– Простите? – Лайош посмотрел на «Ольгерда», изображая недоумение.

– Это настоящая драконидская работа, – человек в мундире капитана теперь сидел, напряжённо выпрямившись и положив руки в перчатках на колени.

– Браслеты – подарок господина Ольгерда, – вмешалась Лилия. В голосе женщины послышались тревожные нотки: похоже, она прекрасно знала, как быстро тихоня Зигфрид может выйти из себя.

– Сожалею, но в таком случае продавец вас обманул.

– С чего вы взяли? – «Ольгерд» проговаривал слова медленно, будто пережёвывал их.

– Да, Макс, раскройте нам секрет! – теперь и Айви с интересом рассматривала браслет. – У меня самой есть несколько вещиц, привезённых с Валькабары. И я не вижу никакой разницы в манере изготовления между ними и этими браслетами.

– Вы правы, внешне это в точности как работа драконидских мастеров. Но если посмотреть сюда, – Шандор раскрыл браслет и положил его на ладонь так, что место, прежде скрытое между защёлкнувшимися половинками, стало освещено, – вы увидите клеймо мастера.

– И чем оно вас не устраивает? – Зигфрид поднялся с дивана и подошёл ближе, всматриваясь в лежащий на ладони сыщика браслет.

– По-моему, в точности как те похожие на червячков буквы, которые используют дракониды, – растерянно пожала плечами Лилия.

– Именно, – кивнул Лайош. – Только дело в том, что на таких клеймах никогда не используются буквы. Настоящий мастер-драконид поставил бы на изделии тамгу – свой родовой знак. Здесь же мы имеем дело даже не с драконидскими письменами, а с обычным алфавитом, стилизованным под такие письмена. Прошу вас, убедитесь сами: это ведь литера «А», насаженная на «Т».

– Действительно, – куртизанка осторожно взяла у сыщика браслет и с любопытством разглядывала клеймо. – Теперь, когда вы всё это рассказали, я, кажется, и правда вижу тут «А» и «Т».

– Откуда вы узнали, что они там есть?

Вопрос задала Айви. Она сидела, откинувшись на спинку кресла. Браслет женщину не интересовал: зелёные глаза всматривались в «Макса», и Шандор снова, как чуть раньше внизу, почувствовал в их глубине затаённую угрозу.

– Узнал?

– Вы сказали, что браслет – подделка, ещё не открыв его и не видя клейма. Вы знали, что оно там.

Лайош усмехнулся. Зигфрид медленно выпрямился, настороженно глядя на сыщика.

– Дело в том, сударыня, что я знаком с мастером, изготовившим этот браслет. Это господин Томас Авенс, часовщик с Лестниц.

– Часовщик? С какой стати часовщик занялся изготовлением украшений?

– Это был подарок для дочери. В комплекте с браслетами имелись ещё часы и шпилька. Механическая бабочка, которая при заводе…

– …машет крылышками и шевелит усиками, – едва слышно выдохнула Лилия, переводя взгляд с Шандора на сжавшего кулаки «Ольгерда».

– Сядьте, капитан, – спокойно, но твёрдо попросил его Лайош.

Зигфрид колебался.

– Сядьте, – повторил сыщик, в свою очередь поднимаясь на ноги. – Я вам не враг.

– Значит, вы враг кому-то другому?

Сыщик полуобернулся к Айви. Женщина продолжала всё так же сидеть, откинувшись на спинку кресла, но теперь в её руке, лежащей на подлокотнике, появился сложенный веер. Ручка веера была повёрнута к мужчине, и Шандор вдруг понял, что смотрит на короткий ствол потайного однозарядного пистолета. Шатенка потянула то, что выглядело как декоративная накладка. Щёлкнул взводимый курок, выдвинулся скрытый до этого спусковой крючок.

– У вас есть ровно три минуты, Макс, – его имя Айви произнесла с издёвкой. – Так кому вы враг?

– Никому в этой комнате, – Лайош старался говорить спокойно и мягко, при этом лихорадочно соображая, как быть. Отобрать пистолет-веер у женщины означало повернуться спиной к Зигфриду. Кинуться на мужчину – значит, подставиться под пулю. К тому же нельзя было сбрасывать со счетов Лилию, которая вряд ли останется в стороне, начнись тут потасовка. И Шандор решил, что для него же лучше будет сказать правду – или, по крайней мере, часть её.

