За ночь я, как ни странно, даже вполне прилично выспался, и мне ничуть не мешало то, что я нахожусь в центре города, население которого состоит из нескольких сотен вампиров. Человеческая психика – чрезвычайно гибкая штука, в этом я в очередной раз убедился на собственном опыте.

Утром я привёл себя в порядок и наведался в первую очередь к Феликсу: мне было очень интересно, что он смог накопать в переданных Франческо бумагах.

Скелет обнаружился в выделенной ему комнате за столом, на котором в одном ему понятном порядке были разложены какие-то документы, а сам Феликс что-то увлечённо писал в своём блокноте.

– Доброе утро, – поздоровался я, пододвигая к столу одно из кресел, – ну что, нашёл что-нибудь любопытное?

– Разумеется, – он взглянул на меня с лёгким упрёком, мол, чтобы я да не нашёл? За кого ты меня принимаешь?

– Расскажешь?

– Ну, во-первых, хочу тебе сказать, Леон, что дело здесь поставлено с размахом. В городах вампирами контролируется всё, что имеет отношение к деньгам. Они ведают тем, кто и какое финансирование получит, какой будет процент в меняльных и залоговых лавках, какой налог будут платить торговцы. И вот последнее – принципиальный момент. Фишка в том, что в Оверхилле практически нет промышленности, это не то что не техногенный мир, это мир, в котором не производится практически ничего. Всё: от кастрюль до коммуникаторов – завозится из других миров. Улавливаешь?

– Пока не очень, – честно ответил я, – но ты ведь мне объяснишь, правда?

– Товары поставляются из других миров, следовательно, огромное значение имеют торговые пошлины, а также кредиты, потому как далеко не всегда у торговца есть необходимый оборотный капитал, то есть живые деньги для того, чтобы оплатить товар, – пояснил Феликс, видимо, поняв, что мне надо всё – ну или почти всё – разжёвывать.

– А таможенными делами у нас ведают Родригес, – я кивнул и, взяв со стола чистый лист бумаги и карандаш, начал чертить, – а кредитами рулят Зильвер. Но при этом главной всё же считается семья Морелли, так как именно в неё входит единственный в Оверхилле вампирский князь.

– Зришь в корень, – похвалил меня Феликс, и почему-то стало очень приятно, хотя мне казалось, что к подобным моментам я давным-давно приучил себя относиться равнодушно, – и, судя по всему, кое-кому захотелось изменить ситуацию. Вспомни, что говорил князь вчера: сменить правящую семью можно либо полностью её уничтожив, либо доказав, что её деятельность наносит ущерб интересам всего вампирского сообщества. Устранить такой крупный клан очень сложно, да и не станут вампиры так разбрасываться сородичами. А вот доказать, что их деятельность вредит интересам Стриберга – это уже гораздо реальнее.

– И что ты выяснил?

– Судя по документам, последние несколько месяцев осуществляется планомерная, тщательно продуманная деятельность по предстоящей дискредитации клана Морелли, это мне, например, совершенно очевидно. Ещё пара месяцев, и все контракты, которые аналитики клана – а мы помним, кто у них в аналитиках – представляли как наиболее выгодные и перспективные, оказались бы пустышками. Выглядит всё чрезвычайно привлекательно, но на деле для их осуществления нет ни финансовой базы, ни соответствующих документов.

– И кто у нас такой умный? – спросил я, хотя ответ, в общем-то, был очевиден.

– Я бы сказал, что в стороне остался только клан Болатти, но это исключительно потому что они вообще работают достаточно автономно, просто обеспечивая Оверхилл денежными знаками. Их контракты практически все – внутримировые. Зато именно у них наиболее прочные и разветвлённые связи с Регнашаутом, это нужно будет потом иметь в виду.

– Предлагаю после завтрака поговорить с Франческо, а потом, скорее всего, и с князем Джулианом.

– Хорошо, – не стал спорить Феликс, – подожди минутку, я соберу документы, а ты пока зайди за Агатой, ладно? Встретимся уже в трактире.

Я не стал спорить и так и сделал: прихватил по пути ведьмочку, уже вовсю кокетничавшую в коридоре с каким-то молодым вампиром, который и проводил нас в нужное помещение.

Именно в этом трактире я впервые увидел толстого вампира: все попадавшиеся мне до этого были поджарыми, даже худощавыми. Некоторые, типа Луиджи, могли похвастаться рельефной мускулатурой, но владелец трактира был именно толстячком. Симпатичным, кругленьким и на удивление приветливым.

