Князь принял нас в том же кабинете, что и в прошлый раз, но сквозь вальяжность и скучающее равнодушие едва заметно проглядывала тревога.

– Франческо сказал, что вы хотели со мной поговорить, – пристально глядя на нас, проговорил он, – честно говоря, я не очень понимаю, какие серьёзные проблемы вы могли обнаружить. Но не в моих правилах игнорировать даже потенциальную опасность.

– Это верный подход, – кивнул Феликс, не обратив ни малейшего внимания на сквозившее в словах князя пренебрежение, – особенно с учётом того, что против вашей семьи уже давно организован заговор, который сейчас почти вошёл в финальную стадию.

– Давно не слышал ничего более нелепого, – фыркнул князь Морелли, но стиснувшие карандаш пальцы говорили другое, – в Стриберге царит порядок, установленный много веков назад, и он незыблем.

– Это вы так считаете, – я решил, что пришло моё время взять слово, – но разумно ли делать вид, что проблемы не существует и тем самым приближать крах?

– Пока я не услышал ничего, что хоть как-то подтверждало бы ваши слова, – возразил князь Морелли, – то, что Шмидты внедрили к нам своего аналитика, ещё ни о чём не говорит. Да, вчера я был слегка несдержан в оценках, но, поразмыслив, пришёл к выводу, что имеет место быть самая обычная случайность.

– Я понимаю ваше желание не вмешивать во внутренние дела Стриберга посторонних, – мягко, но уверенно сказал я, – но так уж получилось, что мы оказались втянуты в этот конфликт. Вчера фиор Феликс получил документы, взятые с рабочего стола исчезнувшего Сильвио Аридженто, и нашёл в них много любопытного. Но, полагаю, он сам расскажет лучше.

– Интересно, что фиор смог там отыскать…

Князь Джулиан жестом предложил Феликсу начинать и откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза.

Говорил Феликс долго, но уже через пять минут князь прекратил изображать из себя высокомерного правителя, снизошедшего до окружающих. Он, не мигая, смотрел на невозмутимого Феликса, излагавшего ему свои выводы и подкреплявшего их конкретными данными, и, кажется, даже не дышал.

– … в результате ни одна из заявленных семьёй Морелли сделок не дошла бы до финала из-за множества нестыковок на различных этапах, – неторопливо говорил Феликс, – а те проекты, которые ваш клан позиционировал как перспективные и куда многие вложили средства, оказались бы убыточными, так как партнёры, не получившие вовремя подтверждений и столкнувшиеся с неоправданно высокими таможенными пошлинами, отказались бы от сделок, чтобы не увеличивать собственные финансовые риски. Помимо этого именно те товары, которые закупались по рекомендации клана Морелли, почему-то облагались более высокими таможенными пошлинами. Не намного, но тем не менее, при больших объёмах закупок это немаленькие суммы.

– То есть Сильвио – это просто один из винтиков большого механизма, который работал на то, чтобы по-тихому сменить власть в Стриберге, – обобщил я, хотя по мрачному лицу князя было ясно, что он и сам сумел сложить два и два. – И, поверьте, у них всё получилось бы, если бы не наш визит, обязательная регистрация и бегство Сильвио. Полагаю, что при всём бережном отношении к численности вашей общины, фиора Аридженто уже никто и никогда не увидит.

– Почему ты так думаешь? – спросил Франческо.

– Потому что знает он слишком много, а в состоянии даже небольшой опасности паникует и способен навредить общим интересам. Понимаете, в том мире, где я жил раньше, подобные игры – это нормальное явление, они никого не удивляют, к ним все привыкли. Вы, уж простите мне мою резкость, просто расслабились здесь, в Оверхилле, считая, что вековые традиции вас защитят. Но вы ошиблись.

– А сегодня тебя пытались отравить… – задумчиво продолжил Франческо, – на территории трактира, принадлежащего семье Коэлл, которая является вассалом клана Морелли.

– Который даже безопасность высоких гостей обеспечить не в состоянии, – закончил его мысль князь, – и на ближайшем большом совете нас обвинили бы… Проще сказать, в чём не обвинили бы… Франческо, объявляй сбор клана, нам надо выработать стратегию, пока ещё не поздно. Скажите, фиор Феликс, я понимаю, что вы состоите на службе у князя Чилларио, но я хотел спросить… Не могли бы вы иногда отказывать мне услуги консультационного характера? Не Стрибергу, а именно мне, то есть семье Морелли? И начать я хотел бы с полного внутреннего и внешнего аудита. Поверьте, оплатой останетесь довольны.

