12:00
Я разговаривал с Питом Кроллой о нашей истории в Мексике, и он напомнил мне, что местная трасса находится высоко над уровнем моря. Вероятно, это может быть одной из причин наших дерьмовых выступлений тут. Из-за высоты иногда во время гонки нам приходилось открывать систему охлаждения. А когда вы открываете систему охлаждения болида «Формулы-1», вы теряете прижимную силу. Я пытаюсь изложить это простыми словами, чтобы всем было понятно. В этом году у автомобилей более крупные системы охлаждения, так что все должно быть в порядке. Кто знает, может быть, теперь мы сможем выступить не настолько дерьмово!
18:00
Как мне показалось, тренировки прошли нормально. В первой тренировке вместо Кевина выехал Пьетро, однако у него возникли проблемы с турбонаддувом, поэтому после трех кругов ему пришлось вернуться в боксы. Тем не менее у Мика был хороший день, и ему удалось выполнить всю свою тестовую программу. Он должен быть готов к завтрашней квалификации. Несмотря на замену двигателя, Кевин смог выполнить большую часть своей тестовой программы во второй тренировке. Впрочем, у него не было достаточно времени, чтобы потренироваться под гонку. Но с этим можно работать.
Несмотря на то, что проблема с системой охлаждения решена, мы все еще не там, где должны быть. И мы не можем понять, в чем дело. Мы почти уверены, что это все еще связано с высотой, но нам нужно поработать над этим, чтобы все исправить. Так, о чем это я?.. О том, что обязательно нужно будет обсудить этот момент с командой в Италии. Они работают над машиной следующего года, и на данный момент все выглядит довольно позитивно. Никакой паники. Никакой паранойи. Что, черт возьми, происходит? До тестов осталось меньше четырех месяцев. Они там все с ума посходили?
Так или иначе, через дверь моего офиса я вижу около двух сотен человек, которые слоняются вокруг нашей гостевой зоны со сраными телефонами в руках и смотрят по сторонам. А мне надо в туалет. Вашу ж мать!
22:00
Окей, теперь я вернулся в отель, где остановилась команда, и могу рассказать вам о состоявшейся ранее встрече по поводу черно-оранжевых флагов. FIA объяснила, что причина ошибок заключалась в двух вещах: сложности в оценке уровня повреждений и сложности в постоянном отслеживании состояния 20 автомобилей. Это, по их словам, привело к неравномерному распределению флагов (да вы совсем охренели!) и, соответственно, к тому, что безопасные автомобили считались небезопасными.
Результатом встречи стало то, что FIA ограничит использование черно-оранжевых флагов теми случаями, когда автомобиль получил значительные повреждения структурных компонентов. Изменения должны вступить в силу немедленно. Затем они привели несколько примеров того, что не считается подходящим для черно-оранжевого флага: сломанная торцевая пластина переднего крыла, неисправный второстепенный компонент кузова, такой как крылышко тормозного канала, или (это не было большим сюрпризом) поврежденное либо отлетевшее зеркало.
Они завершили встречу, сказав, что будут взаимодействовать с командами для обсуждения и уточнения критериев для черно-оранжевого флага на следующий сезон. В FIA надеются, что на данный момент они сделали достаточно, чтобы решить эту проблему в краткосрочной перспективе.
И да, и нет.
Безусловно, тот факт, что подобное не повторится, воодушевляет. Однако, с нашей точки зрения, теперь мы должны завести дело об ущербе, который уже был нанесен. Я не позволю спустить все на тормозах. Окей, вы можете обосраться один раз, но три – это уже проблема. Чтобы привести колеса в движение, Пит попросил нашего руководителя по стратегии, Файссаля, посмотреть на соответствующие стратегии гонок и указать предполагаемые финишные позиции при отсутствии черно-оранжевого флага. Само собой, это ничего не докажет, но зато станет частью нашего дела. Я вернусь к вам с результатами.
10:00
Я считаю, что без набранных в Остине очков команде действительно было бы очень трудно справляться. Когда мы прибыли в Остин, я немного волновался, что ребята могут не дотянуть до конца сезона. Не то чтобы я боялся, что они все начнут сыпаться. Просто когда вы устали и думаете о доме, могут случаться ошибки. Особенно если у вас был такой сезон, как у нас. Возможно, я повторяюсь, но это правда. Нам нужно было что-то, что помогло бы переступить черту неудачи. К счастью, это произошло.
Так или иначе, мне потребовалось почти полчаса, чтобы пройти через вход в паддок. Слава богу, я довольно высокий, потому что если бы я был низкорослым, как большинство гонщиков, меня растоптали бы насмерть. Как, черт возьми, справляется Юки Цунода?
