Боли не избежать, но можно избежать страдания… У нас больше дома, но меньше семьи. Больше удобств, но меньше времени. У нас есть знание, но меньше рассудительности; больше мудрецов, но и больше проблем; больше лекарств, но меньше здоровья.
Сегодня в три раза больше детей страдают от тревожного расстройства и/или депрессии, чем 10 лет назад. В 2020 журнал Atlantic провел исследование проблемы увеличения психических заболеваний у детей и подростков в США. Автор Кейт Джулиен пишет: «К моему удивлению, когда я начала опрашивать экспертов и родителей <…> люди, с которыми я говорила, подчеркивали <…> как мы можем пресечь появление еще больших психических расстройств, пока не поздно. Вопрос «Когда?» – в детстве <…> Вопрос «Каким образом?» – лечить тревожность…»
Мы согласны с тем, что в дополнение к тому, чтобы помочь выработать самосознание и вносить изменения в эмоциональную и поведенческую реакцию, мы должны учить детей справляться с тревожностью, что важно для выработки жизнестойкости и уверенности на пути к будущим трудностям. Тревожность – хитрый враг, потому что порой кажется, что он прячется в наших же планах. Но мы пробираемся сквозь темный лес, мы живем во времена, которых еще никогда не было. Как же тогда нам подготовить наших детей к тому, чего сами еще не видели? И пока мы не можем решить проблемы, которые существуют, и не можем предугадать все сложности, которые возникнут у наших детей в будущем, мы можем дать совет, что же могут сделать родители, чтобы помочь детям чувствовать уверенность относительно самих себя и их реалий. Мы должны показать нашим детям позитивные и эффективные способы управления негативными эмоциями и стрессом. В противном случае многие из них выработают негативные модели мышления, которые могут привести к пожизненным страданиям от тревоги и депрессии, вследствие чего подростки выберут саморазрушающее поведение, чтобы найти успокоение.
Дети двадцать первого века находятся в постоянном потоке плохих новостей – местных, национальных и глобальных. Они слышат о неоднократных масс-шутингах – в частности, как раз это больше всего пугает детей и родителей, в школах. Они слышат о политических разногласиях, беспокойстве общества, насилии и дискриминации по расовому и гендерному признаку и неутихающей борьбе против дискриминации меньшинств. На протяжении всей своей жизни наши дети слышат об изменении климата и его влиянии на будущее. Мы знали, что эта проблема будет одной из самых сложных проблем нашего времени и, что уж точно, времени наших детей. Как только мы начали принимать тот факт, что изменение климата требует нашей незамедлительной реакции, наступила пандемия COVID-19. Пандемия заставила нас задуматься о том, как действия других людей могут непосредственно повлиять на наше здоровье и свободу, когда даже изменение климата не оказало такое влияние. Некоторое время мы не сможем оценить глубину влияния пандемии COVID-19 на социально-эмоциональное развитие детей и подростков, но, скорее всего, оно будет значительным. Что у таких кризисных событий общего, так это то, что они сталкивают нас с силами, неподвластными нашему контролю, которые делают нас уязвимыми и угрожают нашим жизням и будущему.
Отсутствие возможности принять мгновенное решение вызывает неуверенность. А, как мы обсуждали ранее, когда мы в чем-то не уверены, наша психика бьет тревогу – в этом наша природная склонность. Во время пандемии многие из нас, поодиночке или вместе с кем-то, чувствовали тревожность или даже имели травмирующий опыт. Те из нас, кто более всего подвержен тревожности, еще сильнее страдали от частых и сильных волнений психики. С точки зрения психологов, те, кто каждый день слышит истории про смерть и заболевания, укрепляют в себе идею, что мир жесток, что мы не в безопасности, что нам не подвластно наше будущее и что мир предсказуемо приведет нас к еще большим переживаниям (см. круг тревоги «Что, если я заболею?»)
Как мы можем помочь нашим детям в таких трудных ситуациях? Давайте вновь обратимся к принципам психологии. В каждой ситуации, независимо от обстоятельств, наша ответная реакция зависит от выбранной нами интерпретации данных событий (то есть наших мыслей) и набора действий (то есть нашего поведения). Несмотря на то, что мы не можем мгновенно повлиять на ситуацию, мы можем незамедлительно взять под контроль наши мысли и поведение и повлиять на свое эмоциональное переживание. Когда мы не можем измерить окружающие нас события, первое, что мы можем сделать, это принять тот факт, что есть очень много вещей, которыми мы не можем управлять, но есть и те, которые под нашим контролем, на которых мы должны сосредоточиться. Например:
Я не могу повлиять на то, что кто-то не носит маску, но я сам могу носить маску.
Хотя я не могу повлиять на то, что управляющая компания опять не может дать электричество сегодня, я могу сосредоточиться на том, что моя семья, к счастью, дома и в безопасности.
Хотя я не могу заставить других проявлять меньше расизма, я знаю, что могу делать выбор в поддержку дискриминируемых групп, отказаться от поддержки тех людей и правил, что одобряют дискриминацию, жить и действовать по принципу «относись к людям так, как хочешь, чтобы относились к тебе».
Мы также можем предпринимать больше действий, но мы должны понимать, что можем контролировать только их, а не сам результат. Когда вы выбираете такой подход и моделируете его у себя в голове, ваш ребенок научится справляться с неопределенностью и трудностями – получит знание, которое уменьшит чувство отсутствия контроля и увеличит уверенность в своей способности преодолевать сложности. Эта часть крайне важна.