– Господин Томас Авенс – мой тесть. Этот набор предназначался в подарок ко дню рождения его дочери. Моей невесты. На днях в их дом вломились и выкрали набор из мастерской. По всей видимости, взломщики приняли бронзу, из которой сделаны украшения, за настоящее золото. Я дал обещание попробовать отыскать украденное.

– Вы работаете на Канцелярию? – холодно уточнила женщина.

– Нет. Я ни на кого не работаю. Я частное лицо.

– Откуда вы узнали, где искать вещи?

– Это долгая история. Она не уложится в три минуты.

– Попытайтесь.

– Вы позволите? – Лайош указал на свой жилет. Женщина чуть приподняла пистолет. Зигфрид сделал ещё шаг к сыщику. – Я всего лишь хочу показать вам часы, – пояснил тот.

– Часы?

– Часы, которые составляют часть набора.

– Медленно, – это было сказано тоном дружеского совета. Шандор осторожно сунул руку в карман и извлёк оттуда часы. Поднял повыше, демонстрируя Лилии и «Ольгерду».

– Я забрал их в Пти-Пре, в одной из опиумных курилен, – теперь Лайош смотрел не на Айви с пистолетом, а на человека в офицерском мундире. – Мне помогли старые знакомства с Валькабары. В том притоне я узнал, как выглядели люди, у которых оказались эти часы. А сегодня утром в газете было объявление Канцелярии о найденном на улице трупе неизвестного, очень похожего по описанию на одного из нужных мне посетителей курильни.

– Это не объясняет, как вы оказались в салоне, – холодно заметила шатенка.

– У меня широкий круг знакомств. И один из моих знакомых видел человека, тело которого нашла Канцелярия. Погибший посещал «Три сестрички» вместе с приятелем, – тёмные глаза неотрывно смотрели в карие. – Мне даже назвали имя приятеля: Зигфрид. И имя женщины, к которой он приходит: Лилия.

При этом слове «Ольгерд» быстро, с каким-то мученическим выражением, взглянул на куртизанку. Сыщик медленно, так, чтобы видела Айви, убрал часы обратно в карман.

– Я пришёл всего лишь предложить сделку. Я хочу выкупить браслеты и шпильку.

– Сделку? – фыркнула Айви. – Вы врали целый вечер, Макс. Или как вас там зовут на самом деле.

– Максен.

– Что ж, способность шутить под дулом пистолета даже вызывает уважение. Хотя, может быть, это просто глупость? Или вы вовсе не верите, что я способна выстрелить?

– Это факт. Меня зовут Максен. И я абсолютно уверен, Айви, что вы спустите курок, не моргнув глазом. Но я ведь уже говорил сегодня: меня вам бояться нечего.

– Это правда? – раздался вдруг голос Лилии. Лайош обернулся к ней, но женщина обращалась к капитану. – То, что он сказал – правда?

Зигфрид смущённо потупился. Потом зло покосился на сыщика:

– Чёрт вас сюда принёс.

– Мой тесть тяжело болен. Возможно, умирает, – неожиданно для самого себя сказал Шандор. – Но больше болезни его сейчас мучает тот факт, что подарок для дочери, который он готовил несколько месяцев, пропал. Глядя на мастера Томаса, мучается и она, – сыщик стиснул зубы, помедлил. – Я всего лишь хочу вернуть им спокойствие. Разве вы ради мадемуазель Лилии не сделали бы то же самое?

«Ольгерд» вдруг как-то разом сник. Напряжённые плечи его расслабились, руки вытянулись вдоль тела. Лайош посмотрел на Айви:

– Если вы считаете, что я злоупотребил вашим доверием – приношу свои извинения.

– Обыщи его, – приказала шатенка Зигфриду. Тот недоумённо нахмурился:

– Что?

– То, что слышал. Обыщи его. Я хочу знать, кто он такой и что у него в карманах.

Лайош чуть вздрогнул, вспомнив о потайной камере. Объяснить этот предмет, пожалуй, будет непросто, а то и вовсе невозможно. Тем не менее, сыщик покорно развёл руки в стороны, предоставляя возможность обшарить свои карманы. «Ольгерд» шагнул к нему, и в этот момент открылась дверь в коридор.

На пороге гостиной появились Роза и её спутник, хохочущие над какой-то шуткой. Вторая хозяйка салона окинула удивлённым взглядом развернувшуюся перед её глазами сцену: Айви, всё ещё держащая «Макса» на прицеле. Зигфрид, стоящий почти вплотную к нему. Лилия, со страдальческим выражением на лице обернувшаяся на звук открывшейся двери. Наконец, сам «Макс», оглянувшийся на вошедших через плечо.

