Не помню, когда в последний раз спала так неспокойно. На часах уже три утра, но как только я закрываю глаза, тревожные мысли атакуют меня со всех сторон. Я бы могла уйти к Оли в спальню, чтобы успокоиться, но мама и брат уехали в четверг вечером в кэмпинг вместе с ребятами с курсов Оливера. Хотя бы завтра мне не надо на работу.

С нашего инцидента с Россом прошла неделя. Мы блестяще притворялись, что ничего не произошло, и держали дистанцию. По крайней мере, на работе и дома. Еще мы дважды ездили тренироваться самообороне. Сначала было неловко показывать Россу их с братом шедевр на моей шее и ощущать соприкосновения наших тел, но мне действительно нравятся занятия. Даже с Россом в качестве тренера. Конечно, раньше все проходило веселее: он подшучивал, иногда даже улыбался, а сейчас все время отстраненный, против чего я в принципе и не возражаю. С Николасом мы пересекаемся и в офисе, и дома, однако он ничуть не растерял своих навыков флирта.

Горбатого могила исправит.

Но кое-что странное все же я заметила и в его поведении. Иногда он выходил со встречи с Россом бледный, как призрак. Не знаю, что же у них там происходит, и выяснять не собираюсь. Я зарубила на носу, что лезть в их бизнес себе дороже. К черту их обоих – отличное кредо, да?

Очередной раз переворачиваюсь на другой бок и, сдавшись, встаю. Может быть, мне стоит выпить теплого молока? В фильмах так и делают, когда не могут заснуть. Надо попробовать. В доме полная тишина. Думаю, все уже спят. Накидываю халатик поверх своей пижамы, на цыпочках спускаюсь на кухню, наливаю кружку молока и, разогрев напиток, иду обратно к лестнице. Но меня вдруг привлекает яркий свет луны, проскальзывающий через окна. Иду в гостиную, потому что у парадного входа точно наткнусь на охрану, и выхожу к бассейну. Ночь сегодня теплая и спокойная в отличие от моего разума. Шум океана и легкий соленый ветерок приятно обдувает кожу, пока я пью молоко. Слышу переговоры охраны и даже вижу одного вышибалу с огромным автоматом. Черт, неужели есть необходимость в таком оружии? Но никто из них, слава Богу, не задерживается на заднем дворе, и я могу насладиться одиночеством и приятной погодой.

Допив молоко, делаю небольшой кружок вокруг бассейна, заглядываю за изгородь и возвращаюсь к стеклянным дверям. Тихонько захожу внутрь и тут же подскакиваю на месте, прижав кружку к груди: на диване кто-то сидит.

– Дьявол! – взвизгиваю я.

Сфокусировав взгляд, улавливаю знакомые черты лица, покрытые какой-то темной жидкостью. Росс. Открываю рот, чтобы спросить, какого черта он здесь делает, но слова застревают в горле, когда я замечаю выражение его лица. Полное отсутствие легко читается во взгляде Росса. Он смотри в никуда, буквально. Его руки лежат на коленях, спина скрючена. Росс не шевелится. Плечи едва ли поднимаются от дыхания. Выглядит он жутко, словно из него вышибли всю жизнь. Росс больше похож на оболочку, сосуд, чем на живого человека.

– Росс? – нерешительно зову его, но никакой реакции не следует. Мужчина даже не смотрит на меня.

Неуверенно иду к нему. Не знаю, что движет мною. Наверное, стоило убежать, как только я заметила его, но я почему-то приближаюсь к мужчине. Выдерживая дистанцию, еще раз зову Росса – ноль реакции. Тогда я ставлю кружку на журнальный столик и опускаюсь на корточки, чтобы лучше рассмотреть мужчину. Мое сердце тут же замирает, потому что я понимаю, чем именно испачкан Росс.

Кровь. Много не засохшей крови, стекающей по шее, скулам и подбородку. Рубашка насквозь пропитана ею.

Боже мой. Чья она?

– Росс, что произошло? – дрожащим голосом спрашиваю я и кладу ладонь на его колено, дабы вывести из транса.

