Я помнил последний сон. Если раньше Уга баловала меня тихими и спокойными пейзажами, то сейчас сны были наполнены действием. Сегодня это была охота. Бескрайняя равнина, контраст сочных красок голубого неба и зеленой травы. Красные полосатые шкуры диких гиен, которых мы загоняли. Их стая расплодилась настолько, что стала угрожать стаду, и поселок решил немного сократить поголовье хищников. Никогда прежде не видел таких крупных собак. Каждая в одиночку могла свалить взрослого буйвола, вцепившись ему в шею. Как и все сны он закончился на самом интересном, оставив после себя странное послевкусие. Если бы мне прямо сейчас сказали бежать на охоту, я бы потянулся за копьем.
Спустившись в гостиную, я застал Бристл и Илину. Они сидели рядышком на диване, ведя неспешную беседу. Подошел сзади, наклонился, поцеловал Бристл в щеку. Она заулыбалась, протягивая руки, требуя больше ласки, но я успел подвинуться к Илине, поцеловав и ее. Та смутилась, немного покраснев. Пару дней она сердилась на меня за то, что я попросил ее побыть дома и приглядеть за Бристл. Тали все еще возилась с охранными заклинаниями, оплетая дом, словно паутиной. Я как-то заглянул к ней, посмотреть на работу, после чего решил не беспокоить. Она целиком погрузилась в этот процесс, выводя на полу комнаты странные узоры и письмена.
— Илина, прогуляешься сегодня со мной по городу?
— Сначала пообедай, — сказала она. Встала, поправила домашнее платье. — Пойду, переоденусь.
— А как же я? — обиженным голосом спросила Бристл.
Я сел рядом, взял ее ладони.
— В городе объявился кровавый культ. И пришли они за моей головой. Поэтому обещай, что без охраны не будешь гулять по городу.
— Ты слишком переживаешь. Я могу постоять за себя.
— И за него тоже? — я коснулся ладонью ее живота.
— Хорошо, хорошо, — легко согласилась она, положив ладонь поверх моей. — Тебе обязательно ловить их самому? Ты же целитель. Оставь это дело магам и службе безопасности.
— Я не собираюсь искать или бегать за ними по городу. Просто подожду, пока они сами решать действовать.
— А вчера? — хитро прищурилась она.
— Вчера я работал. Сесилия, — повысил я голос, — будь добра, подай обед.
Наша горничная грела ушки у лестницы на первом этаже.
— Ты и сегодня задержишься?
— Не совсем так. Уеду из города на один день. Постараюсь вернуться завтра к ужину.
— Почему сразу не сказал? Я бы собрала тебе еды в дорогу.
— Отказаться от стряпни Сесилии? На за что! Пришлю кого-нибудь ближе к вечеру.
Я нисколько не кривил душой. Сесилия удивительно вкусно готовила. Практически любое блюдо могла приготовить так, что самые искусные придворные повара лопнут от зависти. Она за короткое время успела узнать, что я люблю, а что ем неохотно. Поэтому не помню, чтобы я вообще был недоволен ее работой.
После плотного обеда захотелось плюнуть на все и остаться дома. Побыть с Бристл, предаться лени, почитать книги. Но слово «надо» перевесило. Не прибавила радости и мерзкая погода. С самого утра сыпал противный мокрый снег вперемешку с дождем.
— Не хочешь идти, останься, — вздохнула Илина, видя мои душевные метания. Она накинула непромокаемый плащ, проверила: не мешает ли он мечу, не стесняет ли движения.
Я проделал похожие манипуляции с посохом целителя, затем решительно вышел на улицу. Перед домом уже стояла повозка. На месте возницы напарник Юны. Мужчина лет на пять старше ее. Серьезный, всегда собранный и, как и все его соплеменники, малоразговорчивый. Сегодня у него был немного обреченный вид, словно он успел поспорить с Юной, но не смог переубедить ее отказаться от глупой затеи. Позади повозки маячила Ивейн, недовольно косясь на Вьеру. Та же, наоборот, слегка улыбалась.
— Дети, — хмыкнул я.
— Говоришь так, словно сам старик, — высказалась Илина, но в голосе прозвучало одобрение подобранной характеристики.
— Ну-ка, Красавица, иди сюда, — поманил ее.
Когда она подошла, положил ей руку на макушку, сдвинул длинную челку. Взбухшие борозды старых шрамов, наконец, перешли в последнюю фазу и начали немного шелушиться. Она расчесала один на лбу, оставив несколько красных полос. Я провел пальцем по шраму, перешел на пенек рога. Илина больно стукнула меня кулачком под ребро.
— Ауч! За что? — возмутился я. Затем посмотрел на возмущенное и обиженное лицо Вьеры. — Прости, я ничего плохого не хотел. Просто подумал, что надо бы его вернуть. Для симметрии.
— А ты сможешь? — удивилась Илина. — Целители не умеют выращивать потерянные конечности.
— Мы возьмем рог у кого-нибудь и пересадим… Что? Да я пошутил, не надо драться. А если серьезно, то семейный подряд графьев Бекке натолкнул меня на пару интересных идей.
Я похлопал по специальной сумочке, где хранил два справочника. Один за авторством Августо Бессо, второй Ромарио Лехаля. Бекке исполнили обещание и еще вчера прислали копию его работ. Я только бегло предисловие прочел, и оно меня серьезно вдохновило. Умел Лехаль заинтересовать начинающего целителя.
— Слушайте, — добавил я уже тише. — А не многовато ли для меня одного столько пар выделять? Они же скоро толкаться будут.
— Это уже их проблемы, — отмахнулась Илина. — Пусть учатся договариваться.
— Понятно. Что ж, тогда давайте к делам. Сначала в лавку Георга Морра. Мне надо послание для Матео отправить.
Когда Вьера и Ивейн попытались сесть в салон, Илина коротко рыкнула на них, чтобы занимали место на багажной полке. На мое возражение, что на улице дождь, она лишь посмотрела так, словно говоря: — «Это их проблема, а не моя». Сама села рядом, взяла меня под руку, положила голову на плечо. Всю дорогу она что-то хотела сказать, но не решилась…
Возле лавки Матео всегда был ажиотаж, но в этот раз количество повозок и дорогих карет немного шокировало. Они вереницей выстроились вдоль улицы, дожидаясь своей очереди. Герману, помощнику Матео, пришлось организовать на улице очередь, не позволяя всем желающим заходить внутрь. Иначе тем было бы не протолкнуться.
— Доброго дня, господин Хок, — приветствовал он меня, когда мы с Илиной высадились рядом с лавкой. — Госпожа Иль.
— Герман, доброго дня, — я проигнорировал недовольный взгляд богато одетого лакея, который стоял следующим в очереди. — Оживленно у вас сегодня.
— Вы верно заметили, — кивнул он. — Хорошо, что мастер решил вернуться.
— Он приехал? — удивился я.
— Вчера вечером. Прошу, проходите, он вас ждет, — Герман открыл дверь, пропуская нас внутрь.
На первом этаже в лавке ничего не изменилось. Все те же небольшие витрины со всевозможными артефактами, все то же чувство магического напряжения, витающего в воздухе. Я попросил Илину подождать внизу, а сам поднялся на третий этаж, в гостиную. Матео сейчас работал в лаборатории и хотел, чтобы я сначала заглянул наверх. Почему так, я понял, едва открыл дверь. В светлой гостиной на диване Лиара тискала в объятиях Ялису. Напротив, в кресле сидела Грэсия, читая тоненькую книжку в самодельном переплете.
— Доброго дня, — поздоровался я. — Госпожа Диас, Лиара. Ялиса, рад, что вы решили вернуться.
— Доброго дня Берси, — улыбнулась Ялиса. — Спасибо, что заглянули к нам… Я предложу вам чаю, как только дорогая Лиара, меня отпустит…
— Дорогая, — захихикала Лиара, не собираясь отпускать подругу. Ей понравилось подобранное слово.
С последней нашей встречи Ялиса изменилась. Белки глаз немного покраснели, а веки слегка припухли, как после долгой болезни. Цвет глаз сменился на бледно-желтый, с редкими вкраплениями ярко-золотых искорок. А еще клыки увеличились минимум на сантиметр, отчего она говорила нечетко. Но ее болезненный вид нисколько не смущал ни Лиару, ни наставницу. Возможно, они этого просто не замечали. Помню, Матео говорил, что люди вообще мало что замечают вокруг.
— Берси, — Грэсия убрала книгу.
— Что вас привело? Не ожидал застать вас здесь.
— Хочу заказать артефакт для Лиары. Такой же, как ты дарил на свадьбу Бристл. У нее в последнее время обострилось чутье на магов и простые заклинания уже не спасают.
— Я пыталась сказать маме, что этот артефакт сделал Матео, только она мне не верит, — вставила Лиара.
— Слишком тонкая работа для студента первого курса, — ответила она. — Я узнавала у главы кафедры артефакторов, даже он не в силах такое повторить. Ни за что не поверю, что Матео сделал его сам. Не без помощи дяди, в любом случае.
— Не поверите, — расплылся я в улыбке, — и я приехал по такому же вопросу. Обещал Лиаре, что закажу данный амулет, но не знал, что Матео… и его дядя вернулись. Они уезжали по семейным делам, — пояснил я. — Ялиса, как добрались, как дорога?
Она закрыла рот ладошкой и немного побледнела, словно ее мутит.
— Это было… Дорогой супруг не жалел сил, чтобы мы быстрее приехали.
— Я не думал возвращаться так скоро, — сказал Матео, заходя в комнату. — Но Ялисе было скучно в замке одной. А моя библиотека, сам знаешь, что с ней стало.