– Вы совершенно верно заметили, что я уже состою на службе, – доброжелательно отозвался скелет, – но разовые услуги нам оказывать не запрещено. Поэтому, полагаю, когда мы завершим первый этап своей работы, мы сможем обсудить данный вопрос. Я вот здесь набросал свои соображения, отдайте их тому, кому доверяете, а лучше – используйте сами, не делегируя никому. С учётом обстоятельств так будет надёжнее.

– Благодарю, – князь склонил голову, а Франческо неверяще моргнул. Видимо, подобное случалось крайне редко, но тут получалось, что мы все, и особенно Феликс, спасли клан Морелли в целом и князя в частности от огромных неприятностей. – Вы сейчас отправляетесь к Шмидтам?

– Совершенно верно, – ответил я, – и, так как возвращаться сюда мы не планируем, то хотели попросить вас написать рекомендательные письма к фиоре Пале и фиору Витре.

– Фиор Леон попросил, чтобы до того момента, пока они не покинут Стриберг, их сопровождал бы Луиджи.

– Интересный выбор, – князь бросил на меня внимательный взгляд, – Луиджи Бевилаква обладает очень непростым характером, в чём вы, собственно, уже имели возможность убедиться. Но при этом он всегда держит данное слово, этого у него не отнять. И вы правы в том, что с учётом обстоятельств путешествовать по Стрибергу вам лучше с охраной. Что сказал сам Луиджи?

– Удивился, но не стал отказываться, – ответил Франческо, – сказал, что это должно быть… познавательно.

– Хорошо, так всем будет спокойнее, – князь поднялся, давая понять, что аудиенция закончена, – буду рад в любой момент оказать вам услугу, и это не пустые слова. Клан Морелли у вас в долгу. Рекомендательные письма принесёт Франческо, он же проводит к вам Луиджи. До встречи, фиорита, фиоры…

Мы тоже встали и направились к двери, но на полпути я остановился и спросил:

– Скажите, пожалуйста, ваша светлость, к кому в клане Шмидт мы можем обратиться по поводу аренды банковской ячейки и в каком банке лучше это сделать? Я понимаю, что это не совсем ваша сфера интересов, но вы наверняка знаете.

– Разумеется, – князь был настолько любезен, что даже подавил раздражение, которое вызвал у него я своим вопросом. Я прекрасно его понимал: надо собирать клан и спасать ситуацию, а тут я со своей ячейкой. – Я бы посоветовал вам обратиться к Клаусу Шмидту, он правая рука главы семьи, Пауля Шмидта. Он занимается именно этими вопросами и за все годы ни разу не был замечен ни в чём предосудительном. Понимаю, что сейчас это не самая надёжная гарантия, но сам я обратился бы именно к нему.

– Благодарю, – кивнул я, и мы наконец-то покинули кабинет главы семьи.

В коридорах царила не то чтобы суета, но вампиров, снующих в разных направлениях, стало намного больше. Мы увидели почти всех, с кем познакомились во время регистрации, и большинство раскланивалось с нами вполне любезно, а Агата вообще удостоилась нескольких дружеских объятий и братских поцелуев в щёчку. Вот ведь что армрестлинг животворящий делает!

Луиджи ждал нас во дворе, с комфортом устроившись в глубокой тени, хотя, пока мы разговаривали с князем, на небо набежали облака и прямого солнца не стало.

– Почему?

Вампир смотрел на меня и не делал ни малейших попыток встать и отправиться куда-то, всячески демонстрируя, что сначала ответы на вопросы – потом охрана и помощь.

– А почему нет? Ты хороший боец, знаешь местные реалии, наверняка сможешь подсказать нам какие-то полезные мелочи. К тому же я обещал показать тебе несколько приёмов, а я привык выполнять свои обещания.

– Я нужен клану здесь и сейчас, – упрямо возразил Луиджи, – мне не нравится, что в сложный момент я должен покинуть семью.

– Лучшая помощь, которую ты можешь оказать клану, – это помочь сохранить жизнь этим троим, – неожиданно раздался за спиной голос Франческо, – пусть остальные знают, что семья Морелли защищает тех, кто для неё важен. Леона уже пытались убить сегодня утром, и нет никаких гарантий, что покушения не повторятся. Поэтому ты сопровождаешь их во время всех визитов, нужные документы возьмёшь у меня. Охраняешь их и смотришь внимательно вокруг: мы на грани большой войны, Луиджи. И нам важно, чтобы представители Отдела регистрации покинули Стриберг живыми и здоровыми. Нам ни к чему гнев сам понимаешь кого, – тут Франческо многозначительно понизил голос, – нам и без того, как оказалось, проблем хватает. И, если бы не Отдел, мы так ничего и не узнали бы до самого последнего момента. Так что мы им должны, Луиджи.

