Глава 19

Напевая что-то себе под нос, Мария уверенно заглянула в гардеробную, хмыкнула, а после прошла в зал.

– Лир, дорогой, я могу расположиться здесь? – Послышалось из гостиной. Не дожидаясь моего ответа, она тут же добавила: – Валериан, неси всё сюда!

Я упустил контроль над происходящим, и теперь оставалось лишь молча стоять, глядя на то, как журнальные столики, кресла, диван и даже подоконник заполнялись содержимым коробок и пакетов.

– Я заварю нам кофе, – прощебетала Мария, по-хозяйски пройдя мимо меня. – И повесь костюм к платью. Не держи его так, а то помнётся! – крикнула она мне, исчезнув на кухне.

Окинув взглядом комнату, я прищурился, недовольно рассматривая хаос, образовавшийся буквально за пару минут. Три пары женских туфель теперь красовались на журнальном столике, соседствуя с кучей самых разных украшений. Диван был завален чулками, халатами, кейсами с косметикой, коробочками с парфюмами, свечами и странноватым декором. А вот подоконник теперь больше напоминал столовую. Разве обязательно размещать напитки, бокалы и лёгкие перекусы в гостиной? Почему не дойти до кухни?

Валериан бережно расправил длинную фату, укрыв ей единственное не заваленное вещами кресло. Лежавший на нём набор расчёсок и маленькая коробочка заколок, невидимок и резинок смотрелись не так громоздко, как всё остальное..

– Валериан? – произнёс я, приподняв одну бровь.

Он широко улыбнулся.

– Да, Лириадор.

– И что здесь происходит?

– Как это что? Ты решил жениться на Астеллии. А ей девятнадцать уже через пару дней. Значит нечего тянуть. Верно? – Он пожал плечами, придерживаясь уморительно-поучительного тона. – Только не говори, что ты не в курсе.. Она не сможет выбрать мужа себе самостоятельно, если вы будете тянуть до следующего солнцестояния. Я изучил местное законодательство. После девятнадцати её анкета отправляется в распреде..

Пришлось перебить друга:

– Я в курсе.

– Тогда за дело! – пискнула Мария, укорительно стрельнув взглядом в длинный чехол, который я всё ещё держал в руках.

Выполнив приказ маленькой женщины, я расстегнул молнию на соседнем чехле, что тоже висел на приоткрытой двери книжного шкафа. Струящееся белое платье показалось мне слишком простым: тонкие бретели, прямая линия лифа и свободная юбка. На спине – тонкая линия пуговиц, как россыпь жемчужин, исчезающая в изгибах ткани. На этом всё.

– Это всё, конечно, замечательно. Только вот мы не планировали торжественной церемонии.

Валериан усмехнулся и пожал плечами.

– Мария сказала, любая девушка мечтает о таком, даже если обычно соглашается на чёрную водолазку и обычные джинсы.

Схватив с книжной полки очередную коробочку, я пару раз подкинул её в воздух.

– Ну а я-то здесь при чём?

– Как это при чём? – Голос друга опустился до устрашающего шёпота. – Это ведь твоя идея: жениться на землянке. Ну и будь теперь добр устроить девочке какой никакой праздник.

Я шумно выдохнул и закрыл глаза. Их забота была искренней, я это понимал. Но в голове тут же всплыл взгляд Стелли вчера вечером – вымотанный, тревожный, будто она держалась из последних сил.

– Уверен, она сбежит, как только она увидит все эти ваши розовые лепестки, свечи и сырное ассорти.

– Ошибаешься, мой друг, – не отступал Валериан. – Моя жена знает толк во всем этом вот.

– Если хоть что-то из этого расстроит Стелли, – проговорил я медленно, – я попрошу вас всё собрать и унести. Немедленно. Договорились?

Валериан кивнул.

– Конечно.

– Ладно.. Лучше расскажи, удалось ли выяснить что-нибудь про мутантов?

Улыбка на лице моего помощника померкла, и он переступил с ноги на ногу.