Будущее по своей сути непредсказуемо. Каждый день мы просыпаемся, не зная, что нас ждет. Когда наш мозг сталкивается с неопределенностью, он вместо того, чтобы выделить все возможности, замечает только негативные. И когда мы сосредоточены на возможных негативных последствиях, мы чувствуем тревожность еще большую, чем того требуют текущий день или наше будущее. Но именно так устроен наш мозг – он ищет опасность и пытается уберечь нас от нее. Однако это не помогает, когда мы в безопасности и ожидаем угрозу. Это не слишком полезно, даже когда действительно есть какая-то опасность – лучше сосредоточить наше внимание на решении проблемы, нежели на злобе, попытке бегства или ступоре.
Наша сила победить этот природный инстинкт и улучшить положение вещей заключается не в том, чтобы контролировать последствия, а в понимании, что мы можем справиться с любой ситуацией. Нам не нужна уверенность в будущем, потому что мы знаем, что, что бы ни произошло, мы справимся, мы выживем, мы решим все проблемы, мы найдем наилучший способ. Определенность заложена в нас. Скажите своему ребенку: «Несмотря на то, что вокруг очень много вещей, на которые ты не можешь повлиять, также есть вещи под твоим контролем, на которых мы можем сосредоточиться» и «Ты не знаешь, что произойдет в итоге, но ты знаешь, что ты приложишь все усилия, чтобы все обернулось хорошо».
Смартфоны и Социальные Сети
Многие ученые строили теории, и некоторые даже сделали вывод, что смартфоны и социальные сети являются одной из причин резкого увеличения депрессии и тревожных расстройств среди молодежи за последнее десятилетие. Хотя есть много причин интуитивно считать, что это главная причина всего, к тому же есть исследования, которые зафиксировали серьезное негативное влияние (об этом вскоре). Имеется много исследований, которые выявили малое влияние экранного времени на состояние подростков или не выявили его вообще. Многие подростки сообщают, что они чувствуют себя менее подавленными и одинокими в результате общения в соцсетях.
Технология мобильной коммуникации сама по себе не является кризисной ситуацией, это шаг вперед в истории человечества, и ее преимущества для нашего быта невозможно переоценить. Однако повседневная жизнь в США и по всему миру изменилась – все, начиная с быта людей до их ценностей и отношений. Глядя на такое кардинальное изменение образа жизни и общества в целом, мы не удивлены, что возникли новые проблемы, к которым нужно приспособиться. К сожалению, технологии пришли раньше, чем наше понимание их влияния на наше поведение. Прежде чем мы узнали достаточно, чтобы установить адекватные правила и образ действий, мы получили ежедневный доступ к новостям, информации, медиа и постоянно расширяющейся сети социальных контактов с дальними родственниками, старыми друзьями, соседями и незнакомцами по всему миру.
Согласно исследованиям Pew Internet & American Life Project, на сегодняшний день около 95 % подростков в США имеют смартфон или доступ к нему – увеличение на 22 % с 2015 года. Польза от смартфона универсальна и почти не имеет различий, в зависимости от того, какой пол, народ, раса или социальный слой им пользуется. В среднем подростки проводят онлайн 9 часов в день, не учитывая время на домашнее задание. Дневное использование компьютеров удвоилось. Это число будет, несомненно, расти, так как оно уже возросло с начала пандемии. Психолог Джин Твенг обнаружила, что у подростков, которые проводят в интернете больше трех и пяти часов в день, риск суицида больше на 35 % и 71 % соответственно, чем у тех, кто проводит в интернете меньше часа. Другие данные из США и Великобритании показывают, что случаи непринятия своего тела и пищевых расстройств возросли на 30 % среди девочек-подростков с начала роста популярности соцсетей (см. Smink, van Hoeken, & Hoek, 2012).
В связи с этим многие родители в растерянности – нужно ли нам ограничивать использование смартфонов и других гаджетов нашим детям? Но как это сделать, когда даже в школах требуют гаджеты для выполнения домашнего задания и, как показала пандемия, видеосвязи? Мы находимся в ситуации, в которой, возможно, будет неосуществимо сократить количество времени, которое наши дети проводят перед экраном. Несмотря на то, что мы не можем в точности сказать, сколько нужно проводить времени с гаджетом в день и увеличивает ли это тревожность, случаи депрессии, суицида или пищевые расстройства, мы рекомендуем уведомить ребенка о правильном отношении к гаджетам и соцсетям.
Мы можем обратиться к принципам, предлагаемым в этой книге, чтобы узнать, как минимизировать негативное влияние соцсетей и экранного времени на физическое, социальное и эмоциональное благополучие наших детей.