— Рад тебя видеть, друг, — я крепко пожал ему руку.
— Вот, — он протянул Грэсии небольшой треугольный кулон, вырезанный из светлой кости. — Пока я подберу нужные материалы, и пока… дядя закончит работу над основой, этого должно хватить. Он разрядится дней за десять, но к тому времени я успею закончить работу.
— Спасибо, — она убрала кулон в кармашек платья. — Сколько будут стоить материалы и работа?
— Что вы, разве я могу взять деньги с единственной подруги Ялисы. Наоборот, я прошу вас принять его в качестве подарка.
— Очень щедрый подарок с твоей стороны. Знаю, сколько стоят материалы для подобной работы и настаиваю, что за них заплачу я.
— Ни в коем случае! — выпрямился Матео. — Это окончательное решение и как бы вы не настаивали, оно не изменится.
— Хорошо, хорошо, — согласилась она. — Мы с удовольствием примем этот подарок.
— К тому же, — сказал он важно, — у нас с вами общая проблема в виде скучающих дет… прелестных юных дам. Я знаю, что Лиара в том возрасте, когда ей нельзя часто выходить в «большой мир». Но вы можете смело оставлять ее в нашем доме. Мы с дядей проследим, чтобы девушки не остались без присмотра. Также буду рад, если Ялиса сможет проводить время с подругой у вас дома в академии или в поместье Блэс.
— У нас здорово, — обрадованно сказала Лиара Ялисе. — Я могу научить тебя кататься верхом и стрелять из лука!
— Ялиса знает, что Лиара оборотень? — серьезным тоном спросила Грэсия. — Она видела когда-нибудь крупного оборотня в его волчьем обличие?
— Мы же не будем ее пугать, — обиженным тоном сказала Лиара, еще крепче обнимая подругу.
— Только на картинках в книге, — ответила Ялиса.
— Хорошо, если Лиара пообещает не менять облик в присутствии Ялисы, — сдалась Грэсия на умоляющий взгляд девочек. Затем посмотрела на Матео. — Я приготовлю мазь от порезов для Ялисы. Она должна будет постоянно носить ее с собой.
— Спасибо, — Матео слегка поклонился.
— Лиара, — Грэсия встала. — Если хочешь, можешь остаться здесь. Вечером я за тобой приеду.
— Хочу! — обрадовалась она.
— Берси, — наставница повернулась ко мне, — не забудь, что у тебя доклад на следующей неделе. Ты уже работаешь над ним?
— Эм… Пока еще собираю материал. Но он будет готов вовремя.
— Надеюсь, он будет того же качества, что и предыдущий. Матео, всего хорошего. Берси.
— Я провожу вас, — вызвался Матео.
Мы подождали, пока они выйдут. Девчонки чуть ли не завизжали от счастья. Лишь мое присутствие сдержало их от бурного проявления эмоций. Бристл говорила, что оборотни, если привязались к кому-то и назвали другом, то это на всю жизнь. Разлучать друзей у них, это как разлучать влюбленных. Грэсия это прекрасно понимала.
— Лиара, как у тебя с магией? — спросил я. — Почувствовала ее присутствие?
— Еще нет, — она отрицательно мотнула головой. — Я стараюсь уловить ее запах, но пока не получается. Только другие маги стали смердеть еще более противно.
— Тогда, старайся, — улыбнулся я. — Подключи воображение и попробуй представить. У вас недалеко от поместья есть мелкие речки? Выбери любую в качестве примера. Все, все, не буду вам мешать. Ялиса, было приятно видеть тебя.
— Мы с супругом всегда рады вашему визиту. Обязательно приходите ефё, — последнее слово она смазала, едва не прокусив клыком губу.
С Матео я столкнулся на первом этаже. Он выглядывал из окна, пытаясь оценить величину очереди.
— С чем связан подобный ажиотаж? — спросил я.
— Говорят, в городе сожгли уже четыре дома. Заживо сгорели несколько высокопоставленных магов и чиновников. Кто-то даже рискнул сжечь дом Белтрэна Хорца. Знаешь кто это?
— Знаю. Имел удовольствие пару раз беседовать с ним лично. Пугающий тип. Я бы не рискнул перебегать ему дорогу.
— К каждому случаю поджога причастны маги. Вот люди и спешат запастить защитными амулетами. Осадили не только мою лавку, но и пару мастерских с менее громкими именами А там, — он показал на окно, — те, кто готов платить немалые деньги за качественный товар.
— Справишься?
— Естественно, — ухмыльнулся он. — У меня этих амулетов запасено на пару лет вперед. Так, создаю ажиотаж. Ты только за амулетом для Лиары заезжал, или хотел еще что-то?
— Хотел, — я вынул пару листов, протянул ему. — Я Тали показывал, но она была не в духе.
— Хм, — он пробежал взглядом по закорючкам, уложенным в неровные сточки. — Лучше, все-таки, спросить у Тали. Она в этом разбирается лучше. Если в двух словах, то это молитва. Точнее ее отрывок.
— Кому она посвящена?
— Пресветлому богу, защитнику этих земель. В этом отрывке, — он показал на первый лист, который я подобрал в гнезде вампиров, — бог предстает как резчик по кости, художник и скульптор. А тут, как каменщик и воин.
— Зиралл, — выдохнул я.
— Слова, которые записаны здесь, оскорбительны для всех, кроме его самых преданных фанатиков. Это, — он снова потряс листом, оставшимся от вампиров, — наверное единственное упоминание раван в его текстах. Неприятные слова, — он покривил губами.
— Странные слова, для молитвы.
— Ты в этом настолько разбираешься, чтобы оценить? — спросил он.
— Да, был не прав, признаю, — покивал я, вспомнил молитвы обращенные к Уге. — О чем говорится во втором. Хотя бы приблизительно.
— О крепости, которую возводит каменщик. О храбрости воинов, защищающих ее. И о недостойности врагов и их бессилии, — он вернул мне листы. — Когда-то это звучало словно гимн. Под звуки этих слов люди шли в бой. И побеждали… Поэтому Зиралла почитают еще и как бога войны.
— А как ты относишься к нему?
— Безразлично. Берси, ко всем богам нужно относиться с безразличием. Возлюбишь одного, станешь врагом для других.
— Спасибо, я понял.
— Да не за что. Поговори с Тали, если тебе это интересно, — он хмыкнул, затем стал серьезней. — И осторожней с этим, — он коснулся сумки, где лежал справочник Лехаля. Увидев мой вопросительный взгляд пояснил. — Видишь ли, все справочники третьего класса опасны даже для опытных магов. Поэтому на них ставят особую метку. Грэсия ее тоже заметила, но ничего не сказала. Доверяет тебе. Не знаю, насколько ты искусен в магии, но в любом случае осторожность не повредит.
Распрощавшись с Матео, я направился в гильдию асверов. Мне нужна была Луция, а Вьера сказала, что та уехала туда по какому-то важному делу. О каком деле шла речь, я понял, когда мы добрались и вышли из повозки. Недалеко от конюшен толпилось несколько десятков лошадей и три груженные телеги. Они заняли почти все свободное пространство в той части двора. Я только сейчас понял, что полудемонов в гильдии стало много, а вот размер конюшен остался прежним. Отсюда остро встал вопрос, где размещать лошадей. Держать их под дождем и мокрым снегом? Пришедший последним отряд это явно упустил из виду. Да асверы сами поселятся на улице, а лошадей разместят в своих комнатах. Проблема в том, что и комнат свободных в гильдии не осталось.
Заметив кое-что интересное, я решил подойти. Илина прочла это намерение, тут же подхватила меня под локоть.
— Оставь их, сами разберутся, — сказала она.
— Не могу. Я их пригласил, поэтому несу за это ответственность.
— Ты? — удивилась она. — Чем ты думал…! Ох, великая мать, я все время забываю, что ты выбрала мужчину, который сначала делает, а потом думает. Или делает, совершенно не задумываясь о последствиях, — она укоризненно посмотрела на меня.
— Не преувеличивай. Ничего плохого не случится.
— Я… да…, — она не смогла сразу подобрать нужные слова, чтобы выразить свои эмоции.
— Ты очень милая, когда сердишься, — улыбнулся я. — Пойдем, поздороваемся.
— Как скажешь, — она демонстративно отвернулась. Это должно было значить: — «Когда случится что-то плохое, не говори, что я не предупреждала».
Старший род отправил в столицу серьезный отряд. Всего пять десятков полудемонов, не считая Мастера. Каждая десятка под руководством пары опытных, суровых на вид бойцов. Причем, чем старше асверы, тем более легкую броню они носили. Нас встречали взглядами, в которых читалось превосходство. Не так, как смотрят благородные по происхождению на слуг, а совсем иначе. Как старшие братья и сестра смотрят на младших, которые разочаровали их своими поступками и стремлениями.
Только у самых младших в отряде я мог прочесть желание поскорее оказаться под крышей, в сухом и теплом помещении. Остальные либо не показывали слабость, либо не обращали внимания на такую мелочь, как холод и промокшие плащи. Мастера мы встретили у входа в конюшни. Он успел убедиться, что места внутри нет, и сейчас раздумывал, что делать.
— Здравствуйте, — первым поздоровался я. Улыбнулся, кивая на отряд. — Вы приехали.
