Сюретер, агент и сыщик прождали в небольшом кабинете на втором этаже около десяти минут. Наконец, двустворчатые двери распахнулись, впуская ещё одного молодого драконида. В отличие от администратора, этот был при оружии: слева на поясе у него висел в кожаных ножнах короткий валькабарский меч, справа – плоская деревянная дубинка с вправленными в неё острыми зубьями из обсидиана. Драконид был в брюках и рубашке, но жилету и сюртуку предпочёл накидку своего народа. Неширокий, очень длинный кусок ткани в мелкую продольную полоску – синюю, зелёную, чёрную – был переброшен через правое плечо, несколько раз обёрнут вокруг туловища, доходя почти до колен, и перехвачен на талии толстым шнуром. Шнур, тоже сплетённый из множества цветных нитей, украшали на концах пушистые кисточки.

Страж замер у входа, а другой, точная копия первого, вкатил в кабинет кресло на колёсиках. Ловко обойдя остальную мебель, драконид поставил кресло перед камином и развернул так, чтобы оно оказалось лицом к трём приготовленным для гостей стульям. Сидевшие на них визитёры поднялись: Ла-Киш и Шандор почтительно поклонились, сэр Хаффем кивнул. Сидящий в кресле очень старый на вид драконид внимательно оглядел всех троих, склонил голову набок и, медленно открыв и закрыв свои белёсые глаза, сказал:

– Приветствую, господа.

– Наше почтение, арики Те Рео, – отозвался сюретер, которому уже доводилось прежде бывать в Пти-Пре и встречаться с лидером драконидской общины. Лайош, видевший старого вождя впервые, с интересом рассматривал его.

Кожа Те Рео от времени стала пепельно-серой, а отдельные чешуйки приобрели по краю тонкий белый кант, отчего драконид казался обладателем причудливой татуировки. Глаза, большую часть жизни у этой расы агатово-чёрные, теперь скорее походили на лунный камень, хотя явно не утратили способности видеть. Зубы, когда Те Рео заговорил, оказались желтоватыми, как слоновья кость; многих не хватало. Недоставало у вождя и двух из четырёх пальцев левой руки – на ней сохранились лишь большой и мизинец.

– Присаживайтесь, – драконид царственным жестом указал на стулья. Шандор про себя отметил, что ножки у них были довольно короткими, и, сев, гости невольно оказались на полголовы ниже вождя. – Как поживает господин сюретер?

– Благодарю, всё хорошо. А как здоровье уважаемого арики? – в свою очередь поинтересовался Ла-Киш.

– Весна, – мечтательно улыбнулся Те Рео. – Весной каждый полон жизни и верит, что смерть не придёт никогда, – он ещё раз медленно обвёл взглядом визитёров.

– Сэр Оливер Хаффем, агент Специальной королевской службы. Господин Лайош Шандор, частный сыщик.

– Стало быть, дело серьёзное, – кивнул вождь, поочередно всматриваясь в представленных.

– Весьма, арики. Речь идёт о двух убийцах.

– Драконидах?

– К счастью, нет. Людях.

– Укрывшихся от правосудия в Пти-Пре? – Те Рео уцелевшим большим пальцем левой руки провёл под подбородком, словно размышляя над услышанным.

– Предположительно, – уклончиво заметил Ла-Киш.

– Простите моё любопытство, господа, но с каких пор обыкновенных убийц разыскивает СКС? – теперь драконид обращался непосредственно к сэру Хаффему. Лайош краем глаза отметил, что оставшиеся у дверей оба стража машинально, положили руки на рукояти мечей.

– Это государственное дело, – отозвался Оливер. Говорил он совершенно спокойно и смотрел на вождя бесстрастно, однако Шандору всё равно показалось, что агенту не по душе и их визит в Пти-Пре, и необходимость соблюдать тонкости протокола. Те Рео, хоть и считавшийся кем-то вроде квартального старосты, действительно был потомственным вождём одного из племён Валькабары – с северной оконечности материка, подчинившейся и присягнувшей людям.

– Государственное дело, – задумчиво повторил хозяин кабинета. – Чем же я могу быть полезен моему кузену?

Теперь Лайош отчётливо увидел, как на мгновение чуть резче проступили очертания скул агента – тот стиснул зубы, прежде чем вежливо ответить:

– Его величество хотел бы, чтобы уважаемый арики отыскал убийц в Пти-Пре. Если они действительно здесь.

