В комнате, которую мы определили как гостиную, Посредник нервно заозирался, не решаясь куда-либо сесть. Агата, заметив это, быстренько смахнула пыль со стоявшего возле стола кресла и гостеприимно предложила его посетителю.

– Присаживайтесь, уважаемый Посредник, – с улыбкой проговорила ведьмочка, устраиваясь на диване так, чтобы видеть и гостя, и нас с Феликсом, – мы так рады с вами познакомиться, так рады!

Тут Агата призывно посмотрела на нас: видимо, мы тоже должны были высказать невероятную радость от встречи с таким чудесным представителем Оверхилла.

– Я тоже рад, – неожиданно я заметил, что голос у Посредника был на удивление приятным, глубоким и каким-то обволакивающим. Странно, но, когда он разговаривал с нами на улице, я этого почему-то не ощутил. Может быть, дело было в том, что мы переместились в замкнутое пространство? Или он просто «включил» какие-то свои скрытые способности? Как бы то ни было, слушать его хотелось бесконечно, забыв обо всём остальном, и соглашаться… соглашаться…

Собравшись с силами, я встряхнулся и постарался сосредоточиться на смысле того, что будет нам говорить этот непонятный мутный тип. Ну вот не вызывал он пока у меня ни малейшей симпатии, что ж тут поделать!

– Вы, наверное, сможете более подробно рассказать нам о том, что входит в наши обязанности и каким образом будет выглядеть наша работа, – сказал я, с облегчением чувствуя, что когда Посредник молчит, он нравится мне гораздо больше. Ну вот не люблю я, когда мной манипулируют, даже в таких небольших объёмах.

– Я постараюсь, – ответил он, внимательно и слегка настороженно глядя на каждого из нас по очереди, словно проверяя, насколько мы поддались чарам его голоса, – для этого я, собственно, и прибыл.

– Только, пожалуйста, не нужно пытаться воздействовать на нас ментально, – неожиданно проговорил Феликс, – вероятность того, что это сработает, минимальна, меньше десяти процентов. Результата не будет, а отношения испортятся. Мы ведь не заинтересованы в этом, правда?

– Ах вот в чём дело! – воскликнула Агата. – А я всё думаю: что у меня словно щекотка какая-то в голове началась! Дорогой Посредник, мы родились не в Оверхилле, так что Феликс прав, на нас ваши способности действуют очень слабо. Думаю, это и было одной из причин, почему в этот отдел набирали из других миров.

– Тогда, может быть, перейдём непосредственно к делу? – предложил я, и Посредник активно закивал, мол, непременно, вот прям сразу и перейдём.

Он извлёк из портфеля очередную стопку бумаг и аккуратно пристроил её на край стола.

– Это сведения, которые могут вам понадобиться, – сказал он, и на этот раз я не почувствовал ничего особенного в его голосе, – а также таблицы, которые будут служить для вас ориентиром при составлении отчётов.

– А чего делать-то надо? – в лоб спросил я, так как эта неопределённость реально начинала напрягать.

Посредник ещё раз обвёл нас взглядом, душераздирающе вздохнул и начал говорить. Из его речи, затянувшейся не меньше, чем на полчаса или, пользуясь местными терминами, к которым надо постепенно привыкать, на половину круга, я понял следующее. Всю нашу деятельность условно можно разделить на два этапа: первый, относительно короткий, связанный с регистрацией уже имеющейся в наличии на Оверхилле нечисти и нежити, и второй, не имеющий временных границ и заключающийся в постоянном контроле за прибывающими в мир существами и их регистрацией, иногда принудительной. Связано это со многими моментами: с правопорядком, с налогами, с межмировыми отношениями и ещё с множеством факторов. Задача Посредника заключается в том, чтобы на первых порах оказывать нам бесплатные консультационные услуги и обеспечивать контактами с представителями различных общин, кланов, групп и прочих объединений местных жителей. При этом Посредник сразу оговорил, что жить он будет у себя и, следовательно, на комнату в нашем доме ни в коем случае не претендует.

Также он подтвердил, что больших групп населения в Оверхилле несколько: люди, ведьмы, вампиры, призраки, зомби, демоны, лесная и луговая нечисть ну и прочая мелочь. Перечисляя, он выкладывал перед нами расчерченные листы бумаги, показывая, какие сведения и куда мы должны заносить.

