Вторая половина сентября 2006 года выдалась на загляденье теплой и солнечной. Столбики термометра иногда днем достигали даже двадцати градусной отметки. Можно было смело ходить еще в летних шмотках и с удовольствием греться в последних теплых лучах солнца, надеясь на то, что до холодов еще далеко. Тем ни менее большинство москвичей уже вернулись из отпусков, поэтому интенсивность движения на дорогах столицы становилось с каждым днем все выше и выше. Гриша вместе с женой Оксаной ехали на машине из центра в сторону Шереметьево, с трудом преодолевая послеобеденные пробки, когда им позвонил Дима Кубраков — технический директор транспортной компании холдинга «Медаглия».

— Здравствуйте, Оксана Александровна! — поздоровался он.

— Привет, Дим! Мы уже на подъезде. Правда тут жуткий затор перед въездом в Химки, но надеюсь за полчаса мы его преодолеем.

— Как самочувствие Григория Викторович? — заботливо поинтересовался Кубраков.

— Спасибо, он гораздо лучше, — ответила Оксана. — Я с тобой по громкой связи говорю и он слышит тебя.

— Приветствую, Григорий Викторович! Рад, что вы восстанавливаетесь.

— Спасибо, Дмитрий! — поблагодарил Тополев. — Как там дела в «Шарике»?

— Вот, собственно по этому поводу я вам и звоню! — начал свой ответ Кубраков. — Тут к нам в офис «Транссервиса» час назад пожаловала целая бригада на трех джипах. Прям как в лихие девяностые!

— Кто такие?! — спросил Гриша.

— Никогда не угадаете! — весело и даже слегка шаловливо заявил Дима. — Конверсбанк!!

— Да ладно?! — удивилась Оксана. — А им то что надо?

— Лично Владимир Понтонов приперся с охраной, службой безопасности и юристами! Окружили наш домик со всех сторон, Гоблинов закрыли в одной из комнат и похоже сильно их прессанули там. Короче, вышли они от туда явно подавленными и грустными. Во какие у нас дела творятся без вашей твердой руки, Григорий Викторович.

— А сейчас, что у вас там происходит?! — спокойно и даже как-то отрешенно поинтересовался Гриша.

— Виктор уехал куда-то, Антон с Колей ушли в офис в Новотель[30], Понтонов с охраной тоже свалил в сторону Москвы, а его люди остались. Часть сидит в вашем кабинете и разбирается с бумагами, а часть охраняет периметр.

— Видимо Володя узнал о нашем внутрикорпоративном конфликте и решил тоже под шумок наложить руку на активы «Медаглии», — предположил Тополев.

— Он никак не может тебе простить Магомеда с его зерном! — пояснила мужу Оксана. Ты ведь большую часть наших денег с этого мошенника получил, а Понтонов ничего. Вот он теперь и пытается свое вернуть.

— В общем, не надо вам пока сюда приезжать! — прервал Тополевых Дима. — Как они все уедут, я отзвонюсь, а пока попробую по своим каналам узнать точно, чего хотел Понтонов от Гоблинов.

— Спасибо тебе огромное, Дима! — поблагодарила Оксана. — Будем ждать от тебя информацию.

После того как профессор Келидзе из института судебной психиатрии имени Сербского прекратил лечение Гриши, в сознании Тополева все реже стали всплывать воспоминания прежних лет. Все, что с таким трудом удалось вытащить из его головы с помощью поверхностного гипноза оказалось каплей в море по сравнению с тем, что ему предстояло узнать о себе в будущем. Лишь во время посещения Егорьевской больницы во время поисков места, где его пытали сывороткой правды, он вдруг получил такой заряд энергии, что даже потерял сознание. Но когда он пришел в себя, то увидел как наяву все, что запомнил во время своего захвата и насильственного удержания. На основании этих видений был найден дом, в котором его держали связанным и определили место в лесу, где он проснулся на следующий день после пыток. Была даже задержана хозяйка дома, которую прекрасно вспомнил Гриша, но потом она была отпущена, а уголовное дело о похищении стало разваливаться на глазах.

Переговоры о возврате Тополеву бизнеса заглохли и вот уже как три месяца ни шатко ни валко тянулись. Чупров, Налобин и Золотарев всячески затягивали процесс. Помимо старых требований выплатить им весомую сумму в валюте, появилось новое — закрыть дело в Новочеремушкинской прокуратуре. Гриша и его родственники прекрасно понимали, что за последними событиями с похищением стоят Гоблины, поэтому это их требование выполнять категорически отказывались.