— Берси, — он кивнул, скосил взгляд на Илину, все еще державшую меня под руку. Оценил ее наряд. — Не ожидал, что в гильдии так много изменилось. В прошлый раз, конюшни были заполнены едва ли на треть. А теперь в каждом стойле по паре лошадей…
— Обычно тут тихо, — заметил я. — Это в последнее время ажиотаж. Но я могу вам помочь. Герцог Блэс частенько приезжает в Виторию с большим отрядом личной гвардии. Для лошадей они ставят особые шатры с усиленным каркасом, почти как в легионе.
Я оглянулся, нашел взглядом Луцию. Она о чем-то разговаривала с напарницей Мастера. Они обменялись фразами, на что Луци покачала головой и подошла к нам.
— Езжай в поместье Блэс, — сказал я ей. — Найди Иоланту Блэс и передай, что я очень прошу выделить пару шатров, чтобы разместить пятьдесят лошадей. Ненадолго. Думаю, она не откажет. По-хорошему, надо бы самому поехать, но у меня сегодня очень плотный график.
— Поняла, — она кивнула.
— Если разгрузите телегу, то будет на чем привезти их сюда. Можешь попросить Карла, чтобы помог. Только за его безопасность будешь отвечать сама. А то вас тут кровожадных… Кто там такой несдержанный? — спросил я у Мастера.
— Бальса, — не глядя ответил он. — Диана убила ее младшего брата. Но это не будет проблемой. Она умеет держать себя в руках. Ты сейчас планируешь встретиться с Рикардой?
— Нет. Не сегодня. Планировал забежать к Эвите, а потом посидеть немного в библиотеке, посмотреть карты.
— Тогда пойду, встречусь с ней.
— Ваши ничего не начудят?
Мой вопрос его насмешил. Он коротко рассмеялся и зашагал в сторону здания гильдии. Илина посмотрела на меня немного осуждающе, отпустила руку. На мой вопросительный взгляд ответила Луция.
— Он не старший в отряде, — сказала она.
— Почему?
— Иди уже, — Илина подтолкнула меня в спину.
Я оглядел отряд, ловя на себе взгляды. Пожал плечами и пошел догонять Мастера. Отойдя от отряда шагов на десять, обернулся, пытаясь выделить каждого из асверов. Они разом обернулись. Появилось ощущение, будто ты пытаешься сжать в кулаке ежовый репей. Если ты неосторожен, то его острые шипы могут легко проткнуть ладонь насквозь. Вот такие колючки впились в мой разум, предупреждая, что любая попытка будет стоить дорого. Я немного надавил, проверяя насколько эти колючки жесткие. Острота из ощущений тут же пропала, сменившись глухой стеной. Они поняли, кто тот сумасшедший, рискнувший «наехать» на них и не захотели причинять вред.
— И что ты пытаешься сделать? — вздохнула Илина, с толикой обреченности. Наверное, уже привыкла к моим странным выходкам.
— Проверить кое-что. Мастер, — не сводя взгляда с отряда ут'ше, сказал я, — кто из них самый опытный в этом?
Мастер вслух не ответил, но от отряда отделилась одна пара. Мужчина лет тридцати и женщина, года на два моложе. В отряде были и более старшие по возрасту, но выбор пал именно на них.
— Не пускайте меня, — сказал я.
Закрыл глаза, сосредоточился. Я чувствовал их присутствие, но подойти не мог. Нас разделил жесткий барьер, который ни сдвинуть, ни раздавить не мог, как бы не старался. Так мы боролись несколько минут. Точнее я боролся, а они, скорее всего, даже не напрягались. Почувствовал прикосновение к носу. Илина приложила к нему платок.
Бросив бесполезные попытки, я открыл глаза. Не заметил, когда асверы успели сменить облик. Стерев бегущую из носа кровь, наложил малое заклинание исцеления.
— Спасибо, — я кивнул им и пошел в сторону гильдии.
О чем меньше всего скучал Мастер, так это о мерзкой погоде Сырого города. Даже далеко на севере было не так противно. Порой ему казалось, что все живущие здесь насквозь пропитаны сыростью, а в их головах поселилась плесень. До недавнего времени он не думал, что когда-нибудь вернется сюда. С этим городом его связывало много воспоминаний, по большей части неприятных.
Неожиданно Мастер почувствовал, как кто-то попытался взять под контроль отряд ут'ше. Нагло и напористо, словно неопытный юнец, недавно научившийся подобному. Отряд дружно ощетинился, намереваясь наказать наглеца. Если быть совсем точным, то отпор дали только старшие, защищая молодежь. И пусть попытка не могла оказаться удачной, виновного ждало суровое наказание.
Обернувшись, Мастер к удивлению обнаружил, что это исходило от Берси. Было не совсем понятно, что он пытается сделать. Вот он подался немного вперед, собираясь наколоть себя на пики разума более опытных и старших асверов. Жрица, стоявшая рядом, хотела одернуть его, но в это время старшая отряда сменила тактику. К облегчению Мастера, она решила не калечить Берси, приказав остальным наглухо закрыться.
— И что ты пытаешься сделать? — голос жрицы прозвучал так, словно это не первая глупость со стороны молодого мужчины.
— Проверить кое-что. Мастер, — спросил он, не оборачиваясь, — кто из них самый опытный в этом?
Мастер хотел спросить: — «в чем именно?», но к Берси уже вышла пара, ведущая первую десятку. Мастер знал о них мало. Лишь то, что они часто сопровождали старейшин на общих собраниях четырех родов.
— Не пускайте меня, — сказал им Берси, закрыв глаза.
Он попытался взять их под контроль. В этот раз совсем по-другому. Его намерение словно таран ударило в невидимую стену, заставив мужчину из пары попятиться. Женщине пришлось сменить облик, чтобы удержать контроль. Теперь они были готовы, чтобы встретить второй удар, но его не последовало. Мастер ничего не почувствовал, но лицо женщины стало жестче. Жрица тем временем достала платок, чтобы остановить кровь, побежавшую из носа Берси.
К облегчению пары давление со стороны Берси спало, и он открыл глаза. Глубоко задумавшись, он поблагодарил пару и направился к зданию гильдии. Впервые за долгое время Мастеру стало жутко любопытно. Он не мог представить, зачем подобное понадобилось Берси, и что он хотел проверить? Это не было похоже ни на пробу собственных сил, ни проверку способностей пары асверов. В глазах жрицы читался тот же самый вопрос, а так же желание взять Берси за шкирку и вытрясти ответ.
Мастер немного постоял, проводив взглядом Берси, затем зашагал к зданию. Никто не стал препятствовать ему. Кто-то из мужчин у входа даже уважительно кивнул. С его прошлого визита внутри ничего не изменилось. Все тот же холодный камень, резкие очертания лестниц и окон. Разве что полудемонов стало больше. Недалеко от столовой группа низкорослых представительниц Васко что-то бурно обсуждала, жестикулируя руками. Даже смешение крови не могло выгнать из них эту черту. Низкорослые и эмоциональные, готовые ввязаться в драку по любому поводу. Чуть поодаль стояли их мужчины, беседуя о чем-то своем. Среди них Мастер выделил чистокровного степняка. Его выдавали показательно неспешные движения и медленная речь. Этому навыку учили только тех, кто стоял достаточно высоко в иерархи рода. Для них это было естественно, ведь среди всех асверов степняки самые быстрые. И чем быстрей в истинном обличии, тем медленней они вели себя в обычной жизни. Мастер знавал пару толковых мужчин, с которыми даже ему было сложно соперничать. Слишком быстры они были.
И вот теперь этот чистокровный мужчина оказался рядом с вспыльчивой женщиной. Только Великая мать знала, что за дети родятся у этой пары. Чья кровь окажется сильней? А может случиться так, что они уравновесят друг друга. В таком случае оба рода потеряют частичку индивидуальности. Наследие, которое взращивалось не одно поколение.
Мастер покачал головой и направился к главной лестнице. Несмотря на ажиотаж, он чувствовал нечто, нависшее над гильдией. Что-то неприятное. За общей атмосферой должны следить старшие и глава. И если они сами нагнетали подобное, стоило быть готовым к любым неприятностям. За Бальсу он не переживал. Мать не обделила женщину железным характером, позволявшим держать большой отряд в кулаке. Единственным спорным недостатком он мог назвать лишь прямолинейность. По его мнению, лидер должен уметь быть гибким.
Поднявшись наверх, Мастер неспешно прошел по коридору, больше прислушиваясь к голосам и собственным ощущениям. Как он и думал, общую атмосферу накаляли старшие. Делая это очень тонко, чтобы младших не покидало предчувствие, что скоро должно что-то произойти. Возможно опасная операция или даже бой насмерть.
В приемной Рикарды Адан посетителей не было. Ее помощница молча показала на дверь в кабинет, разрешая свободно заходить. Сама Рикарда расположилась за рабочим столом, что-то писала, складывая готовые листы в высокую стопку точно таких же.
— Привет, Адана, — сказал Мастер. Он прошел к свободному стулу для посетителей, спокойно сел на него. — Давно не виделись.
— Давно, — согласилась она. Дописав строчку, женщина отложила перо, помассировала затекшую шею. — Хорошо, что приехал.
Мастер удивленно посмотрел на уставшее лицо женщины. Встал, перенес стул почти вплотную к рабочему столу.
— Рассказывай, что случилось.
— На сколько пар из вашего отряда я смогу положиться? Всерьез. С призрачным шансом остаться в живых.
— Десять пар. Включая меня. Еще пять пар смогут неплохо показать себя, но у них нет серьезного опыта.
— Ты знаешь про артефакт в подвале? — в лоб спросила она. — Хорошо. Десять пар, пусть спускаются. Это убьет мага, но проклятие надо снять.
— Ты ни капли не изменилась, — улыбнулся мужчина. — Все так же любишь командовать.