18:00
Следующие два предложения с итогами квалификации, думаю, могут также подвести итоги нашего сезона в целом. Впервые в истории Haas в Мексике Кевин прошел во второй сегмент. Затем он получил штраф и будет начинать гонку с 19-й позиции. То же самое произошло и с Миком. Он был уже практически на пороге второго сегмента (боже, он ехал действительно быстро), однако срезал поворот, поэтому его время было удалено. Чертовы качели и, мать их, карусели, как всегда! Сказать, что я разочарован, было бы преуменьшением, однако я слишком устал, чтобы жаловаться. Сейчас я пойду к своей машине, что займет у меня около четырех часов, а потом поеду обратно в отель, лягу в постель и засну. Buenas noches[65].
18:00
Нет темпа. Высота? Кто знает? Мик 16-й. Кевин – 17-й. Дерьмо!
Adiós[66].
Завтра официальное мероприятие по случаю запуска Гран-при Лас-Вегаса. Ожидается, что там будет около 40 000 человек. 40 000! Неплохо для второстепенного вида спорта. Я не в курсе всего запланированного, но на прошлой неделе Стефано спросил меня, могу ли я приехать, и я согласился. Герти поедет со мной. Грета останется дома. Вы серьезно думаете, что я повез бы свою дочь в Вегас? Мы также снимаем небольшой рекламный фильм для Гран-при вместе с Кевином. Ну, не совсем вместе с Кевином. Мы снимаемся отдельно, каждый в своей роли, и, насколько мне известно, он уже закончил свою часть.
На данный момент я знаю о мероприятии только то, что Льюис Хэмилтон, Джордж Расселл и Серхио Перес некоторое время будут кататься на своих машинах взад-вперед по дороге, а затем дадут интервью на главной сцене Наоми Шифф и Дэвиду Крофту. Это все подготовка к главному событию, которым, конечно же, являюсь я. В конце состоится концерт группы под названием The Killers. Я понятия не имею, что это за парни, но, видимо, они довольно хороши. В любом случае, будет весело, и Герти с нетерпением ждет этого мероприятия.
14:00
Я только что закончил давать несколько интервью в люксовом номере отеля Caesars Palace. Он производит впечатление. Мне показалось, что я узнал его по фильму «Мальчишник в Вегасе», но, видимо, где-то в Голливуде просто воссоздали номер. Учитывая то, что происходило в фильме, я ничуть не удивлен! Также я снимался здесь для нашей рекламы. О цифрах мне не соврали. В данный момент уже повсюду люди. Это сводит с ума. Позже в программе будут машины, а потом интервью на главной сцене. В первую очередь мне нужен отдых. Сразу же после большого чертового коктейля. Думаю, я это заслужил.
19:00
Чертов ад! Реально не знаю, чего конкретно я ожидал, но это было действительно впечатляюще. Единственная проблема, с которой могут столкнуться гонщики на Гран-при в следующем году, – как сосредоточиться на гонке. У них будет слишком много отвлекающих факторов. Как минимум миллиард огней и несколько сотен тысяч человек, которые ссутся кипятком от счастья!
Мероприятие вышло просто невероятным. Повсюду были беспилотники, запускавшие фейерверки, и машины по асфальту пролетали, как ураган. Понятия не имею, как я переживу в следующем году такое количество селфи. Когда я выходил из отеля, меня окружила толпа, и мне потребовалось почти полтора часа, чтобы со всеми сфотографироваться. Просто безумие, мать вашу! Красота, но безумно. Потом, когда меня представили на сцене, все сошли с ума. Мы будто бы снова оказались в Австралии. Я, итальянский придурок с большим носом, странным акцентом и немецким именем. Что, черт возьми, эти люди видят во мне?
Пару лет назад кто-то предложил мне завести телохранителя на время гонок, и сначала я был категорически против. «Зачем мне чертов телохранитель? – спросил я. – Я не Льюис Хэмилтон!» Потом мне сказали, что в некоторых частях мира похищают людей. Я знал об этом, но ни на секунду не думал, что могу быть кому-то интересен. Можете ли вы представить себе банду похитителей, которая возвращается к своему боссу после тяжелого дня в дороге?
– Что у вас сегодня, ребята?
– У нас Гюнтер.
– Сколько за него дадут?
– Все деньги мира, судя по всему!
В прошлом году в Бразилии у меня был телохранитель. Однако он оказался не слишком полезным и в итоге уронил свой пистолет в мою машину. Я сказал: «Что ты, черт возьми, делаешь, чувак? Ты пытаешься убить нас обоих?» Это отбило у меня даже мизерную тень желания иметь телохранителя, и теперь я прибегаю к услугам этих ребят только в Мексике, да и то потому, что меня заставляют.
