Вентуари оказывается красивой полноводной рекой, в ее фарваторе разбросано много больших серо-черных базальтовых камней. По берегам, на песчаных пляжах-отмелях, тут и там устроены небольшие рыболовные лагеря: примитивные шалаши-навесы треугольной формы, крытые пальмовыми листьями, спускающимися до самой земли. Индейцы разбили их, чтобы отдохнуть и наловить рыбы. Первая деревня, встречающаяся на берегу Вентуари, – Чирипа – община куррипако.
С утра мимо нашего ночного лагеря проплывают пиароа из деревни Марайя. Они везут на продажу куда-то в сторону Ориноко добытого на охоте пекари и небольшую водную черепаху. Черепаха, как это делают индейцы, перевернута на спину, вокруг ее панциря обернуты лианы таким образом, что ее можно будет в случае необходимости куда-то подвесить. Мы приобретаем у пиароа часть туши пекари. Они рассказывают нам, что где-то недалеко от их деревни работают нелегальные золотодобытчики.
Закат на реке Вентуари
Делаем остановку в деревне индейцев мако, относящихся к подгруппе пиароа, хотим купить бананов или других фруктов, но у них ничего нет. Все дома в этом селении имеют прямоугольную форму, у них решетчатые стены, обмазанные глиной, и двускатные крыши из пальмовых листьев. Мако, как и всем пиароа, свойственны очень темная, почти черная кожа и невысокий рост. Для передвижения по реке они используют большие выдолбленные из цельного ствола дерева каноэ, на корму которых подвешивают мотор.
Мако живут дисперсно на участке реки Вентуари, главным образом в поселках Ла-Порвенир, Макаваеа, Мориче и ряде других. Языки мако и пиароа, относящиеся к языковой семье салива, – родственные, но имеют между собой некоторые отличия.
Постепенно, по мере продвижения вверх по Вентуари, река становится уже. На ней много песчаных отмелей и камней, поэтому на носу нашей лодки стоит Исус и смотрит вдаль, стараясь заранее предупредить отца, находящегося на корме, о возможной для судна и мотора опасности. Но, несмотря на его старания, мы часто садимся на мель или натыкаемся на скрытые под водой камни. У меня возникают серьезные опасения относительно уровня воды в Асите, по которой мы должны будем идти на маленькой лодке.
Ночевка на берегу реки Вентуари
На камне греется полутораметровый оринокский кайман (Crocodylus intermedius). Он подпускает нас к себе достаточно близко, чтобы мы могли его сфотографировать.
В обед едим суп и жаркое с рисом, приготовленные из мяса пекари. На ночевку останавливаемся на песчаном острове, отстоящем недалеко от берега. В расщелинах скал прячется много летучих мышей. Если заглянуть в эти природные укрытия, мышей можно увидеть, и они начинают пищать. Ночью надо будет хорошенько натянуть над гамаком москитную сетку. На том месте, где вечером Томас чистил пойманную рыбу, утром обнаруживаем свежие следы выползавшего на берег каймана, отпечатки его лап и хвоста отчетливо видны на песке всего в нескольких метрах от нашего лагеря. На другой стороне реки в лесу истошно кричат обезьяны-ревуны.
Купающиеся в реке Вентуари дети куррипако
Проплываем деревню индейцев куррипако Эль-Порвенир. Стоящие здесь прямоугольной формы дома-хижины, общим числом чуть более пятнадцати, имеют двускатные крыши, крытые пальмовыми листьями или рифленым железом, и образуют разбросанную планировку.
Юный охотник пиароа из деревни Макавана
Марикапо
В крупной деревне пиароа Макавана с населением около ста человек хорошо видны изменения, происходящие в жизни коренных жителей Амазонии. Благодаря правительственной программе у местных индейцев есть вырабатываемое солнечными батареями и генератором электричество, которого не было здесь еще год назад, школа, есть даже небольшой магазин. На охоту мужчины ходят с ружьями, а не с духовыми трубками. Некоторые из домов построены еще из природных материалов, один из них с характерной для пиароа конической крышей, но все остальные – из промышленных: кирпича и рифленого железа.
Строительство нового дома в деревне Мориче
На очередную ночевку останавливаемся в деревне пиароа и мако Мориче, расположившейся у подножия одноименной величественной горы. Селение имеет великолепное месторасположение: под вечер гора защищает от палящих лучей клонящегося к горизонту солнца, с ее вершины стекает прохладный кристально чистый ручей, образующий небольшой водопад и купальни, с высокого берега открывается радующий душу вид на Вентуари. В Мориче живет пятидесятичетырехлетний мужчина мако по имени Марикапо, он же Педро Антонио, как и все индейцы Вентуари, имеющий наряду со своим индейским также и христианское имя. Мы хотим его видеть, ведь все говорят, что он многое знает о традиционной жизни своего народа.
В беседе с Марикапо выясняется, он помнит обычаи своих предков, но с трудом уже может поведать о каких-либо легендах и преданиях.
«Солнце, луна и звезды пришли в гости к мако, чтобы людям стало немного светлее в их повседневной деятельности, они могли бы охотиться и ловить рыбу при свете, который исходит от этих небесных светил», – рассказывает Марикапо.
Большинство традиционных ритуалов мако и пиароа бытовало в Мориче еще тридцать лет назад. Обряд инициации, являвшийся обязательным, со слов Марикапо, как для мальчиков, так и для девочек, был связан с испытанием болью, вызываемой укусами муравьев, и длился целые сутки. Муравьев вплетали в полоски из пальмовых листьев и прикладывали к различным частям тела испытуемых, раздражая таким образом насекомых и добиваясь от них болезненных укусов.