– Есть кое-что, – понизив голос, начал он, отойдя к окну. – Но пока всё на уровне догадок. Слишком мало данных.

Я подошёл ближе и, скрестив руки на груди, облокотился об оконную раму.

– Слушаю.

– В УБА слили данные о подозрительной карте, которую, по слухам, утащили из синдиката. Это оказалась карта энергетических точек Аковама. Всех до единой.

Я нахмурился. Это уже было поинтереснее коробок с бантами и бокалов шампанского.

– Им нужна энергия. Видимо, генераторов оказалось недостаточно.

– Верно. УБА предполагают, что синдикат вскоре попытается захватить точки с наивысшей энерго-эффективностью. Но так ли это на самом деле.. – Он пожал плечами, прежде чем продолжить: – Может, просто проверяют нашу реакцию или отвлекают. Расследование всё ещё в самом разгаре. Ты что-то об этом знаешь?

– Повстречал тут ещё двух мутантов. И знаешь что? Они не старше того, которого мы недавно задержали.

– И что думаешь?

– Не понимаю, как подростки-верумианцы оказались в Аковаме. Но если судить по акценту, они здесь уже давно.

Валериан задумчиво потёр подбородок.

– Кто-то намеренно интегрирует в местное общество детей мутантов.

Я кивнул.

– УБА нужно прекратить медлить. Работа под прикрытием эффективна, но пора действовать в открытую. – Я снова взглянул в сторону чехла с платьем, и губы сами собой скривились в мрачной улыбке. – Пора действовать..

И весь этот хаос вдруг приобрёл совершенно другое значение. Неуместное празднество теперь казалось отражением моего отчаянного желания быть кем-то другим. Обычным мужчиной, который может позволить себе жениться..

– На счёт твоего задания, – тихо произнёс Валериан. – Все данные о твоей давней знакомой стёрты из баз Ясора. Настолько ничего нет, будто её никогда и не существовало.

Я задумчиво посмотрел на него, не сразу ответив.

– Но я лично был в её доме двадцать лет назад.

– Знаю, но дело не в этом. Боюсь, информации об Атанасии, которую ты пытаешься найти – попросту нет. Она либо удалена, либо заменена на выдуманную, что никак не помогает делу, – спокойно произнёс Валериан. – Коррупция способна на многое. Но вот кому и зачем это могло понадобиться..

Я провёл ладонью по лицу.

– Мне плевать, кто за этим стоит. Выясни, как так вышло, что о местной жительнице нет ни единой строчки в базах данных целой страны.

– Но почему это так важно?

Признание вырвалось прежде, чем я успел его обдумать:

– Моё прошлое почти ничего не стоит, Валериан. И если я безвозвратно потеряю ещё и Ати – не уверен, смогу ли остаться собой.

20 лет назад:

– А ведь я говори-ила, – перекрикивая музыку, довольно протянула Ати, привстав на носочки, чтобы её было лучше слышно. Её глаза блестели озорством. – Она засматривалась на тебя с момента, как мы пришли. Её даже подруги одёргивали, а она продолжала снова и снова поглядывать на тебя.

На наших лицах вспыхивали яркие цветные блики, по полу растекались световые дорожки, звон бокалов дробил воздух, а женский смех размывал границы осторожности.

Я искренне ненавидел вечеринки. Единственное оправдание моего здесь нахождения – сопровождение Ати. Её безопасность была превыше всего.

– Ну, не знаю.. – неуверенно произнёс я, продолжая глазеть на полученное приглашение на свидание. – Видимо, она просто не поняла, кто я.

На меня частенько заглядывались девушки, но стоило им узнать о том, что я мутант, они сбегали, сверкая пятками. Никто не хотел иметь дело с такими, как я. С верумианцами, жизни которых принадлежат Системе. Жизнями которых распоряжается кто-то другой.

Я едва заметно пожал плечами и одним небрежным движением провёл пальцем по запястью, погасив голограмму.

Уверен, встреча с заинтересовавшейся во мне девушкой пройдёт так же, как и обычно. Быстро и безрезультатно.