Вы заметили, что постоянно проверяете телефон, даже когда знаете, что это не нужно? Наши телефоны, планшеты и другие девайсы постоянно привлекают наше внимание, потому что они помогают нам общаться с другими и выполнять определенные задачи. Также они являются очень сильной поддержкой для нас (как положительной, так и отрицательной), прививая нам привычку проверять их. Другими словами, мы не вылезаем из гаджетов, потому что чувствуем вознаграждение (позитив) или облегчение (негатив) каждый раз, когда мы смотрим новости, сидим в соцсетях или пишем сообщения. Каждый раз, когда мы получаем «лайк» или комплимент, или видим что-то смешное, или узнаем что-то новое, нам приятно (позитивное подкрепление), и мы, вероятнее всего, будем стремиться получить такие же эмоции, особенно когда мы переживаем, грустим или скучаем. Каждый раз, когда мы получаем «лайк», мы убеждаемся в том, что мы кому-то нравимся или не пропускаем какую-то важную информацию (слухи или новости), чувствуем облегчение, отвлекаясь от сложной работы. Все из перечисленного является сильным негативным укреплением. Сравнение своей точки зрения и возможностей с другими взглядами и возможностями в жизни или в соцсетях (например, просмотр профилей) тоже является проверкой – проверкой на то, насколько вы хороши по сравнению с другими. Мы все не понаслышке знаем, насколько неприятным и разочаровывающим может быть сравнение с другими. Иногда оно может привести к положительным последствиям – мы узнаем что-то новое, приобретаем мотивацию измениться или преисполняемся уверенности в собственных силах и чертах личности. Но наш мозг все-таки изначально ищет именно опасность, сравнивая нас с другими на основании характеристик, таких как внешность и популярность, поэтому успех становится труднодостижимым.
Наш мозг будет бить тревогу, говоря нам работать больше, чтобы предотвратить или решить любые проблемы, чтобы мы не чувствовали, что мы хуже остальных. В случае с соцсетями быстрое решение проблемы может заключаться в использовании фильтра перед тем, как выложить фото, или выставлении напоказ качеств, которые ценят другие, или даже планировании какого-то события, чтобы доказать, как мы счастливы. Такие решения приносят удовлетворение, но требуют очередной проверки! Наш мозг предвидит опасность (например, отвержение или неудачу) и ищет облегчение через разрешение подобного рода проблемы. Наши смартфоны – это постоянный источник волнения, считайте, вся наша жизнь находится у нас в кармане. Мы проверяем свои телефоны, даже когда знаем, что сейчас не самое лучшее для этого время, потому что мы чувствуем себя хорошо, когда делаем это. И со временем мы чувствуем, что, если не проверим телефон, может случиться ровно противоположное – мы обнаружим, что мы никому не нравимся, о нас забыли, мы пропустили важную информацию, или же мы неудачники. Поэтому мы должны проверять все. Почти как в любой модели поведения из круга тревоги, если мы достаточно проверяем телефон, волнение исчезает (см. круг «Что, если я им не нравлюсь?»).
Что, если я им не нравлюсь? → Тревожность/реакция «бей-беги» → Проверка телефона/соцсетей → Облегчение.
И дети, и взрослые имеют трудности с тем, чтобы вырваться из этого круговорота тревоги. Страх быть отвергнутым обществом – наш самый сильный страх, и нужно приложить много усилий и действий, чтобы побороть его и преуспеть среди других. Вы можете знать по своему опыту, как же сложно игнорировать мнение общества, перестать искать поддержки окружающих, знать себе цену или не иметь потребность в сравнении себя с остальными. Нам, взрослым, дается это сложно, а детям, у которых не было жизненного опыта, социальных навыков и выработанной уверенности в себе, еще сложнее. Мы хотим передать это своим детям так же сильно, как хотим проверить телефон, чтобы убедиться в том, что нас не отвергли. Мы попали в круг тревоги (мы понимаем это), и мы хотим разрушить его, держа в голове то, что у нас есть (люди, которые нас любят и ценят; наши принципы) и думая, что мы можем сделать (отдавать свою любовь, а не ждать ее от других). Итак, мы не отвечаем на уведомление сразу или уходим в другую комнату (это некомфортно, но совершенно безопасно), пока пытаемся сосредоточиться на ком-то или чем-то другом.
Вдобавок к обучению детей понимать свой круг тревоги и уметь из него выйти, также важно рассказать, как правильно пользоваться гаджетами и соцсетями. Рутина обычно нам помогает в борьбе с сильными инстинктами, такими как поиск облегчения. Мы можем ввести в привычку то, что не даст нам попасть в ловушку постоянных «проверок», «решений» или «защиты». Осмыслить закономерность своей тревоги, чтобы спланировать действия, которые предотвратят постоянные проверки, действительно важно. Рутина – это то, что нам помогает придерживаться цели без особых усилий. Она изначально не позволяет нам попасть в эту ловушку. Вы просыпаетесь, принимаете душ, завтракаете, идете на работу, не потому что это вещи, которые вы выбираете делать каждый день, а потому что они приведут вас к вашим большим целям и ценностям, и вы создали себе такой порядок, чтобы достичь результата было легче. Рутина помогает и нашим детям: к примеру, сидеть за домашним заданием каждый день в одно и то же время легче, чем делать все сразу за один присест (в этом причина, почему после каникул сложно опять влиться в школьный режим).
Рутина не ощущается как наказание, поэтому мы боремся меньше. Например, если вы организуете свой распорядок так, что будете играть в видеоигры только по выходным, это будет легче, чем если вы полностью лишите себя этого компьютерного времени. Многие дети пользуются своими телефонами за несколько часов до сна, несмотря на рекомендации американских педиатров, согласно которым мобильные устройства лучше не оставлять в одной спальне с детьми на ночь и прекращать пользоваться ими по крайней мере за час до сна. Около 30 процентов подростков берут телефоны с собой в постель. Один из способов изменить эту привычку – организовать в доме место вдали от спален для зарядки телефонов на ночь и установить семейный порядок, согласно которому телефоны должны заряжаться, когда приходит время ложиться спать. Для детей постарше, которые могут ложиться позже, можно использовать обычное зарядное устройство в закрытой коробке, и на прикроватную тумбочку класть книгу, чтобы они почитали, пока пытаются заснуть, вместо того чтобы смотреть шоу или листать Инстаграм. Мы рекомендуем начинать как можно раньше, чтобы приучить ребенка к здоровому режиму пользования гаджетами, который лучше всего подходит для вашей семьи. Легче начинать, когда дети младше и распорядок их дня зависит от вас.