— Хотел сказать посылать на смерть? — поправила она.
— Ну, к этому я привык. Знаешь, давно хотел сказать тебе, что простил. Понял, когда стал старше.
— Ты тоже не изменился, — немного улыбнулась она. — Все такой же наглый и нахальный…
В лечебном покое было удивительно пусто. И это несмотря на то, сколько вокруг молодежи, которая только и ждет, чтобы сломать что-нибудь себе или товарищу. В отсутствие больных, Эвита занималась разбором каких-то бумаг и справочников, вывалив их кучей на чайный столик.
— Здравствуйте, — зашел я в комнату. — Я не вовремя?
— Здравствуй, — она оторвалась от чтения, посмотрела на меня. — Заходи, раз пришел.
— Что у вас за мрачная атмосфера? Случилось что?
— Спроси Рикарду. Ты прости, мне сейчас немного не до этого, — заюлила она.
— Понял, тогда отвлекать не буду. Только не могли бы вы, когда освободитесь, сделать для меня вот это, — протянул ей листок.
Она пробежала взглядом по списку ингредиентов.
— Состав слабый, — сказала она. — Но сбалансированный. Сам придумал?
— Илина помогла. Как там они назывались…
— Х'кец, — подсказала она название пилюли.
— Точно! Они самые. До послезавтра штук пятнадцать сделаете?
— Сделаю, коли просишь, — проворчала она. Но мне показалось, что ей подобный заказ пришелся по душе. — Тут ничего редкого.
— Только дозировку не меняйте.
— Ну, ты наглец, — хмыкнула она. — Бабушка Эвита еще тебя научит, как правильно рецептуре следовать. Это вы все на глаз, да на вкус варите.
— Спасибо. Я ваш должник.
— Иди уже, должник, — улыбнулась она, убирая рецепт в карман платья.
Чтобы принять гостей, Бристл пришлось немного переставить мебель в гостиной. Вместе с Сесилией они заменили стол, принесли еще несколько кресел. Сесилия с утра успела приготовить особую выпечку Блэс, в виде сладких пирогов с ягодой и яблоками, а так же небольших булок с мясом. До обеда они томились в печи, чтобы попасть на стол горячими.
Первой, за двадцать минут до назначенного времени приехала графиня Элеонора Фартариа. Она привезла особый красный чай, который ее мужу подарил один из высокопоставленных генералов, вернувшийся с восточных рубежей Империи. Этот сорт только-только попал на рынок Витории и уже поднялся в цене до сотни монет за небольшую коробочку весом чуть меньше килограмма. К сравнению самый дорогой чай с юга обходился всего в пару монет.
Следом за Фартариа приехали три ее подруги, на которых рассчитывала Бристл. Сусана Фрай, самая старшая из их компании, дочь знаменитого генерала и супруга нынешнего советника по вопросам армии. Корнелия Солер, завсегдатая всех значимых приемов и балов столицы. Эдит Дальгор, красивая женщина, помешанная на поэзии и сценических выступлениях. Мужчины буквально таяли, очарованные ее красотой и манерами. Поговаривали, что она любила, когда они вызывали друг друга на поединки. При этом сама разжигала ревность и млела, если очередной поединок заканчивался серьезным увечьем или смертью одного из соперников. Последней приехала Грэсия Диас, в этот раз выбрав красивое платье вместо зеленой мантии целителя.
Первая часть встречи прошла в расслабленной обстановке. Женщины наслаждались вкусом чая, хвалили выпечку и сыпали комплиментами друг другу. И вот когда первый чай сменился вторым, а вместо выпечки подали сушеную клюкву в сахаре, в атаку пошла Элеонора.
— Брис, я слышала о неприятностях в землях Блэс. Бруну по пять раз в день вспоминает Даниеля. Боюсь, как бы он не сбежал из дома, чтобы поучаствовать в очередном сражении. Вчера застала его за полировкой доспехов, представляешь. Полночи не могла уснуть. Скажи мне, что ничего страшного не произошло.
Брис понимала, что требуя информацию, ей предстояло заплатить. Эти прожженные сплетницы могут три часа кряду говорить о плохой погоде и неурожае красной тыквы где-нибудь на задворках империи. А спроси их о чем-то важном, только глаза округляют, да вид испуганный делают. И в этом вопросе она полностью полагалась на Элеонору.
— Хотела бы я, чтобы это было так, — сердито проворчала Бристл. — Сын герцога Дюран посмел похитить мою младшую сестру Лиару. Они вместе с папой поехали по делам в Толедо. И когда папа отлучился по делам, подручные Тристана выкрали ее из дома.
— Но зачем? — удивилась Элианора, показав тайный знак Бристл. — Это же глупо. Тем более похищать ребенка.
— Я до конца не уверена, — Бристл заговорила тише, словно их могли подслушать, — но по слухам сын герцога вампир…
Над столом повисла тишина. Женщины переваривали услышанное, наверняка прикидывая кому и как продать подобный слух.
— Глупости, — сказала Эдит. — Вампиров всех перебили еще до моего рождения.
— Когда я еще была капитаном, — сказала Бристл, — нашему отряду посчастливилось напасть на логово этих кровососов. Пять голов, — она сделал ударение на эти слова, — я принесла легату. Так что на севере все еще полно разной мерзости, которую мы со временем вытравим и выжжем. Папа этим сейчас занимается. Начав с герцога Дюран, — в ее голосе появилась сталь. — Пока их головы не взлетят, насаженные на копья, мы не успокоимся.
— В том, что это вампиры нет никаких сомнений, — сказала Грэсия. — Это могут подтвердить асверы, которые их истребили. Если вам хватит смелости расспросить полудемонов.
— Какой ужас, — покачала головой Сусана Фрай. — Куда катится империя? Вампиры, темные маги, кровавый культ…
— Что ты имеешь в виду? — спросила Элеонора.
— Ты не слышала? Ночью кто-то сжег дом главы службы безопасности, Белтрэна Хорца. Говорят, темные маги мстят ему за то, что он так рьяно взялся за их отлов в столице.
— Почему я еще об этом не слышала? — удивилась Эдит. — Сожгли дом такого человека, и город молчит? Где войска, где асверы?! Почему демоны еще не поймали этих… фанатиков и убийц.
— Войска в этом деле не помогут. Хоть цепью из вдоль улиц расставь, — вставила Элеонора. — Хотя, сейчас их хватит, чтобы выставить патруль у каждого дома. Император стянул к городу два легиона, отозвав их с восточных рубежей. Благодаря чему вы сейчас наслаждаетесь этим прекрасным чаем.
— Восточная граница ближе всех, но даже так…, — Сусана что-то прикинула в уме, — им нужно было не меньше двух недель, чтобы подойти к Витории.
— Они уложились в девять дней, — подтвердила Элеонора.
— Но зачем ему войска у столицы? Он ждет очередного бунта легионов?
— Об этом знает только Император. Он не соизволил донести до легатов свои планы.
— Не может быть…, — Эдит Дальгор выпрямилась в кресле. Поймав какую-то мысль, она задумалась, теребя в руках маленькую серебряную ложечку.
— Говори уже, не томи, — попросила Сусана.
— Маги готовят переворот! — выпалила она. — Император знает об этом и тщательно подготовился. Вы еще не поняли? Асверы!
— Что асверы? — немного разочарованно, вздохнула Сусана.
— Знаете, сколько их сейчас в столице? В три, нет, в четыре раза больше, чем должно быть. Лиам, а, вы же его не знаете. Это капитан городской стражи. Он рассказывал, что никогда прежде не видел так много демонов в гильдии. И никогда не встречал таких страшных.
— Слышали, слышали, — отмахнулась Сусана. — У этой новости уже борода до колена. Не хотела говорить…, — она немного прикрыла рот ладонью, — информация из достоверных источников. Дом Белтрэна, как и лавку супруга нашей дорогой Бристл, спалил один из лидеров кровавого культа. Сахиб Хефаль, если вам хоть что-то говорить это имя.
— Песчаный скарабей в Витории? — удивилась Грэсия.
— Кто такой? — ни имя, ни прозвище ничего не говорили Бристл. Она посмотрела на Сусану, требуя разъяснений, но судя по выражению лица женщины, кроме имени и принадлежности к культу, та ничего не знала.
Все дружно посмотрели на Грэсию.
— Опасный человек, — ответила она. — Хотя, называть человеком я бы его не стала. Ему под силу подчинить любого, у кого не растут на лбу рога. Он настоящий мастер магии подчинения. Может заставить любую женщину отдаться первому встречному. При этом она будет думать, что сама этого пожелала. Может приказать убить, или рассказать любые тайны. Но это еще не все. Когда-то он изучал магию воды, с помощью которой изощренно пытал своих жертв. Он один из трех лидеров Культа кровавой луны. Вы его легко узнаете, если увидите. У него татуировка песчаного скарабея на шее. Только, в этом случае, встреча станет последней, что произошло в вашей жизни.
— И что, асверы не в состоянии поймать этого мага? — спросила Эдит.
— Они хотят устроить облаву, — предположила Сусана. — А легион нужен, чтобы он не вырвался из города.
— Получается, — подытожила Элеонора, — что в столице сейчас чрезвычайно опасный маг, который нацелился на…, — она посмотрела на Бристл.
— С Берси ему не совладать, — сказала Бристл. — Он постоянно под присмотром асверов.
— Но он может подчинить кого-нибудь из его близких, — впервые за весь разговор Эдит высказала здравую мысль.
Бристл не стала говорить, что за домом постоянно наблюдает пара асверов, поселившихся напротив. Но то, что на ее супруга нацелился один из лидеров кровавого культа, ей совсем не понравилось. Асверы, видимо, тоже не в восторге, раз согнали в столицу столько полудемонов.