А потом события замелькали взбесившимся калейдоскопом.

Мужчина с бакенбардами отпихнул с дороги Розу. В руке у него появился трёхствольный терцероль, но ни окрика «стой!» ни «именем короля!» не последовало. Рука взметнулась, три ствола нацелились в ошеломлённого Зигфрида. Лайош, крутанувшись на месте, с силой оттолкнул капитана, и почти тут же раздался хлопок первого выстрела.

Сыщик почувствовал, как его ударило в грудь справа, в нижние рёбра, и следом правый бок обожгло, словно он прислонился к раскалённой печке. Шандор попытался удержаться на ногах, но неловко переступил и, уже падая навзничь, увидел, как Айви, не дрогнув, указала на обладателя бакенбард своим веером.

Хлопки двух выстрелов почти слились воедино. На лбу мужчины появилось аккуратное круглое отверстие, из которого потянулась вниз тоненькая струйка крови. Он ещё попытался прицелиться в шатенку, но терцероль выпал из ослабевшей руки, а за ним грузно рухнул на пол лицом вниз и обладатель бакенбард.

Впрочем, ни выстрела Айви, ни его результата Лайош уже не видел: крепко приложившись затылком, он потерял сознание.

* * *

– Это всё ты!

– Не будь дурой! Кто, в конце концов, его пристрелил?

– И что? С тебя как с гуся вода, а нас с Лили за такое отправят на каторгу. Господи, поверить не могу… Агент СКС!

– Да заткнись же ты! – в знакомом хрипловатом голосе послышалось нетерпение. – Что там со вторым?

Лайош почувствовал, как у его правого бока что-то шевельнулось и тут же с той стороны потянуло холодком.

– Я не врач, но, по-моему, тут ничего страшного. Крови только много, – к боку с силой прижали ткань.

– Он тоже из СКС?

– Рози, если ты не прекратишь истерику, клянусь: я тебя выкину из окна!

– Да пошла ты! Зигфрид, посмотри у него в карманах, там нет жетона?

– Может, всё-таки сперва его перевяжем? – ворчливо отозвался мужской голос.

– Ты мне брат или кто?

– Тебе уже сказали: успокойся. Выстрелов никто не слышал. Подумаешь, хлопнуло – и хлопнуло, фейерверк на улице кто-то пустил.

– Немедленно проверь! – женский голос почти срывался на визг.

– Ладно! – зло бросил Зигфрид, и Шандор почувствовал, как чужие руки начали обшаривать его карманы.

– Жетона нет?

– Нет у него никакого жетона. Бумажник. Конфеты. Платок. Зачем-то двое часов.

– Двое часов? – где-то слева раздались быстрые шаги. – Это не часы.

– А что?

– Камера.

– Что за камера?

– Камера для скрытной съёмки. Рози, принеси нюхательную соль! Интересная птица наш Макс.

Через несколько секунд под нос Лайошу сунули флакончик, и он, кривясь и старательно изображая тяжёлое пробуждение, открыл глаза. Первое, что сыщик увидел, был терцероль, под прицелом которого его держала Айви.

– Это становится плохой традицией, – пробормотал Шандор.

– Рада, что вы по-прежнему способны шутить.

– Я вообще существо жизнерадостное.

– Не могу обещать, что таким и останетесь. Итак, Макс. СКС? Или вы работаете на кого-то из соседей? Впрочем, ещё не поздно сознаться в принадлежности к Канцелярии. Только не говорите, что такая техника нужна вам на стройке.

– Ваша правда, на стройке такое ни к чему, – Шандор скосил глаза, пытаясь разглядеть, что с правым боком. Сыщик лежал на полу, а рядом с ним сидела Лилия, зажимая рану перепачканным в крови кухонным полотенцем. В ногах стоял Зигфрид, из-за его спины выглядывала Роза. Лайош покосился влево и увидел распластавшийся у порога труп мужчины с бакенбардами.

– После терцероля вы не будете выглядеть так аккуратно, – пообещала Айви, перехватившая взгляд «Макса». – И во второй раз вам уже не повезёт, – женщина приподняла на цепочке часы Лайоша. На крышке, параллельно первой продольной полосе, шла почти такая же по форме и глубине вмятинка – след от срикошетившей пули.

– Ну? Кто вы, господин Максен?

– Частный сыщик. Лайош Максен Шандор. Один из компаньонов агентства «Зелёная лампа».

– Кто вас нанял?

– Господин Томас Авенс.

– Лили, брось-ка полотенце, и ткни его вилкой.

