«Я ношу этот терновый венец, сидя на троне лжеца,

Полный разбитых мыслей, которые мне уже не исправить.

И ты бы могла заполучить всё – Мою империю грязи.

Но я тебя разочарую. Я причиню тебе боль.»

Hurt (с) Johnny Cash

– Можем сделать перерыв… – с участием предложил Бари.

 Я молчала уже минут десять, глядя на тлеющую сигарету, снова и снова прокручивая в голове события последних двух месяцев.

 Когда ко мне пришла мысль о данном интервью, я думала, что если выговорюсь, сброшу груз, на душе станет легче, я освобожусь. Боль, пусть не сразу, но уйдёт. Однако с каждым очередным словом, с каждым оживающим воспоминанием, становилось лишь хуже. Наверное, это справедливая цена за переосмысление и, в каком-то роде, взросление. Если бы я только знала, к чему в итоге приведёт выбранный мною путь. Если бы я только знала…

– Лора, ты в порядке? – Флеминг встал со своего места, перегнулся через ноутбук и забрал у меня догоревший окурок.

 Я подняла на мужчину мутный взгляд, искривлённо улыбнувшись. Главное не терять лица!

– Разве ты где-нибудь видел, чтобы хит обрывался на кульминации?

 Бари отрицательно качнул головой и сел обратно. Но когда я открыла рот, чтобы продолжить, его мобильный зашёлся попсовым рингтоном. Выудив смартфон из кармана, журналист уставился на дисплей таким взглядом, словно ему звонили с того света.

– Кажется, это тебя… – похолодевшим голосом произнес мужчина, показывая телефон.

 На ярком экране мигало имя моего мужа.

– Ответишь?

– Мы уже сказали друг другу всё, что могли! – уверенно заявила я. – Просто сбрось!

– Как скажешь, – кивнул журналист, выполняя просьбу.

 Спустя пару секунд телефон зазвонил снова.

– Настырный, – с досадой заключил Флеминг.

– Это же Алан, мать его, Харди. Он не привык к тому, что кто-то может его игнорировать.

– Хочешь, я спрошу, что ему нужно?

 Я чуть повела бровью, растягивая губы в уничижительной улыбке.

– Я и так знаю. Ведь сейчас начнётся самое интересное, то самое разоблачение…

– Лора, если мы ему не ответим, он раздобудет адрес в редакции и примчится сюда!

 Я заметила, как плечи собеседника передёрнуло. Флеминг боялся Харди, несмотря на то, что всегда вёл себя, словно страх ему неведом. Видимо сегодня, поджилки папарацци таки не выдержали. Ещё бы… Прежде журналист выезжал на сюжетах средней паршивости, торгуя провокационными снимками, что рано или поздно всё равно повсплывали бы в сети. Моя же история являла собой настоящую бомбу! При желании я могла сорвать приличный куш, ведь информация, которую мы с Бари собирались обнародовать, подрывала репутацию Алана куда больше, нежели гулящая жена. Однако дело было вовсе не в деньгах и даже не в попытке восстановить справедливость. Я хотела, чтобы Джеймс узнал правду! Даже если это произойдёт не сегодня, даже если он не сможет меня простить. Я не предавала его! Я никогда не предавала нас…

– Лора, так что мне делать? – потерянно проскулил Флеминг, вертя в руках трезвонивший мобильный.

– Выключи его или я найду другого журналиста, – непоколебимо потребовала я.

 Бари понимающе кивнул, затем сделал глубокий вдох и, вопреки опасениям, демонстративно вытащил из смартфона батарею.