— Асалия, — окликнул ее я, подходя ближе. — Я хотел выразить вам слова благодарности. Без вас деревня не устояла бы. Все жители теперь по гроб обязаны тебе и твоей сестре.

Я протянул ей небольшой, но тяжелый и туго набитый кожаный мешочек. Она взяла его, взвесила на ладони, и ее темная бровь поползла вверх в немом вопросе.

— Это не плата за услуги, — поспешил я заверить, предвосхищая возможную холодную отповедь. — Это вклад. В общее дело, как ты и сказала. Вижу, лес тоже пострадал, они наверняка не церемонились с кострами… Да и для борьбы с Искажением, — я присмотрелся к чернющей траве, — вам могут пригодиться человеческие сбережения. Пусть это добытое совместно серебро поможет вам в добром деле. Не отказывайте себе ни в чем… или просто сохраните на черный день.

Эльфийка развязала шнурок, заглянула внутрь, и на ее обычно невозмутимом лице промелькнула тень удивления. Понимаю, там больше тысячи монет. Сестры-эльфийки теперь богаче, чем был предыдущий лорд, отец Даллен. Но я как никто другой понимал, в какие моменты нужно быть щедрым.

Мешочек она затянула и прикрепила к своему поясу.

— Я переправлю их нашей общине, — тихо сказала она.

— Переправишь? Ваша община далеко, что ли? — сделал вид, что не понял я. Ведь по идее ей еще неизвестно, что я знаю, что они в ближайших окрестностях леса остались с сестрой одни.

— Я хотела сказать… передам, — поправила она, но что-то заметив в моем взгляде, подозрительно прищурилась. — А… Так ты знаешь? Сам догадался или подсказал кто?

— Догадался, — не моргнув глазом, соврал я.

Не уверен, что она мне поверила… Пусть Лизалия простит меня, если вдруг что.

— Ладно… В любом случае, ты не перестаешь поражать меня, барон Сарский, — с легкой официальностью произнесла она, и в ее голосе прозвучало едва уловимое одобрение. — Люди редко помнят о долгах, особенно которые нельзя потрогать. Часто забывают уже на следующий день. Рада, что ты исключение.

Тут не поспоришь. Интересно, она сама сталкивалась или кто рассказал о человеческой памяти?

Эльфийка взглянула вглубь леса, будто прислушиваясь, а затем, уже как бы между прочим, произнесла:

— Лес… он откликается на твои действия. На присутствие дракона и духов плодородия. Ты не насаждаешь свою власть, а даешь земле силы залечивать старые шрамы. Я расскажу о тебе старейшинам… И тогда, возможно, — с некоторой грустью добавила она, — мои соплеменники захотят вернуться обратно, поближе к дому и родному краю.

[Отношения с фракцией «Лунные Эльфы»: ПРОГРЕСС]

[Лояльность Сестер-эльфиек: 70/100 (Признание и растущее доверие)]

Я внутренне обрадовался, кивнул, но сдержанно промолчал. Это даже больший прорыв в нашем сотрудничестве, чем я мог рассчитывать. «Захотят вернуться» — это самый настоящий ключ к прочным и долгосрочным отношениям. Я «постучал» в дверь к двум сестрам-эльфийкам, но открыть ее может аж целое эльфийское племя. Такой шанс превратить ситуативный союз в нечто постоянное упускать никак нельзя.

Я вернулся в деревню с легким сердцем. Мечты мечтами, но работа сама себя не сделает. Несколько дней пролетели в бесконечных хлопотах: восстановление частокола, распределение трофейных вещей и серебра на нужды деревни, обучение Марко воинским премудростям и даже прием первых переселенцев, которых привлекли подъемные и обещания сытой жизни в Орлейне.

Кузница работала без остановки, выковывая новые наконечники для копий и хозяйственный инструмент. Файгер уже обжился в своем импровизированном логове и продолжал расти не по дням, а по часам. Его драконья аура становилась все плотнее. Роза неустанно трудилась на полях, облетая их каждое утро. Уже можно сказать: урожай обещал быть небывалым для этой земли и времени года.

Трупы гноллов тоже не пропали даром — я велел свезти их подальше от деревни и завалить известью. Вроде как-то так получалась селитра, но точную технологию хоть убей не помню. Помню только, что нужно много времени, перегноя и всяких отходов.

