Причём сама брюнетка откровенно строила ему глазки, призывно улыбалась и постоянно трогала рукой колье, явно привлекая внимание собеседника к своему пышному бюсту.

«Горбатого только могила исправит», – раздражённо подумала я и отвернулась.

Я злилась не столько на Бернарда, сколько на саму себя.

Какая же я дура! Повелась на красивые слова об истинной паре, поверила, что действительно важна Бернарду. И что в итоге? Он мило беседует с другой, хотя обещал быть моим кавалером на этом вечере.

– Габи? – Морган с тревогой посмотрел на меня. – Всё в порядке?

– В полном, – ответила я чуть более резко, чем стоило бы, и взяла новый бокал с шампанским, однако практически сразу вернула его обратно на стол.

Ну, уж нет. Я не собираюсь напиваться из-за подобных глупостей.

– Габриэлла, – ко мне, слегка прихрамывая, подошёл Магнус. – Я хотел бы извиниться за своё поведение в поместье…

– Не нужно, – перебила я его. – Оставьте все эти лживые, лицемерные слова при себе, мне они не интересны.

– А вот я бы послушал, – неожиданно заявил Морган. – Мне вот очень интересно узнать, дядя, чего вы всем этим пытались добиться.

– В таком случае, быть может, отойдём? – предложил Магнус. – Здесь слишком шумно, а разговор предстоит непростой.

– Он никуда с вами не пойдёт, – отрезала я, придержав брата за плечо, который уже порывался пойти следом за дядей. – Хотите поговорить? Приезжайте к нам в поместье. А одного я Моргана с вами никуда не отпущу.

– Морган достаточно взрослый, чтобы самому принимать решения, – заметил Магнус.

– Он всё ещё находится под моей опекой, – отрезала я. – И я несу ответственность за его безопасность. А вы своей прошлой выходкой уже доказали, что можете быть крайне опасны и непредсказуемы. Так что впредь мы с вами будем общаться либо в многолюдных местах, либо на нашей территории в присутствии моих проверенных людей.

Магнус полностью проигнорировал мои слова и выжидательно посмотрел на Моргана.

– Я согласен с сестрой, – встал на мою сторону Морган. – Хотите говорить – приезжайте к нам.

Магнус выглядел искренне разочарованным, но настаивать не посмел и молча откланялся.

– Спасибо, – тихо сказала я Моргану.

До последнего я не была уверена, что ему хватит благоразумия подчиниться моей воле.

В конце концов, он подросток, а им всем свойственно некоторое бунтарство, особенно в обстоятельствах, когда кто-то диктует, что им делать.

– Ерунда, – отмахнулся Морган. – Твои условия более чем здравые, и я был бы полным дураком, если бы начал возмущаться и упрямиться.

– Ну, хоть у кого-то из нас здравый смысл перевешивает порывистость натуры, – рассмеялась я и ласково погладила брата по голове.

И тут прямо возле нас чуть ли не из-под земли возник Бернард.

– Маркиза, – он галантно поклонился мне, наградив меня пылким взглядом. – Надеюсь, вы окажете мне честь и подарите следующий танец?

Да как он смеет!

– Боюсь, ваша дама не одобрит, если вы будете танцевать с кем-либо, кроме неё, – ядовито откликнулась я. – Так что вам лучше вернуться к ней и не тратить ни моё, ни своё время.

После чего я повернулась к Бернарду спиной, всем своим видом показывая, что разговор закончен.

Разочарование

Уйти Бернард мне не позволил. Одной рукой ухватив меня за запястье, он ловко крутанул меня вокруг своей оси и прижал к себе, после чего изящно и вполне естественно скользнул к танцующим парам.

– Ты обещала мне танец, – напомнил он с усмешкой. – Неужели нарушишь данное слово?

Я недовольно поджала губы и смерила его раздражённым взглядом.

– Ладно, – сдалась я, позволяя ему вести. – Но как только музыка стихнет, я уйду. А ты можешь продолжать развлекаться, с кем хочешь.

– В таком случае, у нас проблема, – заметил Бернард насмешливо. – Потому что “развлекаться” – он интонацией выделил последнее слово, – я ни с кем не хочу. А этот вечер планировал провести с тобой.

– И именно поэтому строил глазки какой-то девице?

Бернард пренебрежительно фыркнул.

– Мы с Адрианой неплохо провели несколько ночей года три назад, – сообщил он будничным тоном. – Но то, что она желает повторения, не означает, что того же хочу я.

– То есть ты даже не отрицаешь, что она твоя любовница? – моему возмущению не было предела.

– А должен? – удивился Бернард. – Габриэлла, мне не четырнадцать лет, и у меня была личная жизнь до тебя. Довольно насыщенная, к слову. Так что ты ещё ни раз увидишь меня в компании симпатичных женщин, готовых вылезти из платья, только бы вновь оказаться со мной в постели.