Аналогично, как детям, так и родителям мы рекомендуем проверять новости и социальные сети только один или два раза в день – возможно, один раз после завтрака и один раз после ужина. Вы ничего не пропустите и будете более присутствующими в реальности и расслабленными в течение всего дня. Когда наш мозг обнаруживает неопределенность на локальном уровне, у нас всегда возникает сильное желание получить доступ к новостям, т. к. мозг нужен для того, чтобы защищать нас, а для этого нужно собрать информацию. Ирония здесь в том, что чем больше вы читаете новости, тем больше вы склонны испытывать беспокойство, посылая своему мозгу сигнал о том, что вы в опасности. В итоге вы фактически прокручиваете переживание в своей голове, что усиливает ваше беспокойство, которое затем приводит к тому, что вам хочется снова проверить свой телефон! Вскоре вы застреваете в этом порочном круге тревоги, в котором вы скорее ищете не информацию, а утешение – все, что могло бы принести некоторое облегчение – либо через бегство от реальности, либо через чтение обнадеживающих новостей, и это все можно отыскать в соцсетях.
Наши дети являются прирожденными пользователями мобильных технологий (наше поколение уже было взрослым, когда были изобретены смартфоны и социальные сети) и, в некотором смысле, продвинулись дальше нас в понимании «новой нормы» в социальных отношениях.
Но они, возможно, упустили некоторые знания о межличностном общении, построении отношений и преодолении неприятия обществом, которые в отсутствие мобильных технологий происходят более органично и в меньших масштабах. Дети и подростки все еще ищут себя в этой жизни. Вот почему мы призываем родителей подождать как можно дольше, прежде чем подарить своим детям личные смартфоны. Дайте им время на то, чтобы развить собственную личность и опробовать различные подходы в небольшом обществе, где они могут адаптироваться и расти в своем собственном темпе. В социальных сетях все происходит очень быстро; слишком много влияний и мнений, что мешает постепенному развитию ребенка. Ему не хватает жизненного опыта, чтобы найти баланс между позитивными и негативными эмоциями, поэтому отказ становится еще труднее принять, а страх быть отвергнутым – труднее игнорировать. Мы должны помочь детям преодолеть этот разрыв, потому что они иначе они могут легко попасть в замкнутый круг тревоги. Если они присоединятся к соцсети или групповому чату до того, как освоят навыки общения, они могут быстрее столкнуться с неприятием в большом виртуальном мире. Анонимность в сети позволяет людям не сдерживать свою жестокость, поэтому социальные конфликты могут быть выражены сильнее, чем обычно при личном общении.
Мы рекомендуем как можно раньше и чаще заводить разговоры о значимости взаимоотношений, дружбе, а также о различиях между другом, хорошим знакомым и незнакомцем – и о том, как применять эти понятия к друзьям по интернету.
Основные моменты:
• Мы не можем контролировать то, что делают другие люди, но мы в ответе за свои действия (например, дарить любовь, а не проверять, любят ли нас) и можем выбирать, с кем нам быть;
• Ожидайте, что люди будут приходить в вашу жизнь и уходить из нее; но дольше всего остаются с нами те, кто зарекомендовал себя как хорошего друга;
• Сосредоточьтесь на вещах, которые вы можете контролировать, на том, что у вас есть, и на людях, которым вы благодарны;
• Избегайте чрезмерного распространения личной информации; лучше займите позицию наблюдателя и оценщика контента, чем потребителя.
Помните, что наши убеждения формируются вследствие нашего прошлого опыта, биологических предрасположенностей и нашей культуры. Наши представления об успехе и счастье ничем не отличаются. Как бы вы определили успех? Откуда взялось это определение? Какие факторы, которые могут привести к успеху, находятся под вашим контролем? Гарантируют ли они успех? Мы должны осмыслить собственные убеждения в отношении успеха и счастья, поскольку они определяют многие наши повседневные мысли и действия, и, следовательно, мы невольно передаем их детям.
Одна особенно доминирующая философия была основой культуры США с момента основания страны: если вы усердно работаете, то добьетесь успеха. Наша культура ценит совершенство, и это подразумевает, что совершенство достижимо, если вы достаточно усердно работаете. В наши головы вложено, что наш дом должны выглядеть как в Инстаграме, наше тело можно поместить на обложку журнала, наши путешествия должны быть роскошными, а наши отношения – сказочными. Мы непреднамеренно (или целенаправленно) учим наших детей в школе и дома посредством телевизионных шоу, фильмов и книг тому, чтобы они стремились получать отличные оценки, добиваться больших успехов в спорте, выглядеть более привлекательно, иметь больше друзей, поступить в «хороший» колледж, после устроиться на «хорошую» работу, чтобы купить более красивый дом и более модную машину. Мы говорим им, что они смогут всего этого добиться, если будут стараться больше, чем все остальные (см. Curran & Hill, 2017).