Окей, мы с Герти сейчас идем ужинать в ресторан Гордона Рамзи. «Адская кухня», кажется, так он называется. Я встречался с Гордоном несколько раз, и он хороший парень. Слишком много ругается, правда, но никто не идеален. Я вам так скажу: в отношении ругани я даже не против отставать от этого шотландского светловолосого ублюдка!
11:00
Я приземлился в Сан-Паулу сегодня в 6:30 после довольно паршивого ночного перелета. Затем мне потребовалось более часа, чтобы пройти иммиграционный контроль, и два часа, чтобы добраться из аэропорта до трассы. Я ною? Да я охренеть как ною! Я вымотан. Хотя чего можно ожидать от города с населением около миллиарда человек? Здесь творится форменное сумасшествие. Однако мне все равно здесь нравится. У бразильцев есть настоящая связь с «Формулой-1», они действительно понимают ее, а еще они всегда очень приветливы и гостеприимны. Это будет хороший уик-энд. Ну, надеюсь. Я уже говорил подобное несколько раз.
7:50
В Бразилии я всегда добираюсь до трассы самостоятельно, а это значит, что я могу приезжать и уезжать, когда захочу. Единственная проблема – трафик. Хоть от отеля команды до «Интерлагоса» всего около 12 километров, иногда дорога может занять более часа, особенно в будний день. Сегодня пятница, и я ожидаю худшего. Никогда нельзя знать наверняка. Может быть, мне все же повезет? Только в этот раз.
9:45
Господи Иисусе! Это была худшая поездка. 1 час 45 минут! Когда я застрял в пробке, некоторые уличные торговцы пытались продать мне бейсболки Mercedes, намеренно желая посыпать мне соль на чертову рану. Серьезно, блин? Я сказал: «Я в порядке, спасибо большое, ребята! И кстати, где ваши поддельные кепки Haas?»
Похоже, Drive to Survive стал здесь еще популярнее. Стоило мне подъехать ко входу, как какие-то люди окружили машину и начали скандировать мое имя. Сначала я подумал, что это может быть толпа линчевателей, но потом напомнил себе, что больше не работаю в Red Bull. Шутка!
Непосредственно у «Интерлагоса» есть несколько лестниц, которые ведут от автостоянки до паддока, и с каждым годом мне требуется больше времени, чтобы подняться по ним. Мне нужен какой-нибудь подъемник. К счастью, на входе было не слишком много охотников за селфи, поэтому через несколько минут я оказался в своем кабинете. Чего я жду сегодня? Если честно, понятия не имею. Исходя из нашей истории, многого ждать не приходится. В 2018 году мы заработали здесь двойные очки, в остальные разы – ничего. Мы должны быть довольно быстрыми, но кто знает, что получится с такой непредсказуемой погодой? Сейчас мы ведем борьбу с Alpha Tauri за восьмую позицию в Кубке конструкторов, поэтому наша главная цель – добиться большего, чем они. Для сравнения: разница в призовых между восьмым и девятым местами в Кубке конструкторов составляет 10 миллионов долларов.
22:00
МЫ ВЗЯЛИ ЧЕРТОВ ПОУЛ!!!
Когда я ранее говорил, что может случиться все что угодно, я имел в виду, что мы можем в конечном счете выйти из первого сегмента квалификации или пройти в третий. Что ж, сегодня у нас все получилось на порядок лучше. Мы забрались прямо на вершину, детка. До сих пор кажется довольно странным даже говорить о подобном, не говоря уже о том, чтобы писать. Мне не терпелось позвонить Джину, и он взлетел на седьмое небо от счастья. В своей обычной тихой манере, разумеется, однако он явно был очень доволен. После этого я позвонил Герти. Естественно, она была со мной на каждом этапе пути с тех пор, как мы основали команду Haas, и она также прошла через все мои эмоции. Возможно, в меньшей степени, но тем не менее она чувствует все, что чувствую я. До сегодняшнего дня наша лучшая квалификация была в Имоле в этом году, когда Кевин занял четвертое место. Тогда тоже был довольно волнующий момент, но здесь совершенно другой масштаб. Когда ты берешь поул-позицию, ты начинаешь смотреть на вещи новыми глазами. Ты существуешь в другом мире, и оттуда разум открывается к новым мечтам.
Это не первый большой успех, которого я добился, руководя командой «Формулы-1». Помните Jaguar, которым я управлял с Ники Лаудой? Что ж, в 2003 году наш гонщик Эдди Ирвайн[67] финишировал третьим в Монце. Но вы можете этого не знать, поскольку тогдашняя наша машина была самым большим куском дерьма, который когда-либо создавали в этом мире. Ее сделали еще до нашего с Ники прихода, так что, по сути, мы просто сразу отправились гоняться. Я помню, как был с Ники и Эдди после гонки. Мы все говорили друг другу: «Как, черт возьми, это случилось?»