Тополев приходил в себя после укола скополамина и последующей амнезии довольно быстро. Каждый раз, когда ему предстояло как следует понервничать, на следующее утро он просыпался с новыми видениями в виде воспоминаний о его прошлом. Он уже гораздо лучше стал понимать себя прежнего и совсем перестал переживать по поводу страшных дел, которые он успел наворотить за последние десять лет. Он прекрасно понимал, что время переговоров закончено и надо переходить к активным действиям. Сколотив команду единомышленников, Гриша преступил к воплощению в жизнь его плана.

Его близкий друг Валера Смирнов и капитан милиции Дима Пронякин, решивший поддержать Тополева, стали основными гришиными соратниками по борьбе за его капиталы. Еще недавно Дмитрий, как оперативный сотрудник, прикрепленный к Новочеремушкинской прокуратуре, осуществлял расследование уголовного дела о похищении Григория, но после того, как следователь Чернышов был подкуплен противоборствующей стороной, решил уйти в длительный отпуск и примкнуть к стану потерявшего память бизнесмена. Именно на квартире Пронякина был разработан подробный план действий по возврату холдинга «Медаглия».

— Дим, так ты уволился из органов или нет? — полюбопытствовал Гриша.

— Нет еще. У меня за последние годы службы накопилось более трех месяцев неотгуленного отпуска. Вот я и решил все и сразу отгулять. А потом и рапорт напишу на увольнение. Достало все! Ты же возьмешь меня к себе начальником СБ, когда мы твой бизнес вернем?!

— Ну, начальником не возьму — опыта у тебя маловато для этого, а руководить моей личной охраной вполне себе сможешь, — ответил Тополев. — Согласен?

— Денег то нормально положишь за эту должность?

— Не обижу! По крайней мере в разы больше, чем ты в ментовке своей получал.

— Тогда согласен!

— Ты нам расскажи, что тебе известно по поводу уголовного дела о похищении, — попросил Валера Смирнов. — На какой оно сейчас стадии?

— С этим все совсем плохо… — покачав головой, ответил Дима. — Чернышова подкупили конкретно, поэтому он мне прямо глядя в глаза заявил, что дело будет закрывать за отсутствием состава преступления. Более того, ему поручено завести на тебя, Гриш, уголовку и посадить… Он мне даже десять штук баксов вручил, как аванс за работу.

— И что, ты ему их вернул?! — поинтересовался Валера.

— Зачем?! — удивился Пронякин. — Я ему отказал, но деньги возвращать не собираюсь! Это мое выходное пособие.

— Наш человек! — заявил Смирнов. — Я бы тоже не вернул.

— И на чем он собирается меня ловить? — спросил озадаченный новой информацией, Григорий.

— Не знаю! Да, на чем угодно! Хоть наркоту подбросят, хоть малолетнюю девку пришлют в качестве проститутки — у нас мусоров таких вариантов сотни!

— Значит надо быть аккуратнее и быть ко всему готовым, — резюмировал Тополев. — Ладно, вернемся к нашим баранам! Судя по всему план «А» оказался несостоятельным и нам надо срочно переходить к плану «Б».

— Согласен с тобой! — замотал головой Валера.

— Так! — прервал их Пронякин. — Если вы хотите, чтобы я вас понимал и был полезен, давайте говорить на одном языке. Что за план «А»?!

— Арест Гоблинов за мое похищение! — ответил как отрубил Гриша.

— А после определенной обработки в камере к ним приехал бы нотариус и подписал все бумаги по передаче долей в компаниях Григорию, — добавил Валера.

— Как у вас все легко?! — удивился опытный Пронякин. — А не стали бы Гоблины подписывать ничего в СИЗО?! Не рассматривали вы такой вариант?

— Нет, не рассматривали! У нас есть возможности по ту сторону колючей проволоки, причем любые! — ответил ему Смирнов с большой важностью.

— Ну, предположим… — согласился Дмитрий. — Как я понимаю этот вариант мы пока откладываем. Что за план «Б»?

— Я решил, что врагов надо бить их же оружием, — ответил Гриша. — Они незаконно переписали на себя мой бизнес, и я так же перепишу все на себя обратно!

— Так, так! — встревожился Пронякин. — Я готов вам помогать, но только в том случае, если все будет в правовом поле! Я в тюрьму не хочу. Нас ментов там не жалуют!

— А все и будет только в правовом поле! — согласился Григорий. — Что нужно для смены генерального директора и учредителя в юридическом лице?

— Что? — переспросил Пронякин.

— К сожалению или к счастью наше дорогое правительство сделало так, что на сегодняшний день захватить любую ооошку[31] элементарно просто. Надо только знать законы и правильно ими руководствоваться. Вот, например, для того чтобы заменить генерального директора и собственников в действующей компании достаточно явиться в сорок шестую налоговую инспекцию города Москва новому генеральному и принести несколько бумажек за его же подписью.

— И все?! — удивился Дима. — а как же согласие предыдущего директора или собственников?!