– Я тебя услышал, – вампир окинул нас уже совершенно иным взглядом, – ну что же, вы готовы к выходу?

– Только вещи заберём из комнат, – сказал я, но Бевилаква меня остановил.

– Всё не забирай, ночевать вернёмся сюда, тут недалеко, – сказал он тоном, не предполагающим возражений, – и давай договоримся, что если уж я отвечаю за вашу безопасность, то вы делаете так, как я говорю.

– Как скажешь, – я пожал плечами, – мы пока тут плохо ориентируемся, так что за любую помощь будем благодарны.

Через полчаса, получив рекомендательные письма к главам Вальперола и Регнашаута, мы отправились в замок, принадлежавший семье Шмидт, которая если и не стояла единолично во главе заговора, то была его активнейшим участником.

Путь наш лежал по хорошей грунтовой дороге, оснащённой всякими стоками, канавками и чем-то наподобие тротуаров.

– А в дождь не размывает? – поинтересовался я. – Может, покрытие какое сделать?

– Зачем? – удивлённо покосился на меня Луиджи. – Когда начинается время дождей, мы просто платим пылевику, и он время от времени, по необходимости, проверяет все дороги.

– Кто такой пылевик? – с искренним интересом спросил я. – Просто я из чисто техногенного мира, у нас их нет…

– То, что ты о них не знаешь, ещё не значит, что их нет, – философски заметил Луиджи, не проявлявший ни малейших признаков враждебности, – мелкая нечисть есть везде, просто где-то она прячется, а где-то, как у нас, существует открыто. Пылевики живут на дорогах, следят за их состоянием, вовремя отводят воду, убирают лужи, где надо – подсушат, где надо – корни деревьев отведут, чтобы не разрушали.

– Ты сказал, что вы им платите, – вступил в разговор Феликс, вынырнувший из каких-то своих размышлений, – а чем? Вряд ли им нужны деньги.

– Нет, конечно, – насмешливо фыркнул Луиджи, – они предпочитают энергетические артефакты, из которых научились вытягивать силу, которую могут усвоить. Непросто тебе будет, Леон, после техногенного мира привыкать ко всему.

– Ничего, справлюсь, – усмехнулся я, – не впервой. Расскажи мне о Шмидтах, что знаешь. К чему нам готовиться?

– Хорошо, – кивнул вампир, – Шмидты – вторая по величине семья Стриберга, во главе стоит Пауль Шмидт, тот ещё змей. Вы с ним поаккуратнее, он, конечно, напрямую не станет препятствовать, но по мелочи – запросто.

– А сколько их всего?

– Точно не скажу, но где-то около сорока, – подумав, ответил Луиджи, – они контролируют банки и тесно связаны с семьёй Родригес. Как-то поговаривали даже об объединении кланов, но потом они что-то не поделили, и вопрос был снят. Это хорошо, потому что против объединённой силы мы не выстояли бы. Остальные кланы тоже были рады, что ничего не получилось, но между Шмидтами и Родригес с тех пор не всё гладко.

– А замок Родригес далеко?

– Нет, в Стриберге в принципе всё рядом, так что если у Шмидтов быстро управитесь, то сегодня можно ещё пару небольших семей оформить. А завтра прямо с утра навестить Родригес и Болатти, они по соседству обитают. Ну и на третий день оставить Зильвер и те мелкие семьи, кого не зарегистрируете раньше.

– То есть в три дня можем уложиться?

– Если ничего не случится, то вполне, – кивнул Луиджи, – и ты дашь мне несколько уроков этого… как ты называл… бокса.

– Договорились, – не стал спорить я, – устроим спарринг.

Так за разговорами мы дошли до поворота, за которым нам открылся вид на замок, бывший почти точной копией замка клана Морелли, разве что камень был другого цвета, да окна были уже и больше похожи на бойницы.

Интересно, здесь всё пройдёт гладко, или Агате снова придётся что-нибудь придумывать? А вообще девчонка оказалась молодцом: я опасался, что она будет тарахтеть без умолку, а она ничего – говорит исключительно по делу, да и помощь от неё немалая. Посмотрим, как всё пройдёт на этот раз…