Я специально не стала брать с собой много вещей, лишь самое необходимое. Для семейного фото и мероприятия выберу что-нибудь подходящее из своих старых нарядов, оставшихся в доме отца. К тому же с лёгким чемоданом сбегать проще, чем с набитым под завязку.

Шон привёз нас в аэропорт, помог с багажом и, не дожидаясь нашей посадки, уехал по важным делам компании. Лететь предстояло шесть часов, но из-за разницы во времени, мы прибудем в Финикс не в полдень, а в девять утра. Из приятностей – Дэвид купил билеты бизнес-класса – это лаунж-зона перед посадкой, широкие удобные кресла с откидывающимися спинками, минимум шума, бортпроводники по-особенному вежливы с пассажиром и в любой момент могут подать обед, как в ресторане.

На самом деле мне без разницы, каким классом лететь. Я не смотрела в иллюминатор и толком не слушала стюардессу, от волнения закладывало уши и подступала тошнота к горлу. Мне и в прошлый раз с большим трудом удалось выдержать шестичасовой перелёт и то благодаря успокоительным. Но в этот раз я не стала их принимать, пребывая в полной уверенности, что мой страх остался в прошлом. Увы, я ошиблась.

Дэвид положил раскрытую ладонь на широкий подлокотник, разделяющий наши кресла.

– Дай руку, – просит он, почувствовав моё волнение.

Я не стала отказываться от предложенной поддержки. Дэвид аккуратно сжал мою ладонь и погладил большим пальцем по тыльной стороне моей кисти.

– Такая холодная, – произносит он, подносит к своим губам и пытается согреть тёплым дыханием.

– У меня всегда мёрзнут руки, когда я чего-то боюсь, – признаюсь я, смущаясь из-за заботы сводного брата.

– Давай вторую, я погрею, – предложил он, и я неуверенно протянула правую ладонь.

Самолёт набрал высоту и летел плавно, Дэвид держал мои руки и рассказывал разные истории своих полётов, комичных моментов в аэропорту, разговор перетёк в другое русло – в воспоминания учебных лет. Мы многое успели обсудить, но старательно обходили несколько щекотливых тем, будто их не существовало вовсе. Будто.

Аризона встретила нас ярким палящим солнцем, запахом раскалённого асфальта и вездесущими частицами пыли. Меня здесь не было чуть больше месяца, а по ощущениям, что гораздо дольше. Я опустила очки на глаза и двинулась следом за Дэвидом. У ленты выдачи багажа нас встречал молодой человек с табличкой: «Дэвид МакКей».

«Ну конечно, Эмбер – это всего лишь незначительное приложение к чемодану любимого сына».

***

Водитель привёз нас к ненавистному дому, около которого коршуном караулила мачеха.

– Сынок! Как же я соскучилась! – Элизабет налетела на Дэвида, целуя его в обе щеки по несколько раз, так и гляди, скоро с него кожу сдерёт своим клювом. – Здравствуй, Эмбер, – сухо бросила мне и продолжила слюнявить щёки МакКея.

Я отсалютовала женщине и направилась к себе в комнату, если она у меня всё ещё есть. Комната была, и все вещи лежали на том же месте, словно я вышла из неё на полчаса. Не было во мне ностальгии или приятных чувств, а наоборот – казалось, стоит лечь на кровать, и она вновь затянет меня в плен грусти и одиночества. Лучше бы мне выделили гостевую комнату, а эту использовали бы для хранения ненужного хлама.

В двери настойчиво постучали, а потом бесцеремонно вошли, а ведь я могла быть в неглиже, между прочим!

– Здравствуй, дочка, – поздоровался отец, стоя на пороге.

– Привет, – коротко кинула ему и сделала вид, что меня очень сильно заботят вещи в гардеробе, а не его присутствие.

– Как полёт? Дэвид сказал, что тебе было страшно.

«Кто этого Дэвида за язык тянул?!»

– Немного некомфортно не значит страшно, – процедила я. – Во сколько съёмка? Есть требования к одежде? – Мне хотелось поскорее избавиться от общества отца. Пусть не думает, что раз я приехала, то больше не злюсь из-за его шантажа. Какой нормальный отец вообще станет шантажировать свою дочь?

– Давай позавтракаем, а Элизабет расскажет о том, что нас ждёт, – предложил отец.

– Я не голодна.

– Тогда можно просто попить кофе, либо чай, – отец делает новую попытку.

