— Отходим! За баррикады! — хладнокровно скомандовал я ополченцам, мечом указывая направление. — Не теряйте строй!

Затем я громко свистнул, привлекая внимание Марко со стрелками и копейщиками на стене. Как только тот бросил быстрый взгляд на меня — я подал ему знак: коснулся ребром ладони горла и ткнул пальцем в сторону. Это означало: «Покиньте стены к ближайшему укрытию».

Тем временем еще один гнолл упал с торчащей из затылка стрелой. Асалия методично избавлялась от зазевавшихся противников, пользуясь тем, что ее до сих пор не могли найти в утреннем тумане. Отчего забежавшие внутрь частокола гноллы не слишком спешили догнать группы отступающих ополченцев.

Дела у ее сестры, думаю, шли не сильно хуже. С верхушки сосны на юго-западе Лизалия могла точечно достать врага вплоть до первых крестьянских домов. Даже если гноллы догадались послать по ее душу нескольких воинов — найти и с такой высоты выкурить ее будет довольно проблематично.

Мой десяток ополченцев успешно занял баррикады из бревен и валежника, которые стояли прямо посреди улицы между двумя избушками. Здесь у противника не будет преимущества в численности, силе и маневренности.

Я подоспел вовремя и тоже занял свою позицию, подбадривая вчерашних крестьян.

— Уже сдохло больше десятка собакоголовых! И сдохнет еще столько же! — рявкнул я. — Не ссать, братья, и слушать мои приказы!

Подгоняя, я разделил десяток на две четверки, а еще двоих поставил позади себя с наказом стать моей тенью. Четверки заняли обе стороны от узкого прохода, прячась за бревнами, я же встал с двойкой по центру чуть в глубине, наблюдая, как к нам подходят первые группы гноллов. Чертов шаман впереди ватаги бежать не стал… а жаль.

Троица гноллов не заметила скрытых по бокам за баррикадами людей и с раскатистым лаем метнулась прямо на меня, мешая друг другу, как вдруг — сразу по четыре копья высунулись промеж бревен — и к тому моменту, как я заблокировал своим щитком размашистый удар тесаком переднего гнолла, двое его сородичей уже корчились на земле в предсмертной агонии.

Военная мудрость говорит о том, что когда во врага тыкают сразу четыре копья — одно да обязательно попадет куда надо!

Мой противник едва успел осознать, что произошло с его подругаями, как два копья выскочили у меня из-за спины, по бокам, и воткнулись ему в живот. Собакоголовый тут же взвыл и ослабил хватку на тесаке, чем я и воспользовался. Отвел щитком лезвие в сторону и с подшагом всадил клинок ему под челюсть. Пинок — и тело врага с хрипом соскальзывает на землю прямо под ноги второй троице гноллов. Пребывая в боевой ярости, они не сразу поняли, как подохли их более прыткие сородичи.

Уже не так идеально, но и эта троица была заколота копьями. Третья группа собакоголовых насторожилась и уже не рвалась со всех ног вламываться в узкий извивающийся проход. У меня появилось время на мгновение подняться на бревна и обозреть, сколько их там.

Угу… Всего двое. Плюс чуть дальше шаман с тремя телохранителями. Остальные гноллы разбрелись по округе вдоль частокола — часть побежала влево и стала преследовать Марко и его группу. Другая, гораздо медленнее и настороженнее, преследовала людей, отступающих вправо. Оттуда в гноллов прилетел серебристый росчерк стрелы… Теперь ясно почему они не спешат и так осторожны. Обстановку понял. Что они разделились — это даже хорошо.

Пора нанести ответный удар.

— За мной! — махнул я мечом. — Не терять строй!

Как только две четверки не слишком уверено показались из-за бревен и заняли позиции за моей двойкой, я на полусогнутых ногах двинулся вперед, выставив меч и щиток перед собой.

А как только оказался за баррикадами — тут же накинулся на не ожидавших моего появления парочку гноллов. По всей видимости, они собачились и спорили между собой, кто пойдет первым в узкий проход. Теперь уже никто.

Первого я удачно полоснул по кисти, отчего тот выронил свою дубину. Второй — на инстинктах отступил назад, защищаясь, я за ним, игнорируя первого подранка. Спиной ощутил, как к нему метнулась парочка копий.

Второй гнолл неплохо защищался топором от моих выпадов, но ровно до того момента, как из-за баррикады позади меня не появилось еще несколько ополченцев с щитами и копьями.

Встретился взглядом с удивленным шаманом. Он явно не ожидал, что, едва спрятавшись, люди так быстро покажутся обратно. Старый гнолл пролаял приказ и трое гноллов со щитами выстроились перед ним. К этому моменту четверки крестьян закололи двоих гноллов и вновь встали за мной, выставив копья. Теперь уже гораздо смелее и увереннее — я это чувствовал. Минус восемь вонючих шавок за минуту… Такое лечит любую робость.