– То есть я должна просто наблюдать, как ты флиртуешь с другими женщинами, и делать вид, будто это в порядке вещей? – я презрительно скривилась. – Ну, уж нет. Я не леди Малвэйн и не потерплю подобного. Так что если ты надеешься на какие-то отношения со мной, тебе придётся отказаться от общения со всеми этими дамочками, стремящимися залезть к тебе в штаны.

– А если я этого не сделаю?

– Я пойму, что мимолётные интрижки для тебя важнее, и не буду тратить своё время на бесперспективные отношения.

Это был ультиматум, и мы оба это прекрасно понимали.

– А ты не думаешь, что много на себя берёшь? – взгляд Бернарда заледенел. – Я не позволю тебе решать, с кем и как мне общаться.

– Как скажешь.

Весьма удачно именно в этот момент музыка закончилась, и я решительно освободилась из объятий Бернарда и направилась обратно к фуршетному столу, где меня ожидал Морган.

Сердце разрывало от обиды и разочарования. А ведь я, дурочка такая, поверила Бернарду! Он наговорил мне красивых слов, надавал обещаний, а я и поверила. Как будто не знаю, что все мужчины лицемерные вруны, готовые сказать любую ложь, только бы добиться желаемого.

– Думаю, на сегодня с меня хватит развлечений, – объявила я брату.

– Габи? – Морган с тревогой посмотрел на меня. Разумеется, от него не укрылось, что я сильно расстроена и нахожусь в шаге от того, чтобы позорно разреветься. – Что-то случилось?

– Ничего особенного. Просто в очередной раз убедилась, что романтические отношения не для меня, и намного лучше быть одной.

Морган нахмурился, но прежде чем он успел ещё что-то спросить, я попросила:

– Пожалуйста, давай не будем об этом говорить. Во всяком случае, здесь и сейчас.

Морган понятливо кивнул.

– Возвращаемся домой? – уточнил он.

– Да.

– А это не будет выглядеть грубо с нашей стороны? Торжество ведь в самом разгаре.

– Ты даже не представляешь, насколько мне плевать, как будет выглядеть наш уход, – искренне ответила я. – Пусть думают, что хотят.

– Тебе видней.

Вместе мы покинули бальный зал, миновали длинный коридор и спустились по лестнице в холл.

И именно в этот момент в комнате резко погас весь свет.

«Нельзя было уходить одним», – тут же мелькнуло у меня в голове.

Распереживавшись из-за поведения Бернарда, я как-то совсем позабыла, что нахожусь в доме людей, крайне недружелюбно настроенных по отношению ко мне и моему брату. А значит, нужно постоянно быть начеку и в любой момент ожидать нападения.

Морган пробормотал короткое заклинание, и на его руке вспыхнула крохотная огненная сфера.

Я же испуганно вскрикнула, потому что прямо перед нами буквально из ниоткуда появился Томас Вейл, хотя всего минуту назад его здесь не было и в помине, да и его шагов я не услышала.

Демонстрация силы

Сориентироваться отец мне не дал.

Я успела заметить мелькнувшую в его руке кочергу, и с силой оттолкнула Моргана в сторону – удар вскользь пришёлся мне по голове, а от острой вспышки боли у меня мгновенно потемнело в глазах, и я навзничь рухнула на пол, лишь каким-то чудом не потеряв сознание.

И это стало для Томаса фатальной ошибкой.

Потому что если уж он решил нам навредить, нужно было взять топор и просто раскроить мне голову. А раз сразу убить меня не удалось, теперь он узнает, почему не стоит связываться со мной.

Я не стала даже тратить силы и время на то, чтобы встать. Мне, в сущности, не нужно было даже видеть противника. Я просто перестала держать свой дар под жёстким контролем и позволила ему вырваться наружу.

Ледяной поток магии пробежал по холлу, и от его напора задрожали стёкла, словно в них ударил сильнейший порыв ветра.

А у меня перед внутренним взором возникло три фигуры: бледно-жёлтый “огонёк” Моргана, который я узнаю всегда и везде; блёклая сиреневая вспышка, принадлежавшая явно Томасу и ярко-алый всполох где-то у меня за спиной, означающий, что у финала нашей семейной драмы будет свидетель.

И мне даже не нужно было смотреть обычным зрением, чтобы знать, кто именно сейчас узнает мою страшную тайну.

«Плевать, – мелькнуло в голове. – Пусть видит».

Я полностью переключила своё внимание на сиреневую фигуру, буквально пронзая её потоками своей силы, подчиняя и лишая возможности шевелиться.

Томас издал забавный звук – этакая помесь испуганного восклицания и жалобного всхлипа. А затем я услышала глухой стук – это он выронил кочергу.

– Габи!

Надо мной тут же склонилось перепуганное лицо брата.

– У тебя кровь идёт, – дрожащим голосом проговорил Морган.

