ИВО

Кай и Кассия подъехали к Переправе раньше, чем они с Пандеей. Встреча с Мениском также прошла хорошо, а короткое знакомство с Вестой позволило Дее собраться с духом перед рассказом. Веста с ободряющей улыбкой заверила, что Гипнос уже всё ей объяснил, и попросила их уйти на земли Фобетора, чтобы не портить маковые поля, если их тренировки пойдут не по плану.

Пандея и Мениск сперва ощущали себя неуютно в мрачной пустыне под красным небом, но огромная чёрная дыра со световым ореолом заворожила всех, кроме Кая.

Иво не намеревался контролировать рассказ, дав Пандее объяснить то, чем она готова поделиться, но всё же считал, что даже малое откровение пойдёт им обоим на пользу. У Иво самого до сих пор стоял ком в горле от услышанного вчера. Он пару сотен раз успел себя проклясть за то, что позволил ей себя целовать, за то, что ответил. В итоге он взял себя в руки, но было поздно. Был шанс с самого начала избежать тех поцелуев. Он никак не ожидал её раскрепощённого заигрывания с утра и пока не мог понять, действительно ли ей стало легче или она прячется от старой боли в новых эмоциях. Если второе, то спать с ней будет огромной ошибкой. И как бы Иво ни избегал флирта, врать себе было бесполезно: Пандея ему нравилась.

Нравились её неуклюжие, хоть и упрямые попытки заигрывания, её хрупкость и доверчивый взгляд. Она не боец, вряд ли когда-либо держала оружие в руке – и всё же выстрелила в себя, чтобы спасти Кассию. Она не хотела пугать брата, хотя тот вполне мог постоять за себя как физически, так и морально.

Мениск Лазарис был напряжён и недоверчив, оказавшись в незнакомой компании. Он поглядывал на Кассию, Иво и Кая с молчаливым недоумением, вероятно, желая поговорить наедине с сестрой, но та попросила об их непосредственном присутствии, заверяя, что ей понадобится помощь в рассказе. И Пандея начала издалека, со своего второго похищения, как она встретилась с Иво, Каем и Элионом. Уже только это привело Мениска в замешательство: он не знал.

Потом Дея вспомнила о перестрелке, ранении Иво, нападении в её квартире и похищении из магазина одежды. Иво устало потёр лицо, поражаясь, как много им выпало всего за какие-то пару недель. Только при рассказе про полемархов Гемеры и ихор Калиго Кай, Иво и Кассия принимали участие, когда Пандея просила помочь с деталями.

Мениск слушал терпеливо. Лишь изредка возражая, сопротивляясь и задавая вопросы, которые, как он думал, разоблачат их враньё, но на каждый его вопрос и претензию они находили объяснение. Брат Пандеи бледнел не хуже своей сестры, изредка его взгляд стекленел, затянутый далёкими воспоминаниями. Кассия создала для него, а после и для всех остальных по стулу, заметив, что Мениску определённо стоит присесть.

Его лицо вытянулось, когда Пандея заговорила о первом похищении. В этот раз она рассказала брату всё: про онира внутри себя, про перерезанное горло и про то, что похитители намеревались сделать с самим Мениском, если бы его сестра не стала тем самым чудовищем.

Пандея не упомянула изнасилование, явно не зная, как признаться в этом брату. Она попыталась, но в итоге увела тему дальше. Пандея ни разу не заплакала, хотя время от времени её знобило, а слова выходили через силу, надтреснутым голосом. Иво хотелось её обнять, успокоить, но он держал себя в руках и молчал. Он видел схожее сожаление в глазах Кассии, но она и Кай тоже оставили слова утешения при себе.

Иво не знал, сколько занял её рассказ, время на землях Фобетора будто не двигалось вовсе. Вокруг были одни чёрные и серые дюны – если где-то поблизости и бродили чудовища, то благодаря Каю держались подальше.

– Дея… – Мениск откашлялся, облизал губы, ища подходящие слова. – Я в курсе, как мой… страх в детстве тебя обижал. Я не хотел этого, просто… не мог контролировать всю ту панику.