– Меня предупредили, что сегодня нужно будет кормить необычных гостей, – тарахтел он, выставляя на наш стол тарелки с аппетитно пахнущей едой, – поэтому всё уже готово. Приятного аппетита!

Поблагодарив хозяина, мы принялись за еду, которая оказалась удивительно вкусной, а Феликс пополнил свой запас пластинок, содержавших, как я теперь знал, концентраты веществ, помогающих поддерживать энергию таким, как он.

Отодвинув тарелки, я налил себе какого-то горячего напитка из большого кувшина, стоявшего на столе, но не успел сделать ни одного глотка, потому что Агата внезапно принюхалась и резко сказала:

– Поставь чашку, Леон. В этом напитке есть добавка, которая безвредна для вампиров, да и я отделалась бы головной болью, а вот для человека она смертельна. Это пыльца цветка, который у нас в Калеанте называется эмерана, а как здесь, в Оверхилле, не знаю. Просто у него очень необычный для растения аромат, похожий на… – девушка поморщилась и прищёлкнула пальцами, – на… ванильный крем.

Я не успел ничего сказать, так как в трактир вошёл Франческо и сразу направился к нам.

– Добрый день, – поздоровался он, усаживаясь за стол и жестом показывая трактирщику, что ему ничего не нужно, – как спалось? Что удалось узнать?

– Леона только что пытались убить, – сердито глядя на него, сказала Агата, – и если бы я не узнала запах, то вы сейчас имели бы труп человека, которого на должность руководителя Отдела регистрации назначил лично князь Лоренцо Чилларио. Сотрудники Отдела неприкосновенны, это официально подтверждённый факт.

– Убить?! Чушь какая! – воскликнул Франческо. – Не может быть!

– А вы проверьте, – сейчас Агата совершенно не напоминала ту весёлую девчушку, которая бодро скакала, радостно размахивая самодельными разноцветными помпонами. Перед нами была разъярённая ведьма с пылающими зеленью глазами и удлинившимися крепкими ногтями, больше похожими на когти. – Есть сейчас в Стриберге хоть одна ведьма?

– Кажется, как раз сегодня должны были забирать монеты из хранилища, – задумчиво ответил Боттаро, – может быть, они ещё здесь. Сейчас узнаю…

Он быстро набрал сообщение на коммуникаторе и внимательно посмотрел на меня:

– У меня есть чёткое ощущение, что ваше появление, я имею в виду Отдел, стронуло с места какие-то очень важные вещи. Мне сложно объяснить свои предчувствия, но они до сих пор никогда меня не обманывали.

Булькнул коммуникатор, и Франческо, прочитав сообщение, ответил, а потом убрал средство связи в карман.

– Сейчас сюда подойдёт фиора Лаура, мы успели её застать, и я попрошу её проверить ваше утверждение, фиорита Агата, так как брошенное вами обвинение очень серьёзно.

– Я в своих словах уверена, – фыркнула наша ведьмочка, – и не сомневаюсь в вердикте вашей фиоры Лауры.

– Независимо от этого, Франческо, мы с фиором Феликсом хотели бы с тобой поговорить… приватно, – сказал я, – так как на основании документов, которые ты нам передал, мой партнёр сделал очень интересные выводы.

– Хорошо, но сначала давай дождёмся фиору ведьму, – согласился вампир.

Ждать пришлось не слишком долго, и достаточно скоро в трактир вошла, точнее, вбежала достаточно молодая женщина, одетая просто и удобно: в свободные светлые брюки и такую же рубашку, перехваченную на талии широким ремнём.

Первым делом она отыскала глазами Агату и буквально впилась в неё взглядом, в котором сочетались сомнение и жгучее любопытство.

– Ты ведьма? – по-прежнему игнорируя нас, спросила она.

– Да, я из мира, который называется Калеанта, – спокойно ответила девушка, – здесь я как сотрудник Отдела регистрации. Меня зовут Агата.

– Никогда не слышала про такой мир, – пожала плечиками фиора Лаура, – а вот про Отдел ходили слухи. Значит, они оказались правдой… А почему вы решили сначала посетить Стриберг? Разве не проще было начать с нас?

– Так нам посоветовали поступить, – объяснила Агата, – и так как мы пока ничего не знаем об Оверхилле, то было решено прислушаться к совету.

– Фиора Лаура, – вмешался в их разговор Франческо, – давайте сначала определимся с тем вопросом, ради которого я позволил себе вас побеспокоить.

