Возникла резкая усталость, отчего я даже покачнулся, а в голове заломило. Тем не менее это не сбило мою концентрацию.

Первая мысль: ничего себе девки пляшут… Это каким образом Система на таком расстоянии даже расовую принадлежность врага определила? Неужели благодаря Оку она видит то, чего пока не вижу я? Еще и энергию без моего ведома способна «извлекать»… Это настораживало. Даже слишком.

Вторая: гноллы… Собакоголовые. Я сплюнул наземь. Доводилось пару раз сталкиваться с этими чертями немытыми. Это конечно не волколаки, но тоже те еще блохастые псы на двух ногах. Сильнее и быстрее обычных людей.

Третья мысль, уже досадная: как знал, что нужно ускорять подготовку ополчения, но не думал, что беда придет так скоро… Да и что ополчение? В чистом поле против наемников-нелюдей вчерашние крестьяне ничего не смогут сделать даже с утроенным перевесом в численности. Тут не в обучении дело. Разные весовые. А вот укрепленный частокол… Нет, все-таки я правильно сделал упор на защиту. Нужно только поднажать и успеть все закончить.

Пока повсюду в деревне слышались охи и вдохи, а кто-то даже засобирался бежать, взбирая на себя скудный скарб, я напряженно размышлял.

Наконец определившись со своими дальнейшими действиями, я подозвал Марко и приказал ему всеми правдами и неправдами погасить назревающую бабскую истерику и успокоить людей. Лорд не собирается никуда бежать. Так чего народ так рвется собирать клещей по лесам и сусекам, даже не выслушав, есть ли у меня план или нет? Разрешил применить силу к особо буйным и трусливым жителям. Панику разводить сейчас ни к чему.

Итак, что мы имеем?

Сходил в кузницу и посмотрел на выкованный к этому времени арсенал, лежащий в сарае под замком. Копий хватает, луков тоже десяток наберется, стрел достаточно. Не хватает щитов. За это время нужно будет настругать самых примитивных и по минимуму укрепить железом.

Вспомнил про Файгера. Тот уже в камин не помещался, обычно дрых целый день на углях и руде, высыпанной рядом… Боевая единица из него пока так себе. Щенок от мира драконов, слишком мал и неопытен для настоящей битвы, — это с одной стороны. С другой — его шкуру просто так уже не прорежешь и не пробьешь. Однако если кто ударит дробящим оружием… Нет, все же этот козырь нужно беречь до последнего, как зеницу ока. Да и что, мы разве собираемся идти в ближний бой с гноллами? Это станет чистым самоубийством для местных. Даже я больше двоих в прямой стычке не осилю.

Обернулся и глянул на северную опушку леса. Лояльность эльфийских сестер замерла на отметке сорок три. Даже за половину не перевалила. Однако, боюсь, без них… Как бы мне этого не хотелось, но нужно переступить свою гордость и пойти на поклон. Я себе не прощу, если максимально не повышу наши шансы.

Издалека всмотрелся в суровые и взволнованные лица мужиков, по моему указу собравшихся неподалеку. Часть из них по-прежнему бросали на меня взгляды, полные надежды, другие же — были напуганы до усрачки. Думаю, все же не так как в ночь нападения волколака, но близко.

Два дня… У меня всего два дня, чтоб превратить эту кучу страха в организованное сопротивление. И параллельно успеть заручиться поддержкой эльфийских сестер. Их умение стрельбы из лука может оказаться нашим главным оружием против варваров-ветеранов.

…

Двадцать четыре часа пронеслись как один миг. Я почти не спал, ибо предупреждение Системы висело в сознании постоянной давящей тяжестью.

Гноллов оказалось даже больше, чем я думал.

Один из деревенских охотников по моей просьбе, подкрепленной серебром, успел сходить в разведку. Он не только подтвердил, что отряд наемников снялся с места и двинулся в сторону деревни, но и их численность: порядка тридцати воинов.