Сроки первого этапа нам никто не устанавливал, но, как сказал Посредник, было бы неплохо, если бы мы управились за три-четыре месяца. И после этого уже работали, так сказать, в штатном режиме. С его точки зрения, это было вполне реально, если не рассиживаться и оперативно посетить все основные анклавы Оверхилла.

Таблицы с нашего молчаливого согласия забрал себе Феликс, так как кому как не ему разбираться со всем этим множеством данных.

Посоветовав нам посетить фиора Мила Реута в ближайшее время, Посредник поднялся и направился к выходу, видимо, сочтя свою миссию выполненной. Однако у нас остались вопросы, и мы не собирались вот так легко отпускать единственный на данный момент доступный источник информации.

Поэтому я встал у двери, а Агата, лучезарно улыбаясь, подхватила Посредника под локоток и мягко, но решительно развернула обратно к креслу.

– Ну куда же вы, уважаемый Посредник, – проворковала она, и у гостя почему-то нервно дёрнулся левый глаз, – мы бы были очень признательны, если бы вы ответили нам на несколько вопросов.

– Скажите, а почему вы нас так боитесь?

Феликс со свойственной ему прямотой озвучил вопрос, который уже давно созрел и у меня. Посредник моргнул и, глубоко вздохнув и зачем-то оглядевшись, прошептал:

– Я слышал, как фиор Реут говорил, будто бы вы виделись с самим… – тут он многозначительно посмотрел начала куда-то вниз, а потом перевёл взгляд на потолок.

– Вы кого имеете в виду? Если князя Чилларио… – начал я, но Посредник замахал руками и прижал палец к губам.

– Что вы! Нельзя лишний раз упоминать его светлость! Он был в Оверхилле давно, но многие старики, особенно в Стриберге, помнят, как оно было! Как говорится, летели клочки по закоулочкам! А недавно просочились слухи, – тут Посредник поманил нас к себе, и мы послушно придвинулись поближе, – что он собирается снова нанести визит. И что это как-то связано с вами, с теми, кто будет работать в Агентстве. В документах оно, правда, называется Отделом, но и фиор Реут, и остальные предпочитают называть его Агентством, так звучит несколько внушительнее, правда? Так вот, это, конечно, закрытая информация, но так как она напрямую связана с вами, то я счёл возможным…

– Спасибо, – проникновенно сказала Агата и, вынув из рюкзачка небольшой флакончик, накапала в стоявший на столе стакан с водой примерно четверть чайной ложки тёмно-зелёной жидкости. По комнате тут же поплыл знакомый запах: мята, эвкалипт, лимон…

– Выпей, – она пододвинула стакан к Посреднику, переходя на «ты», – у меня по зельям всегда «отлично» было, а это успокоительная настойка. Могу с собой дать флакончик, а то ты нервный какой-то.

– Будешь тут нервным, – Посредник принюхался и лихо, одним глотком, демонстрируя немалый опыт, опрокинул в себя зелье, – я хоть с вами и временно, а вдруг он, – тут гость сделал какой-то замысловатый жест, – он появится раньше, и мне придётся с ним столкнуться? Вот где ужас-то!

– А чего ты так его боишься? – поинтересовался Феликс, тоже отбрасывая излишний официоз. – Он такой страшный? Просто из нас троих его видел лично только Леон и даже разговаривал с ним.

– Да ты что? Вот прямо разговаривал? – в голосе Посредника смешались восторг, ужас и недоверие.

– Было дело, – я внезапно почувствовал себя очень важной фигурой. Наверное, так на меня в прошлой жизни смотрели бы, если бы я сказал, что мне лично пожал руку президент Владимир Путин. – Просто при перемещении произошла техническая ошибка, и меня перенесло не в центр диагностики, а в кабинет к князю.

– Ничего себе! – воскликнула Агата, и я вспомнил, что не рассказывал коллегам подробностей. – И чего?!

– Он мне рассказал про Оверхилл, пожелал удачи и сказал, что будет присматривать, – выложил я, – но сомневаюсь, что у него будет на это время. Я так понял, что забот у него и без нас полно.

– А какой он? Красивый? – чисто женским интересом спросила Агата, не обращая внимания на слегка осуждающие взгляды Посредника и Феликса.

– Эффектный, – подумав, выбрал я наиболее подходящее, с моей точки зрения, определение, – а что касается подробностей, то я не уверен, что вправе их разглашать. Впрочем, если слухи правдивы, то у тебя будет возможность увидеть его самой.

– Мы должны показать себя с лучшей стороны, – решительно заявила ведьмочка, – особенно с учётом того, что князь, возможно, действительно помнит о тебе, Леон, и, как следствие, о нас. Кстати, тебя как зовут-то?