Плетеный пресс пиароа для отжима ядовитого сока горького маниока
Скамья пиароа
Корзина пиароа для переноски тяжестей
Деревянная ступа пиароа
Наш моторист Томас с пойманной черной пиранью
Заготовленные для строительства листья пальмы
Строительство нового дома в деревне Санта-Крус
Жилище баре в деревне Санта-Крус
Внутренний вид крыши жилища баре
Копчение рыбы в деревне Санта-Крус
Вид с торцевой стороны на дом баре в деревне Санта-Крус
Пороги на реке Асите
Строились просторные дома с высокой конической крышей, в которых жили около пяти человек взрослых и их дети. Такие характерные для пиароа постройки с крышами из пальмовых листьев, спускающимися до самой земли, еще и сегодня можно увидеть в бассейне реки Сипапо.
Раньше умершего мако и пиароа хоронили высоко в горах, сейчас почти везде – по христианскому обычаю.
В Мориче в домах-хижинах у местных пиароа и мако сохраняются многие традиционные предметы: вырезанные из дерева скамейки для сидения, различные плетеные корзины и сито, флейты. Но духовой трубки здесь уже ни у кого не найти.
Если среди пиароа еще практикуется шаманизм и есть свои шаманы, то у мако их больше нет. В наши дни в Мориче уже не проводят древних ритуалов, в том числе вариме. Чистокровных мако осталось мало, все они пожилые люди, потому что их молодежь сегодня чаще вступает в брак с пиароа. Женой одного из старейшин Мориче была семидесятилетняя мако, совсем не говорившая по-испански.
В имеющуюся в Мориче школу учить детей пиароа и мако приезжает учитель гуахибо из Сан-Хуан-де-Манапиаре.
Отходу местных индейцев от традиционных норм жизни во многом способствовала деятельность американских протестантских миссионеров «Миссии новые племена», пришедших сюда в 1940-е годы и выдворенных из страны в 2006 году президентским указом. В этих краях они базировались в деревне Маруэта на Вентуари, а также в Сан-Хуан-де-Манапиаре на реке Манапиаре, правом притоке Вентуари. За время своей работы миссионеры создали на основе латинского алфавита письменность мако и пиароа, перевели на их языки Библию и Евангелие.
На быстроту протекания процессов интеграции индейских общин в современное венесуэльское общество, как и – в качестве оборотной стороны – быстроту утраты ими культурной самобытности, мощное влияние оказывает также фактор беспрепятственной навигации по рекам Ориноко – Вентуари – Манапиаре на участке Пуэрто-Аякучо – Сан-Хуан-де-Манапиаре. Те из них (пиароа, гуахибо, куррипако, банива, пиапоко, баре, яномамо, екуана), что населяют берега крупных рек, служащих в здешних местах главными транспортными артериями, охвачены государственными программами, официальная цель которых – улучшение условий жизни индейцев. Главы самых многолюдных из этих общин ежемесячно получают от правительства дотацию (ее выплачивают – в денежной форме – в административном центре федеральной территории Амазонас, городе Пуэрто-Аякучо), которую обязаны расходовать на нужды своих деревень. На средства от социальных программ в крупных селениях строятся дома и школы, закупаются подвесные моторы для лодок, генераторы или солнечные батареи для выработки электричества, рации.
У Марикапо я приобретаю традиционную флейту, на языке мако он называет ее авьюапо. Она сделана из двух полых косточек речного краба, облепленных пчелиным воском, и использовалась раньше на праздниках, во время которых люди пили пиво и пели песни. Звуки, извлекавшиеся при игре на этой флейте, имитировали голос лягушки и должны были способствовать вызыванию дождя.
Мы уже несколько дней в пути и сегодня должны достигнуть устья Аситы. Но быстро темнеет, и мы так и не успеваем дойти до Аситы. В начинающихся сумерках спешно разбиваем лагерь на каменистом выступе, в его глубоких норах-лабиринтах Томас почти сразу же обнаруживает притаившуюся небольшую двухметровую анаконду, мирно лежащую в своем логове. При нашем шумном появлении ей приходится срочно покинуть свое убежище. Утром, позавтракав свежевыловленными и пожаренными пираньями, соком пальмы сехаль, сваренными боньо (большими клецками, слепленным из кукурузной муки) и маниоком, отправляемся дальше вверх по Вентуари.
Через полтора часа пути останавливаемся в деревне Пуэрто-Крус, где совместно живут пиароа и баре, общим числом не более десяти-пятнадцати человек. У местного старейшины пиароа по имени Доминго получаем больше информации о возможности пройти к хоти по Асите. Критично осмотрев нашу маленькую алюминиевую лодку, он говорит, что на ней мы не сможем двигаться по мелководной реке. Взамен Доминго любезно предлагает нам свое длинное выдолбленное из цельного ствола дерева каноэ и помощь. Вместе с нами к хоти на Аситу пойдут еще двое человек из Пуэрто-Крус. Вшестером мы должны будем перетащить каноэ через многочисленные пороги, которые встретятся на нашем пути. Откладываем старт до завтра.
Остаток дня проводим в Пуэрто-Крус. Для продажи в Сан-Хуан-де-Манапиаре жители деревни выращивают какао, как и все местные индейцы практикуют подсечно-огневое земледелие, охоту, рыбалку.
Среди прочих жилищ в Пуэрто-Крус построены два традиционных дома баре: прямоугольные в плане с закруглениями по торцевым сторонам, под двускатными крышами, крытыми пальмовыми листьями, также закругленными по торцам, с двумя входами, расположенными на длинных сторонах жилища.