– Ах да, – ведьма сделала вид, что совсем забыла о цели своего визита, – мне сказали, что в каком-та напитке обнаружили яд?

– Не совсем так, – по-прежнему невозмутимо ответил ей вампир, – фиорита Агата сказала, что там есть некий ингредиент, смертельный для человека. А руководитель Отдела регистрации, как вы можете видеть, именно человек. И нам бы хотелось услышать ваше компетентное мнение.

– Ну что же, мне не сложно, – подумав, заявила ведьма, – давайте сюда ваше сомнительное питьё.

Хмурый трактирщик принёс чистый стакан, и Франческо лично налил в него из того самого кувшина. Фиора Лаура осторожно взяла стакан, принюхалась, и мне даже показалось, что у неё зашевелился кончик носа, как у мыши, но я тут же прогнал эту крамольную мысль. Мало ли, вдруг местные ведьмы умеют их читать?

– Напиток совершенно безопасен для нас, но действительно смертелен для человека, – через некоторое время заявила она, – кто-то от души сыпанул сюда пыльцы мёртвой розы.

– У нас этот цветок называли эмерана, – сказала Агата, с торжеством глядя на мрачного, как туча, Франческо, – я узнала по запаху, его ни с чем не спутаешь.

– Молодец, – похвалила девушку ведьма, оценивающе разглядывая её, – теперь этот человек обязан тебе жизнью. Не стесняйся ему об этом напоминать, так как людям свойственно забывать такие вещи.

– Не беспокойтесь, фиора, я знаю, что такое долг жизни, – негромко проговорил я, – и я очень благодарен Агате.

– Пустые слова, – отмахнулась она от меня, презрительно наморщив аккуратный носик, – впрочем, меня это совершенно не интересует. Вы планируете посетить Вальперол?

Она по-прежнему обращалась к Агате, демонстративно не обращая на нас с Феликсом внимания. Ну да и ладно, мы не гордые, а лишнее внимание ведьмы, оно не всегда хорошо сказывается на здоровье.

– Да, после того, как завершим работу здесь, в Стриберге, и после сдачи отчётности планируем провести регистрацию или в Вальпероле, или в Регнашауте.

– А можно как-то отказаться от этого сомнительного удовольствия? – недовольно фыркнула ведьма. – Мы всегда были абсолютно свободны, с какой стати нам проходить какую-то регистрацию?

– Полагаю, что решение такого уровня будет принимать глава вашей общины, фиора Жозефина Пале, – невозмутимо сказал Феликс, – но благодарим вас за ваше мнение.

Ведьма возмущённо посмотрела на него, но ничего не сказала и вышла из трактира.

– Я должен сообщить о покушении князю, – тяжело вздохнул Франческо, – а потом заняться расследованием.

– Нам бы поговорить, – многозначительно понизив голос, сказал я, – Феликс нарыл много интересного. Не скажу, что это приятная информация, но что важная – это несомненно. Как ты думаешь, может быть, его светлость тоже хотел бы послушать?

– Настолько важная?

– Да, – кивнул Феликс, – она касается будущего вашего клана, над которым нависла серьёзная и вполне реальная опасность. И она гораздо серьёзнее, чем мне казалось ещё утром.

Какое-то время вампир сверлил нас недовольным взглядом красных глаз, но потом тяжело, как-то совсем по-человечески, вздохнул и вышел из трактира, бросив на ходу:

– Дождитесь меня, я скоро…

Мы проводили его взглядами, а потом я повернулся к трактирщику, который то и дело поглядывал в нашу сторону из-за стойки.

– Я надеюсь, что вы не виноваты в произошедшем, – проговорил я максимально доброжелательно, – и после выяснения обстоятельств репутация вашего заведения не пострадает.

– Да я бы сам кишки выпустил тому, кто так меня подставил, – с неожиданной кровожадностью сказал толстячок, – это надо ж такое придумать! Под моей крышей сотрудника нового Отдела травить!

– А вы к какой семье относитесь, если не секрет?

– Так какой тут может быть секрет, – поморщился трактирщик, – буду регистрацию проходить, так всё равно узнаете. Моя семья небольшая, но мы находимся под покровительством клана Морелли.

– Что и требовалось доказать, – хмыкнул Феликс, – атака идёт по всем фронтам. Надо непременно говорить с князем, Леон, и побыстрее. Кажется, мы очень вовремя прибыли с регистрацией.

Я не успел ничего ответить, потому что в трактир заглянул Франческо и поманил нас за собой, мол, не отставайте.

– Князь Джулиан ждёт нас…