– Ральф, – уже совершенно спокойно ответил Посредник, видимо, настойка Агаты действительно работала.

– Очень приятно, – улыбнулась девушка, – я Агата, я Организатор, это, – она кивнула в мою сторону, – Леон, он Миротворец, а Феликс – Контролёр.

– И мне очень приятно, – кивнул Ральф, – ну так что, когда вы собираетесь в Максиор?

– А как туда добираться? – вопросом на вопрос ответил я: тут уж не до вежливости, нужно успеть разжиться информацией, пока этот очухавшийся Посредник не свалил отсюда делиться новостями.

– Там конюшня есть, – махнул рукой гость куда-то в сторону сараев, – туда сегодня или завтра приведут коней, они тут в деревушке неподалёку. Ну а до столицы отсюда пара кругов… ну плюс-минус десятинка, – он посмотрел на нас и на всякий случай добавил, – десятинка – это десять долек, в круге десять десятинок…

– Спасибо. А ты как сюда добрался? – я решил окончательно прояснить транспортный вопрос.

– У меня служебный портал, но вам они по инструкции не положены, – пояснил Посредник, – и не спрашивайте меня, почему. Я правда не знаю. Ключ от столичной конторы вам дали? Отлично, значит, там и увидимся, скажем, через четыре дня. Этого времени вам наверняка хватит на окончательную адаптацию. Как прибудете в контору, так сразу мальчишку ко мне отправьте, их там много на первом этаже бегает. Скажете, чтобы позвал фиора Ральфа Пьята.

– С визита в какой город ты посоветовал бы нам начать?

Феликс задал очень верный вопрос, о котором я почему-то не подумал.

– Это уж вы сами решайте, – покачал головой фиор Пьята, – но я бы посоветовал начать либо со Стриберга, либо с Вальперола, так как соваться совершенно неподготовленными в Регнашаут очень рискованно, как и в Манвенит. Но вы смотрите сами, как вам интуиция подскажет. Кристаллы посмотрите, изучите бумаги… Я могу проконсультировать, но принимаете решения вы только самостоятельно, таковы правила. Поэтому, когда позовёте меня, скажете, что решили, и я расскажу вам всё, что нужно знать о месте, куда вы соберётесь отправиться. Ну что, договорились?

– А если нам срочно понадобится какая-нибудь информация? У нас нет никакого экстренного канала связи с тобой? – уточнил я, так как оставаться в самом начале без возможности обратиться за помощью не хотелось.

– Нет, – Посредник вздохнул, кажется, даже почти искренне, – но я вам оставлю рекомендательное письмо для старосты деревни, которая находится вон там, – тут он махнул рукой куда-то в сторону леса, – его зовут Ларви, точнее, Хряк Ларви. Он человек, хотя где-то там среди предков у него явно были или оборотни, или болотные тролли. Вы, главное, на внешность не смотрите: выглядит он жутко, но по натуре добряк и вообще… душа-человек. Он вам и с лошадками поможет, и с продуктами на первое время, да и вообще… наладите соседские отношения.

– А как деревня называется? – уточнил Феликс, листая бумаги.

– Не знаю, – Ральф пожал плечами, – никогда не интересовался, она так-то тут одна, не перепутаете. Но если очень надо, так сказать, для общего развития, то у Ларви и спросите.

– Нам не для общего развития, а для отчётности, – строго сказал Феликс, – всё должно быть учтено и зафиксировано.

– Это да, – тут же согласился Посредник, извлекая из внутреннего кармана конверт, – как же без этого! А вдруг действительно Сам пожалует? Тогда без отчётов никак… Вот и письмо, хорошо что напомнили, а то ведь мог бы и забыть!

Глядя на Ральфа я с каждой минутой всё больше понимал, что в Оверхилле, конечно, нужна служба по учёту и контролю населения, но нас постараются если не подмять, то хотя бы сделать «карманными». Чтобы в тех самых отчётах значились именно те цифры, которые нужны, а не те, которые есть на самом деле. Расчёт был достаточно простой: пока чужаки разберутся в хитросплетениях местной политики и общественного устройства, пройдёт немало времени, а там, глядишь, и подходы к каждому из сотрудников найдутся. Но, мне кажется, у них ничего не получится. Не знаю, как Агата с Феликсом, а я всю прошлую жизнь приспосабливался и прогибался, так, может, хоть в этой получится не существовать, а жить?