POV Александра

Распахнув глаза, я еще некоторое время лежала в кровати.

Утро встречало меня уже традиционным ознобом. С трудом присев, я обнаружила, что накрыта одеялом, хотя, помнится, рухнула на кровать, даже не раздевшись, настолько я была без сил.

Тогда откуда здесь взялось одеяло? Мистика какая-то.

Однако посмотрев вбок, мои брови непроизвольно поползли вверх, потому что на спинке кресла висели мои розовые трусы.

Те самые, которых я обыскалась…

Уголки губ дрогнули, складываясь в болезненную улыбку. Значит, он действительно пробрался ко мне в квартиру посреди ночи, и, судя по вскрывшимся обстоятельствам, делал это уже не в первый раз…

Обессиленно рухнув на подушку, я промокнула кончиками пальцев взмокший лоб. Да что ж такое? Не мешало бы, наконец, записаться к врачу…

Потому что из-за слабости в последнее время я чувствовала себя будто обесточенной, хоть и старалась правильно питаться, опасаясь за здоровье малыша.

Решив не откладывать в долгий ящик поход к гинекологу, я позвонила в частную клинику, записавшись на ближайшую дату к доктору, у которого уже бывала раньше.

Хорошо, что сегодня воскресение – я планировала целый день отсыпаться, потому что вечером снова должна была танцевать в клубе.

Приняв душ, я нехотя съела овощной салат, и, вернувшись в кровать, взяла учебник по английской литературе, погрузившись в чтение, ведь не за горами была пора экзаменов и зачетов.

Вскоре от зубрежки меня отвлекла трель телефона на тумбочке. Звонила мой хореограф из клуба «Рай».

- Саш, привет, я хотела уточнить на какую карту тебе отправить расчет?

- Расчет? – заторможенно повторила я, пытаясь уловить суть вопроса.

- Ну да. Директор сказал, ты покидаешь наш коллектив, и вечером уже не танцуешь. Жаль, конечно, ты была одной из лучших…

- Погоди… Мы же договорились, что я буду участвовать в постановках до конца года?

- Я тоже так думала, но Каримов распорядился, чтобы с тобой разорвали договор. Без санкций с нашей стороны.

А кто позвонил Каримову? Не трудно догадаться… И, главное, у меня даже номера телефона его не было, чтобы во всем этом разобраться… Как же бесит!

После вчерашних событий, я все утро гнала от себя воспоминания о том, как постыдно разрыдалась на глазах у Артема. Представляю, что он обо мне подумал…

- Саш, рада была с тобой поработать. Если вдруг захочешь вернуться, смело звони!

- И я… Спасибо тебе за все…

Попрощавшись с хореографом, я попыталась сосредоточиться на учебе, но не тут-то было – телефон снова раздражающе запиликал. На этот раз номер не был мне знаком. Поморщившись, я негромко ответила.

- Слушаю?

- Привет Сахарок, как жизнь молодая? – прозвучало уверенным бодрым голосом Левицкого.

- Привет Паш. Все нормально.

- Как там поживает наш зануда, заеба и понторез?

- Не знаю. Нам толком не удалось поговорить…

- Ты ему не сказала? – Паша кашлянул.

- Еще нет, но скоро скажу. Не вижу смысла скрывать.

- Если возникнут какие-то проблемы, звони мне. У моего бати полгорода под пятой. Сразу все порешаем. Выше нос, Сахарок! – хмыкнув, Левицкий отключился.

А я вместо того, чтобы учиться, кажется, задремала.

Из объятий морфея меня выдернул характерный хлопок двери. Спустя миг я услышала звук шагов в коридоре. На пороге моей комнаты появился Апостолов в пальто нараспашку и с набитым под завязку пакетом.

Сердце замерло в груди. Просто прекрасно…

- Здравствуй, Саша, ­– хрипло поздоровался Артем.

- Привет, животное! – бросила я ему с вызовом.

- Как самочувствие? – на его губах появилась еле заметная улыбка, заставившая мое слабое сердце екнуть.

- Какая тебе разница? – поджав губу, пробурчала я.

- Животное хочет знать, – на этот раз мужчина уже откровенно улыбался, пристально меня разглядывая: не зная, куда деть руки, я обняла себя под грудью.

- Уходи, Артем! – выдала самым, что ни на есть решительным голосом я.

Внезапно незваный гость все-таки покинул мою комнату, но, судя по звукам, доносящимся из кухни лишь для того, чтобы выгрузить содержимое пакета с провизией в холодильник. Спустя пару минут он вернулся, бросая на подлокотник кресла свое пальто.

- Ну, куда я уйду, Сашенька? – мягко произнес он, присаживаясь на корточки перед моей кроватью, и вновь посмотрел на меня.

- Ты права, я животное. И если я чего-то хочу, то иду напролом. Такой уж я… – Артем облизал полные губы, очевидно, желая своим ненормальным демоническим взглядом прожечь мне сетчатку.