Единственное – и я имею в виду действительно единственное — преимущество машины заключалось в том, что у нее почти отсутствовала прижимная сила, поэтому на скоростных трассах вроде Монцы что-то могло получиться. Если машина не ломалась, уже было хорошо. В то время мы ставили себе целью лишь пройти гонку до конца, но оказаться на подиуме? В остальных 16 гонках того сезона у Эдди было 6 финишей и 10 сходов! Такая проблема всегда преследовала Jaguar, помимо всего прочего дерьма. За пять сезонов у них было 69 сходов. Чтобы представить это в перспективе, вот вам еще цифры: за семь сезонов в Haas у нас было 55 сходов при гораздо большем количестве гонок.
Я помню презентацию той машины, как будто это происходило вчера. В те дни показ болидов «Формулы-1» всегда делали очень зрелищным, какими бы дерьмовыми они ни были. Мы провели презентацию на базе отдела исследований и разработок Jaguar в Уайтли. Еще мы стали первой командой, представлявшей свою машину, так что камеры и журналисты были повсюду. Незадолго до презентации у Ники была встреча с техническими специалистами, и по ее окончании он был в полном бешенстве. «Ты знаешь, что прошлогодняя машина была дерьмовой, да? – сказал он. – Ну, видимо, эта будет еще хуже». За всю свою жизнь я не видел такого сердитого человека. Ники жаждал крови! Его разозлил не только тот факт, что команда сделала шаг назад. Впрочем, именно это составляло примерно 95 % его гнева. Он собирался выйти перед сотней представителей прессы и рассказать им всем, какая это чертовски классная машина, а на самом деле она была кучей дерьма! Я помню, как Ники позвонил мне: «Привет, Гюнтер. Что, черт возьми, мне им сказать?» Я ответил: «Скажи им, что это дерьмовая машина, но она обязательно станет лучше». «Я не хочу говорить им, что машина дерьмо, – сказал он. – Это испортит чертов сюрприз! Нет, я решил. Пускай они сами узнают позже».
Я постоянно забываю, что к тому времени, когда эту книгу опубликуют, людям обо всем будет известно. Тогда я рассмотрю то, что произошло, с моей точки зрения, а затем попытаюсь объяснить, что подобный момент означает для такой команды, как Haas.
Окей, сначала о квалификации. Между тренировкой и первым сегментом шел дождь, поэтому оба наших гонщика выехали на первый сегмент с промежуточными шинами. Я думаю, Гасли был первым, кто перешел на «софт», и вскоре все последовали его примеру. Первый круг Кевина не засчитали из-за нарушения границ трассы, но, выехав на мягких шинах, он показал результат 1:13.954, что вывело его во второй сегмент. К сожалению, Мик отстал от Кевина почти на три секунды и занял 20-е место. Трасса показалась ему более влажной, чем она была на самом деле, и, думаю, в итоге он недооценил сцепление. Мик явно расстроился, равно как и я.
Погодные условия во втором сегменте оставались неоднозначными, но во второй части сессии на свежих шинах Кевин показал результат 1:11.40, благодаря чему оказался на седьмом месте. Мы прошли в третий сегмент! Пока все складывалось хорошо.
Такая погода и такая ситуация оказывают на стартовую решетку «Формулы-1» довольно интересное влияние. Порядок вещей нарушается, поэтому богатые ублюдки в верхней части таблицы начинают нервничать, а бедняки начинают потирать руки. Конечно же, перед началом третьего сегмента небо потемнело, и поскольку все начали ссаться в штаны от ужаса, мы должны были принять решение. Либо мы отправим Кевина на мягких шинах, либо на промежуточных.
Наши боксы находятся ближе всего к выезду с пит-лейна, и только в этот раз мы смогли заставить данное обстоятельство работать на нас. Поставьте парню «софт», отправьте его на трассу первым и надейтесь, что он сможет показать хороший круг до того, как пойдет дождь. Таков был план. Я помню, как наблюдал за очередью позади Кевина с пит-уолла. Они пробыли там больше минуты, и шум стал оглушительным. Однако температура шин постоянно падала. «Просто выпустите их!» – помню, прокричал тогда я. Через несколько секунд свет сменился на зеленый. «Окей, трасса пуста, приятель», – сказал Марк, новый инженер Кевина. Вот и все. Он поехал. Мы воспользовались своим шансом, и нам оставалось только молиться, чтобы все сработало.
В итоге Кевин показал время 1:11,674.
– На каком я месте? – спросил он Марка.
– Ты первый, приятель.
– Да ты шутишь! Ты, черт возьми, прикалываешься надо мной, – ответил Кевин.
Я подумал про себя: «Не радуйтесь раньше времени, ребята! Мы всегда можем получить, мать его, черно-оранжевый флаг или что-то в этом роде!»