Против тридцати с чем-то перепуганных, но озлобленных мужиков с вилами, копьями, да нескольких крепких женщин, коим можно дать исключительно луки. Кроме пятерых охотников, попасть в подвижную цель остальные смогут разве что с двадцати шагов и то не факт. Плюсуем еще малыша-дракона, которого я все же решил вывести в свет, чтобы существенно поднять всем боевой дух. Это сработало, и слава легиону, что деревенские пока не подозревают, что Файгер, по-хорошему, готов был сражаться разве что с куском кварца или железной руды.

Я невольно вздохнул, застыв на самой высокой точке укрепленного частокола. Помимо упражнений с копьями и луками, все население деревни, из тех, кто не успел за это время собрать манатки и улизнуть в лес, занималось как-раз-таки строительным работами и укреплением частокола.

Если смотреть с внешней стороны: ограда теперь выглядела вполне приличной, два метра в высоту в самой низкой точке, да еще ров с парочкой неприятных и заостренных сюрпризов. Ворота в деревню кое-как починили, наглухо закрыли и забаррикадировали. Единственный выход — через дощетчатую щель чуть левее или по переносной лестнице.

По периметру частокола я выставил дозор из наиболее лояльных жителей, так что кто не успел сбежать — теперь уже так просто это не сделает. Если все пойдет не по плану, дети вместе женщинами успеют уйти через запасную дырень в заборе на противоположной, северо-западной стороне. Одно радовало: тридцати с чем-то блохастых туш не хватит, чтобы окружить всю деревню. Если же они с такими силами попытаются это сделать… От такого подарка я бы точно не отказался. Жаль, что подобная глупость бывает только в сказках.

Напряженно взглянул в сторону южных окраин деревни, где уже сгущались вечерние сумерки. Где-то там, в лесу, враг уже неумолимо приближался. Гноллы шли сюда. Без спешки, уверенные в себе. Жестокие, голодные до добычи и, без сомнения, хорошо вооруженные. Барон Морландер наверняка отвалил им немалые деньги за этот рейд. Даже интересно: а тащат ли они все свое добро с собой?

Марко стоял рядом со мной, его пальцы белели от силы, с которой он сжимал древко алебарды. Он был одним из самых сильных мужиков в деревни, поэтому и вооружить я его решил не абы чем, а сильнейшим, по многим характеристикам, оружием. Слоеная боевая часть алебарды для него получилась путем перековки лома из двух старых топоров в единую заготовку с добавлением длинного наконечника копья, так что в отличие от остальных ополченцев, он теперь мог не только колоть, но и рубить. Удали хватит. Главное, чтоб не сломалось в самый неподходящий момент, а то ведь получился скорее грубый аналог «генеральского» боевого оружия.

— Милорд, — с беспокойством обратился Марко. — Вернулся еще один охотник. Говорит, они идут без остановок. Если ночью устроят привал, будут у деревни с рассветом. И… кажется их стало больше.

Я кивнул. Выходит, Система могла ошибаться в прогнозах и всецело доверять ее словами не стоило. Вместо двух дней вышло полтора.

— Мы почти сделали все приготовления, — задумчиво произнес я. — Дело осталось за малым…

Более тридцати обученных озверевших воинов против горстки едва созданного ополчения. Даже учитывая частокол и ловушки… Шансов по-прежнему маловато. Даже с моей окрепшей в последнее время физической силой и постоянным зарядом бодрости, спасибо Розе, я всего лишь один человек и погоды не сделаю. На чудо надеяться не стоит. А вот союзник… Союзницы нам точно пригодятся.

Больше не колеблясь, я посмотрел в лес на северо-запад. Эльфийки сами так и не появились. Конечно, можно предположить, что они придут на помощь в критический момент… Но если этот момент наступит, когда половина ополчения будет лежать трупами у частокола, даже с последующим кардинальным изменением ситуации, это станет пирровой победой, от которой деревня может больше никогда не восстановится. Так что нужно стать «просителем» под видом партнерства и заключения сделки.

— Марко, ближе к ночи организуй караулы и последнюю проверку ловушек. Самые здоровые пускай займут ключевые позиции, в две смены. И помни, враги могут зайти в тыл на разведку, поэтому выпускать сейчас никого нельзя. Понимаешь, да? Если кто-то проболтается о наших приготовлениях — тогда нам точно кранты.