– Где именно их следует искать?

– В опиумных курильнях, – вновь вступил в разговор Ла-Киш. – Один из них блондин с длинными волосами…

Сюретер детально описал детали внешности обоих подозреваемых, полученные от ростовщиков. На несколько секунд в кабинете повисла тишина. Те Рео опустил руки на подлокотники кресла и чуть прикрыл глаза. Сэр Хаффем с напряжённо выпрямленной спиной застыл на своём стуле, будто изваяние. Сюретер, напротив, откинулся на спинку стула с таким видом, словно всё происходящее лично его никак не касалось.

Наконец, арики открыл глаза и медленно склонил голову.

– Мой кузен получит ответ завтра в полдень. Если убийцы укрылись в Пти-Пре – мы отыщем и доставим их в Тайную канцелярию, – он махнул рукой и один из стражей тут же оказался позади кресла. Визитёры поднялись со стульев и молчаливым поклоном проводили старого драконида. Двустворчатая дверь закрылась, но почти тут же открылась маленькая боковая, через которую их впускали в комнату. Администратор уже ждал, чтобы проводить гостей обратно в вестибюль.

* * *

– Если я сегодня больше не понадоблюсь, разрешите покинуть вас, господа, – Лайош остановился у распахнутой дверцы кэба. Сэр Хаффем, успевший сесть в экипаж, с подозрением посмотрел на сыщика:

– Вы хотите остаться в Пти-Пре? Один?

– А почему нет?

Оливер чуть прищурился:

– Зачем?

– Хочу немного побродить здесь и оглядеться. Может быть, мне повезёт.

– Повезёт?

– Я ведь лицо неофициальное, – пояснил сыщик.

Агент помолчал, потом нехотя кивнул:

– Не забывайте, что вы в любом случае должны докладывать обо всём, что узнаете.

– Безусловно. Доброго вечера.

Шандор проводил кэб взглядом, потом вновь подошёл к крыльцу драконидской ратуши и спросил у одного из стоявших на страже констеблей:

– Где здесь ближайший телефон?

Констебль указал вправо:

– Третий дом по левую руку, паб «Весёлая акула».

– Благодарю.

В пабе Лайош втиснулся в телефонную кабинку, установленную в коридорчике позади стойки, и секунду-две размышлял, в каком порядке звонить.

– Центральная? – наконец определился он. – Барышня, будьте любезны, соедините с пабом «Серебряная ракушка» в Пти-Пре.

Дождавшись ответа, сыщик представился, попросил бармена разыскать господина Те Каеа и, узнав дорогу до паба, пообещал быть на месте через четверть часа. Затем Шандор снова вызвал центральный коммутатор:

– Почтамт, пожалуйста. Вечер добрый, барышня. Примите сверхсрочную телеграмму. Дом Авенсов, Лестницы. «Прошу извинить сегодня не приду тчк Веду поиски нашему делу тчк Лайош». В счёт агентства «Зелёная лампа», пожалуйста. Благодарю.

Покончив, таким образом, с первостепенными делами, Шандор дал бармену «Весёлой акулы» полкроны – что с лихвой должно было покрыть расходы на телефонные переговоры – и, выйдя из паба, не спеша зашагал по улице на юг. Пти-Пре, как и весь город, был украшен к дню рождения монарха, но, в отличие от человеческих кварталов, здесь продолжали в обычном режиме работать все лавки и заведения. Дракониды – даже те, кто искренне считал себя полноправными подданными короны – не делали исключений: единственным праздником, когда они на сутки прекращали все свои дела, был день Падающей Звезды. Эта комета, возвращавшаяся раз в тринадцать лет, была священной для выходцев с южного континента, а её праздник приходился на сентябрь.

Лайош остановился у лавки, на вывеске которой красовались нарочито небрежно соединённые друг с другом половинки солнца и луны. К потолку здесь были подвешены всевозможные газовые, свечные и керосиновые люстры, стены украшали большие и маленькие бра, на невысоких столиках в несколько ярусов громоздились лампы и масляные светильники. Хозяин не поскупился на зеркала и гранёное стекло, поэтому каждый огонёк многократно отражался, разбивался искрами света, и всё пространство лавки походило на сказочную пещеру с сокровищами.

Откуда-то из глубины её вынырнул драконид в круглой бархатной шапочке-таблетке и подобранном в тон ей малиновом жилете.