Деревня настроилась на мирное русло. Жизнь вошла в свою колею, и я погрузился в рутину управления.

А примерно через неделю случилось неожиданное. Поля, засеянные позже срока, вопреки заморозкам дали густые всходы отборной ржи и морозостойкой пшеницы. И в тот же миг в моем сознании прозвучал весомый металлический голос, а перед глазами возникли следующие сообщения:

[Задание «Первые ростки процветания» ЗАВЕРШЕНО!]

[Статус владений обновлен: «Выживание» → «Начальное развитие»]

[Население стабильно, экономика запущена, внешние угрозы временно нейтрализованы]

[Условия для расширения функционала Системы ВЫПОЛНЕНЫ]

[Система Лорда достигает второго уровня!]

[НАГРАДА: раскрыто местонахождение Духа Пшеницы]

Голову кольнуло странное ощущение на грани мигрени: словно внутри завращалась стрелка компаса, показывая направление к пшеничным полям.

На радостях я отложил в сторону сметы по материалам кузницы и поспешил выйти из усадьбы. Уже издалека я увидел, насколько одно из полей выделялось по сравнению с окружающими, отливая сочными всходами и мягкой зеленью.

И среди этих ровных рядков, на одном из самых высоких колосьев, сидел полупрозрачный крошечный дух, издалека и не заметишь. Он напоминал Розу общими очертаниями, но его тонкие крылышки походили не на лепестки, а на миниатюрные зрелые колосья. Волосы существа отливали цветом спелого зерна, а при взгляде Оком аура светилась ровным и глубоким золотистым сиянием.

[Дух Пшеницы:???. Ранг: I . Способности: Ускорение роста злаковых культур, Благословение урожая (увеличение питательности и сохранности)]

Как только я приблизился и протянул руку, дух радостно запрыгнул мне на плечо, будто сразу понял, кто здесь главный — как и Роза в свое время.

[Дух признал вас хозяином земель. Лояльность: 100/100]

Вскоре ему стало не до меня: он вспорхнул и полетел по своим делам вдоль полей. Я решил назвать его Златиком.

Теперь у меня есть целых два природных духа. По подсчетам управляющего Харлема, которыми он тыкал мне в нос с завидной регулярностью, вскоре у нас появится не только урожай, но и прорастут первые магически усиленные растения, которые можно будет сушить, перерабатывать и продавать в городах втридорога. Это может стать хорошей и постоянной статьей дохода. Хотя я по-прежнему оставался при своем мнении: лучше это все складировать на будущее до тех пор, пока у нас не появится свой опытный алхимик. Такое если и продавать, то в самом крайнем случае.

Словом, в воздухе Орлейна запахло не дымом, страхом и безнадегой, а хлебом и стабильностью. Урожай еще не вырос, но амбар и подвалы, благодаря удачной поездке Харлема в Талберг, заполнены провизией на зиму. От пуза есть никто не будет, но и не умрет от голода, как это было в предыдущие темные года.

Самое же главное открытие ждало меня тем же поздним вечером, в тишине и лучине собственного кабинета. Я как обычно обдумывал, чего в деревне не хватает в первую очередь, и мучился вечным вопросом: где взять деньги? Казна уже опять дышала на ладан. И тут, скорее по наитию, задумался: а что Система могла мне дать после перехода на второй уровень. К моему удивлению, тут же выскочило сообщение:

[Статус: Достигнут 2-й уровень Лорда]

[Открыт доступ к модулю «Анализ существ»]

[Открыт доступ к модулю «Бестиарий»]

[Открыт доступ к модулю «Создание юнитов» (ЗАБЛОКИРОВАНО, требуются редчайшие ресурсы и выполнение особых условий)]

После чего перед моими глазами распахнулось синее окошко интерфейса с несколькими «серыми» и неактивными вкладками. Настолько недоработанное, что я поначалу подумал, что у меня глюки и это какая-то шутка. Интерфейс напоминал мне корпоративные ресурсно-плановые системы — та же лаконичность и обилие скрытых функций для посвященных. Большая часть текста «???» — представляла собой знаки вопроса, будто кто-то взял и все символы заменил на них. Лишь долго вглядываясь в чрезвычайно мелкий шрифт, будто этот интерфейс делали птицеголовые кодеры с орлиным зрением, я все-таки заметил, что одна из вкладок была подписана и едва подсвечена.

