Полет – это уникальная возможность посмотреть на мир с другой стороны. Мы зажаты в своих барьерах, стенах, границах. И в любом путешествии мы за эти барьеры не сильно-то и вырываемся. А здесь ты поднимаешься над всеми барьерами и можешь посмотреть на мир сверху – это сильно меняет мировоззрение.
Он родился в 1970-е годы в Москве, рос болезненным мальчиком и любил науку. Став ученым, он добился права отправиться в космос – вопреки системе и благодаря своему упорству. Для этого он сдал 105 экзаменов и прошел 10-летнюю подготовку. Сейчас этот человек делится со взрослыми и детьми всего мира своим уникальным опытом и много путешествует. Но самым главным путешествием в его жизни стали космические полеты. Именно поэтому он точно знает, как любить весь мир, находиться в длительной изоляции и расширять границы в голове.
Сергей Рязанский – мотивационный спикер, Герой Российской Федерации, космонавт, первый в мире ученый – командир космического корабля, командир экипажа в проекте «Марс-500». Заядлый путешественник, посетивший большое количество стран, эксперт «Комбат-туров». «Спикер года – 2023» по мнению Ассоциации спикеров СНГ CISSA (в номинации «Международная сцена»). Вместе с космонавтом Олегом Котовым вынес факел сочинской зимней Олимпиады в открытый космос. Отец пятерых детей.
Абсолютно всего в жизни Сергею Рязанскому помогает добиваться интерес: герой признается, что ему, как ребенку, все интересно. «Космонавты – это большие дети. Кто же еще мечтает полететь в космос?»
Самое яркое знакомство в жизни – с канадским кинорежиссером Джеймсом Кэмероном: «Мы неделю общались в России».
Когда я попал в отряд космонавтов, сначала плохо понимал, куда вообще иду. Узнал побольше, а отступать уже было некуда: раз уж ввязался в это, то лететь надо. Да и интересно было. Полет – это уникальная возможность посмотреть на мир с другой стороны. Мы зажаты в своих барьерах, стенах, границах. И в любом путешествии мы за эти барьеры не сильно-то и вырываемся. А здесь ты поднимаешься над всеми барьерами и можешь посмотреть на мир сверху – это сильно меняет мировоззрение.
В космосе я понял, что школьного глобуса, где есть розовая, синяя, зеленая страна, не существует. Все границы в наших головах: их нет на самом деле. Мы работаем на МКС. Так вот наша Земля – это тоже большая Международная космическая станция, а все мы – члены международного экипажа.
Только мы этого пока не понимаем. И эта МКС несется в бескрайний космос. По-хорошему, надо заниматься только тем, чтобы беречь свою станцию и находить общий язык с членами экипажа.
Мы с моим американским коллегой как-то раз пошутили, что надо всех политиков собрать и отправить в космос, чтобы они увидели нашу планету без границ и политической подоплеки. А пролетающий в это время мимо нас итальянец поддержал: «Да-да, только в одну сторону, пожалуйста». Такой вот международный юмор в космосе. Но, как говорится, в каждой шутке…
Полет в космос – это действительно путешествие. Причем самое удивительное, которое только может быть в жизни, – когда ты вроде все видел, а вроде нигде и не был. О большинстве мест, которые я сверху увидел, я никогда не слышал. И потом приходилось читать о них подробнее.
В итоге я начал вести соцсети специально для того, чтобы делиться фотографиями и рассказывать об удивительных местах. Так же появились мои книги и фотовыставки с тем материалом, который я снимал в космосе. Меня переполняли эмоции, когда я видел острова, вулканы, и мне хотелось этими эмоциями делиться. Когда ты видишь что-то своими глазами – это одно, а когда удается передать эту красоту еще кому-то – это другое.
Своими фотографиями я одновременно популяризирую и космос, и путешествия. Кто-то увидит Камчатку из космоса, скажет: «О, прикольно, а я ведь хотел туда съездить. Из космоса она еще интереснее выглядит». Ведь где бы фотографии ни были сделаны, они показывают нашу потрясающую планету.
Саша, моя супруга, тоже большой фанат путешествий, с момента знакомства мы ведем виш-лист тех мест, которые хотели бы посетить. После моих полетов в космос этот список увеличился раз в триста. Захотелось посетить страны на букву Ф – «фсе». Но мы явно отстаем от графика, ведь в мире слишком много всего интересного.