– Ну хватит-хватит! Судя по её взгляду, плевать она хотела на всё это. Только бы ты уделил ей внимание! Нам, женщинам, много не нужно.. – Ати подмигнула, перехватив у официанта коктейль. – Поначалу!

Я вздохнул и с притворной капитуляцией развел руки в стороны, делая вид, что сдаюсь под ее напором.

– Как скажешь!

Спорить с ней было бессмысленно. Ати смотрела на меня иначе, не так как все. Она видела во мне обычного мужчину, что разительно отличалось от истины, в которой день ото дня жил я. И, признаться честно, её взгляд на мир мне нравился куда больше общепринятого на Веруме, но это не отменяло изъяна в моей генетике.

Как только внимание Ати переключилось на участниц проекта, я направился к сослуживцам, подпирающим дальние колоны. Двинулся туда, где место таким как мы: глубоко в тени, куда праздной жизни просто на-просто не дотянуться.

Чем ближе финал, тем меньше сопровождающих приходили на общие встречи. Но это не мешало нам обмениваться выуженной информацией о планах организаторов проекта, анализируя самые разные источники.

Победа Ати в проекте многое для меня значила, гарантируя продвижение по карьерной лестнице.. Только вот в последнее время я начал думать о своей подопечной в другом ключе. Мы стали ближе, из-за чего сам проект и победа в нём постепенно стали терять для меня свою значимость. Теперь куда важнее была сама Ати. Её самочувствие, настроение, желания и мечты. Мне хотелось быть достойным её искреннего ко мне отношения. Мне хотелось оправдать ее доверие – стать ей тем другом, которого она уже видела во мне.

Сорвавшись с места. я машинально хрустнул костяшками пальцев одной руки, а затем другой, Мгновение – и я уже шагал в сторону танцпола к, который уже почти тёрся причинным местом о мою Ати.

– Проваливай, – настоятельно порекомендовал я бедняге, который, увидев меня, поспешил сделать вид, что пристраивается к совершенно другой девушке.

Он изобразил удивление, неловко пожал плечами и сделал шаг в сторону, будто его никогда и не интересовала Ати.

– Всё в порядке? – коснувшись моей спины, спросила Ати.

Я оглянулся и наткнулся на четыре пары озадаченных красивых женских глаз. Участницы проекта были встревожены, так как, несмотря на праздность обещанной им жизни на Веруме – снова и снова сталкивались здесь с опасностями.

– Всё отлично! – уверенно бросил я, глядя в глаза каждой по очереди.

Девушки разом с облегчением выдохнули, их плечи опустились, и они улыбнулись друг другу, тут же вернувшись к танцам.

– Лир, давай! За мной! Двигай бёдрами! – рассмеялась Ати, дразняще толкнув меня в бок и подхватив под предплечье.

Она выгнула спину, подняла руки и её тонкие пальцы замерли в воздухе на полудыхании такта. В свете ярких софитов ее фигура двигались плавно и соблазнительно, откликаясь на каждый ритмичный удар грохочущей музыки.

Покачав головой, я собрался уходить, чтобы перестать пялиться на неё. Мне уже давно стоило сбавить обороты..

– Я не танцую.

– А вот и танцуешь! – запротестовала Ати, схватив меня и под второй локоть. Её искренняя улыбка и нежный взгляд говорили сами за себя: она была рада моей компании. – Давай же! Не будь ханжой!

Как я мог ей сопротивляться?

Я не удержался от ответной улыбки, позволив этой маленькой женщине взять надо мной верх и увлечь за собой. Я снова чувствовал себя живым рядом с ней, и это было невероятно приятно. Я был просто Лиром, который двигается в такт музыке, что греет душу девушке, которая видит во мне.. меня.. Меня настоящего..

Чертовски опасное чувство.

Настоящее время. Астеллия:

Через закрытую дверь, даже сквозь утреннюю пелену сна, я услышала шуршание и разговоры. Преодолев желание накрыть голову подушкой, я заставила себя открыть глаза.