Вкладка «Бестиарий».

Я мысленно нажал на нее и передо мной распахнулось новое окошко и несколько колонок со знакомыми мне существами и их теневыми силуэтами. В разделе «Драконы» была подсвечена иконка Детеныш огненного дракона (Файгер). В разделе «Духи» — Дух Плодородия (Роза) и Дух Пшеницы (Златик).

Третий же раздел выглядел весьма туманно, буквы не разобрать. Лишь при долгой концентрации взгляда он тускло замигал, развеивая дымку и обозначая размытый силуэт какого-то существа. Присмотревшись, я различил его очертания: высокая узловатая фигура, отдаленно напоминающая человека, но с неестественно длинными, чуть ли не до земли, руками, увенчанными массивными когтями.

[В ходе обхода владений был обнаружен образец редкого древнего вида: Страж (Лесной). Анализ образца завершен. Вид доступен для разблокировки]

[Для разблокировки и выращивания вида «Страж (Лесной)» требуется: 5000 серебра и 1 единица ресурса «Капля Благословения Священного Леса»]

Я замер, вглядываясь в строки и не веря своим глазам. Образец? Разблокировка? Выращивание? Что-то мне это напоминало… И точно не из этого мира.

Серебро? И куда мне нужно будет его «положить»? Капля благословения леса? Это еще что такое? Звучит, как нечто сакральное, что можно получить только от самих эльфов, и то в знак высшего доверия или в результате особого ритуала.

Новые возможности способны многое поменять в моих планах. Союз с сестрами-эльфийками и их народом видится уже не столько тактическим или дипломатическим ходом, а стратегическим. Прямым доступом к большой силе. Силе, которую нельзя купить или завоевать, а можно только… заслужить? Удовлетворить требования прожорливой Системы?

Вопрос лишь в том, будет ли стоить выделка свеч? Забудем пока про Каплю, но пять тысяч серебра… Ощутимая сумма, как ни посмотри. На нее месяц активно можно развивать целую деревню. Даже при всем желании не уверен, что могу себе позволить потратить все свои сбережения на кота в мешке.

Я откинулся на спинке грубого кресла, переводя взгляд с разложенных на столе чертежей стены и улучшенной кузницы на темный прямоугольник окна. За ним виднелись домики с мирно спящими жителями, а дальше, за частоколом, — полуночный лес.

Похоже, путь к могуществу, которое пророчила Система Лорда, лежит не через бессмысленное завоевание и накопление, а через развитие и союзы. Ее новый модуль ясно давал понять: эльфы — это ключ. Возникало стойкое чувство, что самое сложное, но и самое интересное еще впереди. Скоро я смогу не только реагировать на угрозы, принимая позу черепахи, но и потихоньку начну диктовать свои правила и условия в этой опасной игре. Барон Морландер с его кознями. Искажение и его порождения, которые гораздо опаснее любых наемников. Нельзя терять ни дня. Отдохнуть можно будет и потом — зимой и в лютые морозы.

Ранним утром я собрал своих сторонников в главном зале усадьбы. Воеводу Марко, управляющего Харлема и новое доверенное лицо — сухощавого старика с мозолистыми руками и выветренным лицом по имени Эдгар. Я назначил его старостой на испытательный срок, чтобы снять нагрузку с Харлема. В молодости он славился как лучший плотник в округе — говорят, половину изб в Орлейне поставил лично. В деревне его уважали не за возраст, а за редкое здравомыслие и умение рассудить любой спор так, что обе стороны оставались довольны.

Троица по очереди доложила, как идут дела в их зоне ответственности.

Харлем развернул помятый лист и зачитал цифры: по моему указу он снова наведался в Талберг, где на этот раз закупил не столько провизию, сколько инструмент, парочку дойных коров и десяток овец. Потрачен почти весь остаток казны: полторы тысячи серебра, но оно того стоило. Теперь до весны с голода никто не помрет, а если духи помогут — так и вовсе заживем.

Эдгар, потерев седой подбородок, доложил, что в деревне порядок, мужики при деле, бабы не скандалят, а дети приглядывают за скотиной. Главная проблема, по его словам, все та же — нехватка рук на полях.