– Аяо, – сказал я. – Встань со своего табурета и станцуй чертов танец дождя. Давай, быстро! Нам нужна помощь.
– Не нужна, – ответил он. – Посмотри.
Я обернулся на своем табурете и увидел сильный дождь, падающий на пит-лейн. Идеальное попадание! Пилоты только выехали на второй круг, и Перес быстро проходил первый участок. Господи Иисусе! Спасибо за этот чертов подарок!
– Как долго будет идти дождь? – спросил я Пита.
– Около получаса, – ответил он.
Дальше я помню, как Джордж Расселл вылетел в четвертом повороте. «Это красный флаг, – сказал Пит. – А осталось восемь минут и десять секунд. Кевин по-прежнему первый». Несколько мгновений мы втроем сидели на пит-уолле, пытаясь понять, что может пойти не так. В этом сезоне нам слишком часто не везло, и мы искренне ожидали, что это первое место у нас отнимут. Но это действительно произошло. Мы завоевали поул!
Вот что случилось, по крайней мере, как я это помню.
Единственным членом команды, который не смог принять участие в праздновании, стал Мик. Он был очень любезен и поздравил всех, но явно сильно расстроился. В конце концов, протокол не лжет, и он находится на противоположном конце от Кевина. Мне, конечно, легко говорить подобное, но он должен попытаться извлечь из ситуации что-то позитивное. Что-то, что поможет ему улучшиться и стать сильнее. Если бы он был того же возраста, что и Кевин, и имел такой же опыт, ему наверняка было бы намного сложнее поверить в это. Однако он молод и будет работать, чтобы сразиться в другой день. Лучшее, что он может сделать, это вернуться завтра и проехать так, будто от этой гонки зависит его жизнь. Я надеюсь, что он так и сделает.
Окей, что же этот поул значит для команды Haas? Во-первых, он, очевидно, является наградой за всю тяжелую работу, которую ребята выполняли неделя за неделей. Неважно, квалифицируемся ли мы на 20-м месте или на поуле, как сегодня, эти ребята каждый раз делают одно и то же, с одинаковым усердием и вниманием к деталям. В подавляющем большинстве случаев то, что происходит дальше, не зависит от них, поэтому поддержание такого уровня качества при любых обстоятельствах является доказательством их профессионализма.
Некоторые люди могут подумать, что работа в команде «Ф-1» – это просто работа. Ведь нам платят так же, как и другим людям, и это помогает нам сохранить крышу над головой. Однако мы здесь не поэтому. Люди, которые работают на нас, хотят быть частью команды, и им хочется, чтобы эта команда как можно больше прогрессировала и чего-то добивалась. Поул – еще одна галочка, которую мы поставили вместе. У нас были очки и самые быстрые круги, а теперь у нас есть поул-позиция. Следующая остановка – подиум.
Полагаю, мои слова могут прозвучать несколько банально, однако работа в такой небольшой команде, как Haas, – это образ жизни. Следовательно, все происходящее в команде имеет значение, будь то прокол, лишающий вас очков, или черно-оранжевый флаг. Из-за всего этого вы хотите кого-нибудь убить и едва не ловите сердечный приступ. Сегодняшний поул и радость от него тоже из этой серии. Поскольку вы живете этим изо дня в день, вы чувствуете все очень остро, и поул-позиция Кевина стала напоминанием – максимально своевременным напоминанием – о том, почему мы делаем то, что делаем.
Для таких команд, как Red Bull и Mercedes, поул – обычное дело. Когда вы постоянно добиваетесь успеха тут и там, это становится ожидаемым. Что я говорил ранее? Если в банке всегда есть печенье, то в чем прикол этого печенья? Я не говорю, что для больших команд поул или победа в гонке ничего не значат, но, безусловно, уровень успеха, который чувствует каждый член команды, будет так или иначе измеряться его собственным вкладом. Поэтому чем меньше команда, тем больше вклад каждого отдельно взятого человека в ней. Не только когда все хорошо, но и когда все дерьмово. Кстати, это всего лишь теория, так что если вы работаете в Red Bull или Mercedes, не стоит спускаться в паддок, чтобы надрать мне задницу. Но если вы все же решите заглянуть в гости, то принесите мне один из ваших чертовых трофеев!