– Доброго вечера! Что желает уважаемый?

Шандор, раздумывавший над подарком для Николь, растерянно огляделся.

– Мне бы что-то в традиционном стиле.

– Вашем или нашем? – понимающе улыбнулся торговец.

– Вашем.

– Позволю себе бестактность – в спальню? Гостиную? Кабинет?

– В гостиную. Но для молодой девушки. И ещё она кружевница.

– О! – лавочник с довольным видом потёр ладони. – У меня есть то, что нужно! Прошу сюда.

Ловко обходя расставленный и разложенный товар, он провёл сыщика к удалённому от входа столику, который занимали всего несколько приземистых керосиновых ламп. Каждая опиралась на четыре латунные ножки; нижняя часть, выполненная из фарфора, была расписана сценками с Валькабары.

– Ровный чистый свет, – вещал торговец. – Практически никакого нагара. Очень маленький расход топлива, а ведь это важно, согласитесь? Когда часами приходится корпеть над тонкой работой. Два отражателя, съёмные, можно установить в любом сочетании на любую из ножек. Крепления для подвеса – цепочка прилагается! Взгляните, разве не прелесть?

Лайош окинул взглядом светильники и наугад вытащил один из стоявших в центре. Здесь рисунок на колбе изображал густой тропический лес, по которому, взявшись за руки, шли молодые драконид и драконидка. Мужчина – в полосатой накидке и с такой же, как у стражей арики Те Рео, плоской зубастой дубинкой в руке. Женщина – у южной расы их можно было отличить по более хрупкому и изящному сложению – была в свободно пошитых широких шальварах, присобранных на талии и у голеней. С шеи драконидки свисали ярусами многочисленные ожерелья, голову украшал замысловато повязанный пёстрый платок.

– Вот этот, – решил Шандор.

– Прекрасный выбор! – торговец ловко, но бережно, принял светильник из рук покупателя. – Уважаемый заберёт сразу?

– Нет. Доставьте, пожалуйста, в Семь Дворов. Медвежья улица, двадцать восемь, агентство «Зелёная лампа». Только не сегодня, а завтра, где-нибудь ближе к полудню.

– Будет исполнено, – чуть склонил голову драконид.

– Если вдруг в конторе никого не окажется – оставьте у домовладельца.

– Непременно.

Лайош расплатился и двинулся дальше. Он представлял себе, как обрадует подарком Николь, и невольно улыбался. Затем улыбка на лице сыщика сменилась выражением озабоченности, и даже тревоги. А что, если мадемуазель Авенс сочтёт такой подарок неуместным? Светильник, конечно, вещь практичная и полезная, но, может, лучше было бы купить сладостей и цветы? Хорошо, что не отправил покупку сразу на Лестницы – по крайней мере, будет время подумать до следующего вечера.

В этих терзаниях Шандор быстро миновал очередной перекрёсток, и остановился только тогда, когда услышал сзади громкий и, похоже, уже не раз повторившийся окрик:

– Лайош, стой! Да стой же, тебе говорят!

Он оглянулся: следом спешил Равири, а чуть дальше, в угловом доме, виднелась дверь паба, над которой покачивалась вывеска с серебристой морской раковиной.

* * *

Компаньоны сидели в самой дальней от входа кабинке, и Шандор только-только закончил пересказывать Те Каеа все свои пятничные похождения. Маленький драконид добродушно зажмурился, когда Лайош вскользь упомянул фейерверк и прогулку к маяку, но посерьёзнел и насторожился, едва сыщик рассказал, как обследовал переулок и как провёл большую часть ночи на каштане в саду Папаши Стэна.

– Ты дурак, – беззлобно констатировал Равири. – А если бы Ла-Киш посадил там в засаде своих констеблей? Или, к примеру, убийцы в самом деле вернулись? Чем ты собирался их останавливать – добрым словом?

– Я не собирался их останавливать, – возразил Шандор. – Я собирался проследить за ними, а потом сообщить в Канцелярию. У меня была с собой маска, в случае чего можно было прикинуться карнавальным гулякой.

– Настолько за полночь, когда почти все уже спят? – скептически посмотрел на друга драконид. – Так прямо и вижу: пустая улица, ты и два психа. Совершенно бесхитростно и незаметно.

– Ладно, чего теперь. В любом случае затея не удалась.

Рассказ о знатной даме Равири практически не заинтересовал, а вот действия сэра Хаффема вызвали одобрение.