«Что могу сделать я?», — задумалась она.
— Ты упоминала темного мага, — сказала Грэсия. — Сахиб никогда не увлекался тьмой. Было что-то конкретное или это пустой слух?
— Я не распространяю «пустых» слухов, — горделиво вскинула подбородок Сусана Фрай. — Недавно темный маг напал на гильдию целителей. На самого магистра Мэйта…
Поместье, принадлежащее герцогу Теовину, по площади могло соперничать с большой деревней или маленьким городом. Почти половину его занимал огромный сад, с беседками и небольшими домиками, скрытыми от посторонних глаз. В центре сада располагался пруд, не замерзающий даже зимой. По словам Илины императорская семья любила проводить в поместье время, особенно жарким летом. Юные Кара и Лейна находили забавным кормить уток в пруду или играть в прятки с няньками и многочисленными детьми рода Теовин. Что касается наследника, то здесь он впервые учился ездить верхом. В поместье были роскошные конюшни, в которых содержали лучших лошадей со всей империи.
Без преувеличения поместье можно было назвать летней резиденцией императора. Именно поэтому в конце весны сюда стягивались все родственники, хоть как-то связанные с Теовинами. И уезжали они только в середине осени, до последнего надеясь, что правитель приедет еще раз, или оставит детей погостить подольше.
— Представляю, как их дети водят хороводы вокруг наследниц, — хмыкнул я, слушая рассказ Илины.
— Даже близко не представляешь, — ответила она, выделив «не». — Если кто-то из них вздумает докучать любимым дочкам Императора, для всей его семьи поместье будет закрыто навсегда. Их просто перестанут приглашать. Правильному поведению молодых господ учат еще с пеленок. Как нужно попасть на глаза наследнице, чтобы тебя заметили и ты при этом не вызвал раздражения. Как быть приглашенным к их столу, как вести себя, о чем говорить. Внешне это выглядит так, словно дети ведут себя искренне и естественно, но каждый их шаг, каждое слово просчитано и взвешено взрослыми.
Дожидаясь полуночи, мы прятались в небольшой полоске леса на юго-западе от поместья герцога Теовин. Отсюда его практически не было видно. Разве что часть высокого забора, который окружал весь участок по периметру. Такой большой участок земли охраняло как минимум пара сотен гвардейцев герцога. Не потому, что герцог сильно переживал за свою безопасность. Просто территория была довольно большой.
— Сколько раз ты была там? — спросил я, крепче прижимая к себе Илину. Мы сидели под теплым плащом, обсуждая план проникновения.
— Дважды. Проще всего будет подойти со стороны сада. Там и снега меньше. Но следы все равно останутся. Утром об этом станет известно.
— Пусть. Главное пробраться незамеченными.
— Тебе не обязательно идти, — она вновь коснулась этой темы. — Мы управимся быстрее и оставим меньше следов.
— Я же говорил. На тайнике может лежать какая-нибудь пакостная магия. Попытаешься взять бумаги, а они превратятся в пепел. Или произойдет что похуже…
Мы одновременно почувствовали Луцию. Она хотела, чтобы ее отряд выдвигался в сторону поместья. Мы должны были идти следом, с небольшим отставанием. Илина провела горячей ладонью по щеке, коснулась губ. Взяла мою ладонь, приложила к своей щеке. Затем мы побежали. Насколько это было возможно ночью и по неглубокому снегу.
Сам забор и небольшой участок, разделяющий его и сад, мы преодолели легко. Охрана поместья патрулировала лишь ближние подступы к дому, расхаживая с небольшими фонарями в руках. Я толком ничего не видел, ориентируясь на звук и редкие огоньки этих самых фонарей, мелькавшие вдалеке. Герцог не брезговал магической защитой, расставив по саду целую вереницу сигнальных чар. Мало того, что я их прекрасно видел, так еще и чувствовал, если они находились за деревом или очередной беседкой. Мне бы такие способности год назад и поместье барона, где меня поймали, я бы обнес подчистую. Эх, если бы я тогда чувствовал присутствие охраны, прятавшейся в очень удобном месте, в нише за колоннами….
Поместье освещалось практически со всех сторон, но Луция каким-то непонятным образом чувствовала не только всю охрану, но и кто куда смотрит. Минут десять мы прятались в густых, присыпанных снегом кустах сада, прежде чем она дала отмашку, что можно идти. Нам не требовалось заходить в дом, чтобы подняться на чердак. Вдоль всей крыши тянулась площадка с мраморными балясинами и фигурными перилами. В то время, когда в поместье приезжал Император, на крыше постоянно дежурила стража. Они следили за окрестностями и днем, и ночью. Сейчас же там было пусто.
Демонстрируя чудеса ловкости, Луция взобралась по боковому фасаду здания, используя выступы карнизов. С крыши скинула нам веревку. Боясь, что нас могут заметить на фоне белой стены, я взобрался по веревке с поразительной для себя скоростью и сноровкой. Илина немного задержалась, так как в нашу сторону пошла стража. Пока она пережидала, я успел вскрыть дверцу на чердак.
На поиски нужной балки и тайника ушло не больше десяти минут. Как я и предполагал, он был защищен простенькой магической ловушкой. Конструкция из трех красных нитей и одной тоненькой синей. Огонь и воздух. Мне кажется, что любой асвер мог разрушить подобное простым прикосновением. Но, на всякий случай, я ее обезвредил.
Записи, если о двух листочках можно так сказать, были уложены в твердую обложку из выделанной кожи. Кто-то распотрошил книгу, сделав своеобразную папку. Я вынул ее из тайника, не удержался, раскрыл. Зажег на пальце маленький белый огонек. Напротив уже стояли Илина и Луция, с нетерпением глядя на листы. Они уже забыли, что здесь может быть опасно и вокруг поместья полно стражи, которая может найти свежие следы. Я коснулся первого листа, перевернув его.
— Нет, только снова…, — сказал я, за секунду до того, как Уга вышибла мое сознание из тела ударом невидимого молота по голове. Последнее, что я уловил, это чувство облегчения Великой матери полудемонов. Она, наконец, смогла донести до меня то, что я никак не хотел услышать.
В этот раз гул в голове зазвучал так, что меня скрючило от боли. Я оглох, ослеп и потерял чувство ориентации. Меня подкидывало и крутило, словно щепку в горной реке. Затем с низким, протяжным звуком колокола выбросило из этого потока. В кромешной тьме я увидел фигуру женщины лет сорока. Она носила белое платье, больше похожее на жреческие одежды прислужников Зиралла. Словно она надела несколько мантий друг на друга и подпоясалась широкой лентой. С белым цветом одежды контрастировали длинные волосы цвета вороньего крыла. Они доставали почти до щиколоток. Чтобы волосы не рассыпались и не мешали, она свободно перехватила их сзади ленточкой в районе плеч.
Из темноты вышла вторая фигура. Плечистый мужчина в дорогой одежде. Он был старше ее. Узкий ободок короны сдерживал длинные непослушные седые волосы. Я видел эту корону раньше. Император носил ее во время зимнего бала. Вышедший из темноты старик был чем-то похож на него. Небольшое сходство в выражении лица, тяжелого взгляда и линий скул.
— Мой ответ будет: «Нет», — сказала женщина. Голос у нее был низким, но при этом мягким.
— Мне важен лишь, какой будет «Его» ответ, — сказал мужчина. — Как прозвучит «Его» воля.
— Ты играешь на чувствах Пресветлого. Он дарует тебе чудо, но устроит ли цена?
— Цена — десятки тысяч жизней моих подданных, — голос Мужчины.
— Мелко. Так мелко…, — в голосе женщины звучала печаль. — «Он» верит тебе, но ты не можешь обмануть меня. Я вижу истинную цель. Она отражается в твоих глазах.
— Пустые разговоры, — властно оборвал ее мужчина. — Его воля непреложна!
— Что ж, — она вздохнула. Ее образ немного засиял, заставляя темноту отступить.
Я, наконец, смог разглядеть маленькую комнатку, где происходил разговор. Это была какая-то часть храма. Молитвенное помещение с алтарем, знакомые фрески, украшающие стены. Один из углов занимала стойка, на которой кто-то растянул большой белоснежный холст. Сначала я подумал, что это ткань, но присмотревшись, понял, что это выделанная кожа. Она была еще белее, чем одеяния жрицы.
Женщина подошла к холсту и коснулась пальцем его центра. От ее прикосновения по поверхности кожи начало расплываться черное пятно. Почти сразу оно приняло форму идеальной окружности. Я обратил внимание, как черные волос женщины начали белеть с концов, словно этот цвет выливался на холст.
— Его воля непреложна, — повторила женщина. — И пока вы следуете ей, не родится новый оракул, а старшие жрецы лишатся его покровительства. Как не услышат дети Уг'ханы ее голоса, так и вы останетесь глухи перед Пресветлым.
Черный круг на холсте на секунду замер, затем вниз от него потекла краска, чтобы обозначить еще один круг, меньшего размера. Еще немного и из большого круга в стороны подались восемь черных изломанных линий. Рисунок стал напоминать странного паука. Его ноги продолжали удлиняться, образуя восемь замысловатых рун по контуру холста. Цвет с волос женщины окончательно сошел на холст, и она обессиленно опустилась на пол. Теперь она выглядела древней старухой. Лицо покрыто глубокими морщинами, бледные губы и глубоко впалые глаза. От прежней привлекательности не осталось и следа.