Ранее я говорил, что поул-позиция переносит вас в другой мир. Кроме того, что вы начинаете мечтать о большем, вы также создаете новую реакцию по отношению к себе. Я имею в виду реакцию, которая исходит не только от болельщиков и окружающих вас людей, но и от спорта в целом. Когда подтвердилось, что Кевин квалифицировался первым, болельщики начали реветь. Подобный рев обычно звучит, когда гонщик выигрывает домашний Гран-при или целый чемпионат. Это было просто невероятно. Я находился на пит-уолле вместе с Питом и Аяо, и когда я обернулся, я увидел, что вся чертова трибуна вскочила на ноги и сходила с ума. Сходила с ума по нам. По Haas. Затем я глянул в сторону боксов, и конечно же, там все сходили с ума еще больше. Позже я видел, что некоторые из ребят даже плакали. Несколько мгновений я просто сидел и впитывал все происходящее. Конечно, я не имею понятия, случится ли что-то подобное с Haas еще когда-нибудь. Надеюсь, что все же случится, однако тогда я хотел насладиться каждой секундой. Когда я пересекал пит-лейн, чтобы присоединиться к ребятам в гараже, трибуны снова разразились ревом, и я помню, как поднял руки вверх, чтобы отпраздновать вместе с ними. «Да, мы сделали это, вашу ж мать!»
Если честно, я слабо помню следующие два часа. Меня, должно быть, поздравили не менее тысячи разных людей, и все они делали это от души, искренне радуясь за нас. Каждый болельщик, каждый журналист, каждый гонщик и каждый руководитель команды. Знаете, это хорошо не только для Haas. Это хорошо для «Формулы-1» в целом. Весь спорт празднует что-то вместе. Я не могу представить другой вид спорта, в котором происходило бы что-то подобное.
Когда Кевин вернулся в гараж, он выскочил из машины, встал на нее, попрыгал вверх-вниз, в общем, совершенно сошел с ума. А потом начались объятия. Каждый член команды был там, и все хотели поздравить его. Я так рад за этого маленького викинга. За свою карьеру в «Ф-1» он испытал все эмоции, известные человечеству, кроме тех, которые вы испытываете в момент завоевания поула или победы в гонке. Другими словами, эмоции человека, который становится первым. Вся команда сейчас чувствует примерно то же самое, и это действительно невероятно. Я уже раз 10 смотрел видео, где он выбирается из машины и прыгает на ней. Если он повредил чертову машину, я надеру его тощую задницу так, что он улетит в Копенгаген. Викинг или нет, мне плевать!
После того, как Кевина наконец удалось отцепить от моей ноги, Стюарт повел меня в паддок, чтобы поговорить с журналистами. И там было не два-три человека. Там были все! Каждый журналист и телеканал в округе хотели поговорить со мной и Кевином. И знаете что? Мы тоже хотели поговорить с ними! Когда я вышел из гаража для интервью, аплодисменты возобновились, только теперь люди аплодировали прямо передо мной. Это было чертовски громко! Всем нравится видеть улыбающиеся лица, но когда улыбки вызваны чем-то, чего добилась ваша команда… Ну, это ощущается по-особенному.
Если бы я мог закупорить в бутылку только одну часть сегодняшнего дня, это был бы тот момент, когда я понял, что мы взяли поул. На пит-лейне на экранах перед нами показывают все времена круга, и я помню, что видел имя Кевина вверху. А потом начался дождь. «Аяо, Пит, – сказал я. – Вот и все. Мы завоевали поул. Мы завоевали чертов поул!» Я думаю, в ту секунду они оба потеряли дар речи. Они просто сидели и улыбались до ушей. Это был момент, о котором я мечтал и за который боролся с тех пор, как много лет назад создал команду с Джином. Он останется со мной на всю оставшуюся жизнь. Как я сказал Кевину после сессии: что бы ни случилось завтра, никто никогда не сможет отнять это у нас.
10:00
Не знаю, возможно ли такое, чтобы всем жителям Бразилии вдруг приказали смотреть Drive to Survive, однако если сравнивать со вчерашним днем и четвергом, то сегодня количество желающих сфотографироваться со мной просто сумасшедше возросло. Наверное, я уже сделал фото с тремя сотнями человек. Все началось, когда я стоял на каком-то светофоре примерно в 500 метрах от «Интерлагоса». Кто-то закричал: «ГЮ-Ю-ЮНТЕ-Е-ЕР!», – и прежде чем я успел что-либо осознать, мою машину окружила толпа обезумевших бразильцев. К счастью, подоспела пара полицейских и спасла меня, иначе я до сих пор был бы там.
Когда я наконец добрался до входа на трассу, все вновь повторилось. Там собралась чертова куча людей – настоящий затор – и деваться было некуда. Я не говорю по-португальски, поэтому на самом деле я понятия не имею, что они мне говорили. Кроме разве что «ГЮ-Ю-ЮНТЕ-Е-ЕР-Р-Р!» Надеюсь, это были комплименты. Впрочем, никому из них я не отказал. Каждый получил селфи, хотел он того или нет! Должен сказать, что это намного быстрее, чем раздавать чертовы автографы.
