Вечером - Патакона.

Море лежало спокойно. Лист бумаги, который ждёт. Луна присела ближе - будто тоже хочет почитать.

Мы шли у кромки воды. Каждый шаг получался с подписью: полоска пены, тихий шепот.

Мы остановились. Я коснулся Кати - спина, плечо, линия шеи, на которой музыка всегда звучит чище. Поцелуй сначала был вопросом - точным, но без тембра «докажи».

Ответ пришёл в тот же тон.

Мы не спешили, не «исполняли» - писали вдвоём, как соавторы, у которых давно совпал ритм. Кожа согревалась не огнём, а согласием. Воздух делал вид, что его нет, чтобы не мешать.

Её пальцы медленно нашли моё дыхание. Оно выровнялось. Море после маленькой лодки. Моё движение нашло её «да», и оно развернулось, как парус.

Мы легко улыбались в паузах, потому что улыбка - тоже способ быть ближе.

Когда всё случилось - без лишних знаков препинания - я подумал: «Эротика - это грамотная расстановка запятых». Ни одной лишней. Все - на вдох.

Мы лежали рядом. Два абзаца, в которых понятно всё. Песок щедро одолжил нам тепло. Луна перевернула страницу. Море поставило три точки - не как конец, как «продолжение следует».

Мы встали, отряхнулись, пошли медленно. Так ходят после удачных глав.