Наши дети проводят в школе больше времени и больше лет, чем любое предыдущее поколение. Повышенное внимание уделяется оценкам и спорту, причем не обязательно ради удовольствия от этих занятий, а для достижения конкретных внешних результатов, таких как стипендии и почести. Как мы уже отмечали, нет какого-то конкретного фактора, вызывающего повышенную тревогу и депрессию у наших детей, и у нас нет данных, показывающих какие-либо причинно-следственные связи для какого-либо из этих факторов. Однако повышенное внимание к результатам школьной успеваемости и спортивной деятельности с системой, которая утверждает, что при хорошей работе результаты гарантированно вносит свой вклад.
Никто не оспаривает преимущества демократии, где каждый гражданин свободен в стремлении к своему счастью, и культуру, которая поощряет выдержку, решительность и напористость. Однако поощрение усилий как канала к успеху сопряжено с рисками. Успех как единственная функция усилий также означает, что если вы не преуспели (скажем, не получили работу, которую хотели, или не поступили в университет, который выбрали первым), то вы недостаточно усердно работали. Это может стать источником вины, стыда, безнадежности и разочарования в себе.
Те, кто сталкивался с дискриминацией, социально-экономическим неблагополучием или видел привилегии, предоставляемые другим, подтвердят, что упорный труд – не единственный фактор академических или карьерных достижений в этой или любой другой стране. Нет необходимости указывать на бесчисленное множество очень трудолюбивых людей – молодых и старых, богатых и бедных, мужчин и женщин, которые по разным причинам могут никогда не достичь внешних показателей успеха, какими их определяет наше общество.
Мнение «усилие = успех» не только ошибочно, но и подразумевает, что все, за исключением самого совершенства, указывает на некоторый недостаток человека: недостаток дисциплины, усилий, настойчивости, коммуникабельности или выдержки. Это качества, которые мы привыкли уважать, поэтому, если нам их не хватает, то мы испытываем вину, стыд и отвращение к себе. Кроме того, определение успеха с использованием таких показателей, как оценки, звание в колледже, должность на работе, размер дома или марка автомобиля неконтролируемо влияет на нашу самооценку. Хуже того, измерять свой успех подобными категориями значит недооценивать самого себя.
Наша цель – побудить детей быть жизнестойкими, стремиться к цели и расти над собой, не испытывая при этом давления страха. Если мы попытаемся мотивировать их к успеху, применяя угрозы или запугивая историями о неудачах, их стремления добиться успеха будут порождены борьбой или бегством от мнимого провала. Это означает, что они будут испытывать беспокойство на протяжении всего процесса взросления и усвоят то, что они неспособны мириться с неудачей (любым препятствием или трудностью), что является полной противоположностью задачам обучения стрессоустойчивости.
Особенно, если вы видите, как ваш ребенок борется с тревогой или стрессом, пытаясь избежать вызова, отказываясь от занятий, которые могут подвергнуть его риску неудачи, или становится более раздражительным, когда на горизонте появляется проблема, то, возможно, большое количество угроз и историй о тяжелом труде не мотивировали его, а скорее вызывали реакцию «бей-беги» (см. рисунок круга тревоги «Что, если я потерплю неудачу?»).
Мы рекомендуем напомнить вашему ребенку о том, чтобы он сосредоточился на том, что у него есть и что он может делать: развиваться и продолжать процесс (например, выполнять домашнее задание в одно и то же время каждый день, прежде чем сидеть в телефоне), который в итоге приведет к успеху, вместо того чтобы выделять лишь результаты работы (например, отбор в кандидаты для стипендии), которые он не может контролировать. Мы призываем детей мыслить шире, размышляя о своих планах на будущее («Я буду работать, помогая людям», а не «Я закончу лучший медицинский колледж»). Мы хотим, чтобы они четко осознавали важность вещей в целом («Я тренируюсь и становлюсь лучше с каждым днем»), а не попадали в ловушку искусственного давления («Я выиграл матч»). Самое главное, мы хотим, чтобы они знали, что их ценность, их значимость вовсе не ставится под сомнение. Они родились такими, какие есть, и заслуживают того же, что другие люди. И ничто не может этого отнять: никакие выдуманные людьми правила о том, кого можно считать «умным», кого – «привлекательным», или что такое «успех», не могут изменить того факта, что каждый человек достоин любви, уважения и признания.
Вы можете подумать: ребенок и так знает, что я его люблю и ценю; это само собой разумеется! Но не стоит забывать об этом и молчать, создавая противоположные убеждения. Дети прежде всего обращаются к нам, чтобы узнать, ценят ли их такими, какие они есть. Даже когда они спорят с нами, они ищут нашего одобрения и принятия. Ваш ребенок рождается с естественным стремлением расти, развиваться и любить. Это приведет его к жизни, полной как радости от самой жизни, так и успеха. Почему бы не пойти ребенку навстречу? Разговаривайте с ребенком: «Я знаю, что ты умный – мне не нужно полагаться на результат теста, чтобы сказать это». «Ты с каждым днем учишься все больше; еще немного практики, и эта задача покажется гораздо легче». «Ты не можешь знать, как пройдет тест, но ты точно знаешь, что никогда не провалишься, потому что никогда не сдашься».
Мы не говорим, что нужно плыть по течению, и не утверждаем, что не имеем никакого контроля над своей судьбой и живем по стечению обстоятельств – на самом деле, совсем наоборот. Мы помогаем нашим детям максимально раскрыть их потенциал, несмотря ни на какие преграды. Можно смело сказать, что для того, чтобы любой человек мог достичь самых больших высот и полностью реализовать себя, прежде всего он должен избавиться от бремени страха.