— В том-то и дело, что они не требуются! Нужна только действующая печать организации. А имея слепок такой печати, ее можно заказать в любой мастерской, где тебе ее смастырят за несколько часов и несколько тысяч рублей. При этом никто никаких вопросов задавать не станет.

— А я слышал, что теперь в налоговой требуется нотариально заверенные документы для регистрации, — снова поинтересовался Пронякин.

— Так и есть! Только у нотариуса те же требования, что и в налоговой — присутствие нового директора, подпись которого он и удостоверяет.

— А учредительные документы откуда брать?! Подделывать или выкрадывать?!

— Ничего не надо подделывать! К нотариусу и в налоговую относят новые учредительные документы, а старые никто и не спрашивает! В этом-то и есть весь цимус! Понимаешь?

— Да ладно, все так просто?!

— Вот именно! Все очень просто. Этим профессиональные рейдеры и пользуются. Если собственник не контролирует регистрационные действия со своей фирмой, то он узнает, что у него больше нет собственности только тогда, когда его начнут силой выселять из его кабинета.

— И ментов, как я понимаю, вызывать бесполезно — все в рамках правового поля сделано, — улыбнувшись сказал Дима.

— Точно! Регистрация в сорок шестой налоговой десять дней, после чего идем во все банки с новыми карточками подписей и блокируем счета на отправку. После этого приглашаем боксеров и осуществляем силовой заход во все офисы «Медаглии». Ставим на контроль налоговую, чтобы они также не поступили с нами, как мы с ними и все! Бизнес возвращен.

— А почему ты так уверен, что они сами не контролируют сорок шестую?! — задал вопрос не в бровь, а в глаз Пронякин.

— Им сейчас не до меня! У них открытое столкновение с Понтоновым из Конверсбанка. Мы им как снег на голову упадем.

— План хороший конечно, но у мен есть пожелания! — произнес Дмитрий и внимательно посмотрел на Григория и Валеру. — Я настаиваю, чтобы директорами и собственниками при первой регистрации были не мы с вами и не твои, Гриша, родственники! Я предвижу возможные риски, тем более после открытых угроз со стороны Чернышова. Хоть, как ты и говоришь, все это законно и правильно, но рисковать, даже минимально, не стоит.

— Согласен с Димой! — сказал Валера. — У нас есть свои люди, на которых можно оформить учредительные. А потом когда все уляжется, они перепишут документы на тебя.

— И кто эти люди?! — спросил с большим удивлением Гриша.

* * *

Саша Дубцов работал водителем у гришиной мамы и был предан семье Тополевых все сердцем. Поэтому когда Екатерина предложила ему временно занять должность генерального директора и учредителя головной компании холдинга «Медаглия», он не стал возражать и безукоризненно выполнил все указания Григория. В нотариальной конторе недалеко от особняка на Садовом кольце он заверил все необходимые бумаги и уже к вечеру подался в налоговую на изменения учредительных документов. В назначенный законом срок он собственноручно получил новый пакет со всеми свидетельствами и передал все Грише. Как и предсказывал Тополев все прошло без сучка и задоринки и теперь фирма, обладающая основными активами холдинга, вновь вернулась к нему. Единственное о чем он сильно пожалел — это о том, что не рискнул и не подался на изменения во всех отнятых у него компаниях.

— Теперь срочно поезжайте в банк и получите доступ к счетам! — распорядился Гриша. — Дима, поезжай пожалуйста с Сашей и проконтролируй там все. Будут вопросы, звоните.

— В Конверс тоже ехать? — спросил Пронякин.

— Нет, не надо! Хоть Володя Понтонов и потребовал открыть у него все счета и перевести расчеты к нему, но, как я знаю, пока все поступления и остатки находятся в Мастербанке. Поэтому только туда ехать и надо!

— Проблем у нас не будет там?! — поинтересовался Дубцов.

— А какие могут быть проблемы?! — переспросил Тополев. — Ты законный генеральный директор, приехал получить новые коды и пароли к личному кабинету в банк-клиенте. Все документы у тебя в порядке, выписка из ЕГРЮЛ[32] свежая, печать новая, карточка с подписями нотариально заверена, так что не придерешься! Берете флешку и в офис. Все дела!

— А мне что делать?! — задал вопрос заскучавший на диване Смирнов, когда Дима с Сашей покинули кабинет.

— Мы с тобой, Валер, сейчас подготовим пакет документов на смену в других компаниях и постараемся сегодня же податься в сорок шестой. В первую очередь надо вернуть химчистку Оксане, а то она мне дома прохода не дает и весь мозг вспахала.

— Я тебя понимаю… — грустно произнес Валера. — Я ее сам боюсь как огня. Она как рот свой открывает, так хочется спрятаться куда-нибудь подальше. Как ты с ней живешь?!