Хотелось сказать, чтобы перестал стараться вести себя так мило, я всё равно уже здесь и побуду хорошей дочерью на публике.

После душа я всё же спустилась к столу. Идиллия тут же помахала ручкой и сбежала в неведомые дали. Милые беседы прекратились и это даже хорошо – не придётся отмывать уши от медовой патоки.

Отец положил передо мной папку с бумагами.

– Эмбер, ты должна ознакомиться. В ней собраны все вопросы, которые будут заданы, мой пресс-секретарь написал для тебя ответы. Через час приедут стилисты и подготовят нас к встрече с прессой.

Я пролистала папку и закатила глаза. Мы будем играть идеальную семью, я – примерную дочь, а он – самого милого и доброго папочку. Всё, как и ожидалось.

– Эмбер, пожалуйста, сделай это для меня, – попросил отец, пронзая холодом голубых глаз, в которых столько наигранного понимания и доброты. Его доброту я ощутила не раз на своей шкуре.

Мой взгляд непроизвольно скользнул на Дэвида, сводный внимательно смотрел на меня немного насмешливо, так и хотелось показать ему язык. Я допила макиато, забрала папку со «сценарием» и направилась в спальню. За спиной послышались шаги, аромат мужской туалетной воды окутал приятным флёром.

– Ты бунтарка, Эмбер. Вот в чём секрет твоего поведения, – проговорил он, поравнявшись со мной.

– Считаешь, что это нормально? – я потрясла папкой перед лицом Дэвида.

В коридоре стоял полумрак из-за отсутствия окон, но даже в нём я заметила озорной блеск тёмно-синих глаз.

«Он не воспринимает моё поведение всерьёз».

– Это нормально, Эмбер. Ты хочешь танцевать, он хочет стать губернатором. Каждый о чём-то мечтает. Мы же семья, почему бы не помочь ему. Тем более, в тех ответах нет ничего странного.

– Только то, что Стивен – идеальный отец, – фыркаю я.

– Разве нет? За что ты на него злишься?

Он сейчас серьёзно? Конечно, да. Это не его мать умерла несколько лет назад из-за сильных переживаний потому, что его отец хотел забрать у неё сына.

– Проехали, – отвечаю я и захожу в свою комнату.

На фотосессию из меня слепили приторно-сладкое пирожное, будто я не обычная американка, а принцесса Аризоны. Чопорное бледно-жёлтое платье фасона «тюльпан» сидело, как чужая кожа, а гладко-прилизанные волосы очень хотелось помыть или хотя бы встряхнуть.

– Ты похожа на героиню фильма «Завтрак у Тиффани», – шепнул мне на ухо Дэвид, чуть наклонившись ко мне, отчего по шее побежали мурашки.

Мы стояли в стороне и ждали, когда фотограф закончит со Стивеном и Элизабет.

– Не нравится? – спрашиваю, стоя к нему спиной.

– Если честно, то нет. – Я повернула голову в его сторону. Дэвид поясняет: – Мне не нравится, что ты сейчас зажата, так и хочется выпустить тебя на свободу, как птицу из клетки.

Либо я ослепла, либо сошла с ума, но во взгляде глубоких синих глаз заметила что-то гораздо большее, чем обычное участие. В них горел огонь так сильно, что меня обожгло им. Я быстро отвернулась, с трудом сглатывая вязкую слюну, комом вставшую в горле. Странные импульсы пробежали по телу, и сердце заколотилось быстрее, заставляя дышать чаще.

«Что за ерунда со мной творится?!»

Горячие пальцы лёгким касанием пробежались по виску и кончику уха, я бросила на мужчину настороженный взгляд.

– Я лишь поправил выбившийся локон, сестрёнка. Что-то не так? – спрашивает он, с ангельским выражением лица.

– Спасибо, – тихо отвечаю я и почему-то начинаю краснеть.

К счастью, неловкий момент нарушил фотограф, пригласив меня занять место рядом с родителями.

***

Весь абсурд закончился к вечеру и меня оставили в покое. Я смыла с себя чужую личину и снова стала собой. Ковыряясь в интернете, я перебрала всю возможную музыку для танца, но никак не могла определиться. Чуть позже пообщалась с подругами в мессенджере, а вечером мне позвонил неизвестный номер. У меня дурная привычка брать трубку, даже если звонит кто-то незнакомый. Ведь это может быть важно.

– Привет, красотка, это Брайс! – проговорил мужской голос.

