халат и вытащил пистолет. Передёрнув, прямо через стенку начал стрелять. Какие приятные звуки стонов и падений тел. Наконец выбравшись из разваленного паланкина, увидел два силуэта, оба в плащах. Каждому по двоечке, чтобы больше не гадили. Моя охрана с носильщиками лежат в разных позах. Нападающих шестеро, было шестеро.
Чёрт, Аня. Я рывком доломал носилки. Резанная, глубокая рана в районе ключицы, много крови. Сорвал пояс и туго забинтовал, подложив платок на рану. Девушка без сознания, я положил голову себе на колени. Слава богу, кто-то бежит. Из переулка выбежало трое стражников. Сразу кинулись к нам. Что бы не вышло недоразумения, выпростал с шеи охранный фирман, ну что получил в прошлом году от Альмаса.
- Альмас-ходжа, Балезин, - повторил я несколько раз. Дошло, один убежал, двое стали переворачивать тела.
Через пол часа нас доставили в дом купца. Я сам нёс Анну на руках. На вопросы отвечал потом, всё потом. Только Никандру скомандовал тащить мой походный рюкзак и приготовить горячую воду. Встревоженного Балезина попросил выделить мне чистую комнату со столом и побольше света. Нам показали комнату рядом с кухней. Знаком попросил помыть с мылом большой стол. Анечка очнулась и смотрела с беспокойством за моими приготовлениями.
- Вить, что там у меня?
- Резанная рана, сейчас посмотрю. Но мне кажется - не тяжёлая, кровь я остановил. Пока девки шустрили с мытьём, Никандр принёс мой рюкзак. Я достал плотный пакет с походной аптечкой. С последнего раза он увеличился в размерах. Мои женщины научили меня оказывать минимальную скорую помощь, в том числе зашивать раны, ну теоретически, конечно. Дрожащими руками потрошил содержимое. Умница Рита разложила по назначению лекарства. Вот пакетик с надписью её красивым подчерком - "при ранениях". Так, что тут у нас. Антисептики, антибиотики, понятно. Одноразовые шприцы и местная анестезия. В стерильных пакетиках медицинские иглы и шовный материал. Так, надо успокоиться.
Наконец тётки свалили, мне принесли горячую воду. Я с Никандром устроил Аню на столе. Вся красота наряда испорчена. Блузка в крови, пришлось срезать. Роскошное ожерелье, подаренное Альмасом, разрублено и держится на ниточке. Да и бог с ним, красивее куплю. Намочил тряпочку спиртом и начал протирать место ранения. Рана кровоточит, блин, ну я же не хирург. Руки начинает потрясывать. Попросил принести стакан вина. Подложил Ане под голову валик. Приподняв ей голову, стал заливать вино. Аня кривится, но пьёт. Хорошая девочка.
- Вить, я вижу, там ничего серьёзного. Завяжи потуже и всё.
- Аня, тогда останется широкий в палец толщиной шрам. Да и может загноиться. Ты не бойся, я буду очень осторожен.
- Никандр, помоги помыть руки. Помыл сам и заставил его. Разложил инструменты. Кетгут положил в спиртовой раствор йода. Иглу тоже туда. Так, как учила Валя. Сначала промыть рану.
Оголил левое, пострадавшее плечо. Закрыл её грудь, что бы не смущала. Растолок две таблетки антисептика в стакане воды, попробовал промывать, но Аня зашипела.
Да, вот идиот, надо обколоть анестезией.
- Потерпи девочка, я сейчас.
Открыл упаковку со шприцом, набрал новокаин. Больше страдая сам, начал обкалывать по краю раны. Когда Аня перестала болезненно реагировать, добавил два укола в саму рану.
Фух, легче самому терпеть. Подождал 5 минут и начал промывать рану антисептиком, вымыл от остатков ткани и ниток. Длинная резанная рана сантиметров восемь, глубиной в сантиметр, начинается от плеча и спускается на грудь. Хорошо не затронуло самое интересное, грудь не пострадала. Помогло ожерелье, немного защитило.
Но рана достаточно глубокая, Валя говорила, что в таких случаях надо зашивать послойно, сначала мышцы, потом кожу, потому что они двигаются по отдельности. Рано слегка кровит, я промакиваю её, определяя как буду шить.
Придётся звать Никандра. Позвал его, вручил пару стерильных перчаток и одел сам.
Аня с испугом смотрит на иглу в моих руках.
- Красавица, а у меня есть подарок для тебя. Будешь хорошо себя вести, дам сегодня. Договорились?
Другое дело, заулыбалась и закрыла глаза.
Так, начнём с мышцы. Показал Никандру как сжимать края раны, чтобы мне легче было шить. Посмотрел наверх, призвал товарища с верху помочь и начал работу. Подтянув осторожно кетгут, протёр зашитую мышцу антибиотиком, обработал края раны йодом и начал шить верхний слой. На сей раз шов получился аккуратнее. Может пора работу менять?
Осмотрев свою работу, решил, что вроде ничего не забыл. Протёр опять раствором йода, наложил тампон и забинтовал плечо. Получилась повязка на всю грудь.
Так, теперь осторожно несём в комнату. Вот сюда, к окну. Аня бледновата, но смотрит бодро. Так, все вон. Секунду, нужен горячий бульон. А мне всё равно, где вы его возьмёте.
Наконец мы одни. Я скормил подруге две таблетки антибиотика. Лоб немного горячий.
- Витя, а себя хорошо вела, - измученно улыбнулась девушка.
- Замечательно.
Достал браслет, что купил её вчера в ювелирной лавке и застегнул его на здоровую руку.
- Красивый, спасибо.
Я чмокнул её в лоб и вышел на кухню. Где там мой бульон.
Накормив Аню, сам тоже похлебал его. Проверив заснувшую девушку, лёг рядом с нею. За ночь просыпался несколько раз, проверял, не появился ли жар. Утром проснулись поздно, я сразу дал ещё таблетку антибиотика и спустился вниз.
Меня встретил Балезин, начал расспрашивать.
- Вик, Альмас присылал слугу, сказал, что приедет после обеда. Он очень обеспокоен этим нападением. Спрашивал, чем помочь.
- Да всё нормально, моя женщина пострадала, надо бы отнести ей завтрак. Хотя, лучше я сам отнесу.
Я собрал наших и рассказал о случившееся. Приказал пока не выходить из дому. Если надо что, попросим помощника купца.
Проверил состояние пореза. Немного воспалён вокруг шва, но температуры нет.