— Как-то живу… Мама говорит, что я ее любил очень сильно и никогда не замечал какой она монстр, хотя вся моя семья неоднократно об этом говорила.

— А сейчас что, не любишь?

— Ты знаешь, когда я ее увидел в Шатуре я подумал, что она не может быть моей женой — я бы на такой никогда не женился! Не в моем вкусе совершенно. Я был уверен, что она сейчас развернется и скажет, что я не ее муж, а она вдруг полезла обниматься ко мне. Я был в шоке и даже расстроился сильно. Потом, после гипноза в Сербского память начала возвращаться, но чувства к Оксане так и не вернулись. Я до сих пор вздрагиваю когда она меня трогает.

— Ужас какой! А почему не уйдешь, не начнешь все сначала?! — спросил Смирнов.

— Не время сейчас для резких изменений в жизни! — сухо ответил Гриша. — Да, и дети… Их я люблю и уходить от них не собираюсь.

— Я так понимаю, ты первым делом доступ к расчетному счету решил получить, чтобы лишить Гоблинов финансовой подпитки на войну с нами? — перевел разговор Валера.

— И не только! Нам самим деньги очень нужны. Я, признаться честно, сильно поиздержался в финансовом плане, так что любой копейке буду рад. Главное, чтобы там на счетах оказалось хоть что-то…

— А с кипрского счета ты разве не можешь вывести свои деньги?

— А как?! Флешку с кейпассом у меня украли похитители, а для того чтобы ее восстановить, надо лететь на Кипр, — ответил раздосадовано Григорий.

— Так в чем проблема?!

— В чем проблема?! Да, так, ничего особенного… — Тополев сделал паузу и потупил взгляд. — Я не помню в каком банке у меня открыт счет, где я спрятал документы на мой оффшор и какой логин с паролем.

— Так позвони Невзглядову! — посоветовал Смирнов. — Александр Алексеевич точно знает названия. Он же контролировал сделки с оружием, а значит у него и копии договоров и платежные документы должны остаться.

— Уверен, что все это у него есть, или в крайнем случае, он знает где это найти, но вопрос не в этом! Чтобы восстановить доступ к счету, необходимо явиться в банк с оригиналами учредительных, а у меня их нет.

— Восстанови! — уверенно сказал Валера.

— Где?! Я не помню где я их оформлял. В какой конторе? Куда звонить, кому писать?! Понимаешь?

— Проблема… — согласился Смирнов. — А нельзя Келидзе попросить, чтобы он у тебя из головы эту информацию вытащил с помощью своего метода?

— Нельзя! — отрубил Гриша. — Он отказался от работы со мной после того как услышал мои рассказы под гипнозом о Сирии, ФСБ и прочих моментах моего славного прошлого.

— Неужели нет больше никаких вариантов?!

— Есть конечно. Как закончим с Гоблинами, полечу в Ларнаку, приду в банк и как-нибудь постараюсь вернуть доступ к счету. А пока занимаемся возвратом бизнеса и рассчитываем только на то, что есть.

* * *

Прохладным октябрьским утром Гриша вместе с Оксаной вышли из подъезда своего многоквартирного дома в Северном Тушино. Они торопились в сорок шестую налоговую инспекцию, чтобы подать документы на смену собственника и Сергей — охранник и водитель семьи Тополевых — ожидал их у подъезда в черном Вольво, который пару лет назад подарил своей жене Григорий. Не успела за ними закрыться дверь подъезда, как к ним подбежали два крепких парня и предъявив красные корочки МВД.

— Григорий Викторович?! — спросил один из них?

— Оксана Александровна?! — поинтересовался другой.

— Что вам надо? — строго и весьма спокойно ответила Тополева.

— Капитан милиции Петров! Скажите это Ваша машина?! — он указал пальцем на Вольво.

— А в чем проблема?! — не дав жене открыть рот, спросил Гриша.

— Ответьте! Ваш автомобиль или нет?! — настаивал милиционер.

— Объясните в чем причина ваших вопросов, тогда мы подумаем отвечать вам или нет! — жестко произнес Тополев.

— Что здесь происходит?! — спросил выбежавший из Вольво Сергей. Он встал рядом с Григорием и тем самым закрыл ментам доступ к Оксане.

— Этот автомобиль вчера вечером был замечен на месте преступления в Митино! — заявил капитан Петров. — Где вы были вчера вечером в районе двадцати трех часов?!

— Так! Во-первых, это не наша машина! — Заявил Гриша. — Поэтому отвечать на ваш вопрос мы не обязаны, так как нет связи между нами и данным автомобилем. Прощайте, капитан!

— Что значит прощайте?! — обалдев от такой наглости, возмутился милиционер. — Покажите документы на машину! — потребовал он.