– Привет, откуда у тебя мой номер? – спрашиваю я.

– Пришлось взломать базу данных, чтобы заполучить его, – со смешком заявляет Купер.

Мы перекинулись незначительными фразами. Брайс сказал, что очень ждёт моего возвращения и надеется на встречу.

Я отключилась, но сам факт наличия у него моего номера немного задел. Кто кроме Дэвида мог сделать это? А почему меня это задело? Не знаю. Не понимаю. У некоторых чувств просто не бывает объяснений, но я хотела получить у Дэвида ответ.

Из гостиной доносились звуки музыкальной акустики. На большом угловом диване развалился МакКей, он переключал каналы телевизора, занимавшего значительную площадь на стене, закидывал в рот попкорн и выглядел очень по-домашнему в широких трикотажных шортах и футболке. Он не заметил меня, пришлось загородить экран собой.

– О, сестрёнка, привет. Присоединяйся, – Дэвид кивнул на место рядом с собой.

– Зачем ты дал мой номер телефона Брайсу? – спросила я, сложив руки на груди.

Дэвид нахмурился и сделал звук тише.

– Даже не собирался, – ответил он и принял сидячее положение.

– Тогда кто?

– Куколка, тебе не кажется, что это можно было спросить и у Брайса? – с самодовольной усмешкой выдаёт он.

– Само собой я спросила, но он отшутился. Стоп! Никакая я тебе не Куколка, ясно?

Братец медленно поднялся с дивана, походкой хищного кота подошёл ко мне вплотную и спросил:

– А то что? Побьёшь меня? – он состроил испуганное выражение лица.

Дэвид намного выше меня и сейчас он, как скала нависал надо мной и не сводил взгляд, будто и впрямь ждал ответа.

– В лёгкую! Знаешь, как я Тревору нос разбила? – похвасталась я и машинально коснулась небольшой шишки на своём лбу. Почти прошла.

МакКей хитро улыбнулся, а потом одним резким движением подхватил меня на руки и плюхнулся вместе со мной на диван. Я взвизгнула от неожиданности.

– Ты что делаешь? Отпусти меня, – задёргалась я, стараясь выбраться из его хватки, и начала стучать кулаками по его груди. А он пытался перехватить мои руки и смеялся.

– Тише-тише, сестрёнка, мы просто что-нибудь посмотрим, – он подмигнул мне и аккуратно уложил меня рядом на диванную подушку, но одной рукой продолжал удерживать, чтобы не убежала.

Стоит ли говорить, что всё произошедшее вызвало странные импульсы во мне, снаружи и где-то под кожей. Да, я вырывалась, ведь по-другому не могла. Лежать и наслаждаться объятиями сводного брата было бы странно с моей стороны. Я и сама до сих пор не понимаю, почему так реагирую на Дэвида. Нет, во мне не проснулись сестринские чувства. Глупо даже думать об этом. Думаю, всё дело действительно в отсутствии отношений. Я молодая одинокая девушка. Может, стоит присмотреться к Брайсу?

Вначале наш выбор пал на «Моану». Я любила этот мультфильм в детстве и под его музыку обожала танцевать и даже показала несколько движений. Дэвид убрал попкорн в сторону и составил мне компанию, смешно виляя бёдрами. Он попутно смешил меня своими шутками до колик в животе.

«Не догадывалась даже, что у него такой искромётный юмор».

После «Моаны» мы решили поностальгировать и посмотреть «Дневник Бриджет Джонс».

– Мне очень нравился Марк Дарси, – призналась я.

– Он же скучный, сухой. Чем он тебе нравился? – Дэвид приподнялся на локте и обратил всё внимание на меня.

– Тем, что был влюблён в Бриджет, несмотря на её недостатки, – мечтательно вздыхаю и откидываюсь на спинку дивана.

Да, это чистая правда. Дарси любил Бриджет, хотя она частенько вела себя глупо и имела лишний вес. Наивно было думать, что и для меня найдётся Марк Дарси. Но нет, ухаживать за мной стали после того, как я похудела. Я рада избавлению от ненавистных килограммов, но больше всего я мечтала не о стройной фигуре, а о том, что буду увереннее в себе. Да, я научилась давать словесный отпор, но не перестала быть всё той же Эмбер. Не могу не завидовать самоуверенным людям и мечтаю такой же быть, а не просто казаться.

Я смотрела кино, но всё время чувствовала на себе взгляд Дэвида.

– Скажи, Эмбер…