- И когда же?

Апостолов сидел, скрестив руки на груди, привалившись к спинке кресла. Улыбка сползла с его лица. Оно стало серьезным.

- В тот день ты отдыхала в моем ресторане с подружками… Я зашел в зал через служебное помещение, и сразу тебя заметил. Сперва, накрыло чувством дежавю. Где-то я ее уже видел? Но, черт, за эти несколько лет ты так сильно изменилась… А учитывая платье. Прическу. Яркий макияж. Прямо шандарахнуло. Как перед неминуемой катастрофой, когда уже поздно выжимать стоп-кран…

Артем облизнулся, так знакомо прищурив карие глаза.

- В глубине души я очень надеялся, что тебе есть восемнадцать. Но Леонидовна сообщила, что ты одиннадцатиклассница, заказавшая на всю компанию малолеток коктейли с водкой. Потом я услышал твой чистый звонкий смех, и вспомнил, когда же я его уже слышал…

- Тогда как ты объяснишь те видео на твоем компьютере? – продолжила наседать я, не слишком удовлетворившись его объяснениями.

Безнадежно прекрасное лицо Апостолова озарила мягкая улыбка.

- Я тебе уже говорил, не на все вопросы, Саша, тебе стоит знать ответы… Но ты ведь не успокоишься, пока не докопаешься до правды, так?

- Я жду, – прошептала, глядя на разрастающееся в камине пламя.

- Ну, я ведь пообещал на тебе жениться? – подмигнув, он явно сказал это в шутку, после чего свел густые темные брови, негромко продолжив. – Не знаю, что ты там себе нафантазировала, но в те дни, когда я находился в вашем доме, я был под сильным обезболивающим, и помню все весьма смутно. Хотя, понимаю, почему ты в меня влюбилась, – Апостолов произнес это, явно напрашиваясь на комплимент.

Я устало потерла глаза.

- А если серьезно, – он вздохнул, – сперва, я испытывал к тебе жалость.

- Жалость? – я часто-часто заморгала.

- Да, – подтвердил Артем. – Ты была такой открытой, наивной и чистой. Светлой. Девочка-солнце, – он потер висок, – готовая отдаться первому встречному только потому, что он проявил к тебе искренний интерес. В те наши ночи я не прогонял тебя, потому что мне было тебя жаль. Сирота при живом отце, еще и в эпицентре всего этого дерьма.

Я с опаской посмотрела на Артема, не зная, что сказать.

- И пусть твой батя нас выручил, но, немного пообщавшись с ним, до меня вдруг дошло, что он продолжает совать нос, куда не следует. Ну, а если добавить к этому страсть к алкоголю, шлюхам и азартным играм, вырисовывалась жуткая картина…

- К азартным играм? – я нахмурилась, переставая вообще улавливать какой-либо смысл в его словах.

- Да, Сашенька, твой отец был игроком, за несколько лет спустив все ваше состояние.

- Но… Как?

Я впервые об этом слышала. Мир вокруг вдруг начал сжиматься, расплываясь по краям. Я сделала тяжелый вздох.

- Ты все это время думала, что я оказался неблагодарной тварью? Так вот знай, я много раз занимал твоему отцу крупные суммы. Только его долги все увеличивались и увеличивались. Тачки. Недвижимость. Фамильные драгоценности. Временами я и сам обыгрывал твоего папашу в подпольном казино. Думаю, ты обратила внимание на многочисленные расписки?

Я быстро кивнула, позволяя Артему продолжить.

- Они были чистой формальностью. Я не взял у него ни копейки. Однако, не все такие как я, Саша… Далеко не все.

На мгновение воцарилась тишина. Казалось, Артем хотел сказать что-то еще, но в последний момент передумал.

- Я несколько раз пытался убедить твоего папашу отправить тебя учиться подальше отсюда – в какой-нибудь частный пансионат за границей. По крайней мере, там бы ты находилась в безопасности, но Сахаров предпочитал держать птичку в золотой клетке. Поэтому я и попросил Толю за тобой присматривать…

- Присматривать? – я шумно сглотнула.

- При всей моей распущенной морали, мне достаточно было знать, что ты цела и невредима. До того дня, пока я не увидел тебя пару лет назад в ресторане, я даже не открывал эти записи… – его губы сложились в кривоватую дерзкую усмешку.

- А потом? – затаив дыхание, тихо спросила я.

- А потом я начал делать это довольно часто… – хрипло признался Артем. – Девочка выросла, превратившись в очень красивую девушку. Я с любопытством изучал новые отчеты о твоей жизни, Саша. Это стало чем-то вроде хобби, Сахарная, – он замолчал, глядя на меня из-под полуприкрытых век.

На миг я перестала дышать, задрожав от растерянности.