Петр достал кожаное портмоне, вынул из него свидетельство о регистрации и протянул его капитану. Второй сотрудник правоохранительных органов стоял в стороне и пытался ограничить передвижения Тополевых. В документе на машину хозяйкой значилась Рябинская Марина Сергеевна. Незадолго до начала операции по возврату бизнеса по совету Димы Пронякина Оксана переписала свою машину на родную тетку. Для Петрова это оказалось шоком и он не совсем понимал, что ему делать дальше.

Вчера вечером его вызвал к себе начальник оперативного отдела ОВД «Митино» и попросил помочь хорошим людям за хорошие деньги. В кабинете помимо руководителя находился полный мужчина, который представился Виктором. Он сказал, что завтра утром необходимо задержать мужчину и женщину, фотографии которых он показал, чтобы они не смогли попасть в налоговую инспекцию. За это он заплатил пять тысяч долларов авансом. Петр задал несколько уточняющих вопросов по фигурантам, посоветовал организовать звонок на «02» и сообщить, что только что машина Вольво с таким-то номерным знаком совершила наезд на человека в Митино. Этого устного заявления будет достаточно для начала проверки и вызова подозреваемых на допрос, который может длиться очень долго. Этот план был принят Виктором и начал воплощаться в жизнь на следующее утро до того самого момента, пока Петров не убедился, что Вольво не принадлежит Тополевым. Задерживать их теперь законно не было никакой возможности, поэтому он решил спровоцировать Григория на скандал и драку.

— Ну, а если машина не ваша, почему вы тогда в нее садились?! — спросил капитан.

— А с чего вы взяли, что мы в нее садились? — усмехнувшись произнес Гриша.

— Ну, как же! Вы же шли в ее сторону!

— И что?!

— Вы хотите сказать, что не знаете человека, который был за рулем вашего авто?! — продолжал настаивать Петров.

— Послушай, капитан, у нас нет времени тут с тобой препираться, поэтому отстань от нас и ищи лучше настоящих преступников! — заявил Григорий, взял Оксану под руку и спешным шагом направился к дороге, чтобы поймать частника и доехать на нем в налоговую.

— Куда пошел?! Стоять!! — Заорал капитан. — Я тебя не опускал, гадёныш! Бери свою сучку и вертайся в зад!!!

Оксана сильно ущипнула мужа за руку, чтобы он не отвечал на провокацию и ускорила шаг.

— Я готов с вами проехать в отделение, чтобы во всем окончательно разобраться! — заявил Сергей. — Тем более я водитель этого транспортного средства, у меня есть доверенность на его управление, поэтому все ваши вопросы задавайте мне.

Пока Сережа брал весь ментовской удар на себя, Тополевы успели сесть в первую остановившуюся машину и умчались от дома прочь. Охранника отпустили только поздно вечером, выяснив, что у него есть стопроцентное алиби и получив заверения сторожей автостоянки, что этот Вольво как заехал вчера в семь часов вечера, так до шести утра никуда и не выезжал.

* * *

Николай Валентинович Налобин приехал в новый офис сына впервые. Он специально сделал вид будто отстранился от борьбы с Тополевыми, но при этом естественно управлял и контролировал все процессы. Его визит поздним вечером был связан с последними провалами на невидимом фронте противостояния с приходящим в себя после похищения бывшим собственником «Медаглии» Григорием Тополевым. Генерал понял, что больше отсиживаться на своей даче нельзя и надо брать все в свои руки.

— Добрый вечер, ребятишки! — поздоровался он, войдя в прокуренную комнату.

Антон с Виктором вскочили и учтиво кивнули начальнику службы безопасности холдинга.

— А где Николай? — поинтересовался Налобин старший.

— Он так поздно на работе не остается, — ответил Чупров. — В шесть часов улетает к своей ненаглядной женушке.

— Это даже хорошо, что его нет, — произнес нараспев Николай Валентинович. — А то от него больше вопросов и сомнений, чем деловых предложений. Когда вы уже от него отделаетесь?

— Скоро, пап, — ответил Виктор. — Если его сейчас выгнать, то он к Гришке переметнется, а нам этого допускать пока не стоит.

— Хорошо, вам виднее, — резюмировал генерал перед тем как перейти к основным вопросам предстоящего разговора. — Как вы так допустили потерю «Транссервиса» и то, что сегодня Оксана подала документы в сорок шестую?!

— Дело в том, Николай Валентинович, — начал оправдываться Антон, — что мы поставили сторожки на данные Тополевых, и никак не ожидали, что они посмеют оформлять новые учредительные на своего водителя Александра.

— А по Оксане это моя вина! — признался Виктор. — Я ментам митинским когда давал указания не обладал всей информацией по автомобилю.

— Они свой Вольво оказывается переоформили две недели назад! — добавил Чупров. — Мы естественно об этом и не знали.