— Я не уйду к тебе, — слабо прошептала женщина. — Я недостойна этого. Хрум примет меня. Мириана…
Жизнь оставила женщину. Я криво ухмыльнулся, чувствуя злость Зиралла. Его жрица предпочла отдать себя на растерзание демону, как когда-то это сделала Мириана. Вот только гнев Пресветлого бога никто не услышал. Ни сотни его жрецов, ни люди, находящиеся в самом центре святилища. Смертные жадно пожирали глазами полотно. Из-за спины правителя выскочил мужчина в серой мантии. На его правом плече красовались сразу две ленты указывающие на степень магистра. Чуть ниже знак принадлежности к Совету магов. Он подбежал к полотну, вглядываясь в каждую руну. Впервые в жизни старый маг увидел чудо. Что-то выходящее за грань его понимания. Я отчетливо почувствовал его желание бежать в лабораторию и изучать, экспериментировать.
Свет начал меркнуть. Сначала исчезли люди, потом очертания комнаты. Последним исчез холст. Я подумал, что это конец видения и сейчас меня выкинет, но тьма не хотела рассеиваться. Мне привиделось, как Илина надрезает знакомый корень с резким, противным запахом, сует его мне под нос. Вот только Уга хотела показать еще что-то. Что-то важное…
Очнулся я в лечебном покое в гильдии асверов. Не ожидал оказаться именно здесь. Может, у них просто закончились все свободные комнаты? На соседней кушетке сидели старейшина Сома и Сор. Они о чем-то негромко разговаривали. А я все гадал, на кого похожа бывшая тас'хи. Впервые я увидел на ее лице приятные теплые эмоции. Так она выглядела гораздо симпатичнее. А то постоянно смотрит на тебя глазами мертвой рыбы. Интересно, что ей рассказывает Сома, что она так мило улыбается?
— Привет, — я сел, когда они заметили, что я очнулся. И едва не кувыркнулся с кушетки. Помещение поплыло перед глазами.
Сама и Сор уже стояли рядом, поддерживая под руки. Я успел заметить только два смазанных силуэта, так быстро они переместились ко мне.
— Так, спокойно, я в порядке, — сказал я, пытаясь совладать с медленно вращающейся комнатой пред глазами.
— Видим, — Сома заглянула в глаза и с силой вернула в горизонтальное положение.
— Долго я без сознания провалялся?
— Ночь и полдня. Час после полудня минул.
— Долго. Уважаемая Сома, не могли бы вы собрать старейшин. У меня есть, что вам сказать.
— Торопишься, — с укоризной сказала она.
— Есть немного, — не стал отрицать я. — Спешу, пока вы не натворили глупостей.
— Молодой мужчина вздумал поучать старших? — она рассмеялась. — Но тебя я выслушаю с удовольствием. Скажу им, что ты пришел в себя.
Она не спеша вышла из комнаты.
— Сор, помоги мне, — с ее помощь я вновь сел. Голова еще немного кружилась, но уже не так сильно, как минутой раньше. — Одежда моя где?
В лечебный покой вошла Илина, оставив в дверях Диану и любопытную Вьеру. Удивительно, что молодая девчонка умудрилась вписаться в эту компанию, ничуть не боясь тас'хи.
— Как себя чувствуешь? — спросила Илина.
— Нормально. Если не считать синяка на боку. Даже догадываюсь от чьего плеча, — я улыбнулся. — Как сами? Благополучно ушли?
— Когда ты забрал записи, сработали сигнальные чары, — сказала она. — Пришлось отступать с боем. Нас никто не сможет опознать, не беспокойся.
Я недоверчиво посмотрел на нее, но она даже бровью не повела. Сор подала одежду.
— Кушать хочешь? — спросила Илина.
— Нет, спасибо, мутит от одной мысли о еде. Уга меня скоро в могилу сведет своими видениями. С каждым разом это становится все более… кхм… неприятно.
— Ты снова начал называть ее по имени, — подметила она.
— Ну-ка, кто из вас самый нормальный… Сор, назови Великую мать по имени. Это не просьба, а приказ, — сказал я жестче, видя ее замешательство.
— У…, — начала она и осеклась.
— Сложно да, — хмыкнул я. — Что, думаешь, что осилишь? — я хитро улыбнулся, посмотрев на Илину.
— Уга, Великая мать, — легко произнесла она.
— Не годится. Никуда не годится. Это даже хуже, чем плохо, — я покачал головой. — Кто еще? Диана — сразу нет. Вьера, иди сюда. Давай, малышка, назови имя Великой матери, — я выделил последние слова, но не стал вкладывать в них смысл.
Мог бы так не стараться, так как Вьера уже догадалась. Чтобы принять истинный облик, ей достаточно было моргнуть.
— Превращаться так быстро могут все? — спросил я. — А обратно?
— Так, только старший род, — ответила за нее Илина. — А обратно — нужно время.
Видимо, тоже догадалась и обиделась на то, что я не подсказал.
— Уга, — имя Великой матери в исполнении Вьеры прозвучало весомо, но очень тихо, чтобы она обратила на нас внимание. Слишком мало эмоций, хоть Вьера и старалась изо всех сил.
— Не надо, — я остановил Илину. — Главное, что ты поняла.
Мне показалось, она меня сейчас стукнет.
— В последнее время ты часто сердишься, — сказал я
— А как мне быть, если ты ведешь себя так, словно сошел с ума? И хочется хорошим подзатыльником это исправить. Ты пытаешься сделать что-то, тут же бросаешь это и хватаешься за другое. И тут же делаешь что-то непонятное. Вот скажи, при чем тут имя Великой матери?
Я вздохнул, потянулся, взял ее за руку. Впервые видел ее такой. Не хотелось оказаться на ее месте, чтобы вот так переживать за кого-то, при этом, не зная, что сделать, чтобы помочь.
— Записи, которые мы нашли у тебя? — спросил я.
— У Рикарды, — она виновато опустила глаза.
— Так это хорошо. Пойдем, поговорим с ней. Там все узнаешь.
— Они бесполезны? — спросила она, так интерпретировав мой тон.
— Как тебе сказать. Не совсем. Увидишь.
Когда мы поднимались на верхние этажи, я почувствовал всплеск магический силы из подвала. Вчера он был с другим отголоском. Как и несколько дней назад. Получается, что меньше чем за неделю они сменили три «источника» силы. Хорошо бы асверы не додумались красть магов с улиц.
Старейшины, вместе с Рикардой, с самого утра были заняты обсуждением каких-то важных дел, поэтому мы застали их в рабочем кабинете главы гильдии. Судя по небольшой перестановке, последние дни здесь они проводили много времени. У окна поставили изящную курильницу, от которой поднималась тоненькая струйка дыма, распространяя по комнате немного горьковатый незнакомый запах. Илина, уловив его, недовольно поморщилась.
— Приветствую старейшин, — поздоровался я. Прошел к столу, вокруг которого они сидели.
Мне оставили место между Сомой и старой Вейгой. Мне показалось, что над столом зависла напряженная атмосфера. Будто недавно они отчаянно спорили, но так и не смогли прийти к единому мнению.
— Ты должен был сказать, что планируешь забрать записи темного мага, — сказала Рикарда. — Что, по-твоему, я теперь должна говорить герцогу Теовин? Как объяснить, что мои подчиненные вломились в поместье, словно ночные воры и перебили два десятка его людей?
— Если это прямой вопрос, то есть три варианта, — ответил я. — Отрицать, оправдываться или придумать безумную ложь. Можете сказать, что выследили кого-то из культа кровавой луны, кто хотел убить герцога. И в процессе люди герцога помешали вам поймать его.
— Это не «безумная» ложь, чтобы отвлечь внимание, — парировала она. Показала, что не я один читал данный трактат. — Это наивная глупость. Убедить герцога, что мы действовали по приказу Императора, вот что значит «безумная» ложь! Мальчишка! — она стукнула кулаком по столу.
— Адана, — осадила ее Вейга. — Сейчас это не важно.
— Важно! Мне объяснить почему? — она пару раз вздохнула, чтобы немного успокоиться. — Что ему мешало поговорить со мной, спросить совета, узнать, не торопится ли он?
— Может быть, сначала стоит послушать о результатах этого поступка, а потом судить, — вставила старейшина Сома, как всегда говоря неспешно.
Повисло молчание. Рикарда бросила на центр стола записи, добытые в поместье герцога. Два пожелтевших листа. На одном был изображен паук с рунами, на другом две схемы с аккуратными пояснениями. Схемы не походили ни на один тип заклинаний, которые я встречал раньше. Я взял оба листа, зажигая в ладони белое пламя. Бумага моментально вспыхнула, сгорев за секунду, не оставив даже пепла.
— Они так нужны Императору, что он готов пытать свою супругу, лишь бы получить их, — сказал я. — А раз так, то я могу предположить, что это единственные внятные записи. У него есть оригинал, но чтобы разобраться в нем, нужно время. К сожалению, ни я, ни кто-либо из ныне живущих магов не сможет придумать лекарство от проклятия. Потому, что это не магия в ее истинном виде.
Я пересказал видение, которое показала мне Уга. Постарался вспомнить все подробности. Старейшины слушали молча. Тишина повисла над столом, когда я закончил.
— Не понимаю, — нарушила молчание Вейга. — Зачем они пошли на подобную жертву? Лишиться покровительства бога, ради чего?