— Понимаю, милорд! — со всей серьезностью кивнул Марко.

— Я же сейчас ненадолго смотаюсь в лес. Попробую уговорить эльфиек нам помочь. Ты пока не говори никому. Если спросят, где я, скажешь, что лично готовлю сюрпризы собакоголовым.

— Хорошо. Надеюсь, у вас все получится! — приложил кулак к груди и четко ответил Марко.

Уже сейчас вижу, что из него получится неплохой воин. Оно и не удивительно, богатырь, от природы крепок, в глазах нет страха, в отрочестве рвался служить в Легион, но будучи единственным ребенком в семье, рано женился, заделал детей, и, как это часто бывает, потом уже было не до этого. В то же время отец Даллена в дружину «семейных» не набирал, вот талант и пропадал почти тридцать три года.

С такими мыслями я направился к тем, кто мог решить весь завтрашний исход боя. На этот раз не один. Взял с собой Розу. Крошечный дух сидел у меня на плече, прижавшись и излучая волны спокойной и чистой жизненной энергии. В тайне я надеялся, что само наличие духа плодородия для эльфов послужит лучшим доказательством того, что я достоин их помощи.

— Асалия! — крикнул я, как только вышел на знакомую опушку, и совершенно не скрывая напряжение в голосе. — Выйди! Нам нужно поговорить! Долго вы будете взирать со стороны? Завтра так и собираетесь наблюдать, как деревню вырежут варвары? Пора выбрать сторону!

Тишина в лесу повисла густая, почти осязаемая. Через минуту я уже начал думать, что просчитался, и они ушли, хотя ранее я почти весь день чувствовал на себя их взгляды, как из тени старого корявого дуба вышла старшая эльфийка. Ее взгляд казался отстраненным и испытывающим. Рядом, словно из воздуха, материализовалась и ее сестра. Впервые я видел их вместе вне боя, и контраст был поразителен: старшая — хладнокровная статуя из льда и мрамора, младшая — живой огонек лесного любопытства.

— Выбрать сторону? — Асалия скрестила тонкие, но сильные руки на груди и прислонилась плечом к коре древа. — Какое нам дело должно быть до человеческой деревни? Мы — хранительницы леса, лорд Даллен. Сейчас к вам движутся не искаженные твари. Да, мы помогли один раз, но мы не наемницы, чтобы воевать в ваших имперских разборках!

— Да-да, согласна с сестрой! — с противоположной стороны древа почти в идентичной позе встала младшая эльфийка. — Как это нас касается?

Несмотря на колючие слова, я по глазам обеих эльфиек видел, что они не сопротивлялись помощи, а скорее… торговались. Либо же хотели, чтобы я убедил их лично.

— Касаются напрямую, — парировал я, переключаясь суровым взглядом с одной лунной бестии на другую. — Вы об этом не знаете, но эти гноллы пришли сюда не просто ради грабежа. Они явились по прямому приказу моего соседа, барона Морландера… И у меня есть некие подозрения, и даже одно свидетельство, что он каким-то образом был связан с волколаком и замешан в искажении вашего священного леса.

Асалия прищурилась, а Лизалия удивилась.

— Это тебе бывший староста сказал? — подумав, предположила старшая эльфийка.

О, а им многое известно.

— Старик мог что угодно наплести в темном подвале! — праведно фыркнула ее сестра. — Признаться в любых злодеяниях… Лишь бы остаться целым!

— Тем не менее, — спокойно продолжил я, — по его словам барон Морландер охотится за тем, что скрывается в вашем лесу.

Не будь между эльфийками дерева, и они бы явно переглянулись, ища взглядом друг друга. Я не стал напрямую упоминать их алтарь, колодец или что там у них, поскольку не был уверен, является ли он тем самым источником магии или нет.

— … И этот старый хрыщ не остановится, пока не заполучит его или… — накалил я обстановку, — не сделает так, чтобы он не достался никому другому. Выжжет до тла не только мою деревню, но и все в округе. Если мои владения падут, завтра его наемники встанут лагерем у вашего священного леса. И вы думаете, он станет с вами разговаривать?