Когда я вернулся из первого полета, узнал, что мои одноклассники собираются в Центральную Америку. Я из космоса видел там сеть вулканов в одну цепочку, поэтому очень хотел на все это посмотреть с Земли. Супругу тоже заинтересовали космические снимки этих мест. И мы отправились в поездку вместе с друзьями – несколько стран на автобусе проехали.
Путешествие на Камчатку тоже родилось после космоса, когда я увидел всю эту красоту. И на Земле убедился в том, что Камчатка прекрасна. Там можно найти удовольствие на любой вкус: вулканы, потрясающая природа с дикими медведями и обилием ягод, серфинг, рыбалка… Камчатка дарит невероятный спектр эмоций, которые с каждым днем пребывания на полуострове становятся все ярче. Камчатка дарит понимание того, что мир прекрасен. Камчатка дарит радость и счастье от осознания, как богата и красива Россия.
Из космоса я влюбился и во Французскую Полинезию с ее красивейшими островами. Она тоже была в нашем с Сашей списке, но казалась очень уж далекой и недосягаемой страной. Но нам повезло: на следующий год меня позвали туда выступать на конференции! Помимо рабочей части, мы себе еще и нерабочую программу устроили: вместе с другими учеными – участниками конференции – на катамаранах по островам походили. Мы очень подружились, потом еще трижды ходили там под парусом с той же компанией. Во Французской Полинезии, в отличие от Индонезии, мало людей – туда сложно добраться.
Что-то нереальное архипелаг Туамоту – первозданная дикая природа, очень добрые люди. Вот если есть рай на Земле, то это там: нет засилья цивилизации, удивительная красота, тропический климат и сказочный океан, в который погружаешься, будто в аквариум с безумно красивыми рыбами, водорослями и кораллами. А еще паруса, ветер, поднимающий волны, и ощущение, что ты главный герой приключенческого романа.
Подобных историй после космоса много. Сейшельские острова в полете приглянулись. В этом году были там с супругой, но поняли, что до атолла Альдабра, который просто потрясающе выглядит из космоса, нам своим ходом не добраться. Хотя очень хотелось. Он находится далековато от Виктории – столицы Сейшельских островов, поэтому до него не дойти ни на яхте, ни на катамаране.
Саша, кстати, после моего первого полета выбрала Кубу – я из космоса много снимал это островное государство. Куба красива и на Земле, и из космоса. И Новая Зеландия сверху прекрасна. Уверен, она нам понравится – пока мы там еще не были. В Австралии тоже хочется побывать.
Иногда во время космических полетов получалось не только красотой Земли полюбоваться, но и оценить масштаб земных проблем. Когда в 2013 году в Австралии были пожары, мы из космоса видели, что это не 5–6 пожаров, а полконтинента горит. И это поражало. А вот огромное тихоокеанское мусорное пятно, к примеру, из космоса не разглядеть, потому что мусор плавает в толще воды, а не на поверхности. Когда мы разговаривали с учеными, то поняли, что его из космоса нереально увидеть.
В космосе обострена экологическая нравственность. Там понимаешь, что если мы не будем задумываться об этом, то скоро вся планета станет такой, как Индонезия. Ведь это один из самых загаженных регионов Земли.
Человечеству свойственна экспансия. От этого мы никуда не денемся: мы будем двигаться вперед, осваивать новые планеты, расширять наши возможности для достижения сначала ближайших, а потом и далеких галактик. Это часть развития нашей цивилизации, без космоса мы уже никуда. Сколько новых технологий появилось в последнее время.
Всегда будут авантюристы, которые с удовольствием двинутся дальше в поисках чего-то интересного. Это может казаться фантастикой, но и открытие Америки раньше казалось фантастикой. Ничего, доплыли, открыли.
За последнюю пару лет в мире появилось более 500 космических стартапов. Не все они собираются возить туристов: кто-то делает ракеты, кто-то – спутники, а кто-то просто собирает двигатели. Но некоторые компании все же обладают средствами выведения на орбиту космических туристов.
Просто нужен нормальный проект, инвестиции – и поставить все это на поток. Это могут сделать Брэнсон, Безос, Маск, могут наши, китайцы. Могут. Но вкладываются в это там, где есть деньги.