Из радостных новостей: из соседних баронств пришло несколько мужиков с семьями, бежавших от неурожая; прослышали про наши условия и что своих у нас бросают. Говорят, у них есть особые семена гороха, которому не страшна наша осень. Проверим.

Еще к поселению прибился бондарь с женой и двумя подростками, притащил с собой свой инструмент. Редкий и штучный мастер, кстати. Своего бондаря в Орлейне отродясь не водилось, а я вот так сразу и не скажу, как по уму бочки делать для засола и копчения.

И последним за эти дни пришел голодный оборванец, представившийся городским стражником, которого уволили из-за сокращения. Он изъявил желание вступить в дружину и охранять порядок, «коли примите и накормите». Примем на испытательный срок, чего уж.

Поселили новых жителей в пустующих избах на краю деревни.

Марко доложил коротко, по-военному: благодаря приходу новых жителей с сыновьями, уже взрослыми по местным меркам, ополчение выросло до сорока человек, из них десять — уже вполне сносно владеют копьями, еще пятеро — охотой промышляли, поэтому знают, с какой стороны лук держать. В свободное время он также обучает всех желающих основам владения мечом, щитом и копьем — всему, чему я сам недавно его обучил. Подчеркиваю, основы, считай, алфавит. Дальше только ежедневная практика и боевой опыт.

— Марко! — мой голос прозвучал неожиданно резко, заполнив собой весь зал. — Общая боевая подготовка всех желающих — это хорошо, но времени на раскачку у нас сейчас нет. Мы не станем терпеливо ждать, пока враг, став предусмотрительнее, снова подберется к нашим стенам. Чуть позже я тебе покажу, что да как, и ты начнешь более интенсивные тренировки новобранцев, с упором в тактику и групповые сражения.

— Да, милорд! — проникнувшись, ответил воевода.

Я повернулся к управляющему. Казалось, он до сих пор витал в облаках, находясь под впечатлением от вчерашнего появления Златика и подсчитывая наши будущие барыши.

— Харлем, не мне тебе говорить, ты и сам видишь потенциал окружающих полей. Если удастся, мы даже сможем собрать урожай до первых серьезных заморозков. Излишек продадим в Талберг или соседним баронствам, не жадничай, но и не отдавай за бесплатно. Серебро не критично, используй бартер. Я хочу видеть на складе дубленую кожу для доспехов, стальные заготовки для оружия и полные закрома мяса для пропитания растущего ополчения и населения деревни. Помни, нам нужен запас прочности.

— Я сделаю все возможное! — пообещал управляющий.

Я взглянул на старика Эдгара. Он впервые участвовал в таком собрании, но не волновался, в нем чувствовалась рабочая хватка и мудрость прожитых лет.

— Эдгар, помоги Марко, и объяви по всему Орлейну и за его пределами: мне нужны сильные духом и телом, готовые встать на защиту своего дома не на время, а насовсем. Я собираюсь организовать костяк полноценной дружины. Всем людям будет гарантировано постоянное содержание, серьезное обучение и лучшее снаряжение, какое только мы сможем себе позволить. Их семьи получат послабления на оброк. Переселенцам дружинников из ближних деревень — все в двойном размере.

— Сделаю, — флегматично, но четко ответил староста и переглянулся с Марко, они кивнули друг другу. Один другого, кстати, знал с пеленок. Троюродная родня, как-никак.

Мы еще немного посидели, обсудив детали, и троица разошлась по своим делам. Пока деревня просыпалась и погружалась в кипучую деятельность, я поднялся на второй этаж в логово к Файгеру.

Дракончик за эту неделю заметно изменился.

Вырос до размеров крупного волкодава, чешуя стала плотнее, как каменная плитка, и отливала глубоким алым блеском. Аура пульсировала ровным светом, будто в такт биению его сердца. Файгер почувствовал мой приход и поднял сонную морду с жаровен, издав низкий и утробный рык, а как только я оказался рядом с ним, тыкнулся теплой мордой в мою ладонь.

— Пока все спокойно, дружище, но ты не расслабляйся, — прошептал я, почесывая его за твердым ухом; он обожал, когда я так делал. — В любой момент будь готов показать, что ты теперь способен не только грызть камни и нападать исподтишка, но и… Ой, все! — дракон обиженно прикусил мне руку и пободал своим рогом на носу, который теперь выглядел как толстый кинжал.