Я видел, как дрогнули мышцы на скулах хладнокровной старшей эльфийки. В то же время младшая не удержалась и вышла чуть перед, чтобы бросить быстрый вопросительный взгляд на сестру.

— Насколько ты уверен в своих словах, лорд Даллен? — хмуро спросила Асалия, понизив голос до стальных ноток.

— У меня нет сомнений на этот счет. Вероятность ошибки мала и… не стоит того, чтобы проверять? — я сделал паузу, вкладывая в слова всю свою решимость и впиваясь прямо в сапфировые глаза Асалии. — Я не прошу вас сражаться за империю, мой титул, земли и уж тем более мою шкуру. Я прошу вас защитить наш общий дом. Сделать это вместе, плечом к плечу. Помогите мне отбить эту атаку, и я в долгу не останусь, докажу, что я — не очередной жадный до власти человек, а достойный сосед и союзник.

Пока старшая эльфийка все еще колебалась, из-за шиворота моей рубашки вылезла Роза, ее крошечные ручки вцепились в ткань кафтана, и она встревоженно запищала, будто бы с укором смотря в сторону эльфиек. Асалия перевела на нее свой невозмутимый взгляд, и в нем наконец что-то растаяло, сменившись на мгновение почти человеческой нежностью.

— Твоя фейри… довольно смышленая, — тихонько прошептала она.

— Она чувствует то же, что и все живые существа, населяющие мои владения, — мягко сказал я. — Угрозу своему дому.

Асалия обменялась с сестрой долгим безмолвным взглядом. Может они телепатически даже переговорили, не знаю, но, казалось, между ними пронеслась целая тирада мыслей и аргументов.

— Не пойми нас превратно, лорд Даллен, — наконец вздохнула Асалия. — Не то чтобы мы против помочь, но… Традиции запрещают нам напрямую вмешиваться в человеческие дела. За исключением чрезвычайных обстоятельств, как в случае с волколаком и его стаей. Насытившись плотью и кровью жителей твоей деревни, он бы с удвоенной силой вернулся обратно в наш лес. Сейчас же… — теперь уже она выдержала паузу, отчего я даже успел подумать, что она найдет предлог отказать в помощи. — … Ты все-таки убедил нас, что это ситуация того же порядка. Мы поможем тебе! Но не ради твоей деревни — а ради нашего священного леса.

[Дипломатия с фракцией Лунные Эльфы: ПРОГРЕСС]

[Лояльность Лунных сестер повышена до 55/100! (Заключен временный оборонительный пакт)]

[Срок действия: до завершения текущей военной угрозы]

— Благодарю, — я приложил ладонь к груди и обозначил полупоклон, а сам подумал: как у них все трудно и запутано, исключения, традиции… но главное: я достиг цели своего прихода. Кажется, постепенно начинаю понимать, каково это быть не только воином, но и политиком; что такое соблюдать свои и чужие интересы…

Вернувшись, первым делом я вызвал в главный зал усадьбы Марко и некоего Харлема, уже немолодого бывшего управляющего отца Даллена, которого в ходе интриг несколько лет назад сместил староста Годвин. Точнее даже — взял на себя его функции, упразднив должность. Сам Харлем все это время промышлял охотой и рыбалкой, и возвратился в деревню после очередного промысла буквально вчера. Как раз он и сообщил о банде гноллов у наших границ.

Старик стоял, слегка сгорбившись, но в его жилистой фигуре чувствовалась та особая закалка, что бывает у людей, привыкших подолгу сидеть в засаде. Выцветшие глаза цепко прощупывали мое лицо. Марко наверняка уже сказал ему, что я от него хочу.

— Я не заставляю, но ситуация того требует, Харлем, и я спрошу напрямую, — сразу перешел к делу я. — Готов ли ты вернуться в должность управляющего и послужить мне и Орлейну верой и правдой?

Харлем дернулся, будто я ударил его. Глаза, только что цепкие и настороженные, вдруг заблестели. Он сглотнул, хотел что-то сказать, но сдержанно ограничился короткой фразой:

— Сочту за честь, молодой господин.