— Человеческий выродок! — гортанно прохрипел на имперском наречии шаман с большим акцентом и взмахнул посохом, став зачитывать заклинание. — Шандха кара…

В этот момент я понял, что пора менять тактику. Шаман и трое-телохранителей… Остальные гноллы далековато. Нас одиннадцать. Шаман готовит что-то убойной, и мы у него прямо на ладони, даже если закроет глаза, как пить дать кого-нибудь заденет… — мысли пронеслись в одно мгновение.

— В рассыпную, парни! — отдал я приказ. — Окружаем этих! На одном месте не стоим! Все время двигаемся! Прикрываем друг друга! Все как учили! Шаман на мне! Щитовики на вас! Как поняли⁈ — в конце повысил голос я.

— Е-есть! — в разнобой ответили ополченцы и осторожно рассредоточились, став обходить шамана и его телохранителей.

Старый гнолл не был дураком. Наверное, поэтому и дожил до своих лет. Увидев, что не сможет накрыть разом всех, он сфокусировал свой злобный взгляд на мне и наконец дочитал заклинание. В тот же миг из навершия его посоха выскочила куча зеленых огненных сгустков, полетевших в мою сторону.

Я уже был готов, поэтому со всей силы рванул в сторону и сделал глубокий кувырок-рыбку, уходя с траектории атаки. С шипящими звуками сгустки попадали в считанном метре от меня, прожигая землю. Кажется, что-то даже попало на мою экипировку сзади, но я не придал этому значения.

Ополченцы тем временем зажали шамана и телохранителей в полукольцо и стали сужать его, прикрываясь щитами и угрожающе выставив копья.

Осознавая ситуацию, гнолл-шаман издал лающий приказ и начал медленно пятиться, оставив телохранителей впереди… Черт, да он никак убежать собирается?

Я понимал, что не успеваю, но все же осторожно бросился к нему наперерез, оббегая ополченцев и гноллов-щитовиков. Мой маневр не остался без внимания. Больше не скрывая свои намерения, старый шаман развернулся и побежал уже со всех ног. Сиреневый уплотненный воздух вокруг него резко исчез, однако желанная стрела так и не появилась. Похоже, Асалия занималась более насущными вопросами.

Я пустился в погоню. Шаман бежал не слишком быстро, но дистанция между нами сокращалась медленно. Контролируя дыхание, запоздало отметил, что надо было взять с собой копье или выхватить по дороге у ополченцев. Сейчас бы метнул и… Эх, может и попал бы.

Шаман почти добежал до спасительного собственноручно сделанного пролома в частоколе. Я уж замедлился, думая переключиться на другую цель — да помочь тем же ополченцам, коих оставил без командования. А то судя по звукам сражения позади, против гноллов со щитами у них все шло не так радужно… Как вдруг, на краю зрения, прямо рядом с проломом, куда так стремился шаман, я заметил маленькую подозрительно знакомую чешуйчатую фигуру.

Больше не скрываясь, Файгер приготовился, яростно взревел и прыгнул с насыпи на бегущего шамана!

Сам дракончик по-прежнему размерами не превышал крупного пса, но его рык, низкий и раскатистый, заполонил округу первобытной силой.

Мгновение — и вот Файгер врезается в шамана, сбивая его с ног и вцепившись когтями в одежду. Вокруг тела старика-гнолла возник сияющий барьер, но к моему изумлению, под драконьими когтями он часто-часто замигал, покрывшись паутиной светящихся трещин. Пока они катались в грязи, рыча друг на друга, и старик пытался отпинаться от дракончика, его хрупкая шаманская защита рухнула со звуком лопнувшей струны.

Но как я уже упоминал, шаман не зря дожил до своих лет. Даже когда он лишился магической защиты — это не сильно выбило его из колеи, и он все-таки смог пинком отбросить от себя Файгера и отступить к спасительному проему ровно тогда, когда я находился всего в пяти метрах от них.

Чтоб его, неужели уйдет? Живучий сукин сын!

И именно в этот момент, издалека, с самой опушки леса, зеленый едва видимый росчерк пронесся сквозь небо и нашел свою цель: с глухим чавкающим звуком вонзился в незащищенное горло шамана и пригвоздил его к земле. Я лишь успел заметить, как его победоносный звериный оскал сменился маской удивления, переходящей в животный ужас, — после чего он пару раз дернулся, судорожно вцепившись когтями в землю, и жизнь навсегда покинула его тело.

Ну Лизалия, ну дает… И главное, как вовремя!