Мужчина резко поднимает свой взгляд на меня. Глаза опустошенные и не выражают абсолютно ничего. Первая мысль – смыть с его лица кровь. Снимаю халат и рукавом начинаю стирать темно-красную жидкость сначала с рук, затем с шеи и скул. Пальцы трясутся под отсутствующим взглядом Росса. Его дыхание учащается и греет мое лицо, но он до сих пор не произнес ни слова. Стираю почти всю кровь с лица, осталось лишь несколько капель у носа и губ.

– Росс, что случилось? Тебе нужна помощь? – не верю, что предлагаю ему помощь. Он не заслуживает ее, да и к тому же кровь не его. Вся одежда цела, нет ни единой раны. – Мне позвать охранников?

Наши взгляды встречаются, и, клянусь, что глаза Росса наливаются кровью. Что-то чудовищное мелькает в его взоре. Это нечто, что нельзя объяснить словами, но ты чувствуешь наступающую опасность, как газель, услышавшая львицу.

Мне стоило бежать сразу, черт возьми. Я не должна была садиться и пытаться ему помочь. Глупая, глупая, глупая!

По спине тут же пробегает холодок, и я хочу отпрянуть от Росса, но его руки хватают меня и притягивают к себе. От неожиданности я вскрикиваю, задеваю журнальный столик и опрокидываю кружку. Посуда вмиг разбивается на кучу осколков. Росс, крепко держа меня за лицо и шею, тянет на себя. В нос ударяет металлический запах крови, смешанный с привычным мускусными и древесными нотками. Не знаю, что на него находит в этот момент, но он вдруг берет меня в охапку и, приподнявшись, кладет на диван. Росс нависает надо мной. Мы безумно близко друг от друга.

– Росс, что ты…? – я не договариваю, потому что он буквально набрасывается на мой рот.

Опираюсь руками на его грудь, пытаясь отстраниться, и сопротивляюсь непрошенному поцелую, но Росс не отступает. Его руки уже подбираются к краю моей майки и начинают гладить живот. Умом я понимаю, насколько ужасно то, что происходит. Он явно не в порядке, а я явно не давала согласия на это и не могу его оттолкнуть. Росс очень силен, а сейчас, когда он определенно не в себе, никакие тренировки не помогут мне с ним справиться. Но вот мое тело в который раз меня подводит и возбуждается от грубости и напора мужчины. Я почти перестаю оказывать какое-либо сопротивление и не сдерживаю стон, когда мозолистые пальцы Росса добираются до чувствительных сосков. Он пользуется моментом и врывается языком в мой рот. Все, наверное, выглядит суматошно, потому что ощущается именно так. Я чувствую, как к моей оголенной коже прилипает рубашка, пропитанная чьей-то кровью, на лице я тоже чувствую вязкие капли.

Поцелуй грязный, порочный и неправильный. А еще до неприличия возбуждающий и приятный.

Росс избавляется от майки. И когда я говорю «избавляется», я имею в виду, что он рвет ее, черт возьми, на две части и откидывает куда-то в сторону, попутно продолжая дразнить меня своими губами. Росс залезает на диван и устраивается между моих ног. Лизнув мою нижнюю губу, мужчина спускается к моей груди и начинает ласкать и кусать нежную плоть. Наблюдая за тем, как Росс уносит меня за черту дозволенного уже в третий раз, я задыхаюсь от возбуждения, разлившегося во всем теле. Как же приятно… Он всасывает в рот левый сосок, перекатывая между пальцев правый, и я протяжно скулю, желая большего.

Вот и окончательное разрешение. Пусть делает, что хочет, потому что мне безумно приятно.

Вдруг Росса отталкивают от меня, а дальше все происходит очень быстро. Я не сразу соображаю, что к чему. Вскочив с дивана и прикрыв обнаженную грудь рукой, я вижу, как Николас пытается удержать брата и увести подальше, но Росс явно против, потому что в следующее мгновенье он бьет Нику в челюсть так, что он отшатывается. Ахнув, прикрываю рот ладонью. Удар громкий и сильный.

– Какого хрена ты творишь, Росс? – шипит Николас, стерев со рта собственную кровь.

Его одежда тоже забрызгана кровью. Откуда он здесь появился? И принадлежит ли кровь на его рубашке тому же человеку, который помог измазаться Россу?

Росс ничего не отвечает. Он просто находит меня глазами, не выражающими никаких человеческих эмоций, и направляется обратно, желая закончить начатое, но Николас обеими руками обхватывает брата, пытаясь затормозить. Ник, не глядя в мою сторону, рявкает:

– Селена, ты соглашалась переспать с моим братом?

