Рабочий день начался со звонка Владимира Николаевича.

– У вас есть какая-нибудь информация для меня? – осведомился клиент.

– Работаем, – коротко ответила я.

– Хочется узнать о результатах.

– Как только у нас появится ясная картина произошедшего, мы сразу вас оповестим, – пообещала я. – Но только при личной встрече, не по телефону.

– Ускорьтесь, – велел Быков. – Поговорите с Маргаритой Роминой. Она наша бывшая нянька и домработница.

– К сожалению, не сумели пока дозвониться до нее – телефон постоянно вне зоны действия сети.

– Сейчас пришлю ее домашний адрес, – недовольным тоном проговорил наш клиент. – Она там. Больше просто некуда деваться тетке.

– Маргарита пожилая?

– Какая разница, сколько ей прозвенело? Работайте лучше и быстрее!

Через пару секунд трубка Коробкова тихо звякнула.

– Гарпино, – громко произнес Димон. – Милое название. Наверное, там в древние времена обитали гарпии.

Я встала.

– Может, в доме никого и нет. Но придется поехать и посмотреть.

– Дорога хорошая, дождя не обещали, – проговорил Егор. – Быстро доберешься. Заодно на гарпий полюбуешься.

– Деревенька небольшая, – сказал Димон, глядя в компьютер. – О! Там открыт музей Бабы-яги и всех ее друзей. Коттеджный поселок, где поселилась Ромина, неподалеку.

– Друзья Бабы-яги… – повторила я. – Звучит необычно.

– Ага. А директор этого заведения – нужная нам Маргарита Вадимовна.

К моим удивлению и радости, на дороге не случилось ни пробок, ни аварий. После поворота на Гарпино показалось несколько автобусов с экскурсантами. Похоже, музей нечистой силы пользуется популярностью.

Дом Маргариты стоял за таким высоким забором, что даже крыши не было видно. Я нажала на кнопку домофона.

– Слушаю, – ответил девичий голос.

– Здравствуйте, меня зовут… – начала я.

Калитка открылась, и передо мной появилась стройная женщина, чей возраст сразу и не определить. Учитывая, что Владимир назвал ее нянькой, хозяйке должно быть не меньше шестидесяти лет, а то и больше. Скорее всего, это не она.

– Добрый день, – улыбнулась незнакомка. – Чтобы попасть в музей Бабы-яги, надо ехать по центральной аллее до…

– Я ищу Маргариту Ромину, – остановила я хозяйку, вынимая из сумки удостоверение.

– Господи! – всплеснула та руками. – Особая бригада? Чем могла вас заинтересовать? Я живу тихо, заведую музеем Бабы-яги…

Меня острыми когтями схватило изумление.

– Вы директор? Маргарита Вадимовна?

– Да, – подтвердила моя собеседница.

– У меня есть информация, что раньше вы работали у Быковых, – издалека начала я.

– А-а-а… – протянула Ромина. – Да, я служила в этой семье… Заходите, пожалуйста.

Я вошла в прихожую, получила одноразовые тапочки и прошла в комнату. Хозяйка усадила меня за стол и засуетилась. Вскоре передо мной появились чашка чая, зефир, конфеты «Коровка» и вазочка с печеньем. Когда хозяйственная активность Маргариты утихла, я задала ей первый вопрос:

– Вы долго служили в семье?

– Не один год, – улыбнулась хозяйка. – Никаких претензий у меня к хозяевам нет. Зарплата всегда поступала вовремя, на праздники и на день рождения – небольшая премия и приятный подарочек. Конечно, у каждого Быкова свой характер, но я с детских лет была в услужении, разного навидалась… По какой причине я вам понадобилась?

Я рассказала про смерть Марсельезы. Маргарита перекрестилась.

– Царствие ей небесное. Хорошая была женщина. Очень умная. Такая умная, что хватало ей этого ума, чтобы производить впечатление дурочки… Когда я пришла в дом Быковых, она как раз от остальных членов отделялась, на своей территории устраивалась, – без тени улыбки продолжала Маргарита. – Ира, тогда еще гимназистка, всегда приводила компании, ребята шумели, громко музыку включали. В восемь вечера я говорила им: «Все! Завтра в школу! Пора и честь знать! Расходитесь по домам!» Ирина вмиг принималась орать: «Исчезни, не твое дело!» А Владимир…

Хозяйка помолчала, потом вдруг осенила себя крестом.

– Пусть Господь меня простит. Учитывая, что вы приехали с сообщением о смерти Марсельезы, случилось нечто нехорошее, значит, надо рассказать. Володя – дипломат, так разговор поведет, что всем понравится. Наталья Петровна от сына была в восторге. Врет он всегда красиво, истории безупречно придумывает, уличить его в нечестности почти невозможно. Правду с ложью ловко перемешает, ни сучка, ни задоринки. Хорошо один случай помню. Лето, Наталья Петровна всех предупредила: «Пожалуйста, не опаздывайте к ужину. Ровно в двадцать часов вынесу особый воздушный пирог. Его едят только теплым, потому что, когда он остывает, сразу превращается в лепешку». Семья села за стол без десяти восемь, Володи нет. Хозяйка расстроилась – неприятно было ей, что сын игнорирует трапезу. Примчался Вова в полдевятого, сразу к матери: «Прости, не забыл о твоей просьбе! Помчался домой, – и прямо передо мной Нина Григорьевна упала! Головой о булыжник! Я ее поднял, понял, что она одна не сумеет дойти. Привел соседку домой, вызвал врача. Поэтому опоздал!»

Маргарита прищурилась.

– Разве за подобный поступок мальчика отругают? А потом я случайно узнала: Вова не соврал, он в самом деле проводил Нину Григорьевну до ее избушки, и про врача правда, но это случилось утром, а не вечером. По какой причине он наплевал на просьбу мамы? Не знаю. Володя всегда сам себе на уме. В школьные годы мечтал стать одновременно и актером, и режиссером. – Маргарита взяла чашку. – Поэтому получил образование в ГИТИСе.