Будто бы почуяв кончину уже второго своего главаря, рассредоточенная вдоль частокола стая гноллов дрогнула. Со своей позиции я увидел, как два противоположных отряда гноллов ошеломленно обернулись на смерть шамана и перестали преследовать группы Марко и Асалии. К тому же, второй вражеский отряд заметно успел поредеть: тут и там валялись подстреленные трупы по ходу их движения. В живых осталась всего пятерка гноллов, и когда в их рядах возникло замешательство, Асалия перестала отступать и вместе со своими стрелками пошла в контратаку. Гноллы попятились, кое-как прикрываясь щитами от ее разящих стрел — редкая стрельба остальных ополченцев их беспокоила куда меньше.

С облегчением отметил для себя: там у гноллов не было и шансов, после чего перевел внимание на противоположную сторону.

Отступающую группу Марко ранее преследовал отряд гноллов во главе с третьим бронированным вожаком. После смерти шамана, недолго думая и видимо на опыте, он почти сразу начал отступать обратно к пролому. Около пролома в этот момент находился только я и чешуйчатый непослушный засранец… Дракончик как ни в чем не бывало побежал ко мне за похвалой.

— У-у… — не сводя взгляда с вожака, я потрепал малыша за голову с кривым выражением лица. — Я же сказал тебе… Ты третья линия обороны! Третья! Куда выскочил-то⁈

Дракон щелкнул челюстями, заклокотал и лизнул мою руку.

…Как уже понятно, отсчитывать его времени у меня сейчас совершено не было.

— Ну ладно-ладно… Молодец! А теперь за мной!

Мы потрусили подальше от пролома. Вдвоем воевать против чертовой дюжины гноллов во главе с последним атаманом будет тем еще верным способом быстро сдохнуть.

Своей десятке ополченцев я крикнул бежать на перерез отступающим со стороны Асалии гноллам, коих к этому моменту осталось всего трое, и то ненадолго. Даже окружать не придется.

Все-таки эльфийские лучники это сила… Это мощь. Боюсь представить, что бы я без эльфиек делал. Стопроцентно полег бы вместе со всеми жителями деревни.

Бронированный вожак гноллов явно обладал не только разбойничьим опытом. Яростным командным рыком он довольно умело организовывал отступление. Уже хотя бы то, что в горячке боя он решился на него, многое о нем говорило. Опасный противник. Я до последнего не решался что-либо предпринять.

Правда и отпускать его я так просто не собирался, стал выжидать, перегруппировав объединенные силы и дождавшись, когда Асалия со своей стороны прикончит последнего гнолла. Она сделала это одновременно с приходом атамана к спасительному проему в частоколе.

Запоздало вдруг почувствовал, что что-то упускаю. Огляделся по сторонам, и только посмотрев под ноги, понял, что же меня встревожило.

Дракончика и след простыл!

Только не это… Опять⁈ Тут же метнул взгляд на насыпь, по которой неспешно полз дракон, сливаясь с грязевым окружением. Несколько шагов — и вот он уже приготавливается прыгать на главаря гноллов.

Надо было его на цепь посадить…

— Засранец! Вот же ж засранец! — выругался я и почти без раздумий громко бросил за спину. — Все за мной! Не терять строй, копья наизготовку! Прикончим гадов!

Подавая пример, сам трусцой кинулся к отступающим гноллам. На середине пути дракончик все-таки повторил свой маневр и прыгнул прямо на атамана. Правда, в отличие от хлипкого шамана, бронированный вожак даже не покачнулся от драконьего броска. Устоял на ногах и замахнулся своим огромным ятаганом.

Уклониться Файгеру ловкости не хватило. Удар — и вот уже визжащий от боли детеныш дракона отлетает в сторону. От располовинивания его спасла лишь легендарная драконья шкура.

Гнолл удивленно прищурился. Кажется, в его маленьких желтых глазах под шлемом вспыхнула алчность. Как наемник, он конечно же понимал ценность детеныша дракона. Живого или мертвого.

Жадность победила и ударила в голову. Вместо того, чтобы продолжить отступление, он не только сам бросился вдогонку за Файгером, так еще и что-то пролаял остальным гноллами. Те на миг застыли прямо в проеме частокола, став отличной мишенью для младшей эльфийки. Немного промедлив, часть гноллов кинулась на помощь своему атаману.

На беднягу Файгера обрушилась озверевшая стая во главе с вожаком. К счастью, сам детеныш и без моего окрика понял, что нужно делать ноги. Выпучив глаза, он, как перепуганная ящерица, припустил ко мне, быстро перебирая лапами.

— Построение! Копья наизготовку! Не отставать! — крикнул я и с удвоенной прытью ринулся навстречу детенышу. Едва поспевая за мной, ополченцы кинулись следом, подбадривая себя боевым кличем и матюгами.

Как только дракончик исчез из виду, спрятавшись за мной, на гиеноподобной морде атамана мелькнула злобная досада. Он поднял взгляд — и впился в меня желтыми глазами. Вся его ярость обратилась на новую цель.

Я покрепче сжал меч.

— Ну давай, иди сюда, мать твою…