Пандея глядела на брата с настороженным ожиданием. Она сидела на краю своего стула вся напряжённая, казалось, не дышала. Обвиняемая, ждущая финального вердикта от судьи.

– Я не понимаю, как мне во всё… поверить. – Его взгляд прошёлся по Иво, Каю и Кассии. – Они, как я понимаю, свидетели, но… это какой-то абсурд.

– Ты мне не веришь, – сникла Дея.

Мениск резко встал, и Пандея невольно повторила за ним, то ли удивлённая, то ли испуганная внезапным движением брата. Он заметался из стороны в сторону, что-то нервно бормоча себе под нос, но успокоился раньше, чем Пандея сумела что-либо спросить.

– Дея, – с внезапной лаской вкрадчиво позвал Мениск, оказавшись перед сестрой. Он умело вернул маску собранности, словно все вокруг сходили с ума, и он понял, что надо сохранить трезвость рассудка. – Я люблю тебя, ты ведь знаешь это?

Плечи Пандеи напряглись, как если бы тон заставил её насторожиться, но после она выдохнула, расслабилась и кивнула. Иво поймал взгляд её брата, скользнувший по нему и Каю с Кассией.

Он им не верил. Или же решил, что его сестра бредит из-за них.

Иво ожидал нечто подобное, поэтому и бровью не повёл. Доказать правду было делом нескольких секунд, и всё же не стоило с ходу демонстрировать, в кого способна превратиться его сестра. Даже если онир готов защищать Мениска… всё равно пока не стоит.

– Если рассказанное тобой правда, то…

– Правда, – встряла Пандея, мольба в её голосе была очевидна.

Мениск моментально кивнул, а затем нервно мотнул головой, отменяя первоначальное согласие. Иво не винил его в неспособности сразу поверить в услышанное, Мениску требовалось время и, возможно, какая-нибудь безобидная демонстрация. Единственное, на что Иво надеялся, – на разумность последующих высказываний, что Мениск не ляпнет ничего идиотского и не станет убеждать Пандею, что у неё не всё в порядке с головой.

– Если рассказанное тобой правда, то мне очень жаль, Дея, – настойчивее повторил Мениск, выбрав верный ход мысли. – Мне искренне жаль, и я в ужасе и растерянности. Почему ты не рассказала ничего нам? Перестрелки? Нападения в твоей собственной квартире? Дея, ты должна вернуться домой.

– Я… хотела. Сперва собиралась, но теперь… не уверена, что я буду безопасна для вас. Мне необходимо научиться контролировать онира.

Мениск опять то ли кивнул, то ли мотнул головой. Бездумным, вероятно, привычным жестом взял руки Пандеи в свои, погладил кисти, успокаивая себя и её.

– А про… онира, Дея, – неловко начал он, облизав губы. – Ты помнишь курс психотерапии, который мы с тобой прошли?

Пандея скованно кивнула, и Мениск улыбнулся вполсилы.

– Мы прошли с тобой его вместе, но я… не рассказывал, что мне потребовался повторный, короткий приём медикаментов. – Пандея нервно дёрнула головой, почти отступила на шаг, но Мениск не дал, сжав её руки. – В этом нет ничего постыдного, Дея. Мне повторный приём помог, и я избавился от кошмаров. Знаю, каково это. Признаться, что тебе вновь нужна помощь, тем более в нашем возрасте. Я прошёл через это.

Иво удержался от гримасы: с одной стороны, ему не нравились намёки Мениска, но, с другой, брат Пандеи пытался её поддержать, исповедавшись в собственных трудностях. Он проявил искреннее участие, хоть и не желал принимать правду.

– Я помогу тебе пройти через повторное лечение, Дея. Всё будет хорошо. Если хочешь, мы никому не расскажем, всё это останется только между нами.

– Ох, Ник! – В глазах Пандеи заблестели слёзы, она торопливо их смахнула и теперь уже сама сжала ладони брата. Перемена заставила Мениска напрячься. – Мне так жаль, что ты сомневался в своём разуме. И всё из-за меня. Тебе не были нужны таблетки, ты никогда не сходил с ума. Слабое утешение, но всё увиденное было реальным.