В Америке, например, космонавтика – это государственно-частное партнерство, при котором и коммерческий рынок развивается, и госзаказ выполняется. В России тоже есть парочка космических стартапов, но они совсем мелкие.
В Китае космонавтика развивается, хотя там очень мощная государственная машина, частные инициативы на самом старте. Саудовская Аравия активно ищет инвесторов. В Бразилии и Турции появились космические агентства. В Индии готовятся к первому пилотируемому полету. Так что, несмотря на все сложности в мире, космонавтика неуклонно развивается.
На данный момент государственно-частное партнерство – это самый правильный способ взаимодействия. Ведь везде в мире космонавтика начинается с государственных проектов. Когда у нас будет принято решение реформировать «Роскосмос» с созданием подразделений под государственные и коммерческие задачи, тогда появятся коммерческие орбитальные станции и другая частная история. Тогда туристы и полетят в космос.
В этом году будет как минимум пара частных запусков. С каждым годом это будет только развиваться, поскольку появится статистика надежности возвращения на Землю. В космонавтике это один из самых важных факторов. Потому что лететь в один конец ни один турист не захочет. Космический туризм наберет силу тогда, когда полеты будут безопасными и гарантированно в две стороны.
Конечно, космические полеты – это максимальный выход из зоны комфорта. Но не могу сказать, что они как-то сильно меня поменяли. Мое отношение к каким-то вопросам – да, но не меня. Меня поменяла длительная подготовка к космосу в течение десяти лет – я стал совершенно другим. Именно поэтому в полет отправился уже абсолютно собранным, желающим доказать тем, кто не пускал меня, что я могу.
В космосе я понял, что нужно без оглядки доверять людям. Даже если они мне совершенно не нравятся. И я могу это сделать. Ведь мы доверяем друг другу свои жизни. Когда совершенно разные люди становятся единой, при этом мощной, командой – это очень важно. После полета мы можем разбежаться в разные стороны и больше никогда не общаться. Но во время работы – мы единое целое. Часто это рабочее единство выливается в дружбу. Мы с американскими астронавтами до сих пор переписываемся, с итальянцем, с нашими российскими ребятами.
Полеты поменяли не меня, а мои мечты. Если раньше я хотел достичь своей цели – отправиться в космос, то теперь я уже доказал всем то, что хотел доказать, поэтому сейчас стараюсь жить ради детей, семьи и пользы обществу. На протяжении семи лет я возглавлял самую большую в России детскую организацию – Российское движение школьников (РДШ), на базе которой сейчас создали новую пионерию – Российское движение детей и молодежи (РДДМ) «Движение первых».
Самая главная мечта, которая появилась у меня после космических полетов, – это мечта отправиться в кругосветное путешествие. Шкиперские права я получил, поэтому море ждет.
Пойду без семьи, потому что это моя хотелка, а у семьи свои хотелки и дела: у кого-то школа, у кого-то проекты, кому-то поступать. Младшая еще совсем маленькая – ее не возьмешь с собой. Мы ее с собой даже на яхту не берем: не углядишь – так в море чебурахнется. Где ее потом искать? Приходится свои хотелки уравновешивать с семьей или реализовывать одному.
Проектов и идей много, и все они разные. В ближайших планах все же кругосветка. Часть кругосветки у меня уже была, часть будет. Скоро мы с супругой отправимся в Антарктиду, туда я иду вахтенным помощником на паруснике «Эльдорадо», а Саша, поскольку тоже любит яхтинг и имеет шкиперские права, будет на вахтах вместе со мной. Пойдем из Ушуайи в Антарктиду.
Подготовка к кругосветному путешествию занимает много времени. Бывает, какие-то этапы переносятся, тогда высвобождается время на другие проекты. Например, очень хочу пойти на Эверест, но понимаю, что это как минимум два года подготовки. Посоветуюсь с людьми, посмотрю, как это встраивается в мои планы, и решу, каким образом это можно вписать в график.
Море мы с Сашей открыли для себя после Французской Полинезии. Именно тогда стало понятно, что море – это тот же космос. Оно тоже бескрайнее. Стихия, которая требует преодоления и определенных навыков. И оно также мне нравится.