— Мусора правильно отработали! — попытался защитить исполнителей Налобин младший. — Они были готовы паковать и Гришу и Оксану, но по закону. А тут такая подстава со сменой собственника. Они этого бедного Сережу — их охранника — промурыжили до обеда и выпустили, так как никакой доказухи не нашли на него.

— Значит плохо искали! — возмутился генерал.

— Там без шансов было, пап! Игорек вчера позвонил по «02» в районе двадцати трех и сообщил, что видел черный Вольво с их номером в момент сбития человека на светофоре. Мы даже нашли знакомого травмированного парня и договорились, что он даст нужные нам показания. Что его, мол, сбили в Митино и марку и номер автомобиля он запомнил. И даже лицо водителя, которым должен был стать Григорий. Но тут выясняется, что их машина стояла в этот вечер на платной парковке, да еще и под камерой. И охрана стоянки тоже подтвердила, что в шесть вечера Сергей заехал и только утром уехал. Не срослось никак у нас с обвинением.

— Конечно мы хотели переманить Сергея на свою сторону взамен на не заведение уголовного дела, но и здесь промашка вышла.

— Что собираетесь предпринять в связи с этим?! — строго спросил Николай Валентинович.

— Пока не знаем, — потупив взгляд ответил Виктор.

— Вот сидим и думаем, — добавил Чупров.

— Я так понимаю, что вы ждете, когда я опять все ваши косяки прикрою и ваши задницы спасу, как с Понтоновым было?! — чуть мягче произнес Налобин старший. — Молчите?!

Он сделал большую паузу, рассматривая своих подчиненных, и затем снова продолжил.

— Нашел я в сорок шестой человека, который решит все наши проблемы! Геннадий Иванович руководит службой безопасности в этой налоговой инспекции. Бывший полковник ФСБ, действующий резерв. Меня знает хорошо по управлению. Так что завтра утром ноги в руки и к нему с деньгами и вводными. Мимо него муха не пролетит, не то что Тополевы.

— Так он последнюю регистрацию химчистки сможет зарубить или нет?! — спросил Антон.

— Конечно сможет! Причем, что для нас самое лучшее, без объяснения причин. Так как СБ может блокировать любые изменения и не говорить причину своего поступка, ссылаясь на секретность.

— Вот это действительно царский подгон! — чмокнув языком с восторгом произнес Чупров. — Теперь у нас дело пойдет.

— Это точно! — согласился генерал. Да, и пора нам уже переходить в полное наступление по всем фронтам! Завтра же отправьте Игорька в яхт-клуб, чтобы он перевез гришину лодку в другое место. Это будет серьезный по нему удар. Как я знаю, он ее просто обожает и такая потеря станет для него критичной. Он начнет дергаться и допускать ошибки. А нам это и нужно. И пора уже в офис наш старый на Садовом кольце возвращаться всем. Хватит вам ютиться в этой конуре!

— Вы думаете уже пора?! — переспросил Антон.

— Уголовное дело о похищении закрыто за недоказанностью, поэтому можем переходить в контратаку. — ответил Налобин старший. — По угону катера проблем не будет?

— А какие могут быть проблемы?! — хихикнул Чупров. — Моторный катер «Медаглия» стоит на балансе компании, которую мы контролируем, поэтому это будет не угон, а решение собственника перевезти свое имущество в более подходящее место.

— Правильно, пап! — согласился с решением отца Виктор. — А то скоро сезон судоходства закроется и нам будет намного затратнее и сложнее это сделать. Теперь основной вопрос… Что нам с предоплатой делать, которую нам Хасин передал от Тополева? Если мы отказываемся официально от дальнейших переговоров, то по идее должны вернуть деньги.

— Ни в коем случае! — возразил генерал. — Кидаем жестко и дерзко. Это будет третьим ударом после лодки и офиса. Посмотрим на что это их сподвигнет…

* * *

Еще несколько попыток переписать фирмы на своих людей провалились полностью. Налоговая выдавала отказ за отказом, ссылаясь на решение службы безопасности. Гриша с Оксаной даже записались на прием к начальнику СБ, что расспросить его о причинах. Геннадий Иванович принял читу Тополевых в своем кабинете. Долго изучал их документы, вел с ним задушевные разговоры и всячески намекал на то, что если бы ему дали взятку, то дело бы сдвинулось с мертвой точки. Григорий уже был готов к такому развитию событий, но его жена почувствовала подвох и отговорила мужа от этого безрассудного поступка и оказалась права. В коридоре уже дежурили оперативные сотрудники Тушинского районного отдела внутренних дел, готовые задержать взяткодателей. Но ничего криминального не произошло, поэтому все разъехались восвояси.