- И чего же ты хочешь? – затаив дыхание, я непроизвольно отзеркалила его мимику, прихватив нижнюю губку зубами.

- Мы договаривались о свидании, – произнес Темный почти беззвучно, припечатывая мою руку к матрасу своей большой тяжелой ладонью.

Он рывком сгреб мои пальцы в захват, будто в пазы загнал, костяшки к костяшкам, и я шумно сглотнула накопившуюся слюну.

В ступоре приподняв голову, я обратила внимание, как напряжены желваки на заросших щеках Артема. Мужчина рвано дышал, выпуская носом воздух, и находился при этом непозволительно близко.

- Свидание? – заторможенно пробормотала я, околдованная поглаживаниями его теплых пальцев, от них мои руки и плечи покрывались мурашками.

Я была потрясена неожиданным осознанием того, насколько сильное влияние на меня до сих пор оказывает его близость.

- Свидание. И много чего еще, Саш, – натянуто рассмеялся Апостолов, и его тихий хриплый смех отозвался в каждом уголке моего тела. – Давай уже выдвигаться… – он поднес мою обмякшую ладонь к своему рту, – иначе моя звериная сущность вырвется на свободу. И я сделаю то, о чем подыхаю все эти недели. С-а-ш-а…

Смочив пересохшие губы языком, я заметила, как задрожал его натянутый посреди крепкой шеи кадык.

Я громко сглотнула, потому что в присутствии Артема превращалась в безвольную дуру, и в прямом смысле не могла связать двух слов, ловя каждое его движение.

- Я тебя не прощу… – выпалила неожиданно, и его кадык конвульсивно дернулся.

- Не прощай. Просто… поехали? Иначе…

Увы, я понимала, что значит это «иначе»…

Поэтому, свесив ноги с кровати, я поднялась, задумчиво глядя на мужчину сверху вниз. Правда, это мнимое преимущество продлилось недолго: стоило Апостолову выпрямиться, как мы вновь поменялись ролями…

Стоя непозволительно близко, он возвышался надо мной, сверля своим немигающим голодным взглядом. Тем самым взглядом, после которого мы…

Отвернувшись, я зажмурилась, стараясь собрать разбегающиеся мысли воедино. Остановившись за моей спиной, Артем задел меня плечом.

- Я тоже постоянно думаю об этом, как слюнявое животное, ей богу, – его сбитое дыхание опалило мне висок. – Потерпи немного. Нам надо объясниться…

- Я… Нет… я, – поморщилась, пытаясь выдать хоть что-нибудь членораздельное…

А ведь мне надо было столько всего ему сказать… Для начала высказать все, что я думаю о его ночных налетах на мое жилище. Но в горле будто застрял вязкий ком из обиды, смущения и боли.

- Я подожду тебя в коридоре, – Артем взял свое пальто, покидая небольшую комнатку.

- Какая форма одежды? – поинтересовалась я, сперва, прочистив горло.

- Желательно то, что не жалко. Я за себя сегодня не отвечаю.

Я нервно выдохнула, даже через стену ощущая, будто он испепеляет меня взглядом.

- Я же сказала, что не прощу тебя… – пробормотала себе под нос, распахивая шкаф, - Ничего не будет…

Выудив оттуда одно из нейтральных платьев, я быстро переоделась, на ходу пройдясь гребнем по распущенных волосам. Не собиралась ради него наряжаться, но и выглядеть, как замарашка тоже не хотела.

Выйдя в коридор, я мгновенно напоролась на оценивающий взгляд Артема, против обыкновения густо покраснев. Сама не знаю, что со мной творилась, но сегодня реакции моего тела будто вышли из-под контроля…

Краснела. Бледнела. Без конца испытывая это распирающее мурашечное ощущение в груди… Хотя не должна была так быстро попадать под его чары. Он тот, кого нельзя прощать. Может, это все гормоны?

- Красивое платье, Саш, – негромко заметил Темный, задержав взгляд на моих ногах, и снова желваки на его скулах шевельнулись.

- Это не для тебя… Я просто люблю красиво одеваться… – фыркнула, натягивая сапожки.

- Поехали, – пальцы Артема собственнически обвили мое запястье, приходясь по выпирающей венке, – Я не из тех, кто устраивает девочкам свидания… Ни хера не романтик. Но сегодня исключительный вечер.

Исключительный вечер…

- Артем… – с трудом выдержала его пронизывающий взгляд я, - Ты все разрушил…

- Я больше не могу, – произнес он мне на ухо, зажимая у самой двери, пока я пыталась застегнуть пуговицы на пальто.

И я вновь отметила это новое, совершенно не свойственное Апостолову смущенное выражение, промелькнувшее на красивом мужественном лице.

- Чего ты не можешь? – едва шевеля губами… на полу-вдохе.

- Жить эту жизнь в мире, где Саша не улыбается, – перехватив мою ладонь, он сжал её до хруста в пальцах, - Поехали со мной.