И в тот же миг его тусклая желтоватая аура вспыхнула изнутри ярким и чистым салатовым сиянием. Казалось, он не только изъявил формальную лояльность, но и загорелся жаждой действия.

— Я слышал, ты многое натерпелся от бывшего старосты, — кивнул я. — Пора восстановить эту несправедливость. Хочу, чтобы ты временно исполнял и обязанности старосты деревни, пока не подыщется подходящая кандидатура. Жалованьем не обделю, разумеется. Что на это скажешь?

— Я сделаю все от меня зависящее! — хрипло выдохнул Харлем. — Справлюсь как с вашей усадьбой, так и с деревней.

— Отлично. Но сейчас твои навыки счетовода и управителя мне нужны меньше всего. Мне нужен организатор и тот, у кого в деревне есть репутация. Я хочу, чтобы ты предупредил и поднял на ноги всех, от подростка до старика, кто может держать копья, лук или просто таскать камни, и убедил их быть готовыми завтра защищать свой отчий дом. Параллельно скажи всем хозяйкам кипятить воду в каждом котле, приготовить смолу и деготь, сколько успеют. Ребятня пусть соберет и разложит у частокола по кучам все, что может хоть как-то полететь на головы противника и остановить его, — я перевел взгляд на воеводу. — Марко пойдет с тобой, для пущего убеждения, чтобы люди поняли, что ты действуешь по моему указу. И это… Марко, слушаешь?

— Да, милорд? — очнулся воевода и пригладил бороду.

— Кому не хватит копий — пусть берут вилы и косы.

— Сделаем!

— Четверное построение, кстати, успел им показать за сегодня?

— Да, даже ребятня попробовала на чучелах.

— Ну, до ребятни, надеюсь, дело не дойдет… Иначе грош цена всей нашей подготовке.

Я оставил Марко и нового управляющего обсудить детали в обеденном зале, а сам поднялся по скрипучей лестнице в свою комнату-опочивальню, ставшую теперь не только личным кабинетом, но и штабом. Еще на подходе услышал, что в комнате кто-то бродил туда-сюда. Открыл дверь.

Время близилось к ночи, поэтому встающая спозаранку малышка Роза дремала в уголке, в специально сколоченном для нее подвесном домике из свежих ивовых прутьев. Как небольшой светильничек, она освещала помещение ровным и невероятно умиротворяющим сиянием.

А вот по полу нарезал круги кое-кто другой. Дракончик метался по комнате, цокая когтями по деревянному полу и оставляя едва видимые царапины. Из его горла вырывалось низкое и непрерывное рычание. Его темно-изумрудная аура, обычно плотная и неподвижная, сейчас пульсировала тревожными и резкими всплесками. Он будто чувствовал приближение грядущей решающей битвы, сквозь стены, землю и само пространство. Неужто хваленое драконье чутье?

Заметив меня, он подбежал и почти как пес перекатился на спину, намекая что нужно сделать и показывая округлое пузо. А другого у него и быть не может — ел он по-прежнему за десятерых.

— Спокойно, дружище, — я присел на корточки рядом с ним, положив ладонь на его мягкий по сравнению с остальными частями тела живот. Почесал там, почесал здесь. Под чешуей чувствовалось напряжение каждой мышцы. — Не боись, скоро настанет и твое время славы. Главное, пережить завтрашний день. Чтоб слушался меня и на рожон не лез, понял?

Дракончик упрямо боднул руку и утробно заклокотал.

Пару часиков я успел покемарить, чтобы к утру не валиться от усталости. Разбудила меня Мироника, сказав, что «лунные» гостьи наконец пришли, как и договаривались.

Я спустился, и мы собрались в главном зале при свете нескольких огарков — я, старшая эльфийка и младшая. Вскоре к нам присоединился и Марко, доложивший, что последние приготовления проходят успешно, а управляющий Харлем отлично справляется со своими обязанностями.

На грубом деревянном столе уже лежала наскоро начертанная углем на бумаге карта деревни и подступов к ней. Запах оплывшего воска смешивался с лесным хвойным ароматом, исходившим от эльфиек.

Стартовал наш маленький военный совет.