Слухи о том, что в Орлейне завелся детеныш дракона, довольно быстро распространились по окружающим деревням. Большинство крестьян резонно думали, что это выдумки. Откуда бы у захолустного барона мог появиться настолько опасный и дорогой питомец? Некоторые особо ушлые и любопытные даже приезжали поглазеть, получали отворот-поворот от дозорных, и только подтверждали, что это все сказки, выдуманные самим молодым бароном.

Дракончика я иногда выпускал из дома, но сугубо по ночам, когда не видно ни зги, а днем в доме всегда дежурил один из доверенных ополченцев, и еще один снаружи, коих я знал лично. Одновременно с охраной они помогали Миронике в быту и по хозяйству.

Я потрепал Файгера по жесткой чешуе и уже собрался спускаться вниз, чтобы навестить дежурных у частокола, как вдруг снаружи донесся необычный свист, похожий на пение скворца.

Условный сигнал Асалии. Сердце екнуло — просто так она бы не пришла.

Я быстро спустился по лестнице и вышел во дворик, где в сумраке уже стояла эльфийка. Ее лицо в тусклом свете дома казалось вырезанным из бледного мрамора, а взгляд был серьезным. Похоже, она принесла не самые радостные вести.

— Лес встревожился, Даллен, — заговорила она без предисловий.

— Это как-то связано с моей активной деятельностью в Орлейне? — тоже сразу к делу перешел я и вздохнул. — Вроде же древесину для своих нужд мы добываем с противоположной от вас стороны.

Эльфийка отрицательно покачала головой.

— Активность твоих людей, шум, рубка деревьев и строительство, конечно, создают колебания, но привлекают внимание не нашего леса.

— А чье же? — насторожился я, чувствуя, как сжались мышцы спины.

— Пятно Искажения, — тихо произнесла она. — Оно находится к северу, за Черным ручьем. И оно… пробуждается. Скверна, что исходит оттуда, становится гуще и ощутимее. Искаженные существа хорошо чуют движение другой жизни, которое можно исказить и поглотить. Особенно остро они чувствуют сильную жизненную энергию… Например, твоего питомца, — она посмотрела на распахнутое окно второго этажа, и в ее глазах мелькнула тревога. — Чистая древняя сила — для них и вызов, и сласть.

Она перевела взгляд на север, и я тоже почти рефлекторно напряг Око в ту же сторону, благо усадьба располагалась фактически на самой высокой возвышенности деревни, остальные домики шли по склонам.

Мысленно попытался пробиться сквозь расстояния. Возникла резь в глазах, а в сознании всплыл образ: огромное пульсирующее багрово-черное пятно, похожее на живую язву на теле мира. От него расходились волны липкой гнетущей магии… Гнездо Искаженных? Похоже, оно могло оказаться гораздо ближе к Орлейну, чем я думал изначально.

— Они придут, — констатировала Асалия с ледяной ясностью, а я внутренне насторожился от плохого предчувствия. — И их будет не десятки, а сотни. Может тысячи, Даллен.

— Черт, такую ораву никакой барон не остановит…

— Верно, — в голосе эльфийки впервые зазвучала не отстраненность, а почти осязаемая ненависть. — Как ты и говорил, у нас общий враг, угрожающий самим корням, самой основе нашего существования. Мы с сестрой больше не намерены терпеть этот очаг Искажения у своего порога. Мы желаем сражаться. Придешь ли ты нам на помощь в этом священном деле?

— Разумеется. Давай сделаем все, чтобы устранить эту угрозу.

Я ответил почти без раздумий, понимая всю серьезность ситуации и что Пятно Искажения нужно уничтожить в зародыше. Даже пара сотен Искаженных во главе с тварями уровня волколака в прямом бою способны стереть Орлейн с лица земли.

[Обнаружена угроза ВЫСШЕГО приоритета]

[Лояльность Лунных сестер: 75/100]

[Заключен военный пакт против общего врага!]

Асалия кивнула и бесшумно скрылась в ночи. Я проводил ее взглядом и еще долго стоял во дворе, глядя на темнеющий на севере лес. Там, за Черным ручьем, зрела новая беда. Пострашнее любых гноллов. И разобраться с ней нужно до того момента, как Морландер накопит силы и вновь сунется в мои владения. А что это произойдет — я ничуть не сомневался.