Получив шкиперские права, мы теперь постоянно ходим под парусом. Находим друзей, команду и отправляемся в плавание. Пока не удается получить квалификацию Yachtmaster Ocean (и по времени, и по техническим причинам), но я бы с удовольствием это сделал. Чтобы получить квалификацию, необходимую для самостоятельных океанских переходов, надо пройти определенное количество миль в определенном ранге. Надо владеть астронавигацией, уметь быть ответственным за выбор маршрута, за учет погодных условий, течений, приливов и отливов, за все, что творится на судне. Все приходит с опытом. При этом регаты я не люблю. Считаю, что море создано для путешествий в ритме путешествий, то есть получения удовольствия от процесса, а не в ритме гонок. Хотя, может, когда-нибудь я до этого и дорасту. Пока смысл морских путешествий для меня в том, чтобы оказаться на парусном судне где-нибудь в океане и сполна вкусить морскую жизнь.
Простым матросом, практически практикантом, я ходил от Ушуайи до Кейптауна на фрегате «Паллада». Ставил и зашивал паруса, нес вахты. И понимал, что перед лицом стихии мы не всесильны. Мы тогда попали в шторм, порвали пять парусов, три дня питались одним дошираком, потому что из-за качки невозможно было приготовить еду. Но это было непередаваемо здорово: природа, романтика, преодоление, работа в команде.
Многие думают, что при морских походах человек мечтает, задумывается о смысле жизни, медитирует. Может, у кого-то это и так. Но у меня все время были мысли, какие паруса натянуть, какие веревочки дергать. А на Сейшелах мы с ребятами устроили пиратскую вечеринку, подняли пиратский флаг. Все приземленно, без всякой медитации.
Путешествия для меня – это образ жизни. Я страдаю без них. Моя работа тоже связана с путешествиями – летаю, читаю лекции. За один апрель у меня было 17 перелетов. А за одно лето – яхтинг, Киргизия с «Комбат-турами» (в эту экспедицию я взял с собой старших дочерей и младшего сына), Северный полюс (на ледоколе с младшим сыном), сплав в Карелии с семьей и друзьями, Эльбрус со старшим сыном. Промежутки между этими путешествиями – сутки.
Это моя жизнь, и она мне нравится. Конечно, хотелось бы чаще всей семьей путешествовать, но, пока младшая дочка маленькая, получается в усеченном составе. Думаю, через пару лет уже сможем все вместе отправляться в поездки.
Такая страсть к путешествиям у меня от родителей, они мастера спорта: мама – по спортивному ориентированию, папа – по водному туризму, он до сих пор возглавляет московский клуб туристов. Кроме того, моя любовь к путешествиям формировалась благодаря книгам: как и все мальчишки, я увлекался книгами Александра Дюма, Жюля Верна, потом уже фантастикой Сергея Лукьяненко.
Мы с родителями с детства постоянно куда-то ходили, ездили. У мамы каждые выходные были соревнования в лесах, мы всей семьей с ней были. Наше с сестрой детство прошло в палатках. Когда кто-то говорит мне, что палатки и походы – это выход из зоны комфорта, для меня это, наоборот, привычная обстановка.
В первый раз мама взяла меня на свои соревнования, когда мне было, наверное, года полтора. Это был выезд с палатками на неделю в Прибалтику. Нас с сестрой не с кем было оставить, поэтому мы путешествовали с родителями.
Я гордился и горжусь своими родителями. И сейчас я как родитель – пример для своих детей. Они все с меня копируют, как когда-то я копировал со своих мамы и папы. Я показываю своим детям, что жить в палатке – нормально, есть кашу из миски – нормально, что в этих условиях можно прекрасно жить, не раскисать и получать удовольствие. Именно поэтому своих детей мы стараемся чаще куда-нибудь вытаскивать (на тех же байдарках сплавляемся), чтобы для них костер, палатка и комары были не просто словами.
Начали мы с того, что заезжали на машине в лес поближе к речке, ставили палатку, разводили костер. Дети ловили рыбу, собирали ягоды и грибы, купались. Они видели, что в таких походных условиях надо помогать родителям: заготовить дрова, приготовить ужин. Ведь чтобы что-то получить, надо немного пострадать, что-то преодолеть. Это отличный метод воспитания.
Единственное, к подобным путешествиям (да и в принципе к любым) ребенка нужно готовить заранее. Рассказывать, что это не ужас-ужас как тяжело, а здорово. Что это настоящая жизнь, новые возможности, новый опыт и навыки, которые будут отличать ребенка от сверстников, сидящих в телефоне.