– Что там, Азри?

Я медленно села в кровати. Каждое движение требовало усилия. Спутанные мысли не хотели складываться в ясную картину.

Мой призрак оторвал взгляд от окна и задумчиво посмотрел на меня.

– Утро невесты.

Я зевнула, мечтая рухнуть обратно в постель.

– Что ты имеешь ввиду?

– Платье, туфли, все дела. – Азри улыбнулся, веселясь над моей растерянностью. – Неужели передумала выходить за Лириадора?

– Нет.. – пробормотала я, потирая слипшиеся ото сна глаза. – Не передумала..

Азри сел на край кровати, скрестив руки на груди.

– Знаешь, ты ведь всё ещё можешь отказаться. Даже сейчас. Да хоть даже в последний момент.

Лучший друг недвусмысленно и очень активно кивал в сторону двери, заставляя меня поджать губы, чтобы сдержать нервный смешок.

– Что ж. – Он пожал плечами. – Тогда поспеши, иначе Мария сведёт Лириадора в могилу.

– Разговорами о чувствах?

– Хуже, – скривился Азри. – Расспросами о живых голубях для церемонии. Она предлагает ему лично заняться их уловом, так как в Аковаме вообще нет такой традиции и арендовать птиц здесь негде.

– Арендовать птиц? – Уголки моих губ предательски поползли вверх. – Бедный Лир. Я тебя поняла!

Сбросив с себя одеяло, я подошла к зеркалу. Наспех себя оглядев, я поняла, что выгляжу как-то иначе. Во мне крепла тихая решимость, которой не было раньше. Будто я впервые понимала, что делаю.. и теперь отчётливо видела свой путь.

Моя ладонь легла на прохладное стекло, оставляя на нём отпечаток. Я прикусила губу и, глядя на своё отражение, едва заметно кивнула самой себе. Всё осталось по-прежнему, но теперь в моих глазах больше не было беспомощности, что жила во мне ещё совсем недавно.

Азри встал позади меня, как тень – привычный, родной.

Я выдохнула. Медленно. Глубоко.

– Всё будет хорошо.

– Ты, как всегда, прав.

Азраэль:

С момента, как Стелли оказалась во власти Марии, прошло уже больше трёх часов. Я никогда прежде не видел, чтобы макияжу и причёске уделяли столько времени и сил. Девушки веселились, по-настоящему наслаждаясь подготовкой к торжественной церемонии, которая, по уверениям Марии, должна запомниться на всю жизнь.

Не намереваясь сидеть без дела, мужчины почти сразу, как только костюм оказался на Лириадоре, решили отправиться по рабочим делам. Прежде чем попрощаться со Стелли, они условились встретиться уже в Отделе Учёта и Регулирования Семейных Отношений.

– В Навиграции женщины равны мужчинам? Как такое возможно? – удивлённо спросила Стелли, застыв с поднесённой шоколадной конфетой к губам.

– Даже не знаю. Так было всегда. – Мария пожала плечами, аккуратно воткнув невидимку сквозь фату прямо в пучок золотых волос. – Почему кто-то должен решать за тебя только из-за того, что у него иной набор хромосом?

Я усмехнулся.

– Может, по тем же причинам? Так было всегда.

Стелли согласно кивнула, но тут же спросила:

– Что за хромосом?

Мария встретилась с ней взглядом в зеркале.

– Хромосомы это такие шту-уки, – неуверенно начала она, – в нашем организме, которые отвечают за половую принадлежность, цвет волос, рост, таланты.. как-то так.

Стелли нахмурилась. Видимо, ей не верилось в правдивость услышаннго.

– Откуда ты о таком знаешь?

– Ой.. – Мария задумалась, потянувшись за очередной невидимкой. – Кажется, ещё в школе на биологии рассказывали. А в Ясоре нет этого в программе?

Мы со Стелли переглянулись.

– Биологии? У нас вообще такого нет. О чём ещё там рассказывают?

Мария округлила глаза и рассмеялась.