– Я… – слова застревают в горле. Что-то явно не так. Николас же не думает, что Росс…?

– Ответь, Селена! – рычит Ник. Каждая мышца на его руках и ногах напрягается.

Николас лишь немного уступает Россу в мышечной массе, поэтому ему не должно быть так тяжело его останавливать. Значит, я права. Росс слетел с катушек. Он не в себе.

– Нет, но все нормально, – мой голос больше похож на шелест листьев, и я даже не пытаюсь притвориться, что не напугана до чертиков от вида перед собой.

Николас разворачивает Росса к себе лицом и, крепко удерживая брата за шею, прижимает их лбы. Взгляд младшего Кинга полон решимости, но не злости. Ник держит Росса и твердо произносит:

– Ты мог ее изнасиловать. Это Селена, Росс. Ты снова слетел с катушек. Дыши и слушай мой голос, потому что ты, блять, чуть не изнасиловал ее, понимаешь?

О Боже. Нет, нет, Росс не насиловал меня. Я хотела и до сих пор хочу его, хотя и не могу отрицать, что он буквально набросился на меня.

– Николас, все хорошо, – снова пытаюсь объяснить, что все было по моей воле.

– Нихрена хорошего! – рявкает Ник, глядя в глаза брату. – Я знал, что он может захотеть трахнуться, но я думал, что он в порядке. А у него снова крышу снесло, поэтому здесь ничего хорошего, Селена!

Мужчины смотрят друг на друга минут десять, едва ли моргая. Безмолвная баталия выглядит как самый настоящий экзорцизм. В Росса будто вселился демон, хорошо знакомый Нику, а Николас пытался его изгнать. И у него получается. Плечи Росса расслабляются, и я вижу, как в его глазах мелькают настоящие эмоции: боль, усталость и ужас. Он выглядит раздавленным и пораженным, да и Николасу ничуть не легче. Впервые мне кажется, что они могут быть ранимыми, как и все остальные люди. Эти монстры в идеальной оболочке наконец-то обретают человеческие черты.

– Я… – хрипит Росс.

И я, ведомая какими-то неизвестными силами, иду к сцепившимся братьям. Как под гипнозом, я кладу руки им на плечи, плюнув, что я полуголая. Подавленность Росса пропитывает каждый сантиметр комнаты, и я не могу позволить, чтобы он подумал, что мог зайти так далеко. Никто не заслуживает такого, даже убийца вроде Росса. Подаюсь вперед и аккуратно целую его в губы. Все, что я знаю, – я должна успокоить его. Росс действительно испугался того, что мог со мной сделать. И я – единственная, кто может переубедить его. Это не голос разума, а порыв сердца или любого другого безмозглого органа.

Мои губы медленно двигаются, глубже целуя Росса, ласкают его и успокаивают разбушевавшийся пульс. Он сдается не сразу и какое-то время противится моей помощи, но все же мужчина принимает меня. Росс берет меня за талию, большим пальцем выводит круги на моей обнаженной коже и отвечает на поцелуй немного слабо и пораженно. Отрываюсь от него и еще раз повторяю:

– Все хорошо.

Я обнажена наполовину, испачкана кровью, стою с двумя жестокими мужчинами, но я в порядке. Они не тронут меня против моей воли, не навредят мне физически, однако не могу сказать то же самое про свою душу. Росс поднимает на меня взгляд, все еще надломленный, но ничуть не опасный. Так он больше похож на человека.

Перевожу глаза на Николаса, который выглядит не менее болезненно. Он смотрит на нас с каким-то восхищением и трепетом. И будто с какой-то завистью. Его серо-голубые глаза поглощают меня, словно желая оказаться на месте Росса, и мое сердце сжимается.

– Ник… – выдавливаю я и тянусь к нему.

У меня нет объяснений этому жесту. Я ощутила связь между нами тремя. Боль, одиночество, страх скрепляют нас толстой железной цепью. Я хочу помочь и ему, потому что этого требует мое сердце. Медленно припадаю губами ко рту Николаса, целую сначала в уголок, а потом и в самый центр. Ник столбенеет, не веря в то, что это действительно происходит.

Если честно, и я в это не верю. Не осознаю, что делаю это в реальности.