Улыбка сошла с лица Мениска, оставив отстранённую маску, медленно в его глазах появилось раздражение. Ему напомнили о теме, о которой говорить он не хотел, но лекарство редко бывает сладким.

– Вылезай, – подражая приказному тону Кая, бросила Пандея себе под ноги. Мениск проследил за её взглядом и сдвинул брови.

Ничего не произошло, онир Дею не слушался, Мениск издал усталый вздох.

– Вы не могли бы мне помочь? – обратилась Дея к Каю.

Если едва заметный наклон головы можно было бы назвать кивком, то Кай согласился.

Воздух загустел, стих ветер, и вместе с ним застыл шуршащий под ногами песок. Казалось, кольцо света вокруг чёрной дыры замедлило своё движение вдвое. Перемены были моментальными, но осознание пугающей замедленности пришло лишь спустя мгновение. Иво давно привык к проявлению способностей сына Гипноса и разумом понимал, что ничего плохого не случится, но сердце против воли забилось быстрее. Мениск задышал чаще, словно застывшая действительность отобрала у него ощущение воздуха.

– Вылезай. Сейчас же, – коротко велел Кай, глядя на тень под ногами Пандеи.

Сумрак нехотя зашевелился, поднялся бесформенным сгустком, неторопливо принимая очертания фигуры. Кай тихо фыркнул, когда онир, вероятно, специально прикинулся незначительным чудовищем, не став подниматься выше пояса Пандеи. Он обвил её ноги, прячась за хозяйку, как обиженный чужаками питомец. Не знай Иво его истинную сущность, мог бы и повестись на устроенный спектакль. Иво, с одной стороны, настораживало то, что сумеречный онир ведёт себя совсем не как его сородичи, но с другой – он был рад, что сидящий в Пандее кошмар напоминал более разумную версию, которая прикидывалась беззащитной и смиренной под взглядом Кая и предупреждающе наставленным дулом пистолета Кассии.

У онира не было глаз, носа или рта, всё это появлялось на гладкой маске, лишь когда ему нужно было, но онир опустил и вскинул голову, как если бы перевёл внимание от лица Кассии к пистолету в её руке и обратно. Онир крепче обхватил ноги Деи длинными руками, начиная напоминать несчастного детёныша обезьяны или панды.

Безобразного, смертельно опасного, но детёныша.

Мениск не попытался убежать, он вообще не двинулся и не проронил ни звука. Казалось, оцепенел, уставившись на существо. Его можно было понять – тот выглядел обманчиво безобидным.

– Он… – неловко начала Пандея, заметив пугающую недвижимость в позе брата. – Это и есть сумеречный онир… он вроде как живёт во мне. Или в моей тени, я не совсем уверена, как будет вернее.

Мениск поднял расфокусированный взгляд, уставился на сестру, будто не мог её узнать, и не понял ни слова.

Иво невольно задержал дыхание, ощущая бесконечность затянувшейся паузы. Он не убежал, это уже неплохо, Иво подал едва заметный знак Каю.

Пора заканчивать.

Тот коротко кивнул.

– Всё хорошо, можешь возвращаться, – разрешил он ониру, прервав гнетущую тишину. Тот настороженно припал к земле, тело потеряло форму, и сумрачный дым присоединился к тени Пандеи.

Мениск протяжно выпустил воздух.

– Он безобиден и ограничен в возможностях выхода, – пояснил Кай, стараясь успокоить. – Онир появляется только при условии непосредственной опасности для носителя или же по желанию самой Пандеи.

– Он не… такой. Я видел…

– Да, это его неполноценная форма, но другой ты не увидишь, если не решишь убить собственную сестру.

Намеренная абсурдность предложения помогла Мениску расслабиться, к окаменевшей позе вернулась жизнь. Плечи поникли, он перенёс вес тела с одной ноги на другую, отступил на шаг, даже покачнулся – явно ослабел, лишившись притока адреналина.