– Ничего страшного, – растянув губы в зловещей улыбке, ответила я. – Он за это заплатит.

Под влиянием моей силы сиреневая фигура начала пульсировать, и одновременно с этим отец издал болезненный стон.

Я протянула руку, и Морган тут же ухватился за неё, помогая мне встать.

Голова у меня буквально раскалывалась от боли, а комната немного кружилась перед глазами – должно быть, отец организовал мне таки сотрясение мозга.

Впрочем, так только лучше. Моя разбита голова даёт мне карт-бланш на любые действия.

Во всяком случае, перед моей собственной совестью.

С вопросами законности того я буду разбираться потом.

Очередная волна магии, исходящая от меня, пронзила тело Томаса Вейла, заставив того с размаху плюхнуться на колени и обхватить голову руками – теперь он “наслаждался” всем спектром ощущений, который испытывала я сама в данную минуту.

– Не стоило вам, отец, тянуть свои загребущие ручонки к моей семьей, – ледяным голосом проговорила я, затягивая невидимую удавку на его шее, заставляя Томаса захрипеть и начать царапать пальцами горло в тщетной попытке освободиться. – Вас, кажется, интересовало, не достался ли Моргану ваш родовой дар? Что ж, у меня для вас две новости: одна хорошая, другая плохая. Хорошая – у Моргана вашего родового дара нет. Плохая – он есть у меня. И у меня, конечно, не было возможности отточить филигранность его использования, но уж постоять за себя и защитить своих близких с его помощью я точно могу.

Лицо Томаса покраснело, и на нём взбухли вены – я ослабила хватку магического “щупа”, возвращая отцу способность дышать.

Как бы сильно я его ни ненавидела, убивать я его точно не собираюсь.

Томас закашлялся и уставился на меня глазами, полными чистой, незамутнённой ненависти.

– Этого не может быть, – откашлявшись, хрипло проговорил он. – Дар не мог достаться тебе!

– Нужна ещё одна демонстрация? – с издёвкой поинтересовалась я.

Сейчас, глядя прямо на отца, я видела течение магии в его теле и заставила её в некотором смысле “закипеть” – Томас издал жуткий вопль, а из его носа хлынула кровь.

Позади меня раздались неторопливые шаги.

– Граф! – сдавленно прохрипел Томас, обращаясь к мужчине за моей спиной. – Помогите…

Я напряглась, ожидая реакцию Бернарда на его слова.

И была удивлена, когда ощутила его руку, мягко лёгшую мне на талию в некотором подобие объятия.

– Вам нужна моя помощь, маркиза? – раздался у меня над ухом его вкрадчивый голос.

– Нет, у меня всё под контролем.

А вот теперь на лице отца отразилось изумление.

Он что, правда, рассчитывал, что Бернард примет его сторону?

Очевидно, я переоценила его умственные способности.

– Если вы захотите подать заявление в полицию о нападении, я с радостью помогу вам его оформить должным образом, – между тем заметил Бернард, обращаясь ко мне.

Он говорил будничным тоном, будто это не я прямо на его глазах пытаю человека, используя в качестве оружия его собственную магию.

– Габи… – дрожащим голосом позвал меня Морган.

Он впервые наблюдал мой дар в действии и явно был напуган.

Я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, заставляя собственную силу успокоиться.

– Обойдёмся без заявлений, – ответила я Бернарду, привычно запирая дар глубоко внутри себя, чтобы не было и малейшей возможности использовать его случайно на фоне очередной вспышки раздражения или гнева. – Это внутрисемейные дела, не так ли, папочка? – насмешливо спросила я у Томаса.

Ответа не последовало.

Томас, обессиленный, лежал на полу и мелко дрожал – ощущать, как внутри тебя растекается раскалённая лава, было малоприятно.

А самое интересное, даже после того, как его магия успокоилась и перестала ему вредить, само ощущение ещё достаточно долго будет с ним, напоминая о себе фантомными болями.

– Будем считать, что да, – равнодушно бросила я.

Голова всё ещё болела, да и ощущение крови, стекающей по лицу, приятным не назовёшь. Так что единственное, чего я хотела – это как можно скорее оказаться дома и, возможно, позвать целителя, благо теперь возможность для этого у меня была.

– Я провожу вас, – заявил Бернард, продолжая обнимать меня за талию.

Учитывая, что комната всё ещё кружилась у меня перед глазами, а к горлу подступила тошнота, его помощь лишней точно не будет.

– Хорошо, – согласилась я.

И тут же потеряла сознание.

Пробуждение

Открыв глаза первое, что я увидела – бархатный балдахин насыщенного бордового цвета.

«Такого в моей спальне точно не было», – вяло подумала я.

В теле ощущалась противная слабость, а голова слегка кружилась, поэтому мне потребовалось некоторое время, чтобы осознать: я нахожусь в совершенно незнакомом помещении.