Николас скользит рукой по моему телу от плеча до поясницы. Он размыкает губы, неуверенно сплетая наши языки. Когда я целую Ника настойчивее, он протяжно стонет и крепче прижимает меня к себе. Одна грудь врезается в его мускулистое тело и трется о хлопковую рубашку. Росс не остается в стороне, наклоняется к моей шее и начинает покрывать ее поцелуями. Его губы прокладывают дорожку поцелуев от правого уха по шее до правой груди, а затем обхватывают сосок. Росс всасывает напряженный бугорок в свой рот, и мое тело просыпается от оцепенения. Крепко сжимаю его плечо, прося, чтобы он не останавливался. Николас отстраняется от моего рта и начинает ласкать вторую грудь.

– Боже… – стону я, запрокинув голову назад.

Мужчины сосут, покусывают и лижут мою нежную и чувствительную кожу. Возбуждение из искорки превращается в неистовое пламя. Как бы это было неправильно, они нужны мне сейчас. Я хочу их.

Губы распухли от поцелуев, а между ног становится нестерпимо жарко. Росс запускает одну руку в мои шорты и срывает их вместе с трусиками. Я полностью обнажена. Нет смысла противиться этому инстинкту, и я готова к тому, что произойдет.

Росс возвращается к моему лицу, целуя каждый его сантиметр, раздвигает мои бедра, пробегается пальцами между моих складок и входит в меня кончиком пальца. Как хорошо… Ощущения распространяются по всему телу, как заряд электричества.

– Такая влажная и готовая, – хрипит мужчина мне в губы. – Узкая и идеальная. Я хочу попробовать тебя, Селена.

Николас отпускает мою грудь, и Росс тут же поднимает меня на руки. Я не теряюсь и обвиваю его талию своими ногами, одновременно расстегивая и снимая рубашку с его внушительного торса. Он добирается до дивана и аккуратно укладывает меня на него. Я упираюсь спиной в подлокотник и бесстыдно раздвигаю бедра перед ним. Наши глаза встречаются, и, не разрывая зрительного контакта, он опускается между моих ног и накрывает ртом мою киску. Язык Росса скользит вокруг моего набухшего клитора, пока его пальцы входят и выходят из меня. Каждая клеточка моего тела наполняется, а по коже пробегают мурашки.

– Да, да, Росс! – бормочу я заплетающимся языком. Сквозь пелену возбуждения вижу, что Николас не сдвинулся с места и остекленевшим взглядом наблюдает за нами. Маню его пальцем и подзываю: – Ник, подойди к нам.

Он медленно шагает к дивану. Из моего рта вылетают стоны и имя Росса с мольбой, чтобы он не останавливался. Ник опускается на колени, и я дергаю края рубашки, к чертям срывая все пуговицы. Он стягивает ее и припадает к моей шее. Тем временем, Росс усиливает темп языка и с неистовой силой облизывает меня. Я хватаю его за волосы и сильно тяну, едва не вырывая его.

– Господи, да! – вскрикиваю я.

Оргазм накрывает меня лавиной. Бедра и живот дрожат, дыхание сбивается, когда я взрываюсь в рот Росса. Мои веки трепещут и опускаются. Я наслаждаюсь покалываниями и неимоверными ощущениями, наполняющими меня, и стискиваю плечо Ника рукой, впиваясь в него ногтями.

Когда ко мне возвращается сознание, я слышу, как Росс расстегивает пряжку своего ремня. Открываю глаза, чтобы не упустить шанса полюбоваться им. Мужчина великолепен: темно-русые волосы взъерошены после моей руки, на рельефное тело и острые скулы падает лунный свет, демонстрируя маленькую частичку его красоты. Росс вопросительно смотрит на меня, как бы спрашивая, может ли он продолжать. Я, не думая ни секунды, киваю, и он стягивает с себя брюки вместе с боксерами.

Святое дерьмо, он огромный. Мой предыдущий бойфренд, как я думала, был с неплохим размером, но Росс не идет ни в какое сравнение с ним. Толстый, длинный и чертовски возбужденный.