Больше всего времени я потратил, добираясь до входа в паддок. Поднявшись по всем этим лестницам, я выдохся нахрен и был не в состоянии сражаться. «ГЮ-Ю-ЮНТЕ-Е-ЕР-Р-Р! МЫ ЛЮБИМ ТЕБЯ-Я-Я! О-О-О!» Должно быть, я сделал там пару сотен фото, и в конце концов одному из охранников пришлось тащить меня сквозь барьеры и проталкивать через турникеты.
Все гудит со вчерашнего дня. С нами снова ребята из MoneyGram International, и они отлично проводят уик-энд. С того момента, как мы объявили о спонсорстве перед гонкой в Остине, мы набрали очки обеими машинами и заработали поул-позицию. Хорошее начало! Видимо, они стали нашим талисманом, поэтому им стоит приезжать на каждую гонку. Позже мы все собираемся поужинать в ресторане под названием Barbacoa. Я уже бывал в этом ресторане раньше, и он превосходен. Там делают лучшее мясо в мире, а в процессе подготовки к гонке я не ел мяса последние два дня. Понятия не имею, зачем я вам это говорю. Просто скучный бред! Через несколько часов у нас будет гонка.
13:00
Я продолжаю принимать поздравления – как лично, так и по телефону. Только сейчас нам удалось оценить истинную реакцию на произошедшее, и, честно говоря, это несколько застало нас врасплох. Сейчас кажется, будто все стали поклонниками Haas, и я полагаю, дело в том, что большинству людей нравится, когда аутсайдер преуспевает. Это, в общем-то, нормально. По словам Стюарта, реакция в наших социальных сетях зашкаливает. Один из вчерашних постов в Instagram набрал более миллиона лайков. Для меня подобное ничего не значит, но Стюарт и его команда говорят, что это очень хорошо. Такой уровень освещения и взаимодействия дает нам больше возможностей, и они работают на износ, чтобы убедиться, что мы пользуемся ими. Это невероятное время для Haas F1.
Итак, чего я ожидаю от сегодняшней гонки? Что ж, я очень рад, что задал себе этот вопрос, поскольку он имеет отношение и непосредственно к гонке, и к тому, что происходит в целом. Несмотря на то, что мы были довольны поулом, нам нельзя расслабляться. За плечами только половина уик-энда, а впереди нас ждут спринтерская гонка и Гран-при. Другими словами, работа сделана только наполовину. То же самое и с гонкой. Квалификация была потрясающей, однако если мы вернемся домой, не заработав очки, будет не так хорошо. Я уверен, в таком случае Кевин сильно разочаруется. Мы также реалистично оцениваем наши шансы. В том, что мы получили поул, свою роль сыграл элемент удачи, и никто ни на мгновение не думает, что теперь мы будем мчаться к победе. Конечно, было бы просто потрясающе победить в гонке, однако это маловероятно. Пожалуй, есть шесть машин, которые быстрее нашей, и еще четыре равные нам по скорости. Подиум возможен, однако наверняка должны быть какие-то сюрпризы. Заработать очки – вот наша цель.
18:00
В спринтерской гонке Кевин финишировал восьмым, а Мик – 12-м, так что у нас в копилке еще одно очко и значительно более успешное выступление Мика. Забавно: при том, что со вчерашнего дня мы довольно успешно оправдывали собственные ожидания, в самом начале гонки был момент, когда я начал немного мечтать. У Кевина получился очень хороший старт, и после первого круга он ехал примерно на секунду впереди Ферстаппена. Именно тогда наступил этот момент мечтаний. Позади Кевина завязалась борьба, но когда все стало налаживаться, его догнали и оттеснили вглубь пелотона. Однако Кевин сделал именно то, что должен был, и набранное им дополнительное очко ставит нас на два впереди Alpha Tauri. А нас ждут еще две гонки.
Мик поднялся на восемь мест, и я думаю, что это помогло ему вернуть немного уверенности. Вчерашний день очень сильно ударил по нему, поэтому то, что ему удалось вернуться и провести хорошую гонку, явно свидетельствует о характере. Это также улучшило его стартовую позицию на завтра.
8:00
Внезапно у меня появился чертов кашель. Не знаю, откуда он взялся, но я чувствую себя дерьмово и звучу так, будто вот-вот умру! Вчера вечером я тусовался с ребятами из MoneyGram, и все было прекрасно. Я выпил только два маленьких бокала вина. И немного переел. Однако ничего из этого не могло вызвать кашель. Единственной причиной может быть вчерашняя резкая смена температуры. Если так все и продолжится, мне, возможно, придется обратиться к врачу «Ф-1». Бедный Гюнтер.