Психолог из Стэнфорда доктор Кэрол Двек изучала феномен жизнестойкости на протяжении десятилетий. Исследование публичных выступлений Двек во многом повлияло на нашу работу в аспектах тревожности и перфекционизма. Двек обнаружила, что одним из ключей к уменьшению стресса и повышению производительности является стремление развиваться, то есть говорить себе: «Я просто еще не достиг этого, но с бо́льшей практикой обязательно добьюсь» и избегать фиксированного мышления: «Я недостаточно умен; Я плох в математике, и это никогда не изменится».
Когда дети и подростки боятся провала или низкой успеваемости, нам нужно помочь им поставить под сомнение их тревожные мысли, напомнив сфокусироваться на процессе, а не на результате. Мы хотим, чтобы они оценивали себя не по итогам своей работы, которые полностью от них не зависят, а по своему вкладу в какое-либо дело, который приведет к успеху.
Мы тоже совершаем ошибку, распространяя на детей свои установки: «У тебя не математический склад ума» или «Почему ты такой ленивый?» вместо «Ты просто еще не до конца понял тему» или «Это сложно, но, если ты сделаешь хотя бы малую часть, дальше дело пойдет легче». Слишком часто мы задаем вопросы, нацеленные на результат:
«Как написал контрольную?»
«Ты закончил сочинение по книге?»
«Ты добрался до финала?»
Вопросы же о процессе задаются до начала мероприятия, чтобы показать, что для нас главное:
«Как прошла подготовка и обучение?»
«Что ты запомнил из того, что вы проходили на уроке? Если ты чего-то не понял, можешь предложить, как это исправить?»
«Ты хочешь продолжать заниматься этим или хотел бы что-то изменить?»
«Получилось ли у тебя держать в уме важность этого проекта/события/контрольной на протяжении всей работы?»
Мы хотим, чтобы дети сосредоточились на изучении новой информации и получении удовольствия от обмена мнениями, бесед с другими знающими людьми, а также изучения способов решения проблем:
«О чем этот рассказ? Что ты думаешь насчет этого?»
«Вот почему считаю, что Роза Паркс была важной фигурой в истории».
«<…> Отчасти поэтому мы так беспокоимся об изменении климата. Как ты думаешь, мы когда-нибудь сможем обратить этот процесс вспять?»
Поощряйте участие детей в беседе, учите мыслить шире, а не сосредотачиваться лишь на оценках за семестр или поступлении в ВУЗ. О чем они мечтают? Какие навыки им понадобятся, чтобы осуществить эти мечты? Настойчивость, умение решать проблемы и работать в команде, креативность и целеустремленность играют гораздо более значимую роль, чем учеба на одни пятерки. Чаще используйте эти слова, когда говорите о том, что вы считаете самым важным в любом деле и что ведет к успеху.
Мы должны принять тот факт, что дети имеют право на ошибку. Мы не всезнающие. У нас нет ответов на все вопросы или возможности предотвратить всякое несчастье. Наши дети столкнутся со многими проблемами – новыми и отличными от тех, с которыми сталкивались мы, – поэтому наши способы могут оказаться неактуальными. Вместо того чтобы самим садиться за руль, мы должны позволить им вести машину, научить, как оставаться начеку, но не забывать наслаждаться ощущением ветра в волосах.
Вместо того чтобы бояться этих новых вызовов в настоящем и будущем, мы должны оставаться осознанными и понимающими. Вместо того чтобы становиться жертвой страха и волнения, мы должны оставаться сосредоточенными на том, что у нас есть и что мы можем сделать.
У нас столько поводов для радости и надежды в отношении будущего наших детей! Детское население США сейчас более разнообразно, чем когда-либо прежде. В настоящее время молодежь гораздо более активна и предприимчива, чем за десятилетия до этого. Мы все слышали о Грете и Малале, но есть тысячи других людей по всему миру, которые неустанно трудятся во имя таких целей, как борьба с изменением климата, восстановление социального равенства и стремление к переменам.
Кейт Жюльен в статье в журнале Atlantic описывает круг переживаний, с которым столкнулись современные родители. В нем стресс родителей ведет к стрессу детей, который заставляет родителей переживать еще больше. Получилась так называемая «эпидемия тревоги», охватившая все поколения. Как родитель ребенка поколения Z, я (MK) тоже оказалась втянутой в этот замкнутый круг.
Когда мой сын был еще малышом, он отставал в развитии речи по сравнению с детьми своего возраста. Будучи исследователем по своей натуре, я сразу же начала изучать вопрос задержки речи и ее развития. Мы получили оценку и начали работать над нашим начальным уровнем языка на уроках развития речи.
В ходе своего исследования я нашла научно обоснованное руководство для родителей, помогающее их детям с проблемой задержки речи: «Чтобы говорить, нужны двое», – пишет Элейн Вейцман. Когда я прочла первые несколько страниц, да даже только название, на меня нашло озарение. У моего сына был отличный зрительный контакт, он вел себя дружелюбно, его невербальная коммуникация была развита. Он лишь знал меньше слов, чем полагается. Это не было задержкой в развитии. Он мог выучить слова и использовать их, но ему нужен был кто-то, кто мог бы с ним общаться. Не разговаривайте с детьми как по учебнику, а задавайте им вопросы, объясняйте, что происходит, смейтесь над забавными шутками. Именно так наш мозг изучает язык!