– Это ничего не изменит, – сыщик пожевал пересохшими губами. – Может, угостите меня кофе?

– Перебьётесь. Откуда у часовщика с Лестниц деньги на частного сыщика?

– Я уже сказал – он мой тесть. Так что это, в общем-то, семейное дело.

– Допустим, – Айви на секунду перевела взгляд с лица Лайоша на его бок. – А вся остальная история?

– Как я и рассказал – просто несколько хороших информаторов.

– Вы хотите убедить меня, что какое-то агентство работает быстрее Канцелярии?

– Не все жаждут иметь дело с официальными властями. Даже за обещанное вознаграждение.

Шатенка задумалась, но пистолет не убрала. Затем, кивнув, спросила:

– Хорошо. Зачем вам потайная камера?

– Чтобы делать снимки. Я ведь не мог знать, что мне повезёт сразу же отыскать господина Зигфрида, да ещё и увидеть у мадемуазель Лилии браслеты. Мы с компаньонами собирались следить за салоном в надежде, что скрывающийся здесь человек рано или поздно себя проявит. В опиумной курильне нам рассказали, что как-то раз Зигфрид упоминал имя Лилии. Так что всё вроде бы сходилось, оставалось лишь убедиться, что он в салоне и что браслеты и шпилька не остались где-нибудь у ростовщиков.

– Ага, как же, так они и купили, – подал голос «Ольгерд».

– Умолкни, идиот! – осадила его Айви.

– Не называй его так! – взвилась Роза.

– И ты заткнись. И не указывай мне, кого как называть.

– Сука!

Шатенка выпрямилась, шагнула к «сестричке» и влепила ей звонкую пощечину. Затем ледяным тоном заметила:

– В следующий раз будет пуля. Подумай хорошенько, прежде, чем открывать рот.

Роза, держащаяся за зарумянившуюся щёку, ошарашено посмотрела на Айви, но охота спорить у куртизанки разом пропала.

– Как вы себя чувствуете? – спросила Лилия у сыщика.

– Благодарю, вроде бы неплохо. Часы меня спасли?

– Да, но пуля пропорола вам бок. Лучше бы это зашить.

– Мой компаньон неплохо разбирается в таких вещах.

– Не сомневаюсь, что он к тому же где-то поблизости, – вмешалась снова взявшая Шандора на прицел Айви. – И к этому мы ещё вернемся. Рози! Возьми-ка сэра Персиваля!

«Сестричка» послушно прошла к одному из столиков-постаментов на гнутых ножках и сняла с него тяжёлую статуэтку рыцаря на коне.

– Зигфрид, отдай ей камеру.

– Можно просто вытащить микропластинки, – предложил Лайош, не особенно веря в успех. Айви, проигнорировав слова сыщика, распорядилась:

– Разбей её, Рози. Вынь пластинки и сожги их.

Шандор услышал скрежещущие удары, затем треск лопнувшего объектива. В поле зрения опять мелькнула куртизанка: она прошла к камину и зажгла одну из свечей на каминной полке. Держа щипцами для сахара микропластинки, Роза подождала, пока те не превратятся в струйки вонючего дыма.

– Продолжим, Макс. Какое отношение ваше агентство имеет к СКС?

– Никакого.

– Видимо, пора прощаться…

– До свидания.

– Не испытывайте моё терпение.

– Повторяю: никакого.

– Тогда что здесь делает эта косматая обезьяна? Вы ведь обратили на него внимание ещё за ужином.

– Обращать внимание – моя профессия. Но вообще-то я просто наблюдал за мадемуазель Розой и мадемуазель Лилией. Если они дали убежище в салоне человеку без денег, значит, для этого имелись веские причины.

– Откуда вы знаете, что он без денег? – удивлённо спросила Лилия.

– Потому что в притоне у них двоих забрали за долги вот эти самые часы.

– Деньги остались у Бартоломью, – глухо отозвался Зигфрид.

– Кретин! – закатила глаза Айви.

– В общем, после того, что удалось узнать в курильне, шанс найти украшения у господина Зигфрида был куда выше. Тем более что в объявлении Канцелярии ни браслеты, ни шпилька не упоминались.

– Логично. То есть вон то тело агента СКС оказалось здесь сегодня совершенно случайно? – усмехнулась шатенка.

Лайош попытался пожать плечами, но тут же поморщился от боли в раненом боку:

– Мне-то откуда знать! Можете меня пристрелить, но я к этому человеку и к его появлению здесь не имею никакого отношения.