13:00
Врач говорит, что кашель мог появиться из-за перепадов температуры и что мне нужно пить много воды. Стоп, что? Много воды, не виски? По крайней мере, он не сказал мне, чтобы я старался как можно больше отдыхать. Отосплюсь на том свете!
21:30
До сих пор я был слишком зол, чтобы писать что-либо. Я имею в виду что-либо такое, что не втянуло бы меня в серьезные разборки с FIA. Мне уже почти все равно. Впрочем, я восхищаюсь их постоянством. Если бы мы были настолько же хороши, насколько они плохи, наша команда сейчас находилась бы в тройке лучших. К сожалению, мы из тех, кто, похоже, главным образом страдает от своих ошибок, и меня это порядком достало.
Итак, позвольте мне рассказать вам о последнем фиаско FIA. На первом круге гонки в восьмом повороте Риккардо выбил Кевина. Это было дерьмово само по себе, однако потом Кевина оставили посреди гоночной трассы более чем на два часа! Никто не пришел за ним. Когда тебя выбивают в самом начале гонки, единственное, чего ты хочешь, – это вернуться в гараж, успокоиться и быть со своей командой. Вместо этого Кевин торчал посреди «Интерлагоса» в компании нескольких тысяч фанатов. Представьте, если бы на его месте был Льюис Хэмилтон. Его бы разорвали на куски! И, знаете ли, Кевин серьезно разозлился. Он по-настоящему пришел в бешенство. Обычно он довольно спокойный парень, но не сегодня. Он жаждал крови! Желательно Риккардо и FIA.
Говоря о McLaren, вы знаете, что еще произошло? По-видимому, они пытались выставить Кевина виноватым перед чертовыми стюардами! Ранее я получил текстовое сообщение с извинениями от их исполнительного директора Зака Брауна, однако его команда пыталась обвинить нас. Ему определенно нужно переговорить с ними; так я ему и ответил. Кстати, Мик финишировал 13-м, так что все наши надежды в конце концов пошли прахом. По крайней мере, Alpha Tauri тоже не набрали очков. В какой-то момент казалось, что у Гасли что-то получится, но потом он заработал пятисекундный штраф за превышение скорости на пит-лейне. Осталась всего одна гонка.
На обратном пути в отель я позвонил Ронану Моргану из FIA, а затем Мохаммеду Бен Сулайему. Ронан был штурманом Мохаммеда в его дни в ралли, а теперь стал его правой рукой. Я не сдерживал себя в разговоре с обоими. Помимо того, что наш гонщик застрял на два часа посреди трассы среди тысяч болельщиков, ошибки, допущенные сотрудниками FIA, потенциально могли обойтись Haas в миллионы долларов. Кроме того, если Alpha Tauri наберет очки в последней гонке, а мы нет, это может стоить нам еще 10 миллионов долларов. Довольно-таки серьезные деньги, знаете ли. Проблемы с черно-оранжевыми флагами портили нам гонки весь сезон, и каждый раз, когда я жаловался, ни один человек в FIA не мог аргументировать произошедшее. Раньше было точно так же. Ни Ронан, ни Мохаммед не смогли защитить действия своих сотрудников ни в одном из случаев, о которых я упоминал. О чем это говорит вам? Здесь «Формула-1», черт возьми. Не региональная «Формула»! Так или иначе, я сказал им, что хочу сесть с ними обоими в Абу-Даби и кое-что решить, потому что я это так не оставлю. Ни в коем случае.
Позвольте мне привести вам пример того, насколько все стало противоречивым. Вы помните штраф, который получил Алонсо, когда мы пожаловались на его зеркало? Тот самый штраф, который поднял нас на позицию выше и дал нам дополнительные очки? Что ж, Алонсо и Alpine обжаловали это решение, и стюарды его аннулировали. Просто невероятно. Когда мы подавали первоначальную жалобу, мы исходили из слов директора гонки о том, что у нас есть один час, чтобы подать ее официально. Так мы и сделали. Правила гласят, что жалобы должны подаваться в течение 30 минут после окончания гонки (что послужило основанием для апелляции Alpine). Однако когда директор гонки говорит, что у вас есть час, вы верите ему на слово. Что меня по-настоящему возмущает, так это то, что во время совещания по этому вопросу директор гонки отрицал сказанное им раньше и даже не извинился. Директор гонки, черт возьми! Если бы он сказал: «Окей, ребята, боюсь, я облажался», – у нас не было бы никаких претензий. Да, ты действительно сплоховал, но в конечном счете все в порядке. Однако он ничего подобного не сделал.
Окей, через 30 минут приедет машина, чтобы отвезти меня в аэропорт на рейс в Дубай (оттуда мы садимся на автобус до Абу-Даби), так что мне стоит, черт возьми, собраться. Я до сих пор кашляю, кстати.
Боже, что за уик-энд! Произошло вообще все, что только могло произойти.