Тем временем бюджет Тополевых рвался по швам. Денег на борьбу категорически не хватало, поэтому Гриша принял решение забрать несколько легковых автомобилей из парка «Транссервиса», который он успел переписать на водителя мамы, и продать их. Для этого он вместе с Пронякиным и Смирновым разработал план действий, который в воскресный вечер они и воплотили в жизнь.

На стоянку гостиницы Новотель в Шереметьево-2 они приехали вчетвером: Гриша, Дима, Валера и генеральный директор фирмы Александр. Было уже довольно темно, поэтому дежурные водители «Транссервиса» не сразу заметили, как у них из под носа увели три Хендай Соната. Для того чтобы диспетчер фирмы не поднял тревогу и не объявил машины в розыск, Саша прошел в домик транспортной компании и передал старшему смены бумаги за своей подписью, в которых значилось, что он как собственник изымает транспортные средства в свое пользование. Документы были составлены юридически безукоризненно, поэтому не вызвали у работников никаких вопросов. Машины были спрятаны на автостоянках в Москве, а документы на них забрал Смирнов для дальнейшего оформления купли-продажи.

Этой же ночью оперативники из Химок приехали на квартиру гришиного охранника Сергея, провели обыск и увезли его в ОВД. Кто-то из работников «Транссервиса» опознал в нем человека, приезжавшего за автомобилями в Новотель. Ни Валеру, ни Дмитрия никогда не видели до этого вечера в шереметьевском офисе, поэтому опознать их не смогли, а Гришу приняли за Сергея, потому что никто из работяг и представить себе не мог, что страшный и могучий Тополев лично мог присутствовать при похищении транспортных средств. А Сергея видели в «шарике» часто, поэтому и решили, что один из похитителей он.

Но охраннику Григория повезло. В этот вечер он вместе с женой был допоздна в гостях у родственников, которые естественно это подтвердили. Таким образом Сережа уже второй раз за последние три недели оказывался в ментовке по вине своего босса. И снова его отпустили, предварительно стараясь выбить показания на Гришу.

Через пару дней, когда ситуация вроде бы успокоилась и нормализовалась, Александру поступил звонок от Антона. Чупров предложил ему приехать в «Транссервис» и забрать свою трудовую книжку и прочие документы, которые он сдавал при принятии на работу. Пронякин всячески отговаривал Сашу, чувствуя в этом подвох, но тот был неумолим. С ним на встречу поехал юрист холдинга Евгений. Они с Александром сдружились за последний год работы и старались всегда поддерживать друг друга. Женя собирался менять место работы, понимая всю бесперспективность войны учредителей и подбивал сделать то же самое Сашу. Наверное именно поэтому он и решился на встречу с Антоном несмотря на все предостережения.

Около полудня Александр зашел в домик «Транссервиса» на заднем дворе гостиницы Новотель, а Евгений остался ожидать его в машине. Спустя десять минут незадачливого собственника и генерального директора транспортной компании вывели в наручниках два оперативника и посадили в свой автомобиль.

— Григорий Викторович! Это Женя, — кричал в трубку сотового телефона юрист. — Сашу похитили!

— Что значит похитили?! — удивился Гриша. — Где, кто?!

— В Шереметьево! Мы поехали его трудовую забирать, а его в наручники и в черный джип.

— Нахрена вы туда сунулись?! Мы же вас предупреждали!!! Что ему трудовая книжка дороже жизни?! Ее можно новую сделать если что.

— В общем я как увидел, что его похищают, позвонил по «02» и сообщил о преступлении, — доложил Евгений.

— Ну?!

— Минут через пять дежурный по городу ответил мне, что мой друг не похищен, а задержан правоохранительными органами за мошенничество в особо крупном размере! И вообще, он посоветовал мне быть более разборчивым в выборе друзей.

— Кто его забрал, Химкинские? — спросил по громкой связи Пронякин.

— Да! Дежурный так и сказал, что Сашу отвезли на допрос в Химкинское РОВД.

— Так, через два часа встречаемся в торговом центре «Мега», — распорядился Тополев. — Будем Сашку с нар доставать!

— Если не достанем, всем плохо будет… — задумчиво произнес Пронякин.

— Если его арестуют, — вдруг закричал Евгений, — я лично пойду к ментам и расскажу все как было на самом деле. Дам показания на всех вас! Объясню там, что Саша ни в чем не виноват и выполнял лишь ваши указания, поэтому его надо отпустить, а вас всех сажать!!!

Дима нажал на кнопку телефона и прервал связь.

— Вот этого я и боялся! Человеческий фактор еще никто не отменял… Этот восторженный дурачок будет петь следствию все, что тем потребуется, поэтому эту проблему надо закрывать как можно скорее. Поеду ка я поговорю с кем надо по этому поводу, а ты, Гриш, с Вахой и Хасиным свяжись. Может быть они чем помочь смогут. В Меге увидимся.