Я знаю, что это может показаться очевидным для вас, когда вы читаете это, но эти истины ускользнули от моего внимания. Я думала, что все делаю правильно – от грудного вскармливания и до тренировки сна, но моему сыну просто не хватало разговоров в течение дня.
Я была работающей матерью двоих детей в возрасте до четырех лет. Работала клиническим психологом и исследователем в медицинской школе, которая была учебной больницей и центром исследований. Я проводила свои исследования и преподавала психологию в течение всего рабочего дня, принимала пациентов во внеклассное/нерабочее время и писала научные работы поздно ночью и по выходным. Мой муж был руководителем технической компании, и его могли вызывать на работу или в командировку в любое время. Это означало, что мы часто работали допоздна и всегда были в делах. Мы заканчивали работать после того, как детские сады закрывались, поэтому у нас были няни с более гибким графиком, чтобы и я, и мой муж могли работать. В те годы, когда мой сын учился говорить, у нас была няня из Индии. Она была теплой и любящей, но ее английский был плохим. Она часами разговаривала с моим сыном, используя язык, на котором больше в доме никто не говорил. (Я носительница бенгальского языка, мой муж – хинди, поэтому дома мы говорим по-английски; а няня говорила на пенджаби).
Я проводила время со своим сыном по утрам, перед сном и в выходные, но всегда и везде спешила. По вечерам я быстро купала его, читала книгу, быстро просматривая картинки и имитируя голоса персонажей, а затем укладывала его спать, чтобы проделать ту же процедуру со своей дочерью, пока время еще не такое позднее. Когда я одевала его утром, это тоже было в спешке – собрать всех, накормить, положить еду с собой и выбежать за дверь. Выходные были заняты приготовлением пищи, уборкой, посещением гостей по случаю дней рождений и прочим. Я была в стрессе, но, будучи психологом когнитивно-поведенческой терапии, оставалась позитивной и заряженной энергией, напоминая себе, что хоть я и устала, я благодарна за возможность делать все, что мне нравилось. Я была той супермамой, которая могла осилить все. Но так ли это?
Когда на меня нашло озарение, я поняла, что что-то нужно менять. Мне нужно было уделять больше времени своему сыну в дневное время. Я брала два выходных в неделю по утрам и работала позже в эти дни. Я перестала писать научные работы по выходным. Мой грант, конечно, пострадал, и я опубликовала меньше, но я бы сделала этот выбор еще миллион раз. Мне повезло, что мой начальник, наставник и коллега, доктор Мартин Франклин (которому я благодарна и по сей день), помог мне внести коррективы в мой график работы, не понизив меня в должности. Я знаю, что не всякому родителю окажут такую поддержку.
Я проводила утро, играя со своим сыном. Мы смеялись, обнимались и разговаривали! Мы были только вдвоем, и я концентрировала внимание только на своем сыне. По выходным я старалась проводить время со своими детьми, будучи более вовлеченной и внимательной к ним, меньше делая для себя и работы. Примерно через полгода словарный запас моего сына значительно увеличился, а уже через год он соответствовал среднему показателю среди сверстников. На сегодняшний день он продвинулся также в чтении, письме и навыке публичных выступлений. И, что самое главное, пожалуй, он является одним из самых приятных собеседников, которых я знаю.
Я рассказываю эту историю, потому что для меня она была конкретной и яркой иллюстрацией неотъемлемых сложностей современных реалий и подчеркнула некоторые из многих причин, по которым мы, родители, испытываем стресс. Несмотря на то, что уклад семьи, при котором оба родителя работают, имеет ряд преимуществ, в нем есть свои проблемы и недостатки. Бабушки и дедушки теперь тоже работают и после пенсии, живут отдельно, что делает их поддержку менее доступной. В настоящее время в США 40–50 % браков заканчиваются разводом. Это имеет далеко идущие последствия для благополучия взрослых: увеличивается нагрузка на финансы, время, прибавляются обязанности. В современном мире мы стали более мобильными; также коллеги ожидают, что мы находимся на связь 24/7. Недостаток сна и долгий рабочий день отмечают знаком почета. И прозвище «супермама» – это явно не комплимент, это еще одно невыполнимое ожидание, которое возлагают на матерей.
Вся эта история также напомнила мне фундаментальную истину: то, что детям нужно для развития мозга – это время общения со своими родителями и близкими. Благодаря этому они также развивают свой характер и вырабатывают уверенность в себе. Общение между родителями и детьми – это основа, на которой у ребенка развиваются другие взаимоотношения. Оно закладывает фундамент для понимания ребенком самого себя и других. Для общения нужны двое, потому что нужно как делиться своими идеями, так и слушать других. Это включает в себя и разговор, и внимание, и понимание, и уважение. Но по многим причинам, и некоторые из них уже обсуждались, родителям и детям становится все труднее и труднее общаться.
Времяпрепровождение родителей с детьми фактически увеличилось с 1950-х годов. Есть исследования, которые показывают, что некоторые родители гораздо больше участвуют в жизни своих детей и гораздо дольше, что приводит к появлению новых терминов, таких как «гиперопека» и «мать – тигрица». Но, возможно, изменился и тип взаимодействия. Согласно исследованию, посвященному переменам в отношениях между родителями и детьми за последние тридцать лет, мы с большей частотой контролируем действия наших детей и управляем ими, а также чаще можем мгновенно удовлетворить потребности ребенка, но, тем не менее, вовлечены в прямое взаимодействие не дольше, чем в течение часа, как сообщают ученые (Монтемайор, 1982).