— Ответ на этот вопрос прост, — сказал я. — Чтобы понять, мне надо было лишь заглянуть в глаза императору. Вы можете посмотреть и увидеть это в глазах Вильяма старшего, нынешнего правителя. Они хотят отрезать вас от Великой матери. Чтобы вы не слышали ее голос, перестали произносить имя. Затем заставить вас испытать отчаяние и бессилие. Сломить волю, превратив в послушных рабов. Чтобы вы радовались, довольствуясь мелкими подачками. Чтобы когда вас останется жалкая горстка, позволить плодиться по их прихоти. Они хотят превратить всех вас в послушных Тас'хи. А вы и рады отказаться от собственных имен! — я хлопнул по столу рукой. — Но более того, вы хотите лишить имени Великую мать. Скольких я спас от проклятия? И кто из вас возносит молитвы Уге. Хоть кто-то слышит ее? То место в ваших сердцах, где должна быть Уга, занято страхом, болью и отчаянием. Не этого ли добивается Император?
Мне на плечо легла рука старой Вейги, сжав его с такой силой, что затрещали кости. Если бы ненависть могла убивать, улицы города заполнили бы трупы. Старейшины не смогли сдержать эмоций. Они приняли истинный облик и распространяли вокруг себя такую ауру, что становилось тяжело дышать.
— Что… что нам делать? — спросила старая Вейга.
— Бороться, — ответил я. — Вы принесли слишком много жертв Зираллу. Этот ритуал, который якобы придумали маги… Даже в этом они умудрились обмануть и предать вас. Не ошибусь, если скажу, что можно легко сбросить проклятие. Для этого всего лишь стоит пойти в храм Пресветлого, отказаться от Великой матери и принять его. Но кто сказал, что можно только просить? Для начала надо найти холст с рисунком. Скорее всего, его прячут в одном из храмов. Ну а дальше… не знаю. Подумайте об этом, когда схлынут эмоции. Может и мне придет в голову что-нибудь наивное и глупое.
Я встал и не спросив разрешения вышел из кабинета. Меня поразила звенящая пустота, воцарившаяся в здании. Асверы, стоявшие в коридорах, на лестнице, внизу в просторном холе, они провожали меня взглядами черных глаз. Только у самого порога меня догнала Илина, вцепилась в руку.
— Иди сюда, — я обнял ее. — Так бывает. Живешь рядом с кем-то, зная, что он сволочь. А оказывается, что он еще хуже. Настолько, что трудно описать словами. Пошли домой. Мне еще с Бристл объясняться.
Заходя в гостиную, Бристл обнаружила там Тали, которая пила чай, уплетая пирожки Сесилии. Выглядела Древняя уставшей и истощенной. Зато волосы за такой короткий срок у нее отросли уже до плеч.
— Древняя, — уважительно поздоровалась Бристл, садясь напротив.
— Тогда я буду звать тебя маленький волчонок. Полное имя я не люблю, так что «Тали» будет достаточно.
— Только из любопытства…
— Наталия Аврора Ирне.
— Тогда исключительно Тали, — улыбнулась Бристл.
В гостиную поднялась Сесилия, неся в руках конверт.
— Посыльный принес письмо от господина Дэсмета, — она вручила Бристл конверт, немного с опаской косясь на Тали.
Полчаса назад, когда Тали внезапно появилась в гостиной, Сесилия едва в обморок от неожиданности не свалилась. До сих пор ей не верилось, что в доме поселился древний, который вместо того, чтобы пить кровь, попросил подать чай. А еще похвалил за вкусные пирожки. Она поклялась душами предков, что никому про это не расскажет, но как же ей хотелось позвать боевых подруг и удивить их внезапным появлением раваны. А потом в голос хохотать, когда те с визгом бросятся врассыпную. Но это были лишь мечты. Просить о подобном госпожу Тали она бы не стала, даже напившись в стельку.
— Подать обед? — спросила Сесилия.
— Подожди минуту, — Бристл распечатала письмо, бегло прочла. — Эм… Не поняла…
Рауль писал, что не может приехать, так как во дворце императора творится бардак. Полудемоны ночью покинули и его, и все объекты, которые охраняли по договору с гильдией Асверов. В том числе здание городской стражи, где охраняли взятых под арест магов, дела которых еще не рассматривались Советом. Никто не знал причины такого поведения. В последних строчках он писал, что Император созвал срочное заседание. А по дворцу ползли слухи, что демоны решили поднять восстание.
— Сесси, мне нужно, чтобы ты срочно…, — начала Бристл, но в это время на первом этаже что-то громко бахнуло. Похоже, кто-то решил вломиться в дом, выломав дверь.
— Малышка оборотень, — сказала Тали, обращаясь к Сесилии, — не надо превращаться. Встань позади. Не мешай незваным гостям.
Тали поставила на стол чашку, промокнула губы салфеткой. Бристл сразу почуяла запах магов. В дом вломились двое мужчин. От одного пахло гарью и кровью, от второго сладкими орехами. Но оба этих запаха не могли заглушить смрад магического загрязнения. Бристл коснулась амулета, который носила под платьем. Последнее время она не расставалась с ним даже ночью. Именно этот амулет смог отразить огненные оковы, одно из серьезных заклинаний, когда темный маг напал на Берси.
По лестнице прогрохотали тяжелые сапоги, подбитые железом. Первым в гостиную вошел огненный маг, скрывающий лицо за самой распространенной в империи фарфоровой маской. Следом за ним шел высокий загорелый мужчина. От постоянного и жаркого солнца его кожа приобрела бронзовый оттенок. Скорее всего, он совсем недавно приехал с юга. Об этом говорил и запах ореха, которым южная знать натирала одежду. Но самым примечательным была темная, почти черная татуировка жука, поднимающегося с шеи на скулу.
— Обязанности хозяйки требуют спросить, что вам нужно в моем доме, — сказала Тали. Это был не вопрос, а утверждение. — Убить вас сразу будет скучно.
— Вот как, — немного удивился Песчаный скарабей. Он улыбнулся своим мыслям. — Тогда как гость, я должен сказать вам, зачем пришел. В моих планах убить вас самым неприятным способом, раскрасив стены дома кровью и внутренностями. Если вы хотите спросить о демонах? О, отвлечь их было так легко…
— Скучно, — перебила его Тали. — Я обещала не помогать Берси, но сделаю небольшое исключение.
Тали рассыпалась ворохом золотых искорок, чтобы в следующее мгновение встать между гостями. Протянув руку, она схватила за горло мага в маске, легко оторвав его от пола. Песчаный скарабей отпрыгнул в сторону, вскидывая руку. Возможно он пытался использовать магию, но ничего не произошло. Тогда он выхватил короткий жезл, сплошь покрытый рунами. Но и с жезлом ничего не произошло. Послышался хруст ломаемой шеи, и огненный маг мешком свалился на пол. Тали перевела взгляд на Сахиба.
— Прошу пощадите, госпожа! — выпалил он, роняя жезл. — Готов заплатить любую цену! Деньги, информация, редкие артефакты, люди, клятва верности…
— Багряное пламя, что ты копишь в себе, не способно причинить мне вреда, — сказала Тали. Она сделала длинный шаг, как бы паря над полом.
Бристл не успела уследить за ее движением. Тали как будто толкнула мага в грудь пальцем. От толчка маг пошатнулся, прижав руку к груди. В его глазах промелькнула обида и сожаление. Он хотел что-то сказать, но не смог, завалившись на пол лицом вниз.
— Малышка оборотень, — сказала Тали. — Вынеси тела и сделай что-нибудь с дверью. В дом просачивается холод.
— Д… да, госпожа Тали, — опомнилась Сесилия. Она схватила тела за одежду, легко подняв их и поспешила к лестнице.
— Ох уж эти артефакты, — поморщилась Тали, поднимая с пола оброненный жезл. Она вернулась на диван, бросив жезл на стол. — Маги — самые гадкие из людей, — ответила она на взгляд Бристл. — Хуже них только низшие вампиры.
— Спасибо, — сказала Бристл. — Быть застигнутой врасплох в собственном доме, это…
— Пустяки, — Тали искренне улыбалась. Она совсем чуть-чуть стала понимать тетю Карину. Защищать свою семью, от этого на душе становилось тепло. Она презирала богов, уважая лишь Судьбу. И была ей благодарна за то, что свела их с Берси.
Бристл смотрела на улыбающуюся Тали, погруженную в свои мысли. Она даже не успела толком испугаться. Древние, поистине, были страшными существами. Ей казалось, что Тали могла расправиться с гостями в мгновение ока. И остановило ее лишь то, что она не хотела пачкать дорогие ковры кровью. Почему-то Бристл подумала именно так.
Я не успел дойти до конюшен, а вокруг уже образовался отряд из двух десятков асверов. Причем половину из них я видел исключительно во дворце императора. Пока готовили повозку, а они седлали лошадей, со стороны стойл старшего рода к нам прибавился еще десяток, под руководством Луции. Они, кстати, сумели договориться с оборотнями и подняли три шатра рядом с конюшнями. Эмоции старейшин докатились аж досюда, так как молодежь, дежурившая у конюшен, провожала нас таким взглядом, будто мы собираемся на войну.
Мы успели проехать всего пару кварталов, как отряд остановился. Я выглянул посмотреть, что мешает проехать. Оказалось, что дорогу перегородила тяжелая повозка с символикой службы безопасности. Ее сопровождал отряд из десяти конных. Все в специфических доспехах, которые я раньше не встречал. Это была скорее парадная одежда или отличительный знак, нежели боевое облачение. Свободные стеганые камзолы темно-синего цвета, под которыми наверняка носили кольчуги. Поверх — длинные черные накидки. У лошадей сбруя украшена гранеными плашками и вставками из пестрого агата. Красиво, ничего не скажешь.