Дима появился в мега маркете ближе к полуночи и сообщил удручающие новости.

— Александр задержан по уголовному делу. Завтра его повезут в суд и изберут меру пресечения в виде ареста. Дело находится на особом контроле у прокурора города Химки, поэтому ничего сделать нельзя. Дальнейшее зависит только от показаний самого Александра. Если он сломается и откроет рот, то нас всех повяжут. Поэтому ближайшее время быть на чеку.

— Дим, что ничего нельзя предпринять?! — спросил Григорий.

— Я договорился с местным химкинским оперком (мы с ним не по одному уголовному делу пересекались), чтобы он передал Саше в камеру этой ночью записку от меня. Обещал сделать.

— А что в записке? — поинтересовался Ваха, который несмотря на поздний час остался поддержать Тополева.

— Я объяснил, что если он все возьмет на себя, то получит максимум трешку. Мы ему помогать будем как во время, так и после отсидки. А если сдаст кого-то из нас, то получится группа лиц по предварительному сговору. А это уже и срок больше и соответственно никакой от нас помощи.

— Правильно написал! — поддержал Пронякина Ваха. — Адвоката хорошего ему наймем. А в крытой ни в чем отказа знать не будет!

— Теперь главное, чтобы он это понял и сделал как надо… — задумчиво произнес Григорий!

— Вы о чем тут все говорит?! — вдруг с надрывом в голосе заговорил юрист Женя. — Его вытаскивать надо из тюрьмы и немедленно! Не он расскажет про вас, так я это сделаю! Имейте в виду!!! Я это так не оставлю, чтобы невинный человек в тюрьме сидел, а настоящие преступники по ресторанам шлялись!

— Вы, Евгений абсолютно правы, — заявил Ваха. — Поедем те вместе и прямо сейчас. Я вас сопровожу до ментовки, — заявил он и подмигнул Грише, затем крепко вцепился в локоть юриста и потащил его в сторону парковки.

— Не завидую я Женьке… — прокомментировал произошедший демарш своего сотрудника Тополев, когда те скрылись из вида.

— Убьёт?! — тихо спросил Валера. Пронякин вздрогнул.

— Не думаю… — хитро произнес Гриша. — Просто уговорит этого не делать. У Вахи много способов как добиться результата.

— Нахрена я в это дерьмище влез?! — произнес вслух риторический вопрос Дима, закрыл глаза, поджал губы и замотал головой.

* * *

Сотрудники автоинспекции нашли украденные машины на стоянках и возвратили их в «Транссервис». Сделку по внесению изменений в учредительные документы транспортной компании в сорок шестой налоговой отменили в связи с мошенничеством. Учредителями снова стали Чупров и Налобин. Сашу арестовали на два месяца. Получив записку Пронякина, он сделал правильный вывод и взял все на себя. Как ни уговаривали его следователь и опера дать фактуру на Тополева, он не соглашался. Ваха нанял опытного адвоката и с его появлением Александр почувствовал поддержку и окончательно успокоился. Гоблины почувствовали уверенность в себе и окончательно отказались от предыдущих договоренностей. После чего Хасин снял с себя все полномочия переговорщика и полностью устранился от решения проблемы. Ваха предложил решить все кардинально и быстро, но объявил за эту услугу слишком большую цену. Тем ни менее идея устранения своих бывших друзей засела у Григория в голове и будоражила его все сильнее и сильнее. Как-то в гостях у своего соседа по многоквартирному дому он обронил фразу, что ему ничего не остается как прибить Витю с Антоном.

Александр Васильевич Животков был старше Тополева на десять лет, опытнее и по житейски умнее. Они дружили уже более семи лет, поэтому сосед был полностью в курсе всех проблем Григория.

— Мой сын, — начал разговор Александр Васильевич, — занимался каратэ у известного молодого мастера Юры Власова. Этот Юра в свои двадцать восемь лет завоевал все возможные титулы в этом виде спорта и перешел на тренерскую работу. Как часто бывало в девяностых спортсмены бесхозными не оставались. Вот и его прибрали к себе богатенькие дяди, для которых он иногда выполняет определенного вида работу. Понимаешь о чем я говорю?!

— Он киллер что ли?! — удивился Гриша. — Зная тебя и твой спокойный образ жизни, я бы никогда не подумал, что у тебя такие знакомые!

По стечению обстоятельств сына Животкова тоже звали Антон.

— Я когда об этом от Антошки услышал, то прифигел конечно. Но увидев этого Власова воочию, сразу понял почему у него кличка «бешенный».

— И почему?

— Вот поедешь вместе с сыном к нему в гости и сам поймешь. Мне кажется, что вы договоритесь…

Животков достал сотовый телефон и набрал номер.

— Антош, привет! Когда сможешь отвезти Григория к сенсею[33]?!