До тех пор, пока системы, общественные нормы и ценности не изменятся, придется идти на жертвы. В моем случае я жертвовала заботой о себе, финансовыми и карьерными амбициями, семейными и социальными отношениями, волонтерством и сном. Каждый из нас сталкивается с тяжелым выбором. Мы все находим разные способы справиться с этими препятствиями, но в каждом решении есть свои недостатки, вгоняющие нас в круг переживаний.
Повторюсь, что я не рекомендую повторять мой путь. Я предлагаю его в качестве примера, что, как бы мы ни старались, наши усилия окупаются с переменным успехом. Но чтобы поддержать развитие новых навыков, нужны разговоры и практика. Вашему ребенку нужен наставник, и лучше, чтобы он имел его в вашем лице, а не в лице влиятельных лиц, СМИ, социальных сетей или сверстников. На протяжении всей этой книги мы предлагали способы начать разговор, которые, надеемся, приведут вас к успеху.
Для нас большая честь поделиться нашей работой с вами. На протяжении десятилетий мы работали с детьми и семьями над созданием и тестированием методик, которые помогают укрепить жизнестойкость и уверенность в себе. Вся наша работа была проделана с намерением однажды поделиться своими находками с миром. Мы очень рады, что теперь можем передать вам эти знания. Надеемся, что наши способы принесут практическую пользу в использовании их в повседневной жизни.
Повторяем, что мы описали долгосрочную стратегию, а не быстрое решение. Навыки могут стать привычкой и уверенно закрепиться только при повторении и постоянном подходе к новым и более трудным задачам по мере взросления ребенка. И, конечно, на этом пути не обойтись без неудач, утрат и душевных страданий. Записывание своих мыслей, рисование кругов переживаний и проработка плана «FEAR» может помочь определиться, что делать дальше. Если вы являетесь частью круга тревоги (то есть решаете проблемы за ребенка, излишне опекаете и устраняете все барьеры), то вам стоит изменить это. Знайте, что небольшой дискомфорт сегодня может избавить вас и вашего ребенка от долгих лет беспокойства и стресса в будущем. Вы также можете следовать правилам здорового образа жизни, поощрять участие ребенка в новых разнообразных занятиях, знакомстве со сверстниками, выполнении физических упражнений и расслабляющих практик, а также отключать телефоны и поменьше читать новости. Будут дни, когда вы сможете сделать как все из этого, так и вообще ничего, но будьте к себе терпеливы и вспомните о своих намерениях дарить любовь своим детям и миру, а затем снова вернитесь к здоровому образу жизни.
• Страх неопределенности: Мы можем преодолеть этот первобытный инстинкт и ручаться за свой жизненный опыт не посредством контролирования результата, а благодаря знанию того, что мы со всем можем справиться. Уверенность находится внутри нас.
• Страх социального отвержения: наш мозг предвидит опасность (такую как неприятие обществом или неудача в отношениях) и ищет облегчения через проверку. Наш телефон – это источник беспокойства, который живет в нашем кармане 24/7! Проверка – это естественная реакция, защищающая нас от отвержения, но она загоняет нас в круг тревоги. Мы должны разорвать его, вспомнив, что у нас есть (люди, которые любят и ценят нас), и осознав, что мы можем сделать (бескорыстно дарить свою любовь миру), и позволять телефону жужжать и звенеть, спокойно сидя в другой комнате (это непривычно, но вовсе не опасно). Попробуйте такой подход, когда проводите время с кем-то в реальной жизни.
• Страх неудачи:
Мы не можем контролировать результат, но можем контролировать процесс.
Именно наши действия в процессе работы, а не хорошие оценки ведут нас к успеху.
Вспомните образ мышления Кэрол Двек – установка на рост – «Вы просто пока не достигли этого. Еще не достигли».
Сосредоточьтесь на приятном в обучении (создайте внутреннюю мотивацию).
Гибкость – это часть хорошего процесса.
О чем мечтает ребенок? Какие навыки ему пригодятся, чтобы осуществить эти желания? Далеко не «пятерки», а настойчивость, умение решать проблемы и работать в команде, креативность и целеустремленность.
• Это долгосрочная стратегия, а не быстрое решение. Навыки могут перейти в привычку и укрепить уверенность, но только при повторении, постоянном подходе к новым и более трудным задачам по мере взросления детей. И, конечно же, не обойдется без провалов, утрат и душевной боли.
• Записывайте мысли, рисуйте круги тревоги, следуйте плану «FEAR», и процесс Вам подскажет, что делать дальше.
• Если вы являетесь частью закономерного беспокойства (например, решаете проблемы за ребенка, ограждаете его от опасности и устраняете барьеры), то это вам следует контролировать. Знайте, что небольшой дискомфорт сегодня может избавить вас от долгих лет беспокойства и стресса впоследствии.
• Вы также ответственны за то, чтобы реализовать здоровый образ жизни, поощряя начинания вашего ребенка. Ими могут выступать новые увлечения, знакомства и укрепления дружбы с ровесниками, введение в распорядок дня физических упражнений и практик расслабления, медитации или осознанности, а также отключение мобильного телефона.