– Стоило устроить такое изъятие раньше, – заметил Те Каеа.

– Скорее всего, он просто ждал одобрения начальства, – предположил Лайош.

– Или эта идея появилась у сэра Хаффема не сразу.

– Вообще-то он производит впечатление человека умного. Неприятного, но определённо умного.

– Тогда несколько странно, – пожал плечами Те Каеа, прихлёбывая из своей кружки тёмное пиво, в которое бармен, по просьбе драконида, всыпал толчёный порошок каких-то трав.

– Что странно?

– Граф Ардаши страстно хочет отыскать тех, кто похитил бумаги его подопечного. И при этом в первые дни констебли Канцелярии сбиваются с ног в поисках человека с травмированной рукой. Вместо того, чтобы искать серебро.

– Не забывай, это я осматривал серебро. Конечно, можно было попытаться прибегнуть к опознанию, привлечь экономку – но это если есть шанс с уверенностью опознать предметы. Вмятины, дефекты. Я знаю, о чём говорю, насмотрелся. Там была уйма похожих кофейников, чашек и прочего добра.

– Значит, либо граф Ардаши не верит в твои таланты…

– Либо вообще не знает о моём существовании. Не удивлюсь, если так. По-моему, агенту Хаффему даны полномочия действовать на своё усмотрение, был бы только результат. А он, скорее всего, не считает нужным сообщать начальству, каким образом ведёт розыск. Неудивительно, что граф Ардаши только теперь согласился изъять серебро – он ведь должен понимать, насколько это долгий и ненадёжный путь к цели, – Лайош сделал глоток сладкого сидра, покатал на языке. – У меня до сих пор такой поганый привкус во рту, – пожаловался он компаньону. – Будто я наелся пыли с кладбища.

– Ничего себе сравнение.

– Безнадёга. От большинства заложенных вещей идёт ощущение жуткой безнадёги.

– Ясное дело. Ведь в ломбард идут не от хорошей жизни.

– Не хотел бы я там работать, – признался Лайош. – Свихнуться можно.

– Тебе – пожалуй, – согласился Равири. – Ну, а что в итоге?

Рассказ о посещении трёх ростовщиков и о приметах убийц драконид слушал очень внимательно, а вот на описании того, как официальных визитёров принял арики, насмешливо фыркнул:

– Да уж, он это любит. Церемониал. Хотя бы формально, но объявить себя ровней правителя.

– Он же действительно вождь?

– Наследственная знать. Вот ты – человек. В твоём родном государстве были вожди, князья, короли, императоры. По-твоему, передача власти по наследству оправдана?

– Не задумывался.

– Вот-вот. Во многих свободных странах Валькабары совет арики – давным-давно целиком выборный. Место получают не по праву рождения, а за личные заслуги перед государством.

– Идеальное справедливое общество? – улыбнулся Лайош.

– Идеального общества не бывает и быть не может. Ни у нас, ни у вас, ни у муримуров, – Равири снова сделал большой глоток. Повертел кружку, наблюдая, как круговоротом закручивается в ней оставшееся пиво. – Но, возвращаясь к нашему вопросу – церемонии церемониями, а Те Рео наверняка уже начал розыски. И результаты он получит задолго до завтрашнего полудня.

– Мне так и подумалось. А ещё, – Шандор понизил голос и подался вперёд, – я подумал, что результаты, которые узнает арики, и те, что он представит Канцелярии, могут в итоге различаться.

– Он не станет покрывать убийц, – нахмурился Те Каеа. – По крайней мере, без очень веской причины.

– Именно. Что, если это агенты, работающие на кого-то с Валькабары? Что, если сам арики в курсе дел, и просто даёт им время скрыться?

Равири залпом допил пиво, спрыгнул со скамьи и, выйдя в проход, помахал пустой кружкой бармену:

– Повтори, дружище! – рявкнул он во весь голос, перекрывая гул общей беседы.

Бармен кивнул. Те Каеа, успевший оглядеться, и заодно убедившийся, что в соседней кабинке пусто, снова влез на скамью.

– Если это так, то тебе запросто отвертят здесь голову. И мне заодно. А если нет…

– Если нет – мы просто попробуем немного помочь арики в розысках. Вдруг удача окажется на нашей стороне.

– Да уж. Удача нам определённо не помешает, – с беспокойством пробормотал Равири.