Где-то в груди зарождалось странное, тянущее чувство – словно нас всю жизнь держали взаперти, и только сейчас кто-то впервые пытался приоткрыть дверь.

– Да обо всём понемногу! Про растения, насекомых и животных. А также про то, как устроено наше тело, как работают органы, как мы рождаемся и умираем.

– Ого! – вырвалось из меня.

– Вам рассказывают про смерть?! – выпалила Стелли, чуть ли не подпрыгнув на месте, и тут же прижала руку к губам. – Прости. – Она виновато улыбнулась отражению Марии. – У нас.. ну..

– Не принято знать естественный порядок вещей? – шутливо предположила она.

– Ви-идимо..

Я затаил дыхание вместе с ней.

Мария снова звонко рассмеялась, а после, когда поняла, что Стелли не шутит – застыла.

– Только не говори, что у вас и лекций по половому воспитанию нет. – Оценив недоумение на лице невесты, она широко, почти театрально, открыла рот от удивления. – А как же знания о гигиене, о личных границах, о женском здоровье и деторождении?!

– Об этом нам рассказывают на основах чести и общественного долга, – почти гордо заявила Стелли.

– И чему вас там учат? – Голос Марии теперь был полон скепсиса.

– Как раз обо всём, что ты перечислила. О роли мужчины и женщины в семье, о великой миссии материнства, о правильном поведении в браке..

– И про историю не забудь! – подсказал я, отстаивая серьёзность Стеллинного образования.

– Ах, да! Истории «великих жен», принесших себя в жертву ради семьи и государства.

Мария бессильно повалилась на диван, запрокинув голову и прикрыв глаза рукой. Несколько коробок полетели на пол, но, казалось, сейчас их сохранность её совершенно не заботила.

В глазах Стелли появилось явное беспокойство.

– Я сказала, что-то не так?

Она не любила выглядеть глупо. Именно поэтому её пальцы уже какое-то временя беспрерывно теребили край чулка, а уголки губ изо всех сил пытались не опуститься. Я знал, как сильно она ненавидит чувствовать себя слабой и некомпетентной, но несмотря на это, Стелли продолжала задавать вопросы. В такие моменты я с особенным трепетом восхищался и гордился ею. Столь хрупкая отвага даже в такие моменты была одной из её самых сильных сторон.

Мария тяжело вздохнула и серьёзно посмотрела на Стелли. Придвинувшись на край дивана, она взяла её ладони в свои и тихо заговорила:

– Девушка, которая знает, как работает её тело, относится к отношениям, беременности и браку иначе. Понимаешь? – Она похлопала Стелли по руке, мягко улыбнулась и продолжила: – Что ж, значит, сегодня начнём с простого: вот скажи, ты хочешь детей?

***

Лириадор:

– Хотела перед вами извиниться за вчерашнюю сцену, – опустив глаза, произнесла Арианна. Сидя в кресле напротив меня, она выглядела так неуверенно, будто была не в своём рабочем кабинете, а в допросной УБА. – Это всё дурацкое волнение. Понимаете.. мы с родителями Эрджи уже давно обсуждаем союз их сына со Стелли. Несмотря на усердную подготовку к тестированию в академию, она у нас явно не создана для тяжёлого физического труда. Поэтому мы предвидели её отчисление..

Судя по всему, она понятия не имела на каких подработках всё это время трудилась её дочь.

– Понимаю. Я стал той ещё неожиданностью для вас.

Мать Стелли медленно подняла на меня взгляд, и согласно кивнула. На её лице отразилась усталость, что ещё мгновение назад скрывалась за маской спокойствия.

– В любом случае, вы стали свидетелем не самой приятой сцены. Думаю, всё дело в том, что Эрджи был не в меньшем шоке, чем я сама. – Арианна вздохнула. – И, признаться честно, я благодарна вам за то, что вы позаботились о Стелли.. Я так растерялась, что даже не заметила её состояния.

– Вы не обязаны объясняться передо мной. Но я благодарен за вашу честность.