- Но раз все эти годы ты за мной «присматривал», – кашлянула. – Тогда почему не помог в самый трудный момент, когда отца не стало?

Некоторое время Артем смотрел куда-то сквозь меня.

- Они ведь могли… – я с ужасом вспомнила, как эти головорезы во главе с Дымом ворвались ко мне домой прошлой весной, запугав до чертиков.

Темный покривил губы, словно все еще сомневался, насколько полным будет его ответ. Я задержала взгляд на паре крупных колец-кастетов, венчающих его красивые длинные пальцы с татуированными фалангами.

Между нами установилась такая оглушительная тишина, что, казалось, я слышу звук биения собственного сердца. От тяжелого мрачного взгляда Артема все у меня в груди тревожно всколыхнулось.

Я ждала и одновременно боялась его ответа, подозревая, что от него будет зависеть не только исход этого разговора, но и наших дальнейших отношений.

А еще сегодня было полнолуние. В эзотерике этот период считался самой опасной фазой, будто это время, когда все черти вылезают наружу…

- Ты никогда не задумывалась, почему в ту ночь тебя отпустили? – Апостолов несколько раз с силой зажмурился, пока я заторможенно осмысливала его слова.

- Я… – неловко пожала плечами, в ожидании дальнейших объяснений.

На самом деле, я много раз просыпалась в ледяном поту, прекрасно понимая, что тем людям совершенно не выгодно было оставлять меня в живых…

- Получается, ты был в курсе происходящего? – мой голос прозвучал безжизненно: я отчаянно желала узнать правду о той ночи, одновременно и страшась её.

Артем поморщился, после чего негромко сказал.

- За несколько дней до смерти твоего отца я выкупил ваш фамильный особняк, – какое-то время он смотрел в пустоту. – Потому что твой батя разбазарил все ваше имущество, а мне хотелось сохранить этот дом для тебя.

Для тебя.

- Тогда как так вышло, что туда ворвались эти люди?

Он устало вздохнул.

- Оказалось, у твоего бати окончательно поехала крыша – помимо меня, он продал дом еще одному бандюгану. Думал, прокатит, да только когда хозяин Дыма все выяснил, не стал церемониться с твоим папашей…

- Получается, из-за этого его убили? – уточнила я на полувдохе, на что Апостолов лишь коротко кивнул, уводя взгляд на потрескивающие в камине дрова.

После рассказа Артема в горле стоял ком, глаза жгло от подступающих слез, но я сдержалась, взяв себя в руки. Оказалось, что я совсем не знала своего отца…

Человек, проигравший все наше имущество… Дом, построенный еще дедушкой!

- Меня отпустили, потому что ты за меня заступился? – вместо ответа, Артем одарил меня лишь многозначительной улыбкой.

- Тогда почему потом… Тот человек… Дым… Он начал меня шантажировать?

- Саш, к сожалению, в том мире, в котором нам с тобой не посчастливилось родиться, недостаточно сказать, «эта девчонка подо мной», чтобы тебя не трогали, ты действительно должна быть подо мной.

Запрокинув голову, я вперила взгляд в идеальный потолок.

- Ты бандитская дочка, Александра. Твой батя натворил немало дел, а в конце жизни и вовсе конкретно чудил. Даже после того, как его отправили на тот свет, есть те, кто предпочел бы, чтобы род Сахаровых никогда не продолжился… – он нахмурил брови. – Я должен сказать тебе кое-что еще. Нечто очень важное, – в карих глазах Артема промелькнуло то самое дьявольское выражение, и я поняла, что вот он, момент истины.

- Говори, – поторопила я его слабым голосом.

- После твоего похищения я пересмотрел свой взгляд на многие вещи, – еле слышно признался Артем. – К сожалению, как бы я не старался, в этом мире я не смогу гарантировать тебе стопроцентной безопасности. Оставаться со мной – это всегда риск…

Мое сердце забилось с нечеловеческой скоростью, потому что голос Артема источал спокойную уверенность.

- У меня есть для тебя подарок, Саша. На этот раз ты сама примешь решение.

Подавшись вперед, Апостолов протянул мне большой прямоугольный конверт, выразительно заглядывая в глаза.

- Там документы и карты на новое имя. При желании, ты можешь завтра же улететь в любую страну мира, и начать свою жизнь с чистого листа. Тебя никто не найдет.

- Никто? – повторила я глухо.

- Никто.

- А ты?

- Я же сказал, что больше не хочу тебя ни к чему принуждать. Если ты захочешь быть со мной. Всецело. Неразрывно. Просто позвони, и я примчусь к тебе, родная.

Что же ты решишь, Сашенька?

***

Друзья, какое бы решение вы посоветовали принять Александре?