Из-за ряда конников вперед вышел Белтрэн Хорц, приветственно поднял руку, увидев меня. Он показал в сторону ограды идущей вдоль реки и первым пошел в ту сторону.
— Подождите здесь, — попросил я, выпрыгнув из повозки. Оглянулся, чтобы взглядом еще раз попросить подождать. Вроде подействовало, но асверы спешились.
Горожане, предчувствуя проблемы, спешили скрыться с глаз как одних, так и других. Не обошлось без любопытных, но и те старались держаться на безопасном расстоянии.
— Доброго дня, — поздоровался я, подходя к ограде.
Внизу, на замерзшей реке кто-то пробил большую полынью, из которой жители ближайших районов черпали воду. Несколько детей, даже не подозревая, что происходит наверху, деловито расчищали ее от мелких льдинок и мусора, собираясь наполнить рядом стоящие ведра.
— Приветствую, барон, — кивнул он, продемонстрировал самый простенький амулет от прослушивания. — Не возражаешь?
— Ваше право, — я пожал плечами, облокачиваясь о перила.
— Ответь мне Берси, что для тебя Империя?
— Странный вопрос, — удивился я.
— Простой вопрос может поставить в тупик, да? — улыбнулся он. — Но, чтобы понять человека, ему надо задавать подобные вопросы.
— Если образно, то это здоровенная страна, благодаря Императору не раздираемая на куски междоусобными войнами. Возможность спокойно жить, веря, что твоих детей не угонят в рабство южные князья. Возможность получить прекрасное магическое образование. Много возможностей. Ну и долг, защищать ее.
— Хороший ответ. Для меня же Империя — это сложный механизм из десятков и сотен шестеренок. Они цепляются друг за друга, подталкивают в верном направлении. Чтобы отладить самый простой процесс иногда уходит несколько лет. Но стоит одному колесику вылететь, как механизм начинает сбоить. И чем ближе оно к центру, тем больше последствий.
— Вот простой пример, — продолжил он. — Недавно герцог Даниель Блэс сравнял с землей замок герцога Дюран. Целая провинция осталась без наместника. Не буду говорить о беспорядках, которые обязательно вспыхнут в ней. До мятежа не дойдет, но появится бандиты, которые сожгут пару деревень, хорошенько пограбят торговцев, сорвут поставки зерна. Начнется голод. И вместо того, чтобы наполнять казну, императору придется тратить деньги, чтобы навести там порядок.
— А я люблю порядок, — сказал он, посмотрев на меня. — Это может показаться странным, учитывая мою профессию, но все так.
Помолчали. Ребятня внизу закончила набирать воду и шумно направилась к лестнице на противоположный берег.
— Асверы полудемоны крепко засели в этом механизме, — сказал Белтрэн. — Думаю, при большом желании можно их вырвать, и Империя много не потеряет. Вот только Император не отпустит их так просто. А это война. Только не так, когда лицом к лицу сходятся легионы. Когда маги поливают другу друга потоками огня. Мне на ум приходят события в Таур Сиере. Сдавшийся без боя город и кровавая баня во дворце Фахта.
— Я не пойму, с чего вы взяли, что все именно так? — спросил я. — Почему асверы должны воевать и с империей? Насколько знаю, они всегда были преданы ей.
— Что ты видишь, глядя на них? — спросил он, показывая на асверов, стоявших уже метрах в десяти.
Ближе всех стояла Байс, заместитель Дамны. Она не сводила с нас взгляда черных глаз, держа одну руку на рукояти кинжала, висевшего на поясе.
— Они редко меняют обличие, — пояснил он. — За все время, что я знаком с ними, можно пересчитать по пальцам, когда один, иногда двое так делали. Но чтобы все разом, для меня это впервые. И это пугает. До дрожи, до мурашек.
— Да, я слышал, что такое происходит, когда они испытывают сильные эмоции.
— И они становятся быстрее, сильнее, безжалостней, — согласился он, став чуть-чуть серьезней. — Я знаю, какие проблемы они испытывают и зачем покупают у империи каторжников. А зная подобное не сложно понять, что они нашли в молодом целителе. Скажу честно, подобное мне неинтересно. Важно только, что из этого вытекает. Чтобы знать, кто чьи интересы представляет среди магов, в имперском Совете, перед правителем. Ты понимаешь, о чем я?
— Конечно. Продолжайте, прошу.
— Теперь я отвечу на тот вопрос, который ты задал выше. Асверы всегда были верны Империи. Но Император отчего-то решил испытать их преданность на прочность. Он приказал им убить тебя, — он сделал небольшую паузу, чтобы оценить мою реакцию. — Вижу, ты уже знаешь.
— Они не говорили, но я догадался.
— Он заплатил им. Достаточно много, чтобы поколебать любого. Мои люди доложили, что полудемоны уже обменяли расписки на полновесное золото. А также забрали у ростовщиков все, что те были должны им, включая золото за наем гильдии, имперские дотации и прочее, прочее. Вчера большая группа асверов, в основном молодежь, уехала в сторону Холодного мыса. В сопровождении вереницы груженых телег. А сегодня с утра из Кресофа, торгового города западнее Витории, вышел караван с зерном, солью, железом. Они скупили почти все, до чего смогли дотянуться. Обрадованные торговцы хотели было взвинтить цены, но их быстро осадили. От чего у меня на столе появилось два десятка жалоб на грабеж и разбой со стороны гильдии асверов полудемонов. Мне продолжать, или этого достаточно для ответа?
— И что вы хотите?
— Император сам загнал себя в ловушку. Ему нужны асверы. И не только как сдерживающий фактор для магов. Не знаю, что он выкинет в ближайшее время, поэтому хочу, чтобы ты повлиял на асверов. Убедил их не переходить черту, за которой уже не будет возврата к диалогу.
— Как вы себе это представляете? — хмыкнул я. — Чтобы они послушали человека, это даже не наивно…
— Я знаю, ты знаком с Давидом, наследником Вильяма, — как-то резко повернул он тему. — Так же знаю, что ты когда-то спас графиню Дорту Хэдгар, хорошую подругу госпожи Диас. Помнишь, как ее чуть не задушила шкатулка, подаренная на день рождения. Супруга императора Елена. Что связывает этих троих? — он приложил палец к губам. — Долгое время Елена не могла родить. Какие-то проблемы по женской линии, которые не могла исправить магия. И только благодаря Грэсии Диас ей, наконец, удалось родить здоровую девочку, Лейну. Эту тайну знают лишь несколько человек, — он показал четыре пальца.
— Это было к чему? — спросил я.
«С ума сойти, Давид не законный наследник?».
— К тому, что Вильям не позволит ему занять престол. У него планы на старшую дочь. И так случилось, что недавно Давид узнал об этом, — он хитро улыбнулся.
Бэлтрэн действительно страшный человек. Полчаса морочил мне голову, чтобы в пару предложений сказать всю суть нашей встречи.
— Вам нужно поговорить с госпожой Адан на эту тему.
— Это разве возможно в нынешней ситуации? — показательно удивился он. — Если уж она на приказ Императора явиться во дворец, послала гонца, вместе с Вильямом к демону Хруму. Не думаю, что мое предложение встретиться она воспримет всерьез.
В его улыбке читалось: — «Между Империей и молодым целителем, демоны выбрали отнюдь не империю. Так с кем мне говорить, если не с тобой».
— Так, — я потер лоб. — Есть несколько нюансов. Надеюсь Давид не решит убрать сестер со сцены?
— Это так важно для тебя? — удивился он, наверняка сделав в голове пометку на этот счет. — К сожалению Давид не так сильно привязан к ним, как мне хотелось бы.
— Тогда два условия лично от меня, — сказал я. — Первое. Когда наследник начнет решать свои политические амбиции, вы обеспечите безопасность принцессам и вывезете их в гильдию асверов. Туда же, исключительно для безопасности, доставьте госпожу Елену. Она не темный маг, можете поверить мне на слово.
— Это… будет не трудно, — согласился он.
— Второе. Не знаю, как вы справитесь, но асверы этой ночью выплеснут свой гнев в городе. Остановить их не сможет уже никто, — на этих словах Белтрэн поморщился. — Но, если вы сможете сделать так, чтобы все, — я выделил это слово, — служители Зиралла сегодня ночью были в своих храмах, никто кроме них не пострадает.
— Асверы не боятся гнева бога? — второе условие поставило его еще в больший тупик, чем первое.
— Это ему следует бояться их гнева, — с угрозой в голосе, сказал я.
Над вторым условием он думал минуты три. Затем утвердительно кивнул сам себе.
— Сделаю. Только с одной оговоркой. Храм Зиралла самый богатый в Империи. И если асверы решат разграбить его, то половину они должны сдать в казну. На восстановление. И предупрежу сразу. Последователей Пресветлого слишком много, чтобы отмахнуться от них. Это может вылиться в беспорядки.
— Если они не пойдут к гильдии асверов требовать немедленной справедливости, то пусть. В противном случае это будет бойня.
— Это все условия? — уточнил он.
— Мои, да. Ну а дальше Давид сам будет договариваться с Рикардой. Я лишь обеспечу эту встречу и сделаю все от себя зависящее, чтобы асверы были как можно более сговорчивыми.
— О, это даже больше того, на что я рассчитывал. Тогда, хорошего дня, — кивнул он.
— Всего доброго, — пожелал я.
Мы разошлись в разные стороны так, словно встретились на минутку чтобы обсудить погоду или последние слухи столицы. Я бросил вознице «В гильдию!», затем запрыгнул в салон. Не скажу, что мои планы полетели к Хруму, даже наоборот. Давид убьет собственного отца ради трона, что может быть лучше…