Во рту тут же становится сухо, когда я представляю, как он окажется во мне. Росс занимает свое прежнее место, между моих ног, и, опираясь одной рукой на спинку дивана, подносит головку к моему влажному входу. Задерживаю дыхание, глядя на сосредоточенное лицо мужчины. Росс медленно входит в меня, погружаясь в меня полностью. Наши стоны сливаются в один. Он дает мне некоторое время, чтобы я привыкла к его размерам, и осыпает влажными поцелуями мою грудь. Росс снова смотрит на меня с вопросом, и я отвечаю кивком. Тогда он начинает двигаться во мне. Он входит и выходит из меня, задевая какую-то особо чувствительную точку, из-за чего я кричу от удовольствия.

– Боже, не останавливайся… – тараторю я. – Быстрее…

Росс постепенно наращивает темп, и тут Николас поднимается на ноги, протягивает руку туда, где мы соединены с Россом, и начинает массировать мой клитор, окончательно сводя меня с ума. Такого удовольствия я не испытывала никогда. Хорошо, как же приятно.

– Ты такая узкая и идеальный, – хрипит Росс, трахая меня жестче. Он все так делает, будто идеально знает мое тело.

Одна моя рука расположилась на его талии, а вторая нашла ширинку на брюках Ника и, расстегнув их, достала эрегированный член. Обхватываю его ладонью и начинаю водить ею по стволу от основания до самого кончика. Ник рычит что-то, но я слишком поглощена ощущениями от движений Росса, чтобы разобрать его слова. Я чувствую, как напрягаюсь, а мышцы внутри меня начинают сокращаться, и кончаю, сжимая член Ника сильнее. Росс наклоняется к моему лицу и требовательно целует, заглушая мой крик. Он делает еще несколько толчков во мне, замирает и взрывается прямо в меня. Мое тело будто парит где-то очень высоко, наслаждаясь каждой секундой оргазма. Второго, подаренного Россом за сегодня. Он не торопится выходить из меня и перестать целовать, а я не прекращаю водить рукой по члену Ника. Этих мужчин точно одарил бог достоинством.

Росс вытаскивает из меня свой член, отстраняется и протирает мою промежность. Я поднимаюсь на шатающиеся ноги и толкаю Ника на диван.

– Твоя очередь, – дрожащим голосом объявляю я.

Николас стягивает брюки, и я с помощью Росса забираюсь на него, медленно насаживаясь на его член. Ник подтягивает колени, чтобы я могла опереться на них спиной, и поддерживает меня за талию. Он смотрит на меня с таким желанием, что мое тело тут же приготавливается к следующему раунду. Я начинаю скакать на его члене, пытаясь задевать ту прекрасную точку внутри меня.

– Селена! – рычит Николас, прикрыв глаза.

Поворачиваю голову и вижу, как Росс наблюдает за нами. Его член снова твердый, как камень. Маню его пальцем, и мужчина сразу подходит ко мне. Мое лицо оказывается почти на одном уровне с его достоинством, и я подаюсь вбок и облизываю головку. С губ Росса срывается гортанный рык, и он хватает меня за волосы. Обхватываю губами его член и начинаю сосать, продвигая его к самой глотке. Николас помогает мне бедрами настроить нужный ритм. Я опускаюсь и поднимаюсь на нем, отсасывая Россу. Наши тела влажный и липкие, и дом заполняет хлюпающий звук их соприкосновения.

Пускай я буду жалеть об этом, но сейчас самая ошибочная и грязная вещь в моей жизни кажется… правильной и необходимой.

Росс кончает мне в рот, и я сглатываю, продолжая трахать Николаса. Я близка. Наши взгляды с Россом встречаются, и он словно считывает приближение к новому оргазму и начинает целовать мои губы, груди и шею. Это помогает, потому что вскоре я кончаю и обмякаю. Ник взрывается сразу после меня.

Голова кружится от всего, что только что случилось. Я устала, и глаза начали закрываться. Двое мужчин вытрахали из меня все живое.

Росс стаскивает меня с брата и на руках уносит на второй этаж. Последнее, что я помню, как он омывал меня, а затем уложил в мою постель. Каждая мышца приятно ныла от усталости, когда я засыпала.

Утром меня ждал не только стыд, но и сухая записка от Росса:

«Мы не воспользовались презервативами. Выпей таблетку».

Как вам такое? Хорошо, что оба брата не показывали носа все выходные, иначе я бы утопилась. В общем, если я винила себя за поцелуй, то все, что я натворила ночью, раздавило меня, словно я муравей, а братья Кинг сапог.

Жизнь с ними под одной крышей станет невыносимой.