Пандея дёрнулась, чтобы его поддержать, но взмахом руки Мениск отказался от помощи и восстановил равновесие. Иво не расслышал, какие ругательства он пробормотал, потирая ладонями лицо. Мениск не сбегал, а принялся нервно вышагивать туда-сюда перед сестрой, пытаясь собраться с мыслями.

– Это! – резко начал он, указав на её тень, но не сумел продолжить, вероятно, растеряв мысль. – Это… боги… Так не бывает.

Пандея не стала переубеждать, смиренно дожидаясь, пока брат успокоится. Иво пожал плечами в ответ на недоумённый взгляд Кассии. Не стоило вмешиваться – Пандея знала своего брата лучше.

И тот действительно успокоился. Остановился, отнял руки от лица, натянул привычную маску аристократичного потомка, даже поправил одежду, словно в шаге от необходимого разговора.

– Дея, – со знакомой лаской позвал Мениск. – С этим надо что-то сделать. Уверен, всё это можно исправить… не таблетками… явно нет. – В глазах Мениска проскользнул намёк на растерянность, но он умело подавил желание поддаться панике, чем вызвал уважение Иво. – Были упоминания, что это всё как-то связанно с последователями Мены, – припомнил Мениск, теперь вопросительно посмотрев на Кая и Иво. – Наша мама, Дея. Она должна что-то об этом знать. Прошу тебя, поехали к ней. Она поможет разобраться, а если действительно имеются сведения о… Калиго и её ихоре, то должна быть информация о том, как избавиться от онира. Раз чудовище поселилось в тебе как… зараза. Как паразит, Дея. Наверняка от этого есть способы лечения.

Зараза?

Иво заинтересованно наклонил голову: казалось, Мениск цеплялся за любую разумную мысль, которая могла помочь ему избежать примирения со сложившейся ситуацией. Но бегающий взгляд подсказывал, что он сам не очень верит в своё предположение.

К удивлению Иво, Пандея промолчала. Не сказала, что Гипнос уже предложил выход и возможность избавиться от онира. Девушка сперва сжала губы, но потом резко выдохнула.

– Ты прав. Надо поговорить с мамой, она глава храма Мены и может быть в курсе. Хоть какие-то старые манускрипты наверняка есть. Я хочу… – Пандея повернулась к Иво и Каю с Кассией, – хочу съездить домой, хотя бы ненадолго. Мениск прав. Если последователи Мены с этим связаны, то должны были сохраниться документы.

– Разумно, – признал Кай. – Любая дополнительная информация нам пригодится.

Стоило Каю встать, как ранее созданный Кассией стул начал втягиваться в песок. Подруга выругалась, вскочила на ноги и ухватилась за спинку, тщетно пытаясь удержать предмет мебели, но песок неумолимо поглощал его.

– Опять ты за своё! А ну не смей! – возмущённо приказала Кас, когда её стул и стул Иво осели в песке.

Иво растерянно отошёл в сторону, удивлённый происходящим. Мениск и Пандея позабыли о своём напряжённом диалоге, с недоумением наблюдая, как бывший архонт Раздора гневно пнула песок, когда он почти пожрал стул Кая, а после добавила несколько ругательств, глядя на остальные два. Только Кая забавляла сцена. Кассия фыркнула, заметив его улыбку.

– Очень смешно. Скажи ей перестать.

– Это всего лишь пустыня, Кас.

– Твоя пустыня! И она меня ненавидит.

– Ты преувеличиваешь.

Кассия демонстративно создала в руке флягу и бросила на песок, тот вздыбился и поглотил предмет с жадностью голодного зверя. Кассия вызывающе подняла бровь, Кай едва сдержался от смеха.

– Его земли стирают любые следы моего пребывания, – недовольно пояснила она для Иво и натянула страдальческую улыбку для Пандеи и Мениска. – Они бы и меня сожрали, если бы Кай рядом не стоял.

– Она тебя не тронет, просто капризничает, – защитил земли Фобетора Кай.

Кассия возмущённо всплеснула руками.