Младший сын очень любит книги про походные приключения, и как же он был рад, когда впервые ночевал в палатке и сам жарил сосиски на костре! Дети потом по-настоящему гордятся тем, что сами насадили на крючки червяков, сами наловили и почистили рыбу, сами собрали дрова. Вот это «сами» в походах – самое важное для наших детей. В повседневной жизни это «сами» так быстро не развивается.
Воспитываясь в походах, я привык к преодолениям. Все это вылилось в любовь к экстремальным путешествиям. Другие мне не особо интересны – ими я могу заняться и в старости или по ходу дела. Например, во время путешествия в Узбекистан у нас были и Самарканд, и Бухара – прекрасные древние города, но их я могу посмотреть и в старости.
В то же время у нас были горы – а это именно то, что мне нужно. Это движуха, преодоление самого себя. И конечно, природа. Она всегда меня поражает буйством красок и стихий. При этом какая бы природа ни была – северные леса, горные реки, горы, – это всегда безумно интересно.
Время уходит прямо на глазах. Спокойная жизнь для меня – это хорошо, но только как дополнение.
Каждый раз, когда осваиваешь что-то новое и преодолеваешь себя, ты становишься сильнее. Особенно это актуально для предпринимателей – им постоянно приходится решать проблемы в бизнесе и преодолевать препятствия. Вот идет предприниматель в горы – тяжело, воздуха не хватает, рюкзак тяжелый. И думает: а чего дома-то жаловался, что, мол, тяжело? И все рабочие проблемы видятся вроде уже по-другому. Когда предприниматель преодолевает себя в горах, он уже совершенно иначе смотрит на препятствия в бизнесе. Да и не только в горах. И не только предприниматели.
Люди в принципе из каждого непляжного путешествия возвращаются совсем другими, потому что стали сильнее. Если путешествие проходило в компании таких же сильных людей, то это дополнительная возможность обменяться впечатлениями, пообщаться, наладить связи, научиться чему-то новому, лучше понять себя и тех, кому тяжело или плохо.
Поделюсь своим опытом. Во время «Комбат-туров» я рассказываю участникам о работе в постоянном стрессе, в команде. От этой команды – экипажа – зависит твоя жизнь. Но ведь в походе, так же как и в космосе, ты не выбираешь, с кем идти: группа набралась – все, отчаливаем. Надо уметь в этой команде коммуницировать, сглаживать углы. Каким бы ни был экипаж – семья, коммерческая компания или государственная структура, – в любой команде важны правила. Чтобы человек понимал, как в данной ситуации можно поступить, а как нет.
В походах то же самое: ты не можешь ныть или отдыхать, когда все идут. И едим мы то, что нам приготовят, а не то, что мы хотим.
В походах участники становятся не просто сильнее. Они становятся сами собой. Очень важно в такие моменты поддерживать друг друга и вдохновлять. Поход – это очень тяжелая работа, поэтому любая экспедиция – это настоящая проверка. Человек проверяет как собственные физические и моральные качества, свои возможности, так и качества своих спутников.
Развитие в экспедициях происходит не только за счет преодоления, но и за счет обсуждения самых разных тем. Их в походах всегда много – они сами собой возникают с новыми людьми и новыми впечатлениями.
Иногда темы для обсуждения подкидывают дети: некоторые из них целые списки с вопросами с собой привозят. Когда есть возможность, показываю детям видео и фотографии из космоса. Ребята сразу залипают: любая визуалка работает намного лучше разговоров. И я счастлив, что дети интересуются космосом и путешествиями.
В походах и экспедициях замечательно работает правило «зато». Это правило оптимиста. Помню, как в Карелии (мне безумно нравится весь наш Русский Север) во время семейного «Комбат-тура» шесть дней из семи лил проливной дождь. Зато была потрясающая компания! И это нормально: оптимист всегда смотрит в положительную сторону. Ну промокли, ну высохли. Ну и что? Зато много общались.
Подытожу.
Чтобы путешествие получилось запоминающимся и уж точно полезным, могу посоветовать соблюдать несколько важных правил.
Следовать правилу «зато» – делать акценты только на плюсах.
Смотреть на мир широко распахнутыми глазами и впитывать любую информацию: культурную, историческую, природную. Это кажется очевидным, но далеко не все умеют так путешествовать.
Максимально уделять внимание общению с местными жителями и теми, кто рядом с вами.