Эта сцена если не облегчила разговор, то хотя бы сбавила градус напряжения. Мениск уже не выглядел настороженным, став свидетелем других странностей, которые можно наблюдать только на Переправе, а на губах Пандеи даже появилась тень улыбки. Иво успел её заметить, ощутив внимание Деи. Она смотрела не на Кассию, а на него. Стоило их взглядам встретиться, как она торопливо отвела глаза.

– Я провожу вас в Пелес, – сказал Кай брату с сестрой. – Останьтесь дома на пару дней, уладьте дела, обдумайте услышанное и увиденное. Пандея, возвращайся на Переправу завтра во второй половине дня. Зайди, и Веста сама тебя отыщет.

– На два слова, кирий, – едва слышно бросил Иво Мениску, воспользовавшись разговором между Каем и Пандеей.

Мениск без лишних возражений отошёл с ним на несколько шагов: достаточное расстояние, чтобы детали беседы остались между ними.

– Я понимаю, что произошедшее с тобой в детстве чудовищно и аморально, и не умаляю ужасы, которые тебе пришлось пройти, – с ходу перешёл к делу Иво. Ходить вокруг да около он не любил, да и решил не оскорблять собеседника пустой болтовнёй. – Я думаю о тебе, кирий, как о взрослом, хорошо образованном и рассудительном представителе Дома Зависти, потому и настоял, чтобы Пандея поделилась с тобой правдой. Ты давно не ребёнок, и сокрытие истины действует тебе во вред. Ты согласен?

– Согласен.

Иво удовлетворённо кивнул, убеждаясь, что дураком Лазарис не был.

– Прекрасно. Тогда знай, что Пандея поделилась не всем про ваше первое похищение. Её пытали, потом изнасиловали, а после привели к тебе и перерезали горло. Думаю, ей стыдно в этом признаться, поэтому о своём знании продолжай молчать.

Иво не смотрел на собеседника, следя за Пандеей, чтобы подловить момент, когда она обернётся к ним, но ощутил, что Мениск буквально одеревенел. Его молчаливое потрясение оглушало, распространяясь вокруг, словно гул. Иво понимал, что переступил опасную грань, раскрыв то, о чём сама Пандея не упомянула. Может, он самонадеянный осёл, но был уверен, что поддержка брата ей необходима. Мениск единственный, кто прошёл с ней через то похищение, и должен понять.

– Почему она рассказала тебе? – хрипло выдавил Мениск, справившись с оцепенением. Его взгляд на Пандею теперь был полон сожаления.

– Так сложились обстоятельства, и не более, – заверил Иво. – Да и некоторую тяжёлую правду легче рассказать малознакомому, чем члену семьи. Моё недоверие Пандею не заденет, а вот твоё осуждение способно её сломать. Помни об этом.

Иво сам ни Анике, ни родителям не рассказал о подробностях произошедшего с ним в переулке много лет назад. Они знали о случившемся вкратце: он попытался помочь девушке, на него напали и, защищаясь, он случайно убил людей. Случайно лишь отчасти. Он мог бы сдерживать силу – будучи палагейцем, он уже физически крепче обычного человека. Он мог бы… но в тот момент не стал.

Иво помнил, с какой отстранённой лёгкостью признался Каю и Элиону в том, что те придурки намеревались его унизить. Он любит сестру, они с детства близки и всегда делились секретами, но тот случай оказался для Иво за гранью. Он просто не мог ей рассказать, по крайней мере, не лично или не тогда… сейчас может, но в прошлом так и не выдавил из себя правду, сколько бы раз не пытался. Поэтому Иво надеялся, что нынешним разговором поможет Мениску и Пандее избежать того же закостенелого секрета, что есть между ним и Аникой. Но его сестры, слава богам, тогда рядом не было. Мениску и Пандее же пришлось пережить ужасы бок о бок.

Мениск благодарно кивнул, Иво отошёл в сторону как раз за несколько мгновений до того, как Пандея обернулась и поманила брата рукой, чтобы пойти с Каем в Пелес.